Ведьмак. Разные судьбы

Возвышающийся на окраине деревни двухэтажный особняк старосты выглядел ещё более впечатляюще на фоне ветхих и покосившихся избушек остальных местных жителей. Зуля трижды постучала в тяжёлую дубовую дверь, прежде чем та с негромким стуком отворилась, и на пороге вырос высокий полноватый мужчина средних лет с длинной окладистой бородой. Он недоверчиво воззрился на Геральта, но, как только девушка представила своего спутника, облегчённо вздохнул и крепко пожал ведьмаку руку. Геральт был приятно удивлён столь дружелюбным жестом: такое с ним случалось нечасто. - Пожалуйте за мной, милсдарь. Вы-то нам и нужны. Следом за старостой Геральт вошёл в просторную комнату, полную людей от мала до велика. Некоторые сидели на стульях и диванах, прижимая к себе плачущих детей. Другие расположились прямо на полу. А несколько мужчин и женщин стояли возле окон, бездумно глядя в одну точку. Стоило Геральту переступить порог, все жители, как по команде уставились на вновь прибывшего; кто-то с нескрываемым любопытством, кто-то с недоверием. Староста представил гостя своим подопечным и предложил занять свободное место: - Прошу, мастер, присаживайтесь. Кстати, меня Любомир зовут. Не желаете ли чего-нибудь выпить? - Прежде мне хотелось бы узнать, в чём дело. Я нашёл труп вашего корчмаря Якова. Кажется, бедняга умер от страха. Любомир тяжело вздохнул: - Прошлой ночью мы все здесь едва от страха не померли. Вы себе не представляете, сударь, какое тяжкое бремя - нести ответственность за этих людей. Хоть и деревня у нас небольшая... Геральт почувствовал, что начинает терять терпение: - Может быть, уже перейдём к делу? Что тут случилось? Я устал теряться в догадках. Староста устремил на него взор, полный неизбывной печали: - А случилось то, милсдарь ведьмак, что все наши мёртвые прошлой ночью к нам в гости заявились. И не в призрачном виде, а во плоти. Многие уже изрядно подгнили. В дери колотились, в окна. Страшнее всего их глазищи были: неподвижные, остекленевшие. Будто самой смерти в очи глядишь. А в разлагающихся телах черви могильные копошились... Молодая женщина, сидевшая на лавке в углу, вдруг протяжно завыла в голос и вцепилась себе в волосы. Старушка, сидевшая рядом с ней, обняла несчастную за плечи и начала тихонько успокаивать. - Что с ней? Последствия перенесённого стресса? - поинтересовался Геральт. - У Милки ребятёнок в речке утоп три месяца тому назад, - пояснила пожилая женщина. - Славный такой мальчонка, шести годков от роду. Единственный сынок. Всей деревней мы Милку к жизни вернуть пытались, три раза из петли вытаскивали. И только она в себя приходить начала, а тут такое... Является он домой посреди ночи не живой, а и не мёртвый. Вода с него ручьём текёт. В окошко стучится, да слезами заливается. Мамочка, говорит, впусти меня внутрь, мне здесь холодно. Я сама всё это видела и слышала, потому как по соседству живу. И пустила бы она его, если б мужик ейный не помешал. Едва петухи пропели, мертвецы ушли куда-то, и в покое нас оставили. А Милка с тех пор ни слова не произнесла. Не плачет даже, а воет только, аки зверь дикий... Хотя вам, ведьмачам, не понять всей глубины горя материнского. Не знаете вы, что значит потерять дитятку родного, грудью вскормленного. Семя ваше пустое, всходов не даёт... - Я, конечно, никогда не был и не буду кормящей матерью, - спокойно ответил Геральт. - Но у меня есть приёмная дочь. И вряд ли я сумел бы любить её сильнее, будь она зачата от моего