Сегодня ты, а завтра я

— Суицид. — Что? Шерлок влетел в кабинет инспектора, словно в собственную квартиру. Его бесцеремонность Джон никогда не любил, часто она раздражала, но без нее детектив уже казался совсем другим человеком, не тем Шерлоком, который заинтересовал в первую же встречу. Правда в этот раз доктор не обратил на бестактное поведение внимание. Вошел следом за Холмсом, как тень, тихо прикрыл дверь. Он едва вспомнил, что нужно поздороваться с Лестрейдом, к которому они притащились без предупреждения. Но ограничился кивком головы и остановился в удаленном уголке, чтобы как можно меньше бросаться в глаза. Он третий лишний, недавно свалившийся на голову Шерлока, и поэтому к нему еще не привыкли остальные, ему не нужно вмешиваться в расследование. — Дело с записками. Суицид. Скучно. — Ну уж прости, что люди совершают суицид. — Прощаю. Люди идиоты, хотя эти еще и любители драмы, — Шерлок уселся, закинув ногу на ногу, и выжидающе посмотрел на мужчину. Грег вымученно вздохнул. Шерлок хотел что-то еще — он сел, а значит никуда не спешил. — Новых дел нет, — сразу предупредил инспектор. Обычно эта фраза помогала избавиться от скучающего и оттого невыносимого гения на несколько дней. Тот уходил, проклиная ленивых и скучных преступников, а спустя неделю Грег задумывался над тем, чтобы специально подстроить преступления, лишь бы перестать слушать нытье Шерлока и развлечь его. Но он, во-первых, инспектор Скотланд-Ярда, а во-вторых, слишком глуп, чтобы сделать расследование интересным. Уголок губ детектива дрогнул, того явно расстроила новость, но Шерлок безразлично продолжил: — Я не за этим. Это дело пусть и скучное, но запутанное. Безличностные люди, прощальные записки неизвестно для кого. — Не тяни, Шерлок. У меня много работы. — Вам нужно закрыть дело под видом обычного суицида. — Как ты себе это представляешь? — Майкрофт во всем разберется, — мгновенно вставил Шерлок. Грег растерялся. По личному опыту, если в расследование вмешивался старший Холмс, почти само Британское правительство, дело было весьма серьезным. Пришлось сдаться без вопросов и согласиться, но Шерлок и после этого не спешил уходить. — Что-то еще? Лестрейд кинул взгляд на Джона, притаившегося в углу. Мужчина вызывал интерес, ведь каким-то образом продолжал находиться рядом с трудным в общении Шерлоком. Но он по-прежнему не смотрел в их сторону и казался отстраненным. При их знакомстве он выглядел еще хуже, словно увидел призрака и замкнулся в себе. — Доктор Ватсон? — позвал инспектор и не получил отклика, разве что от Шерлока. — Джон такой с самого утра. Джон! — детектив повернул голову в сторону доктора как раз в тот момент, когда Джон закрывал за собой дверь с другой стороны, — До свидания, инспектор. Детектив подорвался с кресла, напомнив Грегу ситуации, когда тот с такой же быстротой бежал разгадывать новые преступления. Шерлоку не нравилось, что Джон молчал и не реагировал на него… ни на кого не реагировал. Потребовалось много сил, чтобы взять его с собой. Объяснить, почему ему захотелось, чтобы Джон сопровождал, получалось проблематично даже самому себе. Он легко справился бы и один. Просто появилась мысль, что прогулка сможет растормошить, отвлечь слегка. Где-то похожее Шерлок когда-то читал и, как оказалось, не совсем удалил, раз вспомнилось.  — Джон! — Шерлок догнал соседа и развернул к себе, удерживая за плечи. Джон посмотрел тому в глаза, словно пытался что-то узнать, вызвав при этом у детектива желание объясниться, оправдаться как-то за… А за что, в общем? Шерлок ни в чем не провинился перед Джоном, но вид мужчины вызывал именно чувство вины. Джон вздохнул и отодвинулся, когда Шерлок чуть наклонился и собирался заговорить. Лёгкое разочарование, но Холмс, сжав губы и выровнявшись, сделал шаг назад, чтобы дать доктору мнимое чувство личного пространства, о котором ему явно намекнули. На самом деле Шерлоку не хотелось этого, ему хотелось все время находится рядом, наблюдать, изучать, как под микроскопом. Его беспокоило возникшее желание по той причине, что он никогда не испытывал подобного к человеку. Что это? Почему оно взялось и что значит? Если рассматривать его как симптом, то симптом какого заболевания? — Я тут подумал, — начал Джон, но, услышав тихое фырканье, умолк. Пауза затянулась. Шерлок, не сводя с Джона глаз, сразу заметил гневные отблески во взгляде мужчины. — Да, Шерлок, я умею думать. Примитивно и глупо, но умею, — в голосе явно слышалась язвительность. — Черт! — а теперь раздражение. Джон