Случайности не случайны.

Утро. Проснулся я от того, что мне было трудно дышать. Грудную клетку что-то придавило и это что-то явно не собиралось меня отпускать. Пришлось скидывать с себя… так, это рука. А чья? Поворачиваю голову и вижу Тома. Том… точно! В голову ударил поток мыслей и воспоминаний. Майкл, больница, сестра, поцелуй. Блин, последнее заставило кожу покрыться мурашками. Смотрю на спящего парня и не могу оторваться. Красивый… Полуоткрытые губы так и манили, подрагивающие ресницы, мягкие черты лица… Обидно то, что торс я так и не увидел, прикиньте, он попёрся переодеваться в туалет. Я, честно признаться, был в шоке. Рука Тома скатилась на талию и притянула ближе к телу, заключая в медвежьи объятия. А я не против. Интересно, который час? Тут часов нет, мобильник остался в ресторане, собственно как и вся сумка. Пролежав примерно пятнадцать минут, мне захотелось в туалет. И вот проблема, как выбраться из объятий, не разбудив Тома? Короче, я начал медленно вылезать из постели. Пришлось долго возиться с руками и ногами, которые крепко удерживали меня в плену. Я пыхтел, матерился, бесился, уже даже планировал разбудит Тома, но он, видимо, почувствовал моё недовольство, перевернулся к стене и наконец освободил меня. И я ретировался по «делам». *** - Куда убегал? Я проснулся, а тебя нет… - только я зашёл в палату, как на меня уставился обиженный Том. - Ну знаешь, мне встать надо было, а ты придавил, зараза такая, я еле выкарабкался! – наглёшь вообще! - Ты такой тёплый, а я замёрз, вот и… - смущение? Да лаа-а-а-дно? - Не покрасней, стесняшка! – начинаю ржать, а Том насупился и смотрит недовольно – Так, ладно, сколько времени? - Десять, врач приходил, но тебя не нашёл, сказал, что придёт через тридцать минут. – отчитался парень. - Ок, я есть хочу. - Без проблем, пойду умоюсь, потом за завтраком. – Том слезает с постели. Сонный, немного помятый, зевающий… Короче говоря, пока Том приводил себя в порядок, ко мне пришла медсестра. До полдвенадцатого я проторчал на процедурах. Желудок требовал пищи, грозясь сожрать самого себя. - Что ж, всё в порядке. Вот здесь, - протягивает листочек – название мазей. Они пригодятся Вам для снятия отёков и синяков. Шов обрабатывайте два раза в сутки в течение двух недель недель. Сначала смачивайте его перекисью водорода, ждите, пока она не перестанет «шипеть». Затем наносите зеленку прямо на шов. Особых болевых ощущений вы не почувствуете, может возникнуть лишь легкое жжение, которое быстро пройдет. Если возникнут какие-то проблемы – обращайтесь. - Спасибо. Когда я могу ехать домой? - Пройдите в 115 кабинет, герр Штоль выдаст Ваши документы и справку о выписке. Поблагодарив женщину, сразу иду в нужный кабинет. Там проторчал минут семь, после чего сразу рванул в свою палату. - Блин, я уже заждался, – Том снова возмущён. - Угу, еда есть? - Ага, вот, – протягивает небольшой пакет. – Тут бутерброды с сыром и сок. - Спасибо… - только собираюсь откусить кусочек от бутера как… - Спасибо не прокатит! Поцелуй в щёчку. – эм… ок! Подставляю свою щёку. – Какой умный, нет уж, ты меня целуй! - сволочь! - Что ж только щёку? Давай губы сразу, лоб, нос, чтоб уж наверняка! – съехидничал я. - Да, ты прав, так намного лучше. Согласен! – и этот мудак подставляет всю рожу. Губы трубочкой, глаза закрыты. Паразит, а! - Обойдёшься. Дай пожрать? - Злюка! Дальше я ел в тишине, Том не сводил с меня глаз. - Ты такой красивый, – внезапно произнёс Берт. Я чуть соком не подавился. - Спасибо, ты тоже. - Правда? - Да. - Честно? - Да. - Точно? - Я тебя сейчас через окно выкину! - Всё, молчу. Сидит довольная моська, пялится на меня, не переставая. Блин, улыбка сама собой лезет на лицо. Кусаю щёку изнутри дабы скрыть это недоразумение. - Я вижу. – Том подсел вплотную. - Чего ты видишь? - Ты улыбаешься! Я рад. – поворачиваю голову и… этот паразит целует в губы. - Скотина!!! - А вот и я! – дверь открывается и влетает Стэйси. – Успела. Думала вечером заеду, но не усидела. - Привет красавица. – Том подходит к сестре и целует руку. Джентльмен недоделанный. - Ох, Би, я тебе завидую белой завистью. Такого парня найти! – восхищённо выдаёт близняшка. - Я его не искал. Он сам припёрся! - Да, припёрся и захватил твоё сердце. - Слышь, захватчик, вали домой. - Только если к тебе! – и, не дождавшись моего мата, выходит из палаты. - Зараза. - Билл, что ты за человек такой? Том хороший парень, весёлый, привлекательный. А ты тут диву корчишь! Прекрати