Хризантема в обмен на мир

      Попытка побега под покровом ночи потерпела полный провал, толком даже не успев начаться, — Лин Ся едва дошёл до границы территории, которой владел этот загадочный псих в маске, как тут же был им схвачен вновь.       На этот раз с Лин Ся не церемонились. Мужчина лишь бросил тоскливый взгляд на неудачливого беглеца и без лишних слов закинул его себе на плечо. Лин Ся несколько раз дёрнул ногами, пытаясь ударить человека в маске, но, похоже, тот даже ничего не заметил — наоборот, это Лин Ся показалось, что он бьёт камень — такими крепкими мышцами обладал враг.       Юноша на самом-то деле и не надеялся, что у него получится одолеть незнакомца, но попробовать всё же стоило. Не добившись успеха, он спокойно повис на чужом плече, перебирая в голове варианты, что с ним будут делать дальше.       В предыдущие попытки побега его просто возвращали обратно в комнату, а потом… Лин Ся вспоминал сильную руку на своём члене, как эта рука ласкала головку, размазывая предсперму по органу. Изо рта Лин Ся доносились стоны, которые он, как ни пытался, не мог сдержать из-за удовольствия, уносившего его с головой.       Он подавался навстречу ласкам, поджимал пальцы на ногах, метался по кровати, пытаясь скрыть лицо, горевшее от возбуждения и стыда. Шире разводил ноги, до боли кусал собственные губы, ненавидел своё предательское тело, падкое на чужие прикосновения, и кончал в мужскую руку, издавая соблазнительный громкий стон от удовольствия. Его некоторое время ещё били судороги, и Лин Ся каждый раз боялся, что человек в маске в этот момент овладеет им. Но тот на этом останавливался, облизывал свои яркие алые губы и уходил.       Лин Ся думал, что сегодня будет так же. Но его сердце забилось сильнее, когда они прошли мимо комнаты, в которой его до этого держали, и двинулись дальше по коридору — в кромешную тьму, в ту часть дома, где Лин Ся никогда не желал оказываться.       Тьма расступалась перед человеком в маске, и он уверенным шагом приближался к самой дальней двери. Лин Ся не знал и даже не хотел знать, что там может его ожидать. Чутьё подсказывало ему, что игры кончились, запас терпения извращенца был исчерпан.       Юй Чжицзюэ толкнул дверь и вошёл внутрь. Лин Ся не успел осмотреться, как его скинули на пол, словно мешок с картошкой, и он больно ударился копчиком. Юноша негромко ойкнул от этого и поморщился, но, конечно, в его жизни были травмы и пострашнее.       Человек в маске присел на корточки перед всё ещё ошарашенным Лин Ся и помахал чем-то перед его глазами. Юноша сфокусировал взгляд и увидел чёрный кожаный ошейник, от которого тянулась обманчиво тонкая, но на самом деле крепкая серебряная цепь, крепившаяся к кольцу в полу.       — Что ты собираешься делать? — нахмурившись, спросил Лин Ся, переведя взгляд на Юй Чжицзюэ, хотя в голове у него уже были определённые мысли, и они совсем не радовали юношу. Он сглотнул, краем глаза увидев, как человек в маске расстёгивает ошейник.       — Если ты не хочешь сидеть смирно, мне придётся заставить тебя, — с печальным вздохом ответил юноша, поднося ошейник к шее Лин Ся.       Тот дёрнулся от соприкосновения кожи к коже, но не попытался отстраниться, понимая, что их силы слишком не равны и сопротивление совершенно ни к чему не приведёт. Лин Ся был сильным, но по сравнению с Юй Чжицзюэ ничего из себя не представлял.       Лин Ся прикрыл глаза и сглотнул, ощутив, как ремень потуже затягивают на его шее, но не так сильно, чтобы это действительно доставляло какой-то дискомфорт.       Человек в маске кончиками пальцев провёл по чувствительной коже на шее, и от его глаз не укрылись мурашки, появившиеся от этого небольшого прикосновения. Он спустился дальше, отворачивая края одежд Лин Ся и очерчивая его выступающие ключицы.       — Этот ошейник могу снять только я. Если попытается кто-то другой — он лишь туже затянется, — предупредил Юй Чжицзюэ и, не удержавшись, приблизился к Лин Ся, вдыхая запах его кожи.       Юношу от этого передёрнуло, и на этот раз он действительно чуть отодвинулся, показывая тем самым всё своё отвращение. Даже если его тело отзывается на ласки, это ещё не значит, что ему самому это нравится!       — Я для тебя как собака? — спросил Лин Ся, надеясь на то, что это унижение не продлится долго.       Быть прицепленным на ошейник к цепи — возможно, это было даже хуже, чем непроизвольно раздвигать ноги шире, тая от наслаждения, и самому подаваться бёдрами навстречу чужой руке, требуя большего. Ошейник ассоциировался с животным. Или с рабом. Или с игрушкой. Наверное, для человека в маске он исполнял все три роли сразу.       Мужская гордость не позволяла это терпеть, но разум твердил, что сопротивление бесполезно. Невозможно бороться с человеком в сотни раз сильнее тебя. Бессмысленным было кричать и чего-то требовать. Оставалось только молча покоряться судьбе и своему мучителю.       Юй Чжицзюэ покачал головой и в заботливом жесте погладил Лин Ся по успевшим чуть спутаться волосам.       — Нет. Я просто не хочу, чтобы ты сбежал снова. Снаружи сейчас небезопасно.       — Небезопасно? — переспросил Лин Ся, до которого долгое время не доходили новости.       — Я же говорил в прошлый раз: попробуешь снова сбежать — и я уничтожу этот мир, — пожав плечами, спокойно ответил Юй Чжицзюэ, словно сказанное ни чуть его не беспокоило.       Этот прогнивший мир с никчёмными людьми его правда не волновал, для Юй Чжицзюэ существовал только Лин Ся, который сейчас сидел перед ним и желал вырваться на свободу, в этот ничтожный бренный мир. Раз так, его надо было уничтожить — тогда Лин Ся ни о чём не стоило бы волноваться, некуда было бы идти, и он бы остался с ним.       — Я тебе не верю, — выпалил Лин Ся, хотя в глубине души чувствовал, что человек в маске не блефует. Плохое предчувствие заставляло волосы на затылке вставать дыбом.       Юй Чжицзюэ пожал плечами и взмахнул рукой, и перед глазами Лин Ся появился экран, на котором отображалось побережье города, где юноша прожил какое-то время, когда только появился в этом мире. Сейчас там бушевал ураган, сметая всё на своём пути.       Лин Ся почувствовал удушающий комок в горле и сглотнул, невольно вцепившись пальцами в рукав человека в маске. Детальность картины доказывала, что это всё не иллюзия, и человек перед ним действительно ужасал настолько, что, не моргнув и глазом, был готов уничтожить целый мир, никого не пощадив.       — Что? — Юй Чжицзюэ поднял на него удивлённый взгляд. — Что ты хочешь взамен на благополучие мира? — голос Лин Ся дрожал, когда он говорил эти слова. Потому что знал, что хочет человек в маске.       — Тебя, — без размышлений ответил Юй Чжицзюэ.       — Если… Если я соглашусь остаться, ты откажешься от мысли уничтожения мира?       Юй Чжицзюэ кивнул.       Лин Ся мешкал с ответом. Лучше всего, без сомнения, было бы сбежать без оглядки, но он не мог уйти, зная, какая катастрофа происходит с миром из-за него. Возможно, его тело в обмен на благополучие всех остальных — не самая высокая цена.       — Я буду твоим. Не вреди им, — тихо прошептал Лин Ся, не найдя в себе сил посмотреть в глаза человеку напротив.       Юй Чжицзюэ разрывали эмоции: с одной стороны, он радовался, что Лин Ся выбрал его, с другой — сердце терзалось от боли от осознания, что этот выбор он сделал из заботы о людях, а не из любви к нему самому.       Но даже если таким способом он может заставить Лин Ся быть с ним, Юй Чжицзюэ не будет ни о чём жалеть.       Он придвинулся к Лин Ся и положил руку ему на пах, сжимая член через ткани одежд. Лин Ся прикрыл глаза и отвернул голову, лишь бы не видеть того, что с ним может сделать этот извращенец.       Юй Чжицзюэ мягко взял его пальцами за подбородок и заставил повернуть голову в свою сторону. Лин Ся шмыгнул носом и послушался, но глаза не открыл. Буквально через несколько мгновений его губы накрыли чужие, начиная осторожно их сминать.       Лин Ся не отстранялся, но и не отвечал, и вскоре поцелуй стал гораздо грубее и настойчивее, даже несколько болезненнее. Юй Чжицзюэ одной рукой скользнул ему по спине и ниже, а второй зарылся в мягкие волосы, чуть оттягивая их. Лин Ся от этого словно током ударило, и он прогнулся в спине, прижимаясь своей грудью к груди человека напротив.       