зажмурился, глубоко втянул воздух и продолжил. Шерлок терпеливо и с любопытством ждал, — Так вот, я подумал над твоими словами. И кое-что не сходится. Я провел ещё как минимум четыре месяца после твоей смерти. То, что происходит, отрицать бессмысленно, здесь наверняка другое объяснение. Неожиданно умерев, я бы вернулся на месяц назад, но когда тебя уже не было, но вот ты стоишь передо мной. — Четыре месяца? — возмущённо повторил Шерлок. Снова тупик. Ему не нравилось что-то не понимать, а разгадка снова отдалилась этак на десять шагов вперёд. — И ещё, — Джон продолжил делиться мыслями. Мужчины оставались стоять посреди коридора в Скотланд-Ярде, недалеко уйдя от кабинета инспектора Лестрейда. Людей не было, что позволяло свободно говорить на такую щепетильную тему. — Ещё ты, Шерлок. Ты заикнулся о плане с Мориарти, — Джон понизил голос почти до шёпота. До угрожающего шёпота, от которого начиналась тревога за собственную жизнь. Пусть мужчина и доктор, но не стоило забывать, что он отставной капитан, — Ты изначально рассчитывал на свою смерть? — Я просчитал всевозможные варианты развития событий, сопоставил с имеющимися данными о Мориарти и пришел к выводу, что он захочет устранить меня. Оставалось только узнать день, когда это произойдет, и подготовиться к нему. И как я понял, план оказался успешным. — Шерлок… — низко прорычал Джон. Детектив возбуждённо замахал руками и приблизился к доктору почти вплотную. — Джон, не будь идиотом. Кто детально продумывает план собственной смерти?! — Значит… — Да, Джон! Я не планирую умирать, не по-настоящему. И он не планировал. Всего лишь нужно исчезнуть с радаров Мориарти. — Но… — взгляд Джона хаотично блуждал по лицу детектива, а когда голубые глаза упали на губы, Шерлок машинально облизнул их. — Но почему я об этом не знал? — Предположу, что твой Шерлок не хотел, чтобы ты знал правду. Вероятно, он думал, что ты мог все испортить. — Господи… Вы настоящие ублюдки, Холмсы. Опасность Шерлок уловил почти сразу, но поздно спохватился — Джон врезал ему в нос отработанным и быстрым ударом. — Ты же доктор! — прохрипел Шерлок, закинув рефлекторно голову назад. — Не забывай, я бывший солдат и убивал людей. — Ты давал клятву Гиппократа! — язвительно буркнул Холмс. Кровь неприятно вытекала из разбитого носа, затекала в рот, пачкала подбородок и капала на воротник пальто. Шерлок во второй раз познакомился с сильными руками Джона, которые должны лечить, а не калечить! Но о второй их способности часто забывал, когда хотел доказать свое. — Рядом с тобой забываешь об этом. Так и хочется врезать. Господи, как же долго я мечтал об этом, — Джон облегчённо вздохнул. Почти довольно. Шерлок скривился, а потом заметил то, что замечал уже несколько дней, но не придавал значения. — Джон, нам нужно кое-что выяснить! — детектив схватил мужчину за руку и потащил в кабинет инспектора, не прислушиваясь к возмущениям доктора. — Господи, что за… — Лестрейд поднялся с кресла, когда дверь с грохотом открылась и на пороге снова появился Шерлок только с разбитым носом и злым Джоном за ручку. В том, что его ударил Ватсон сомнений не было. Грег бы пожал руку, хоть кто-то воплотил в жизнь мечту многих, но сдержался. Не стоит, это сугубо их личное дело, раз они подрались, точнее Шерлок сам позволил себя ударить. — Мне нужен нож! — Шерлок… — Нож! — требовательно повторил Шерлок, чуть пропев единственную гласную. Он выглядел вдохновленно. Он подлетел к столу и опрокинул канцелярский стакан, ища в разбросанных ручках и карандашах лезвие для бумаги. Джон с Лестрейдом переглянулись, одновременно подумали об одном и том же и закатили глаза. Детектив уже залез в чужие тумбы и забавно вскрикнул, когда нашел нужное. Ему необходимо было проверить возникшую догадку, возможно, он снова получит от Джона. Но руки едва ли не тряслись от предвкушения. — Дай руку. — Зачем? — с опаской поинтересовался Джон, наблюдая как Холмс высовывает лезвие в канцелярском ноже, не сводя глаз с лица блондина. Сейчас он напоминал маньяка. Грег снова позвал Шерлока, но тот, сраженный новыми идеями и не видящий ничего, кроме них, не отозвался. Джон замер, будто перед змеёй, которая вот-вот набросится, если сделать резкое движение. Кажется, он стал подозревать, зачем Холмсу его рука, в то время как тот держит нож. Терпение у Шерлока весьма вредное, иногда он мог ждать месяцами, чтобы добиться нужного, иногда хватало только пары минут, чтобы мужчина нетерпеливо начинал ёрзать в кресле. Детектив сам схватил руку