Случайности не случайны.

Том вернулся примерно через час, весь довольный, улыбчивый. Нет, я все-таки не понимаю его. Если бы мой отец такое сотворил, я, как минимум, переживал, забившись где-нибудь в уголке и думал над тем, как вытащить его из этого г*вна. А Том, похоже, доволен жизнью, прошёл мимо меня, сияя как торшер. - Ты чего такой довольный? - Разрешили быть тут до твоей выписки, потом я отвезу тебя домой, пообедаем, поговорим… - А меня спросить не забыл? – вот это наглость! – Может, тебе ещё предложить остаться у меня дома на ночь в качестве благодарности за спасение? – вот если он не догонит сарказма… - Я согласен! – не догнал… - Не дождёшься! Я тебе потом деньги отдам. - Не нужно. - Нет, Том, нужно. Не хочу быть должником, – ага, не хочу, а денег нет. Бл*ть, я в полной ж*пе. - Бииилл, ну что ты за человек? Ничего не надо отдавать, я, так сказать, от чистого сердца! - Ладно, с этим потом. Ну, и что делать будем? Только полдень, а выписка завтра в обед. - Ну… я голодный. Пошли пообедаем? - Можно. Ага, можно, только невозможно. У меня шов, который дико болит. - Чёрт, я не могу. - Спина? - Да. - Так, ты лежи, а я сейчас всё сюда принесу! - Стой, не надо! – блин, вот Том скоростной. Уже смылся. Через двадцать минут, влетает в палату с какими-то пакетами. - Всё! Так, вот тут пюре картофельное, тут свинина с грибами, надеюсь, не прогадал. Если что, сбегаю за чем-нибудь другим. – эээ… - Не прогадал. Скорее меня интересует, как ты угадал? Это именно то, что я люблю… - он что, экстрасенс? - Вот как? Я рад! – счастливо улыбается. Блин, он реально красивый. Ну что за хрень? – А я ещё лимонный чай со льдом принёс, – протягивает стаканчик с трубочкой. - Ага… - я в шоке. С чаем тоже угадал. Как такое вообще возможно? Том уселся на стул рядом со мной и раскрыл коробку с чем-то там. - Что у тебя? - Гречка с курицей и яблочный сок. - Яблочный… А дай попробовать? – ага, наглость-второе счастье. Ну а что? Я обожаю яблочный сок. - Держи, – протягивает стаканчик, и я присасываюсь к нему, как пиявка. – Эу, мне-то оставь! – пытается вырвать, нифига! - Билл, ты меня без питья оставишь, а я у тебя тогда чай стащу, – отрываюсь от сока. Не дам я тебе свой чай! - Слушай, а расскажи о себе? - Ок, если и ты о себе расскажешь! - Без проблем, начинай. - Ну, как зовут меня ты уже знаешь, мне 20 лет. Работал у твоего отца, но, судя по обстоятельствам, там я больше не объявлюсь. Родом из Германии… - Ты немец!? - Ну да, – чего так удивляться-то? - За два года, я не встречал тут ни одного немца. Я сам из Берлина, кстати. - ДА ЛАДНО? - Ага, приехал учиться. - Я тоже на учёбу, правда, не сложилось. - Чего так? На кого хотел учиться? - Моя цель – стать модельером. Учиться хочу в этом направлении, только финансов не хватает. Решил накопить, а чем закончилась работа, ты знаешь. - Да, не легко. Ну, а я учусь на фотографа. Уже второй курс. Снимаю квартиру, недалеко от университета. У нас, кстати, есть факультеты, связанные с модой и всем этим бредом. - Эй! Это не бред! - Прости, прости. Так, что могу ещё сказать о себе… Мне двадцать три, увлекаюсь игрой на гитаре. - Вау, а я пою, – неожиданно. У нас много общего! - Круто, у меня дома есть гитара, если хочешь, можем как-нибудь дуэт устроить. - Ты думаешь, мы будем общаться? - Я не против. Ты мне понравился! – Эм, что-то я немного затормозил. Это в каком смысле понравился? - То есть? - То и есть. - Том, блин, в каком смысле "понравился"? - А в каком ты хочешь? - За*бал! Пошёл на хрен! - Не-а. Ты красивый, улыбчивый, хоть и стараешься быть ежиком колючим. А ещё ты эгоист, хам и матерщинник. - Спасибо, конечно, за такие слова… Но ты меня знаешь всего несколько часов. - С чего ты взял? – ну, теперь я вообще растерялся. - Бл*ть, объясни нормально! - Блин, Билл, не тормози. Ты работал у моего отца, естественно, я часто бывал у него. Увидел тебя, заинтересовался, стал расспрашивать персонал: кто ты, и что из себя