боль

Магия сошла с ума. Она прыгала под машины, поставлялась под толчки прохожих, но ничего не чувствовала. Даже когда её переехал гигантский поезд, она поняла, что не может просто смотреть на Гарри. Магия просто не знала как ему помочь так, чтобы он её не потерял и потерял одновременно! Но как? Магия сидела и смотрела на бурную жизнь с высоты 21 этажа. Эти люди даже не увидели как плохо её сыну... Стоп. У Магии родилась настолько безумная идея, что она решила, что не важно как, но она сможет сделать из малыша Гарри своё подобие! Или же вообще отдать всю себя ему. Не важно! Даже если она умрёт это будет не важно! Этого просто будет достаточно. Пока Магия рассчитывала шансы плана, Гарри, как обычно стоял и смотрел на Вернона - своего дядю. Он смотрел не моргая и не плача. Рядом с Верном сидел такой же жирный Дадли и тётя Петунья. Они втроём прекрасно уместились на диване, смотря на Гарри. - Включи телевизор. Гарри повиновался. Никакой лишней мысли даже не возникло в его голове. - Можешь идти. Гарри поклонился и ушёл в комнатку, которая находилась гораздо ниже чулана. Никто не знал для чего была построена эта комнатка. Когда Гарри стало 5, он уже еле помещался в ней и если он продолжит расти, то насколько большая комната ему понадобится? Гарри сложился в три погибели и вполз в комнатку. За его спиной зловеще хлопнула крышка. Гарри отключил своё зрение и уснул. Уснул ровно до того момента, когда Дадли не позвал его для очередного приказа. Своё шестилетие Гарри запомнил как страшный сон. Плети, пытки, кровь и самое главное - взгляд. Взгляд, который говорил Гарри, что он, даже если станет "нормальным", то его всё равно не простят. Никогда. Гарри всё больше и больше запирался сам. Он не видел никакого луча надежды. Он всегда считал себя тем, кем ему говорили быть - абсолютно ненормальным, который... Должен Наконец-то Умереть. Гарри снова закрыл глаза, как делал уже шесть долгих лет. Он аккуратно, чтобы не открыть крышку чулана, повернулся и вдруг увидел её. Магия смотрела на Гарри и плакала. Она переживала за Гарри настолько сильно, что смогла найти в себе решимость, чтобы сделать свою жизнь похожей на жизнь Гарри, но у неё не вышло. Весь мир был во власти Магии, а мир не мог пойти против неё. Гарри испугался. Он знал, как Дурсли относятся ко всему ненормальному. И сейчас его доверчивую душу подтачивали две разных силы. Одна говорила Гарри испугаться и выскочить из своей комнатушки. И не важно, что сделают Дурсли с ним, главное то, что Магия сможет спокойно уйти. Вторая же подначивала Гарри высказать всё то, что накопилось в его душе, выбраться из этого дряного чулана на волю, на свободу! Метким броском первая сила победила вторую и Гарри уже был готов сорваться с места, но увидел слёзы... Что-то внутри Гарри переломилось. Эти чистые слёзы Магии казались совершенно лишними на её лице. Гарри, застыв от понимания того, что кому-то больно, неосознанно прижал к себе Магию, успокаивая. И Магия поддалась Гарри, впитываясь в него без остатка.