доктора и так же мгновенно, как Джон недавно, резанул лезвием по ладони. В кабинете, казалось, стихло все, что возможно, даже шум машин за окном куда-то исчез. Джон с Грегом шокировано смотрели на порез и капли крови, падающие на пол. — Что ты чувствуешь? — возбуждённо заговорил Шерлок. — Ты… — Что. Ты. Чувствуешь? Боль? Боль чувствуешь? Джон поймал взгляд серых глаз и отрицательно покачал головой, после чего его зрачки расширились от понимания и, возможно, ужаса, а Шерлок торжественно улыбнулся. Его догадка подтвердилась. Он снова сделал шаги навстречу разгадке, весьма успешные, по его мнению. — Так, стоп, — Грег потёр устало лицо, выставив одну руку вперёд, — Что здесь происходит? — Шерлок наконец повернулся к Лестрейду. Открыл рот и даже успел начать говорить, но инспектор его перебил: — Я передумал, не хочу ничего знать. Так, давайте, парни, я отвезу вас домой. Вы не в себе. В машине молчали все, а Шерлок еще и абстрагировался, уйдя в свои Чертоги. Грег дал им двоим салфетки, чтобы остановить кровь и вытереть ее. Сам же Лестрейд наблюдал за этими двумя через зеркало дальнего вида, чтобы те, не дай бог, снова ничего не вычудили. Ему хватило их выходок в участке. Он серьезно задумался запретить Шерлоку приходить в Скотланд-Ярд — встречаться и передавать информацию можно и на нейтральных территориях, например на Бейкер-стрит. Грегу совсем не сложно приезжать к детективу домой, лишь бы не терпеть его выходки у себя в участке. Оставшись одни в квартире, Шерлок и Джон устало уселись кто куда, словно целый день бегали за преступником. — И к чему весь этот цирк? — Ты ничего не вспомнил, что могло бы намекнуть на твою смерть? — Ничего. — Ты как-то легко воспринял этот факт, Джон. — После того, как увидел тебя живого и понял, что меня никто не знает, поверишь и в инопланетян, — Джон развалился на диване, почти в точности копируя позу Шерлока, когда тот уходит в Чертоги. — Не неси чушь, инопланетян не существует. А вот… Я наверняка живой, твой Шерлок наверняка жив и сейчас должен уничтожать сеть Мориарти, а вот ты мертв. Не ты лишился Шерлока, а он тебя. Никак не могу понять, что вас связывает. — Дружба, — коротко ответил Джон. Шерлок отмахнулся рукой, вскочил с кресла и подошел к окну. За стеклом насыщенный красный закат, намекающий на холод, но Джон вдруг увидел в заходе солнца знак предупреждения чего-то грядущего. Вот только плохого или хорошего не мог понять. Детектив тихо шептал, разговаривал сам с собой, и Джон не отвлекал его. Захочет — сам поведает свои мысли. — У меня нет друзей, — Шерлок развернулся резко, — Это невозможно. — О, ну конечно, а решить, что мы любовники возможно, — Джон рассмеялся, а Шерлок в ответ скривился и снова отвернулся, пряча смущение. Он не ответил. Не мог же он сказать, что его сбило «мой», которое Джон несколько раз применил к Шерлоку, пусть и не к нему, а к другому. И те нежные прикосновения в первые минуты встречи, он все не мог прекратить о них думать. Анализировал… Джон возможно не знал, Шерлок бы никогда не позволил этого узнать, но их переписка самая длинная из всех переписок Шерлока с кем-либо. И то, что он успел прочитать, явно говорило о большом доверии к доктору, это говорило о… симпатии? Боже, да Джон знал все его привычки! И мысль о возможной близости оказалась не такой уж страшной. Поэтому он предположил, что они могли быть любовниками, но малый опыт в общении сыграл злую шутку и, как выявилось, подобные признаки есть в обыкновенной дружбе. — А разве нет? — Нет, Шерлок, нет, — Джон сел, удивленно уставившись на детектива. Шерлок чувствовал его взгляд спиной и смущался все больше. — Ты четко дал мне понять, что тебя интересует работа. Я женат на своей работе, Джон. А я никогда не рассматривал тебя в качестве… любовника. — Почему? — Шерлок шикнул, когда осознал, что произнес свой вопрос вслух. Он едва ли не горел от стыда, но убегать в комнату было глупо. Нужно завершить начатое и придерживаться невозмутимости. — Потому что, — Джон замолчал, Холмс понял, что тот пытался подобрать слова. А Джон понимал, что не знает как объяснить, он элементарно запутался, — Потому что тебе это не нужно, а мне было достаточно оставаться рядом, заботиться и оберегать. Ну, и наконец, ты мужчина. — А если бы я этого хотел? — Шерлок проигнорировал последние слова, он развернулся и увидел, что Джон уже стоял на ногах в двух шагах от него. — Нет, Шерлок, только не с тобой. Ты никогда не захочешь, ты — гениальная машина, для которой неравнодушие — не преимущество.