представляешь. - И что ты узнал? - Ничего существенного. Имя, возраст, кем работаешь. - Ясно. - А какая у тебя ориентация? – вдруг спросил Том. Правду сказать или нет? А может… - Гей, – а вдруг он тоже? Ну или би. Что уж скрывать, он красивый, хоть и наглый. - Я так и думал. Парень есть? - Нет. - Класс, а можно я им стану? – вот тут я вообще выпал просто. - Это ты сейчас встречаться предлагаешь? А ничего, что я тебя не знаю? И вообще, может, ты мне не нравишься? - Я так не думаю, ты на меня смотришь оценивающим взглядом и я тебе явно симпатичен. - Да неужели? - Ага. - Ты говорил, что тебя дома не ждут, почему? – меняем тему… меняем! Срочно! - Живу я один. Мама с отчимом остались в Берлине. Папу, по большому счёту, я не интересую. Он, конечно, помогает финансово, да и с учёбой, в общем-то, тоже. Но если я, вдруг, скажу, что всё бросаю и возвращаюсь в Германию, он даже не поинтересуется почему. - В Берлине есть множество престижных университетов, почему именно ЛА? - Всё из-за отчима. Мы с самого начала возненавидели друг друга. Даже если бы я жил в общежитии, время от времени пришлось бы ездить домой, а с Гордоном я не могу провести больше двух часов в одном помещении. - Вот как. Так отца ты не защищаешь потому что он холодно к тебе относится? – странно как-то, учитывая, что он ему деньги даёт. - Вовсе нет, дело в тебе. Будь на твоём месте кто-то другой, поверь, я бы уже упрятал папу. - Даже не знаю, что сказать… Почему не подошёл ко мне в ресторане? - Марта сказала, что ты уже с кем-то встречаешься. – Марта, одна из официанток. – Что бы там ни было, а разрушать чужое счастье я не собирался. - Даже, если бы оно стоило твоего собственного? - Да, мама с папой развелись именно из-за этого. Гордону сильно понравилась мама, он в неё влюбился и ради своей цели разрушил нашу семью,- Том поник, видимо, воспоминания душат. - Прости, заставил такое вспомнить… - ну вот, теперь мне стыдно. - Да ладно, всё хорошо. - Слушай, вот ты сказал, что я тебе нравлюсь, значит, ты тоже из «небесных»? - возвращаемся к теме, возвращаемся! - Нет, я - натурал. Был, во всяком случае. А потом тебя увидел, и просто дар речи потерял. Ты был весь в чёрном, с распущенными волосами, дерзкий макияж, очаровательная улыбка. Высокий, стройный, с красивым голосом, весь такой яркий… Ты, действительно, поразил меня, и я стал тобой интересоваться. Как-то так. – Том смутился и опустил взгляд. Вот это поворот событий! . - Приятно слышать о себе такое. Могу сказать, что ты тоже очень красив, - Том посмотрел на меня, закусывая нижнюю губу – если бы не обстоятельства, мы бы так и не познакомились? - Скорее всего нет, – чёрт возьми, я рад что всё так получилось! Рад! - ВИЛЬГЕЛЬМ КАУЛИТЦ! – мы с Томом аж подпрыгнули от пронзительного голоса – Какого чёрта ты, скотина такая, ничего мне не сообщил!? – о боже… принеслась. - Стэйс, не кричи, а? – в палату влетел торнадо по имени Стэйси. - Не кричи? НЕ КРИЧИ! Ты ох*ел? Я вчера чуть с ума не сошла, я чувствовала, что тебе плохо, звонила, а ты трубку не брал! Пришлось к тебе на работу ехать, там мне сообщают, что тебя всего в крови увезли в больницу! У меня сердце чуть не остановилось! И, бл*ть, никто не знает в какую!!! Я всю ночь провела у телефона, обзванивая больницы. И только пару часов назад узнала, где ты, сразу поехала к тебе, готовясь к худшему, а ты преспокойно лежишь тут, даже не думая мне звонить»! С*ка! - Эм, девушка, простите, что влезаю, но Билл был без сознания, и пришёл в себя только пару часов назад, – влез Том. И зря… - Заткнись и не лезь, пока я тебе в рот кляп не запихнула! – да, Стэйс страшна в гневе – Потрудись объяснить, что произошло? - Меня захотели изнасиловать, но ничего не получилось. Отделался ушибами и небольшим швом на спине. Всё. - Твою мать… Билл, я же волновалась, места себе не находила, – Стэйси подошла и обняла меня. Я в свою очередь прижался к хрупкой девичьей фигуре. А Том вообще в прострации какой-то