Ведьмак. Разные судьбы

Поздним вечером в "Хамелеоне" царили шум и веселье. Геральт огляделся по сторонам - в просторном зале яблоку было негде упасть. Люди и нелюди отдыхали после тяжёлого рабочего дня. У ведьмака уже в ушах звенело от громких заздравных тостов, пьяного хохота и нецензурной брани. На молоденьких танцовщиц, исполняющих на сцене замысловатые па, мало кто обращал внимание. Геральт сделал щедрый глоток обжигающе холодной водки из своей кружки и кивнул подошедшему Лютику. - Помнится, ты планировал создать из этого заведения нечто более цивилизованное, - заметил ведьмак. Бард виновато развёл руками: - А что ты мне прикажешь делать? Выгнать отсюда их всех? Несказанно рад тебя видеть, мой друг. - Взаимно. Кстати, я тоже, наверное, постараюсь наведываться сюда почаще. Выпивка здесь просто отменная. Да и девушки тоже ничего... Геральт улыбнулся одной из танцовщиц. Девушка стыдливо покраснела и отвела взор. Лютик сел за стол напротив друга: - Поставками спиртного теперь занимается Золтан. А то он только и знает, что в гвинт играть, да с девками кувыркаться. - Как у тебя дела? - спросил Геральт. - Как себя чувствует Присцилла? Виконт заметно сник: - Увы, голос к ней так и не вернулся. Даже обычная речь даётся ей с трудом. Лекари не дают никаких оптимистичных прогнозов на будущее. Но я всё время рядом, поддерживаю её, как могу. Недавно она написала новую пьесу под названием "Слава великому поэту". Без ложной скромности скажу, что сие произведение произвело настоящий фурор. Геральт усмехнулся: - Под великим поэтом, безусловно, подразумевался ты? Лютик гордо подбоченился: - Ну разумеется! Только сам я, к сожалению, не смог исполнить главную роль и даже не присутствовал на премьере. Новиградская публика столь непредсказуема, знаешь ли... Но меня с успехом заменил молодой, подающий надежды актёр из труппы мадам Ирэн Ренар. Сам я в это время вынужден был срочно уехать по весьма важным делам. Наша с тобой общая знакомая, досточтимая княгиня Анариетта, пригласила меня в гости. А великие мира сего не приемлют отказов. В общем, я неплохо провёл время в краю вина и любви. Анна-Генриетта познакомила меня со своей сестрой, опальной княжной Сильвией-Анной. Дерзкая и своенравная девица, но в женской привлекательности ей не откажешь. Мы с Анариеттой гуляли по Боклеру, пили вино, разговаривали обо всём на свете... Геральт подозрительно прищурился: - И это всё? - Конечно. Я пробыл там всего несколько дней. В Новиграде меня ждала Присцилла. - Сдаётся мне, что ты пиздишь, Лютик. Ни хера это не всё. Ты, вероятно, забыл упомянуть о паре-тройке незабываемых ночей любви в объятиях обворожительной княгини. Всем известно, что она к тебе неровно дышит. А мой старый приятель виконт де Леттенхоф не из тех мужчин, что отказывают в близости красивым и влиятельным женщинам. - Можешь мне не верить, Геральт, но я говорю чистейшую правду, - спокойно ответил поэт. - Моё сердце и всё остальное целиком и полностью принадлежит Цираночке. С тех пор, как я познакомился с ней, другие дамы не имеют для меня значения. - Хорошо, - кивнул Геральт, сделав очередной глоток водки. - Потому как если ты заставишь Присциллу страдать, будешь иметь дело со мной. - Кого я вижу! Неужто сам Белый Волк посетил наше скромное заведение? Неожиданно приблизившийся Золтан Хивай так сильно ударил Геральта по плечу, что тот едва не поперхнулся. Ведьмак в очередной раз вынужден был констатировать тот факт, что под воздействием большой дозы крепкого алкоголя его рефлексы несколько притупляются. Краснолюд бесцеремонно уселся рядом со своими друзьями и попросил служанку принести ему вишнёвой наливки. - Ох, парни, вчера в "Пассифлоре" я близко познакомился с такой горячей эльфкой... - Хивай задумчиво пригладил бороду. - Если б вы только знали, что она вытворяла... Я даже покраснел, хотя думал,что об этом деле мне всё известно... Лютик брезгливо поморщился: - Золтан, уймись. Никому не интересно слушать про твои постельные приключения. Тебе уже давно пора взяться за ум, остепениться. Семью завести, наконец. Красавицу жену, которая