Nicotine

       Питер не уснул этой ночью, а на следующий день не пошел в школу. От Нэда узнал, что Харли вышел из больницы, и Мишель послала его нахуй при всей школе, смачно зарядив ногой по яйцам. Питер смеялся, утирая горькие слезы. Он прообщался с друзьями по видеосвязи всю следующую ночь, а после решился все-таки пойти в школу. Из-за какого-то козла не стоило пропускать важные уроки, и Питер это понимал.        Утром, проходя мимо учеников, он видел, как все косились на него. Он не знал, из-за чего, пока Мишель не упрекнула его в том, что он надел грязную толстовку и перепутал два кроссовка. Пит серьезно пришел в разных кроссовках, блять. Красные пятна стыда поползли по его лицу, и он прикрылся капюшоном худи.        На уроке делать ничего не хотелось. Харли сидел рядом с Юджином, и был настолько напряжен, что Питер видел вздувшиеся вены на его руках. Сам же парень тряс ногой и производил в голове тот провал. Почему Кинер не сказал, что у него есть девушка? Почему не оттолкнул? Его размышления прервал грохот, и Питер, проморгавшись, увидел, как Харли нависает над Флэшем, и кулак летит в лицо того.        — Не смей говорить ему, мразь. Не смей. Я вырву тебе глотку, язык, сломаю ноги и хребет, ты будешь ходить без глазных яблок, если ты расскажешь Питеру, ублюдок! — И Старк ударил ногой в живот лежавшего парня, из-за чего тот согнулся пополам.        Оглушающий звон раздался в ушах застывшего в шоке Паркера. Все ученики как один обернулись на него, и смотрели в таком же шоке, в каком был и он сам. Нэд вытащил его из класса, и Пит услышал, как Мишель пошла разбираться с Кинером.        — Чувак, это пиздец. Я уверен, что он любит тебя. Поговори с ним, — Лидс чуть не завизжал на весь коридор, но тот был пуст, так что плевать.        — Сначала он упрекает меня в том, что я педик, потом оказывается, что меня избили его дружки, которых потом избил он сам же, потом Харли ответил на поцелуй, и я обнаружил, что у него есть девушка! Скажи мне, я идиот, чтобы встречаться с ним? — Прошипел Питер. Он не понял, почему Нэд замер. Обернулся. Позади Питера стоял Кинер, и он схватил его за руку так сильно, что парень вскрикнул от боли, а после затолкал в ту самую кладовку, и темнота вновь начала резать глаза. Совсем рядом раздался тихий шепот.        — Во первых, прости меня. Во-вторых, это не моя девушка, это моя сестра, идиот. В третьих, я люблю тебя.        Питер ошарашенно замер, ноги его подкосились, и Харли закинул их на свои бедра, прижимая ближе к стене. Поцелуи поплыли по ключицам Паркера, и он сжал волосы Кинера, захныкал, но все же оттянул того от своей шеи.        — Ты не сказал, за что побил того паренька. И о чем ты орал сейчас, избивая Флеша?        — Господи, какой же ты любопытный. Тот парень сказал своему дружку, что моя мама психичка, и что она пиздила меня, поэтому я больной на голову. Да, она больна, но у нас в семье все нормально. А Флэш.. Ты помнишь меня, Питер?        Тот отрицательно покачал головой, хотя вроде как начал понимать, о чем речь. Его челюсть упала на пол, поэтому Харли взял Пита за подбородок и заглянул ему в глаза.        — 16 декабря, когда мне было четыре года, я лепил снеговика с милым мальчиком, и поцеловал его в щеку за то, что он помог мне. Он так обрадовался, что спросил, буду ли я его мужем. Этот мальчик был такой милый, и подошел ко мне, когда я сидел на снегу в одиночестве, поэтому я согласился. Моя мама, будучи ярой гомофобкой, увела меня от этого мальчика, и все, что у меня осталось, это его перчатки, которые он дал мне, потому что мои ладошки замерзли. Я пообещал, что выйду за этого мальчика. И я сделаю это.        Питер заплакал. Он вспомнил все: маленького снеговика, милого мальчика, поцелуй в ледяную щеку и строгую даму, которая сказала не приближаться к её сыну. И синие перчатки со снежинками.