Часть 23. Полет в никуда
9 марта 2020 г., 21:56
Трис
Я не чувствую ни рук, ни ног, словно меня нет. Плыть в темноте странно и просто, словно так было всегда. Словно я всегда был всего лишь веточкой орешника, упавшей в речку и не принадлежащей никому. Кусочком древесины, потерявшемся в стремнине водоворота. Оставшимся цветком на кусте дикой яблони, осыпавшемся вместе с лепестками вниз, в сверкающую тысячами зеркальных граней пустоту. Плавать я умею, так почему же я не делаю этого, словно завороженный игрой тревожно шипящих ручейков, парализованный леденящим холодом бурлящей злой воды? Ответ приходит сразу, мгновенно, убивая все, что еще живо внутри моего застывшего мраморно-белого тела. Я умираю. Что-то сорвало защитный клапан, и моя одержимость вырвалась на свободу, победно воя последнюю подлунную песню надвигающейся пылевым облаком тьме. Я хотел бы еще раз увидеть твое лицо, но оно осталось только в крапчатых, словно птичьи гнезда, осколках моих неправильных воспоминаний. Я цепляюсь, правда цепляюсь за это, как за единственное спасение от окончательного погружения в неизвестность, грозовой фронт которой уже ненастным огненным лучом просвечивает мертвую реку. Но руки ослабли, течение слишком сильное, чтобы я смог вырваться из удушающего захвата почуявшей легкую добычу жрицы тьмы. Но я все равно пытаюсь, потому что не хочу просто утонуть. Нет, мне все же хотелось бы, даже зная, что это конец, закрыть глаза на земле, а не пойти камушком на дно. Как-то нелепо, не находите, и я умею плавать, так почему же я должен утонуть? Как там говорится: «Тот, кто не боится молнии, сгорит под огнем?» Пусть я сгорю, разобьюсь об эти острые скалы отчаяния, но я не пожалею. Ни о чем. Ни о том, что встретил тебя, ни о том, что потерял. Прости меня, Макс, но я так и не сумел ни забыть, ни разлюбить тебя. Память все равно возвратила меня к исходной точке. К тебе. Круг замкнулся. И вот теперь падать чуть легче, даже понимая, что я погибаю, плавясь в этой невыносимой, безумной боли. Я всплываю на поверхность все реже, воздуха мало, и каждый вздох может оказаться последним. В мозг, из последних сил борющийся с бедой, все время стучится сумасшедшей летучей мышью, забывшей обо всем, одна мысль. Я впускаю вестницу, это уже не изменит ничего. Ты. Бросил. Меня. Дэн.. Вот почему я отключился, голова попросту перегорела от избытка мгновенно вернувшихся и ударивших хуком слева в сердце, задохнувшееся от тоски и горя, горестных картинок нашей короткой любви. Твой друг был прав тогда.. Он сказал тебе странную фразу: "Макс, решай сейчас, иначе вы далеко зайдете, и ты испортишь все сам. Ты же знаешь!" Я тогда не понял, о чем он, и забыл непонятный разговор. Чтобы вспомнить его, но немного позднее. В тот миг, когда ты убил меня, сказав, что ничего у нас не получится. В тот проклятый день, когда все закончилось, словно неудачный рисунок смяли и выбросили, как ненужную вещь. Я смотрел в твои глаза и не верил тому, что я слышу. Что это была.. ошибка. Браво, Макс! Какая великолепная игра, обмануть меня было нетрудно, я хотел обмануться, потому что влюбился. Потому что подарил тебе себя. Зря. Зачем тебе бракованный омега? Мне было так хорошо купаться в этой любви, что я и сам не заметил, что мое время истекло. Что гомеопатическая доза отпущенного мне солнечного света закончилась, и новой порции ждать бесполезно. Что потухшее сердце и стылые губы все еще по привычке шепчут твое имя, но звук твоих шагов давно растворился в безнадежной тишине пустых коридоров. Я растратил все, что было. И вот тону один, разрушая свою хрупкую оболочку пульсирующей агонией несбыточной надежды. Я улыбаюсь одними уголками губ, чувствуя, что осталось немного. Скоро мучительные поиски покоя закончатся, и может, быть, меня перестанут терзать мои внутренние демоны, перестав рвать на части мою душу. И лишь где-то бесконечно далеко, словно на другом краю Земли, мне чудится, что чей-то хриплый, то и дело срывающийся, голос зовет меня по имени...