сидел. Надо бы ему объяснить кто она. - Прости родная, прости, что заставил переживать. Но, как видишь, со мной всё хорошо! - Угу… - наконец отлипнув, Стэйс бесцеремонно скинула Тома со стула и уселась на него сама. - Том, - обращаюсь к обалдевшему парню – это моя сестра-близнец Стэйси Каулитц. - Близнец? – Том во все глаза уставился на нас – Чёрт, точно… вы как две капли воды, даже родинка под губой есть. - Да ладно? Билл, ты прикинь, у нас родинки одинаковые! – съехидничала сестра. - Стэйси!!! – зараза. - Ты, кстати, кто такой? – это уже Тому. - Я парень Билла! – эээ… - Том!!! – с*ука, сговорились что ли? - Вау! Би, а ты молодец, красавчика отхватил. – Стэйс подошла к «моему парню» покрутила туда-сюда, подёргала косички и громко объявила – Пошли, поговорить надо! – гопник недоделанный. - Эй, что за фигня! – и конечно же слушать меня никто не стал. Эта «парочка» выскользнула из палаты оставив меня одного. Спустя час… Бл*ть, боюсь представить какой допрос устроила сестра Тому. Этой ходячей бомбе надо знать всё и сразу, и если не сказать, за*бёт до потери сознания. Что касается Тома, он назвал меня своим парнем. И как к этому относиться? Хотя нет, не так. Что я почувствовал? Волнение, трепет, тепло. Да, именно это. - БИЛЛ! Это невероятно! – в палату влетают уже два торнадо. Это заразно. – Я благословляю вас мои хорошие! И вообще, объявляю вам мужем и мужем, можете поцеловаться! – и рассмеялась. Я же в ступоре смотрю на сестру. И знаете что? Том воспользовался моим замешательством и, пока я пялился на смеющуюся бестию, подлетел ко мне, и прикоснулся своими тёплыми губами к моим. Я в шоке уставился на улыбающегося парня. - Ох, как это прекрасно! – снова подала голос Стэйси. Дальше Том с сестрой устроились на cтульях (второй стул Стэйс притащила неизвестно откуда), стали болтать о музыке, фильмах и фиг его знает о чём ещё. Я же смотрю в окно, прокручивая всё в голове. Том меня поцеловал! Пусть это было просто касание, но… Это было нереально, так приятно! И, боже, я хочу ещё. Хочу не простого касания, а настоящий поцелуй. Хочу снова почувствовать теплоту его мягких губ, его вкус… ааа… голова сейчас лопнет. Слишком много для 2-х дней. - Би, ты меня слышишь? – из мысленных процессов меня выдёргивает голос сестры. – Мне надо уходить, работа не ждёт! Когда тебя выписывают? - Завтра в обед. - В обед… блин, у меня съёмки. - Кем работаешь? – Том. - Моделью. И завтра важная фотосессия. - Не переживай, я о нём позабочусь, – отозвался Том. - Хорошо, тогда я либо завтра вечером, либо послезавтра утром к тебе заеду! – это уже адресовано мне. - Ok, удачи на работе. - Спасибо, люблю тебя, придурок, – Стэйс улыбнулась. Всё-таки, какой бы нахалкой она не была, а близняшку я обожаю. - Я тебя тоже, дура! – мы рассмеялись, и, послав воздушный поцелуй, Стэйс удалилась. До самого вечера, мы с Томом проболтали на различные темы: вспоминали жизнь в Германии, много рассуждали о близнецах, вспоминали весёлые моменты, анекдоты, в общем, хорошо провели время. Ближе к семи вечера, пришла медсестра проверить моё состояние. Затем Том, неизвестно откуда, притащил карты. И до десяти мы рубились в «дурака». Естественно, Том хотел на желание, но учитывая то, что сегодня происходило, это опасно для моей нервной системы. Потом косичкоголовый всё же заставил играть на вопросы. То есть проиграл, и отвечаешь на заданный тебе вопрос. И, кто бы сомневался, я проиграл. - Чего ты больше всего боишься? - Пауков. - У тебя арахнофобия? - Ага, жесть, вообще! - Говорят, чтобы избавиться от страха нужно посмотреть ему в глаза. - Бл*ть, у паука дох*я глаз, пока в них посмотришь, сдохнешь от инфаркта! – Том рассмеялся. А мне не до смеха, я действительно помру от ужаса. В общем, до 00.30 мы так и играли, периодически смеясь до такой степени, что приходилось утыкаться лицом в подушку, чтобы не разбудить половину больницы. Ну и в час ночи, наконец, уснули. Том, кстати, уснул со мной…