произведёт на свет пару-тройку маленьких краснолюдов. В ответ Золтан громко расхохотался: - Слышать такие речи из уст повесы и бабника, давно потерявшего счёт собственным любовным связям, просто уморительно! - Пусть лучше Геральт нам что-нибудь расскажет. - Лютик вопросительно уставился на ведьмака. - Хотите послушать о моих постельных приключениях? - ухмыльнулся Геральт. - Ты понял, о чём я. Ты всё время на Пути, всегда в дороге. Что-то интересное за последнее время с тобой приключалось, ведь так? Я не имею в виду примитивные заказы на накеров или водную бабу. Ведьмак смерил друзей взглядом, затуманенным после выпитого: - Да, - сказал он. - Был один случай... * * * Геральт проснулся оттого, что лошадь тыкалась мокрым носом ему в шею. - Плотва... Отъебись, - раздражённо бросил ведьмак, часто моргая спросонья и с трудом поднимаясь на ноги. Всё-таки жёсткая как камень земля, покрытая ворохом сухой листвы - это вам не перина, набитая лебяжьим пухом. Но нынче выбирать не приходилось. Всё тело протестующе ныло после столь неудобной ночёвки. - "Значит, что-то человеческое во мне всё же осталось," - мысленно усмехнулся убийца чудовищ. Геральт посмотрел по сторонам. Солнце было уже высоко. Стало быть, он проспал до полудня. Примерно в ста метрах поодаль на берегу реки весело резвилась стайка утопцев. Ведьмак оседлал свою лошадь, забрался в седло и пустил Плотву галопом. Почуяв чудовищ, кобыла нервно заржала и, взбрыкнув задними ногами, едва не сбросила седока. Геральт ожидал от неё подобного фокуса, поэтому незамедлительно успокоил свою верную подругу Аксием: - Тихо, Плотва. Сделаем вид, что мы их не заметили. Не хочу тупить об этих тварей новый серебряный меч. К тому же, всех перебить всё равно невозможно. Какое-то время они продвигались вперёд без происшествий. До тех пор, пока из кустов не выскочило что-то маленькое, прямо под ноги Плотве. Кобыла громко заржала, встав на дыбы. Геральт гневно выругался, вцепившись в поводья мёртвой хваткой. И увидел своего старого знакомого, прибожка Ивасика, который сидел на земле, потирая разбитую коленку. Ведьмак торопливо спешился и подошёл к нему: - Прости, я не успел среагировать. Но ты сам виноват - нечего лошади под копыта бросаться. Ну как ты? Живой? Прибожек обиженно уставился на него снизу вверх и шмыгнул носом: - Опять ты, индивид... Я от утопцев убегал, а твоя ебанутая кобыла чуть меня не убила. - Может, тебе эликсир какой-нибудь дать? - осведомился Геральт. - Только рану сперва промыть надо. Ивасик отрицательно покачал головой: - Ничего страшного. Заживёт, как на собаке. А от твоих ведьмачьих эликсиров я точно копыта откину. Несмотря ни на что, я рад нашей встрече. Поговорить мне с тобой нужно. Ведьмак скрестил руки на груди: - Я весь внимание. Прибожек поднялся на ноги. - В общем, я тут подумал... Ты ведь по всему миру шныряешь, так? Не встречал ли где-то ещё прибожков? Таких, же как я, только женского полу? Геральт тотчас же вспомнил о маленькой Саре, живущей душа в душу с онейроманткой Кориной Тилли в якобы проклятом доме банкира де Йонкера в Новиграде. - А на кой тебе сдался прибожек женского пола? - на всякий случай осведомился ведьмак, хотя ответ был очевиден. Ивасик нахмурился: - Ты дурак что ли, или прикидываешься? Семью хочу создать, остепениться. Увеличить популяцию прибожков. Ты же сам говорил, что нас мало осталось. Пошла она в жопу, эта холостяцкая жизнь. Паршиво мне одному, понимаешь? - Понимаю, - кивнул Геральт. - Я постараюсь тебе помочь, но не могу ничего обещать. Ивасик просиял: - Спасибо. Я знал, что могу на тебя рассчитывать. А сейчас ты куда направляешься? - Есть у меня сведения, что неподалёку отсюда какая-то захолустная деревенька находится. Может быть, жителям какая-нибудь помощь требуется. Да и провизии прикупить не худо. - А, ты наверное имеешь в виду Липовку. Это там. - Прибожек махнул рукой, указав направление. - Заходил я туда несколько раз. Яблоки воровал, картошку. Хотел курицу утащить, только она, сука, от меня удрала. А эти изверги деревенские собак на меня спустили. Насилу я оттуда ноги унёс. Так что