семени. А потерять её для меня равносильно собственной смерти. Старуха виновато потупила взгляд: - Прошу прощения, сударь. Видать, неправду о вас говорят, что сердца у вас нету и все чувства железом калёным выжжены. Значится, и вы тоже на любовь способны. - А меня Анджеем звать, я травник здешний, - внезапно подал голос молодой мужчина с густой копной рыжих волос. - Ко мне этой ночью пёс мой прибегал, Бобик. Жалобно скулил у дверей, но впустить его я не решился. Волки его в прошлом годе задрали. Переживал я тогда сильно. Похоронил Бобика рядом со своей тёщей. При жизни они друг с другом не ладили, так может хоть после смерти им договориться удалось. - Ах ты, скотина! - вскричала сидящая рядом с ним женщина и влепила Анджею звонкую пощёчину. - Как ты посмел пса своего шелудивого к моей мамке прихоронить?! - Тихо всем, блядь! - рявкнул Любомир и ударил кулаком по столу. - Только семейных разборок ещё не хватало. У нас здесь проблемы посерьёзнее, если до кого-то ещё не дошло. - А у меня дед помер пятнадцать годов назад, и он ко мне не приходил, слава Богам, - подал голос парнишка лет восемнадцати. - Если бы голый скелет своими костяшками мне по окошку херачил, я бы, наверное, обоссался... - Завали ебало, Игорь, - раздражённо бросил кто-то из мужиков. - Без тебя тошно. - То есть, к каждому из вас сегодня ночью явились усопшие родственники? - ещё раз уточнил Геральт. Люди закивали головами. - Но пришли только те, кто умер относительно недавно. Те, кто ещё помнят, где жили и кого любили. - Так точно, мастер, - подтвердил Любомир. - Мертвецы не могли восстать из могил ни с того ни с сего. Думается мне, кто-то призвал их, и вы прекрасно знаете, кто. Рассказывайте всё, как было, с самого начала и без утайки. Крестьяне переглянулись. - В общем, неделю назад забрёл в нашу деревеньку купец из Офира, - начал рассказ Любомир. - Весь в кровище, трясётся от страха. Сказал, что шайка разбойников на них по дороге напала. Всех его людей перебили, товары украли, а сам он каким-то чудом удрать сумел. В лесу ещё в яму провалился, ногу подвернул, и на стаю накеров наткнулся. Везучий, знать, купчишка, раз после стольких злоключений жив остался. В рубашке, видать, мамка его родила. Ну, пожалели мы бедолагу, лекарь наш Аполинарий его подлатал, а кузнец Георг с супругой на несколько дней у себя в хате приютили. Общими усилиями быстро мы мужичка на ноги поставили. Собрался он восвояси. В благодарностях рассыпался, однако сказал, что денег, мол, у него нет, и на прощание подарил нашей детворе какую-то книжонку. Грамоте-то наши ребятишки не особо обучены, только сын кузнеца, Збышек, читает умеет бегло. Девять годков ему... - Что это была за книга? - насторожился Геральт. - А ну-ка тащи сюда свою тощую задницу, мелкий паршивец! - Высокий мускулитый мужчина схватил за ухо маленького мальчика и грубо толкнул. - Поведай милсдарю ведьмаку, что это за книжка была, и чего ты там такое вычитал. Мальчик всхлипнул и вытер сопливый нос рукавом рубахи. Потом робко посмотрел на Геральта. - Не бойся, малец, я тебя не обижу, - добродушно произнёс ведьмак. - Скажи мне правду. - Когда иноземный господин нам эту книжицу дал, - промолвил Збышек, испуганно косясь в сторону своего отца, - мы с ребятами на кладбище пошли. Хотел я перед ними похвастаться, как хорошо меня батька читать научил. Я только одно заклинание прочесть успел, честное слово, потому что дядька Панас пришёл и отобрал у меня эту книгу. А называлась она "Некрономикон". Геральт