Сын пекаря

Кулинарное искусство сродни волшебству.

Они встретились в следующую среду, когда Джейн, вместе с классом смешных малышей, пожаловала в его пекарню с урожаем яблок. Новость о том, что теперь хлеб будет местного производства, а не те булыжники, что привозят из Капитолия, весьма обрадовала жителей двенадцатого дистрикта, и они наперебой стали предлагать Питу свои услуги. Мелларк, перепачканный мукой, устало объяснял, что просто не в его силах израсходовать запас козьего сыра за неделю, что томился в закромах уже пару недель. Но директору школы отказать он просто не мог. Школьный сад остался одним из тех мест, что не пострадал во имя революции, и богатый урожай красных плодов словно был знаменем их новой жизни. — Здравствуйте, мистер Мелларк! – хор детских голосов заполнил небольшое помещение. Пит улыбнулся, вытирая перепачканные руки о длинный фартук. Джейн неловко заправила прядь волос за ухо, на ней были бежевые брюки и легкая куртка, перед ее глазами стояла картина из детства: малышами они сидели возле печи, где отец Пита готовил ароматные булочки, слухая незамысловатые сказки, на которые только был способен уставший мужчина. — Кажется, вы прибавили мне работы, - парень снова улыбнулся, оглядывая небольшие корзинки, в руках подчиненных Вуд. — Да, в этот раз они хорошо постарались, - Джейн потрепала по волосам стоящего рядом с ней мальчика, который застенчиво цеплялся за ее желтую куртку. Его звали Шон, и родители этого очаровательного ребенка были соседями молодой учительницы, за которой малыш буквально следовал по пятам. — Том, - Мелларк , по-хозяйски громко, позвал своего помощника, голова которого тут же показалась из-за дверного проема. — Нам нужна коробка, яблок довольно много. Совсем скоро ребята весело пересыпали свои яблоки в огромную корзину, а после Пит угощал их свежими булочками с корицей, в благодарность за проделанную работу. Дружной толпой школьники высыпали на улицу, под веселый смех, они поедали булочки, и обсуждали свои самые серьезные вопросы. Джейн тоже не задержалась в пекарне, считая, что и так уже слишком отвлекла Мелларка от работы. Легкий, еще по летнему теплый ветерок, трепал ее волосы, со стороны, она казалась школьницей, которая, каким-то чудом, заслужила авторитет среди учителей. Пит долго смотрел ей в след, порой ему казалось, что всю эту любовь, он сам себе придумал, но каждая встреча с Джейн доказывала обратное. Ему снова хотелось оказаться на одной кухне, без слов сжимать ее руки, пока души не сойдутся на общей теме, им было нужно поговорить, столько всего объяснить друг другу, и только после этого смотреть в будущее, в их общее будущее. — Что будем делать с яблоками? – поинтересовался Том, перенося тяжелую корзину в теплую кухню. Здесь пахло укропом, корицей, медом и сыром, необычный набор ароматов, но определенно самый любимый. Мелларк оторвался от окна, на главной площади начал оживляться народ, пытаясь насладиться крайними теплыми днями, перед затяжной осенью и холодной зимой. — Оставим их на завтра, - отмахнулся парень, и потянулся к миске с мукой. — Твой рабочий день окончен, пора отдохнуть. Пит остался один, в углу часы сиротливо отсчитывали время до полуночи. Он вернулся на кухню, выставляя на стол привычные ингредиенты: мука, яйца, сахар, сливочное масло и яблоки. Джейн любила яблочный пирог, и когда-то именно этот рецепт стал первым, что показал ему отец. Первым делом Мелларк решил уделить время именно яблокам, выбрав из корзины самые красные. Он бережно промыв их в воде, обсушив вафельным полотенцем, затем избавил от кожуры и сердцевины, нарезав их на четвертинки. «— Главное, - учил его отец, замешивая тесто, — Делать все не только по рецепту, но и с любовью». Это был его главный секрет, и может, именно из-за любви, его изделия пользовались такой популярностью. На крупкой терки Пит превратил яблоки в однородную массу, добавил