будь осторожен. Удачи тебе, индивид. И помни о моей просьбе. - Не забуду, Ивасик. Бывай. - Геральт кивнул ему на прощание и залез в седло. Деревня Липовка встретила его гробовой тишиной. На улице не было ни единой живой души. Окна и двери домов наглухо закрыты. Ни собачьего лая, ни детского смеха, ни досужих разговоров о том-о сём. Геральт спешился. - Подожди-ка здесь, Плотва. Он громко постучал в дверь близстоящей хаты, но ответа так и не дождался. Постучал в другую, третью. Вновь тишина. Выламывать двери Аардом ведьмак не спешил: мало ли, может, люди очень заняты или просто не в настроении принимать нежданных гостей. Однако нехорошее предчувствие продолжало нарастать. Пройдя немного вперёд, Геральт увидел избу, двери которой были распахнуты настежь. Он беспрепятственно вошёл внутрь и тотчас же наткнулся на бездыханное тело молодого мужчины. Тот ничком лежал на полу, руки раскинуты в стороны, глаза широко распахнуты, а рот приоткрыт. Геральт опустился на корточки рядом с телом: - Что-то сильно напугало его перед смертью. Вероятно, он скончался от разрыва сердца. В глазах непередаваемый ужас, рот открыт в безмолвном крике. Хотел закричать, но уже не успел... Так, а это что? Правая ладонь умершего была крепко сжата в кулак. Геральт осторожно разжал его и увидел обрывок белой фаты. - Что за чертовщина тут творится? Ведьмак поднялся на ноги, чутко прислушиваясь. К хате кто-то приближался. Быстрые и лёгкие шаги. Вероятно, женщина. Он обернулся. Молодая девушка лет двадцати застыла в дверном проёме, побледнела как полотно, и едва не рухнула в обморок. - О Боги... Это же наш корчмарь, Яков. Неужели они сотворили с ним такое? Геральт подошёл к девушке и легонько встряхнул её за плечи, помогая прийти в себя: - Я ведьмак. Я могу помочь, если ты расскажешь мне, что здесь произошло. Девушка закрыла лицо руками и горько разрыдалась: - Ох, милсдарь ведьмак, видно, сами Боги нам Вас послали в ответ на наши молитвы. Потому как только Вы и сумеете нас от беды спасти... Она всхлипнула и вытерла слёзы рукавом платья: - Пойдёмте, я Вас к старосте отведу. У него самый большой дом в нашей деревне. Сейчас все жители там собрались, друг к дружке поближе. Боязно нам наружу выходить. Только я одна отважилась. Хотела узнать, почему Яков не явился. А он здесь лежит... совсем мёртвый. - К сожалению, ему уже никто не поможет. Веди к старосте, - распорядился Геральт, и торопливо зашагал следом за крестьянкой. - Я Зуля. А Вас, сударь, как звать-величать? - робко осведомилась она. - Геральт из Ривии мы. - Ух ты! - Зуля восхищённо уставилась на него. - Я первый раз с настоящим ведьмаком разговариваю. - Рад за тебя. А сейчас расскажи мне, пожалуйста, побольше о погибшем. Девушка печально вздохнула: - Я дружила с его покойной женой, Мирославой. Уж так они любили друг друга, так любили... Вот только счастье им было отмерено совсем недолгое. Сначала её родители ни в какую не соглашались на их свадьбу, потому как вышел у них этот... как его... - Мезальянс? - подсказал Геральт. - Ага, он самый. Мирослава-то, она из богатеньких, батька у ней купец, шелками да мехами в Новиграде торгует. Сама она в Оксенфурте отучилась. А Яков сын батрака и прачки. Он и грамоте толком обучен не был. Когда Мирослава пригрозила руки на себя наложить, отец её наконец-то дал согласие на этот брак. Два года он прожили душа в душу, только детишек им Боги не дали. А потом Мирослава тяжёлым недугом захворала. Кровь у ней плохая была. Тщетно лекари новиградские её излечить пытались. Угасла бедняжка, как свеча на ветру. Перед смертью завещала похоронить её в том платье, в котором с Яковом под венец ходила. Родные выполнили её последнюю просьбу... - Я нашёл клочок белой фаты. Яков сжал его в руке, перед тем как скончался, - сказал Геральт. Зуля вновь побледнела: - Значит, это она его с собой забрала... - В смысле - она? Мирослава? Её призрак? Зуля покачала головой: - Не скажу я Вам больше ни слова, иначе меня прямо здесь Кондратий хватит, как начну весь этот кошмар вспоминать. Мы уже к дому старосты подходим. Он сам Вам всё расскажет...