опешил: - Книга мёртвых? Где она сейчас? Вышеупомянутый дядька Панас почесал лысину: - Ну дак это... В нужнике как раз бумага кончилась, вот я её туда и определил. Теперь уж от неё даже обложки не осталось. - Я не ослышался? - рассвирепел ведьмак. - Вы что, блядь, подтирались страницами из Книги мёртвых, олухи несчастные?! - Так мёртвым-то она всё равно уже ни к чему. А живым, глядишь, ещё и пригодилась, - хихикнул Игорь, за что получил увесистую оплеуху от кузнеца Георга. - А тебе, гадёныш, я ещё покажу, почём фунт лиха. - Кузнец погрозил сыну кулаком. - Не тронь пацана, иначе будешь иметь дело со мной, - пригрозил ему Геральт. - Дети есть дети. С них спрос невелик. Не могли же они знать, чем обернётся эта невинная забава. А этому вашему офирскому купчишке я бы самолично пиздюлей прописал за то, что он всучил ребятне такое чтиво. - Так что же нам теперь делать-то, мастер? - воскликнула одна из женщин, в отчаянии ломая руки. - Мертвецы же, небось, нынче ночью опять вернутся? - Скорее всего, так оно и будет, - согласно кивнул Геральт. - Помнится мне, один экземпляр "Некрономикона" хранился в библиотеке Каэр Морхена. Однако потом бесследно исчез. Видно, кто-то взял почитать, а вернуть на место запамятовал. Скажите мне вот ещё что: кто-нибудь из вас был на кладбище этим утром? - Я Влас, охотник, - отозвался один из мужчин. - Собрал я, значит, дюжину ребят покрепче да посмелее. Вооружились мы, кто чем горазд; ножами, топорами, кольями деревянными. Думали, что мертвецы дрыхнут там в своих гробах, а мы им пока бошки отхерачим и сердца проткнём, чтобы больше нас по ночам не навещали. Приходим на погост - а там ни души. Старые захоронения стоят нетронутые, а свежие могилы разрыты и гробы все пустые. Драпанули мы оттуда - только пятки сверкали. А где покойники сейчас находятся - об том история умалчивает. - Спасите нас, милсдарь ведьмак! - взмолился Любомир. - Сделайте что-нибудь. Мы любили их, но теперь им не место рядом с нами! - Трудновато мне будет успокоить ваших родных без книги под рукой, - задумчиво промолвил Геральт. - Но я постараюсь что-нибудь придумать. Для начала обсудим вопрос моей оплаты. Задаром я не работаю. - Разумеется. Сколько Вы хотите? - Четыреста пятьдесят крон. Глаза Любомира округлились от изумления: - Да я за такие деньжищи троих ведьмаков найму! - Неужели? - язвительно усмехнулся Геральт. - И часто ведьмаки посещают эту глухомань? Очередного желающего решить вашу проблему будете ждать до Мудова дня. И не факт, что до этого дня доживёте. Если мертвецы найдут способ пробраться в ваши дома, вряд ли они будут дружелюбно настроены. Любомир побледнел: - Помилосердствуйте, сударь! У меня правда нет таких денег. Геральт обвёл долгим взглядом богато обставленную гостиную: - Не верю я тебе. Чтобы такую домину отстроить, нужно немало золота вложить. - Я ипотеку взял, - жалобно промолвил староста. - За эти хоромы ещё моим внукам расплачиваться придётся. - Ну ладно, - смилостивился ведьмак. - Четыреста, и ни кроной меньше. Иначе я сейчас же ухожу отсюда, и больше вы меня не увидите. - Эх, грабёж средь бела дня... Но чего не сделаешь ради собственной безопасности, - печально вздохнул Любомир. - Будь по-Вашему. Вы, наверное, какие-то обряды проводить будете? Может, Вам что-то нужно? - Я возьму немного крови у каждого из вас, - сказал Геральт. - У детей тоже. - Это ещё зачем? - дрожащим голосом осведомилась одна из женщин и крепко прижала к своей груди маленькую девочку. - Збышек прочёл