немного сахара, и поставил на огонь, через пару минут он всыпал туда щедрую порцию корицы, немного шоколада и горсть орехов, улавливая знакомый запах детства. Отставив в сторону сотейник с начинкой, парень вернулся к тесту, немаловажное составляющее этого пирога. Механические движения отвлекали парня от тяжести войны, что осталась за его плечами, с каким трудом он возвращался в одинокий и покинутый дом, где буквально год назад, звучали голоса его родителей и братьев. Порой Мелларк думал о том, чтобы завести кошку или собаку, хоть какое-то живое существо, что было способно разделить его любовь и страдания. Яичная скорлупа уместилась рядом с миской, в тесто идут только желтки, оставляя белки в холодной тарелке, Пит добавил к ним масло и муку, и принялся замешивать тесто. Порой вечерами, он в компании Китнисс , собирались в доме Хеймитча, который ( в сотый раз объявив о том, что алкоголь уходит из его жизни) приглашал их на чай. Пит приносил с собой булочки, которые ела только Китнисс, после возвращения в родные места, она много времени проводила в лесу, в компании кота Прим, две одинокие души, нашедшие в зеленых лугах свой покой. Хеймитч завел себе небольшое количество гусей, которые вольно разбрелись по деревне победителей, у Пита была пекарня, казалось, вот она – нормальная жизнь. Но каждый из них хранил свой секрет: Хеймитч, их ментор, по-прежнему засыпал только с ножом в руках, ночные кошмары не отпускали его, Китнисс держала в тумбочке чудом уцелевшую таблетку Морника, просто на всякий случай, а Пит, Пит все еще балансировал на грани сумасшествия, да, врачи сделали все, что было в их силах, но порой, закрывая глаза, Мелларк все еще чувствовал себя капитолийским переродком, и боялся, что кто-то другой способен завладеть его телом. Выложив песочную основу в форму, парень добавил щедрую порцию начинки и вторым пластом закрыл ее. Убрав форму в уже заждавшуюся печь, Пит принялся наводить порядок, нужно было как-то скоротать время. Он не знал, что твориться в душе Джейн, сколько бы времени они не провели вместе, она по-прежнему оставалась для него загадкой. Когда пирог был готов, Пит величественно водрузил его на деревянный стол и добавил финальный ингредиент – немного сахарной пудры. Мелларк бросил взгляд на часы, не слишком ли поздно для его визита? Уложив пирог в коробку, стянув с себя фартук, перепачканный мукой, парень накинул на плечи легкую куртку черного цвета, и вышел прочь, закрывая за собой дверь. Вечером осень полноправно вступила в свои права. Ветерок срывал с деревьев первые пожелтевшие листья, которые, словно дополнение к его черным ботинкам, клеились к подошве. Руки грела коробка с пирогом, что Пит бережно прижимал к своей груди, ему хотелось подарить Джейн немного светлых воспоминаний о том, что когда то они умели улыбаться по-настоящему, без вынужденных гримас и неловкостей. Мелларк пересел главную площадь, и вот, в поле его зрения показался знакомый дом, пару лестничных пролетов, которые отделяли его от милой Джейн, казались ему вечностью. Квартирка номер восемнадцать была самой маленькой в этом доме, это и не удивительно, на свою скромную зарплату Вуд не мог позволить большего, но и на это она не жаловалась, девушка старалась украсить каждый миллиметр своего пространства, словно сбегала от своего одиночества, когда руки были чем-то заняты. Тонкая дверь не спасла бы и от нашествия бродячих котов, но в дистрикте номер двенадцать люди привыкли доверять друг другу, да и что было красть у юной девушки, разве что книги, да и те ей не принадлежали. Пит уже занес руку над дверью, собираясь аккуратно постучать по деревянной поверхность, в надежде, что рассчитает силу, и тут услышал чей-то до боли знакомый голос и тихий смех Джейн. — Спасибо, Гейл, я, правда, рада, что ты заглянул. Судьба цинично смеялась в лицо Пита. Спустя столько времени его соперником снова стал Гейл.