уже, я же вижу, что он тебе нравится, – сестра присела рядом, приобнимая за плечи. - Стэйс, я его знаю меньше двух дней. О какой симпатии ты говоришь? - Ага-ага. Раньше тебя это не напрягало. Прыгал в постель с любым симпатичным парнем. - Ну… - Баранки гну! - Вы скоро? – нашу «милую» беседу прервал Том. - Идём! В общем, Стэйси повезла нас на своей машине. Сначала мы заехали в ресторан забрать вещи. Мне сказали, что после того, как Том увёз меня, официантки вызвали полицию и Майкла увезли в участок. Более того, мне тоже нужно туда приехать для дачи показаний. Том держался молодцом, не показывал того, что ему неприятно всё это слышать. - Билл, давай сначала в участок? – уже десять минут мы стоим на стоянке около ресторана, решая куда ехать. Я хочу домой, Стэйси в полицию, а Том вообще молчит. - Зачем? Можно и завтра поехать. - Блин, Том, хотя бы ты скажи, что надо в полицию. - Билл, Стэйс права. - Бл*ть! Ну, дальше думаю не стоит рассказывать. Ехали пятнадцать минут. За это время я успел конкретно достать Тома и Стэйс. Они грозились заклеить мне рот и вообще связать. - Здравствуйте, герр Каулитц. – ко мне подошёл дядя 40 лет в форме. - Здравствуйте, мне сказали приехать… - Да, пройдёмте. Мы зашли в тёмное помещение, где святило всего пару ламп. В комнате был один стол и четыре стула, на одном из них я увидел Майкла. Злость начала окутывать сознание. - С*ка! – сказала эта мразь. - Ядом не подавись, - на удивление ровно и даже хладнокровно произнёс я, и уловил убивающий взгляд Берта. - Приступим. Целый час меня добивали одинаковыми вопросами, раз за разом приходилось пересказывать события того вечера. Переживать всё заново не хотелось категорически, но выбора мне не оставили. - Я ничего не буду говорить без адвоката, – заявил Майкл. - Вас даже адвокат не спасёт, – спокойно сообщил страж закона. – Есть свидетели, записи видеокамер. Вы, видимо не ожидали, что Вильгельм даст Вам отпор. К тому же, за дверью сидит человек ставший очевидцем Ваших действий, и он согласился дать показания. Прошу, приведите Томаса, – обратился полицейский к гиганту возле двери. Майкл, от услышанного имени сына, скривился. - Входите, - появившейся Том меня немного напугал. Он выглядел таким холодным. Глаза ничего не выражали. Спокойный как танк… - Расскажите всё, что видели в кабинете герра Берта двадцать второго сентября. И пошло поехало. Том пересказывал всё в деталях, рассказал как вырубил Майкла, в каком состоянии я был, когда он увозил меня в больницу. Во время его «рассказа» я почему-то сжимался, представляя всё со стороны. Это ужасно. А Майкл метал молнии. - Дрянь, выродок, я тебя обеспечивал, а ты променял меня на эту шл*ху! – кричал Берт, пока его уводили. – А ты – смотрит на меня – гори в аду, с*ка. Вкратце: После слов Тома, Майкла отправили в камеру. Через три недели начнётся судебный процесс, по исходу которого, Берта скорее всего посадят. От пяти до семи лет колонии общего режима. *** По приезду ко мне домой, Стэйси уехала на работу, оставив меня на Тома. О том, что было в участке, я пересказал ещё по дороге. А Том… Он был подавлен. - Слушай, давай закажем чего-нибудь на обед? – было около трёх часов, и мне надоело сиделать в тишине. - Я не голоден. - Том, прости меня? – парень поднял свои карие глаза. - За что? – недоумённо смотрит. - Ну, Майкл ведь твой отец. Пойми, я не мог по - другому… Написал заявление, а ты… всё против него сказал. Не надо было, там же камеры, видео. Я вижу, что тебе плохо. Прости пожалуйста… Том. - Дурак, – перекрыв мой поток, брейдастый обнял меня, усаживая к себе на колени. – Тебе не за что просить прощение. Да, конечно, мне неприятно, что так получилось, но я сам пошёл против отца. Это моё решение, – не сдержавшись, обвиваю шею парня руками, прильнув к широкой груди. - Зачем ты всё это делаешь? - Если скажу, что влюбился в тебя - поверишь? - Я не верю в любовь с первого взгляда. Ты же практически меня не знаешь. - Да что ж ты упрямый такой? Я уже рассказывал, что знаю тебя достаточно давно. - Давно – это сколько? - Полгода где-то. Около трёх месяцев приходил к отцу на работу, лишь бы тебя увидеть. Как я уже говорил, Марта дала понять, что у тебя есть парень, и я не решался подойти. А месяц назад увидел тебе в клубе «White star», – припоминаю. Боже… Мы тогда со Стэйси напились до белочек.