Смотри только на меня

      Завтрашний день наступил так быстро, что Чонин очнулся только во время завтрака за столом, где также сидели отец и Исин, о чем-то бурно переговариваясь.       – Ты действительно считаешь, что это разумная идея, Чондэ? Она же меня ненавидит, – сказал Чжан, внимательно смотря на своего возлюбленного.       – Это мой дом. Если хочет навестить сына, на которого ей все равно, то пусть следует правилам, которые я устанавливаю. Ты мое сокровище, Син, и я не позволю, чтобы её положение матери так на тебя давило, – ответил старший Ким, тепло улыбаясь китайцу и взяв его за руку. – А ты что скажешь, Чонин?       – А? – только и смог среагировать подросток, переводя взгляд с одного взрослого на другого.       – Дети, – закатил глаза Чондэ. – В одно ухо влетает, из другого вылетает, – Чонин только невинно улыбнулся, показывая белоснежную улыбку и некий кошачий взгляд, который унаследовал от отца.       – Не злись. Видно же, что он думал о чем-то своем, – подмигнул Чонину Исин, после чего улыбнулся, показывая свою невероятную ямочку – самую главную слабость Чондэ.       – Мать твоя навестить тебя хочет, – холодно сказал глава семейства, делая особый акцент на первом слове. – Я, конечно, против, но она настояла.       – Как-то странно с её стороны, – усмехнулся младший Ким. – Она молчала в течение восьми месяцев, а в последний раз заявила, что твои отношения с Исин-хёном разрушат всю мою жизнь. И это при том, что мои сообщения о встрече она всеми силами игнорирует.       – Ты мне просто скажи, сына, ты с матерью своей недоделанной встретиться хочешь или нет?       – Пускай делает, что хочет, но без скандала.       Чонин не злился на мать за то, что она предала семью, спокойно согласилась на развод и оставила единственного сына без материнского воспитания. «Просто она не была готова к такой жизни с самого начала», – как говорил Чондэ, когда любимый сын перестал спрашивать «где мама?», а задал вопрос: «почему она ушла?», готовый даже к самой суровой правде.       Младший Ким не обвинял её ни в чём, ведь эта женщина дала ему жизнь, и хоть немного, но проявляла свою любовь. Она когда-то любила отца, она до сих пор пытается любить его, Чонина. Парень и этим доволен. Всё равно Исин для него оказался бо́льшим родителем, чем родная мать.       Чондэ устало протер глаза и встал со стола, отправляясь в комнату, чтобы лечь спать после ночной смены. Исин встал следом за своим парнем, чтобы попрощаться и отправиться на работу. Чонин слышал все ласковые фразочки и интимные перешёптывания, которые шли с «твой сын тебя услышит же, дурак». Подросток хотел бы ничего из этого не слышать, но было слишком поздно.       – За что-о-о-о? – обратился парень к потолку. – Почему эти старики так себя ведут?       – Ты отца стариком назвал? – крикнул из коридора глава семейства, закрывая дверь за своим суженным.       – Тебе послышалось, пап!       – Ну-ну. Иди уже в школу, я спать хочу ужасно.       – А вот Исин-хён меня так не гонит, – решил поддразнить отца Чонин.       – Вот не надо мне тут! Он ещё не твой отчим, так что слушайся меня, ребёнок, – ответил старший Ким, хитро улыбаясь. – Давай, пока я тебя пинками не выпроводил.       Выходя из дома, Чонин, переосмысливая кусочек разговора, вдруг резко остановился:       «В смысле, он ЕЩЁ не мой отчим?!»