Холодные тени прошлого

Макс

       Трис вскакивает с кровати, молнией вылетая мне навстречу.        Мое сердце потерянно стучит в лопатках, где поселилось жгучее, как перец чили, нехорошее предчувствие.        Ты мне нужен.        Нужен, как воздух. Я стараюсь дышать через раз, потому что в последние несколько дней твой волшебный запах усилился, и я с ужасом тону в догадках, что может служить этому катализатором. Потому что если это твоя течка, то я лучше прикую себя к радиатору или повешусь на собственных шнурках, чем подойду к тебе.        Я и так с немыслимыми усилиями удерживаюсь от того сбивающего с ног чувства, что до безумия хочу дотронуться до тебя.        Джонсон убеждает меня, что всё идёт неплохо, а запах усилился не от предвестников течки, а из-за лекарств. К тому же твой график сбит и все в организме перевернулось вверх тормашками.        Ты иногда очень странно смотришь на меня, когда мы гуляем по больничному скверу. Вчера я не сдержался и поправил твой шарф, почти реально ощутив твой напряжённый взгляд, повисший между нами, как неловкая пауза.        Временами ты смотришь на меня, как будто сквозь стекло, как если бы ты и знал, и не знал, и я деревенею, покрываясь липким потом от кошмарного видения.        От того, что ты все вспомнил, и это последние, ускользающие в несбыточную расщелину горя, уходящие минуты перед тем, как ты повернешь ко мне свое потрясенное, изменившееся от вернувшегося прошлого лицо и яростно бросишь мне свое «Уходи!».        Я много раз видел это во сне, но все мои кошмары не смогут передать того разбивающего мне губы в кровь отчаяния, того безвозвратного мига падения в пустоту, который накроет меня в этот день темным покрывалом потери.        Метель заморозит мои слезы, закрутит в вихре безнадёжности мое несопротивляющееся тело и затянет незаживающую воронку на сердце крапом тоски.        Ты улыбаешься мне, но у меня нет сил улыбнуться в ответ. Совсем нет. Дэн напрасно уговаривает меня отдохнуть, и хотя бы пару дней не приезжать к тебе, как на работу.        Но я не могу. Не могу.        Ты идёшь на поправку, а это значит, что мы приближаемся к развязке.        И я не в силах отказаться от самых дорогих, самых красивых, как первые крокусы, моментов, когда ты рядом со мной.        Пока ещё рядом. В этом весь смысл моего существования.        Я не пытаюсь больше искать себе оправдания, нет.        И не хочу тратить время на поиски жалких, бессмысленных слов, чтобы удержать твою занесенную для пощёчины руку.        Нет. Я это заслужил. И мне ничего больше не остается, как цепенеть и внутренне сжиматься в болезненном, как пытка, ожидании конца.        Я не могу разорвать свою связку с солнцем. Потому что солнце — это ты, Трис.        Ты все для меня, и это сводит на нет все мои усилия держаться в рамках.        Рушит все баррикады лжи, я знаю, что приму от тебя все.        И мне плевать, что это будет.        Плаха. Одиночество. Нескончаемая тоска.        Я почти уверен, что ты не простишь меня.        Слишком много я разрушил. И прежде всего тебя. Себя. Нас.        Я кинул камнем в песочный город. Огромный, красивый, с башенками и флюгерами на красных черепичных крышах.        С трогательными цветами в вазонах, висящих на балконах и стоящих на улицах.        С синими, словно умытыми окнами.        С приветливыми огнями светящихся жизнью домов.        Я разбил тонкое равновесие мирной, кружевной и невыносимо лёгкой истории.        Все рассыпалось, развалилось. Безвозвратно. Мой приговор объявлен и обжалованию не подлежит...