- И сестру твою я тоже помню, вы тогда на барную стойку залезли и разорались о том, что музыка г*вно, алкоголь г*вно, пол, стенки и потолок тоже. Правда, я так и не понял: причём тут стены с потолками. Помню, как ты решил на шесте покрутиться, – мать моя родная… вот это было позорище. Я «развлекался» от души. Напрыгался как козёл, наорался, потёрся задом о шест. Потом пьяная голова решила, что сцены с трубой для меня мало, и я выполз в зал. Полазал под столами, с помощью Стейс забрался на один и походил по нему ногами. Всё это сопровождалось быстрой музыкой и стриптизом. Мне было жарко и я срывал с себя одежду. Затем вернулся на сцену к шесту, снова стал показывать мастерство и гибкость. Короче, трубу я сломал. Точнее она стала походить на Пизанскую башню. Тоже скошенная. Из-за этого безобразия нас с сестрой выперли из клуба, и запретили там появляться. – Мы с друзьями ржали долго! – мы тихо посмеивались, припоминая события из прошлого. Я по прежнему восседал на коленях Тома, и вставать не собираюсь. - Да уж. Теперь нас на пушечный выстрел не подпускают к клубу. - Не пробовал поговорить с управляющим? Ну там, сказать что больше так не будете, извиниться и убедить его, что вы хорошие. - Хах, легче убедить пингвина, что он лев. - Даже так… У меня было что-то похожее. Я был на празднике у лучшего друга Тима. Мы нажрались до усрачки и решили сходить за добавкой. Если честно, я плохо помню что там было, но одно я помню точно, в магазине мы начали петь песни, даже танцевать, а когда продавщица вызвала охрану, Тим стал прикидываться душевно больным. Он развалился на полу и стал биться в конвульсиях, а я съехал по стенке начиная дико ржать. Нас отвезли в вытрезвитель и только утром отпустили. Мы решили, что надо бы сходить, извиниться. Купили цветы, прилично оделись и пошли в магазин. И знаешь, там на двери была надпись: «В пьяном и нетрезвом виде: вход, въезд, вполз, влёт, влез, телепортация и другие виды передвижения - запрещены!» Это надо было видеть. Мы смеялись до слёз. Потом забили на извинения и пошли по домам. В тот магазин больше не ходим, – закончил свой рассказ Том. Я не смеялся… Я ржал как конь, представляя всё в красках. Следующие пару часов прошли мирно. Том заказа обед, я сварил кофе. После трапезы стали смотреть фильм. В шесть вечера решили прогуляться. Пошли в парк. Я не думал, что у нас столько общего, Том интересный собеседник, многое знает и поэтому легко поддерживает любой разговор. Домой вернулись только в восемь. Я сразу потопал в душ. Том задолбал просьбой пойти со мной: «Честно слово, приставать не буду… может только чуть-чуть». В итоге, я послал его на х*й. И знаете, эта свинья сказала, что пойдёт только на мой. Я минуты три стоял с раскрытым ртом… Потом «очнулся» и запустил в него гель для душа. - Чем займёмся? – после ужина мы сидим на диване тупо пялясь в потолок. - Может, ты к себе поедешь? - Ты меня выгоняешь? - Нет, просто предлагаю. - Хочу остаться с тобой. Смотрю на Тома. Сейчас он без пафоса, который сопровождает его на улицах. Сейчас он… как бы сказать… домашний. В растянутых спортивных штанах, которые я нашёл в недрах шкафа и белая футболка. - Том… - М? - Поцелуй меня. Парень от моего заявления растерялся. Но потом придвинулся ближе и коснулся моих губ своими. Но, чёрт возьми, мне этого мало! Пора брать инициативу в свои руки. И я взял… Как двусмысленно получилось, а? Целовались мы долго. Том сначала немного тормозил, но потом начал отвечать со всей страстью. Мы кусали друг друга, затем нежно ласкались. Его конкретно повело от штанги в языке. Шаловливые руки уже под моей футболкой. Тёплые ладони скользят по спине, плечам, бёдрам. Я, в свою очередь, уже снял с Тома верхнюю часть гардероба. Наконец я смог разглядеть его торс. О да, подкаченный животик, широкие плечи… Ммм… Мы не могли оторваться друг от друга, мне хотелось целовать, целовать и ещё раз – целовать. Уже начинает сносить крышу… Плевать на всё, я хочу этого парня! Хочу… Как я и предполагал, Том оказался шикарным любовником. Просто зверь. Он брал меня жёстко, резко, входя по самые яйца. Я стонал без остановки. Это было нереально! Такой кайф… Я метался под ним, сходил с ума, не знал, куда себя деть. Запредельное удовольствие заставляло терять голову. В реальности меня удерживали руки, которые блуждали по телу и жаркие поцелуи. Мне было хорошо, невероятно хорошо. Несмотря на всю резкость, он не причинял мне боли. Напротив, я улетал от каждого толчка во мне. Том исцеловал всё моё тело. Жадно, горячо, страстно. Безумно! И мы окунулись в это безумие с головой…