заклинание, пробуждающее мертвецов к жизни. Они восстали из мёртвых, потому что услышали зов живых. Почуяв родную кровь, усопшие явятся на мой призыв, где бы они сейчас ни находились. А я попробую отправить их восвояси, - пояснил Геральт. - А нам что делать? - спросил Любомир. - Может быть, соли под порогом насыпать? Ведьмак отрицательно покачал головой: - Это бессмысленно. Соль помогает разве что от призраков, да и то не всегда. Просто сидите в своих хатах, или останьтесь в доме старосты. Крепко-накрепко закройте двери и окна, и ни под каким предлогом не выходите на улицу. Всем всё ясно? Люди синхронно кивнули. - Отлично. - Геральт сделал глубокий вдох. - Теперь осталось только дождаться полуночи... * * * Около полуночи Геральт явился на погост. Ночь, как назло, выдалась безлунная. Стояла непроглядная тьма. Даже кошачье зрение не помогало рассеять кромешный мрак. Пришлось выпить Кошку. Куском белого мела, взятого у старосты, Геральт начертил посреди кладбища широкий круг и встал в середину геометрической фигуры. Потом достал из кармана пузырёк с кровью и оросил алой жидкостью землю вокруг себя. После проделанных манипуляций Белый Волк опустился на колени, закрыл глаза и громким голосом промолвил заклинание: Войско мёртвых наступает И несёт источник бед. Тёмный саван тьмы скрывает Под собою белый свет. Вашим душам нет покоя, Только вот вам мой ответ: Пусть земля вас вновь укроет, В мир живых вам хода нет... Они появились практически сразу; шли со стороны леса, неровной походкой, то и дело спотыкаясь и натыкаясь друг на друга. Некоторые покойники жалобно стонали, другие издавали звуки, схожие с мычанием коров. Геральт невольно содрогнулся, глядя на эту жуткую толпу. Он в любой момент готов был пустить в ход меч, однако усопшие не проявляли признаков агрессии. Казалось, они вообще его не заметили. Ведьмак наблюдал одновременно комичное, пугающее и душераздирающее зрелище: мертвецы камнем падали каждый в свою могилу. - Не завидую я вашим семьям, - грустно молвил Геральт. - Сегодня им придётся заново вас хоронить... * * * Некоторое время друзья сидели молча. - Ни хуя себе, - наконец пробормотал Золтан. - У меня аж поджилки затряслись. А где же эти мертвяки днём-то прятались? - Любомир говорил мне про какую-то проклятую часовню в чаще леса. Возможно, они отсиживались там. Или отлёживались, - пожал плечами Геральт. - Теперь это уже не важно. - Так чем же дело-то кончилось? - не отставал краснолюд. - Я пробыл на кладбище до рассвета, - сказал Геральт. - Потом вернулся к селянам. Получил обещанный гонорар и кучу благодарностей. Купил жратвы, починил броню. А потом сел на Плотву и съебался на хер из этой Липовки. Ну да ладно, не будем больше об этом. Дело прошлое. Лютик, скажи мне, ты помнишь онейромантку Корину Тилли? Она по-прежнему проживает в доме банкира де Йонкера? - О нет, Корины давно уже нет в Новиграде, - ответил бард. - По моим сведениям, она выскочила замуж за какого-то торговца древностями и теперь путешествует с ним по всему миру. А ты с какой целью интересуешься? Неужто эта девица тебе в душу запала? - В доме банкира вместе с ней жил прибожек, маленькая Сара. Полагаю, тебе ничего не известно о её судьбе? Лютик пожал плечами: - Боюсь, что нет. Я даже толком не знаю, как выглядят эти прибожки. Геральт тяжело вздохнул: - Эх, значит, придётся расстроить Ивасика... - Какого ещё Ивасика? - А это уже совсем другая история, - махнул рукой ведьмак. - Давайте лучше ещё выпьем, друзья мои...