Юй Чжицзюэ до крови прикусил его губу, и Лин Ся приглушённо простонал от боли. Человек в маске сжал его ягодицу и слизнул алые капли, ощущая металлический привкус. Желая поделиться им с Лин Ся, юноша скользнул языком меж чужих губ и прикоснулся к языку Лин Ся.       На этот раз юноша ответил на поцелуй, переплетаясь языками с загадочным человеком. Получив отдачу в ответ на свои действия, Юй Чжицзюэ сбавил напор, переставая быть излишне грубым, и уже нежнее огладил такую желанную задницу и бёдра, чувствуя небольшое раздражение из-за того, что на них всё ещё была столь ненужная в данный момент одежда.       Не разрывая поцелуй, Юй Чжицзюэ начал медленно стягивать одеяния юноши, впервые не ощущая сопротивления. Лин Ся покорно позволял раздевать себя, отдаваясь во власть крепких мужских рук, от которых, вопреки всему, он уже чувствовал лёгкое возбуждение, скапливающееся в паху.       Человек в маске стянул с него верхнее платье и нижнюю рубашку и только после этого оторвался от губ, чтобы похотливым взглядом осмотреть рельефное мужское тело перед ним. Он кончиками пальцев провёл по ключицам и груди, одной рукой до боли натянув сосок.       Лин Ся закусил губу и выгнулся дугой от болезненного удовольствия. Юй Чжицзюэ продолжил перекатывать между пальцами горошинку соска, с интересом наблюдая за тем, как у Лин Ся по щекам разливается румянец. Его братец Лин мог сколько угодно кусать губы, сдерживая стоны, но скрыть участившееся дыхание и будто бы незаметно сдвинутые ноги у него не получалось.       Юй Чжицзюэ отстранился, и Лин Ся услышал шелест чужих одежд. Он по-прежнему не решался открыть глаза, но не выдержал, когда мучитель взял его за обе руки и обтянул их тканью. Только тогда Лин Ся из интереса приоткрыл веки и увидел, что человек в маске стягивает запястья поясом — не слишком сильно, чтобы Лин Ся не чувствовал неудобства, но и не так, чтобы можно было легко вырваться.       — Что ты делаешь? — недовольным голосом спросил Лин Ся, когда человек в маске заставил его поднять руки и продел конец пояса в одно из колец в цепи. Лин Ся попробовал опустить руки, но они были прочно привязаны.       В ответ на вопрос Юй Чжицзюэ лишь мягко заставил Лин Ся лечь на спину и накрыл его губы в очередном жадном и требовательном поцелуе, от которого у Лин Ся кружилась голова и слабость распространялась по всему телу, как от наркотика.       Юй Чжицзюэ заставил его приподнять бёдра и одним рывком стащил штаны, оставляя теперь Лин Ся полностью раскрытым перед ним. Теперь юноша не мог скрыть свой уже слегка возбуждённый член, и Лин Ся стыдливо отвернул голову в сторону, не в силах вынести тот взгляд, которым его оглядывал человек в маске.       Лин Ся ощутил на своих лодыжках крепкие ладони, которыми юноша с лёгкостью раздвинул его ноги в сторону. Юй Чжицзюэ скользнул подушечками пальцев по внутренней стороне бедра Лин Ся, заставив того чуть задрожать. Он двигался всё выше к промежности, но так и не коснулся её. Пальцы сменились тёплыми губами, оставляющими влажные поцелуи на особо чувствительных местах.       Такие долгие ласки были непривычны. Лин Ся привык к тому, что человек в маске обычно сразу спускает с него штаны и берёт его член в свою руку, умелыми действиями заставляя буквально кричать от удовольствия. Медленно распалять желание было не в его духе.       — Тебе нравится? — поинтересовался Юй Чжицзюэ, оглаживая бедро и талию Лин Ся, поднимаясь всё выше.       Лин Ся хотел бы сказать: «Нет», чтобы успокоить свою гордость, но ситуация не позволяла, и главное, чего юноша не хотел признавать, — ему действительно нравилось. Нравилось до одури, до потемнения в глазах и мурашек по коже.       Он ничего не ответил, и Юй Чжицзюэ обдал его грудь горячим дыханием, лизнул затвердевший сосочек и прикусил зубами, выбивая из Лин Ся громкий возглас. Юноша натянул руки, чтобы подтянуться на них и отстраниться от того, кто вызывает в нём столько эмоций и ощущений.       Другой сосок оказался захвачен чужими пальцами.       — Аах, — сорвалось с губ Лин Ся, и он заизвивался всем телом от острой волны возбуждения, пронзившей всё его нутро. Он заскользил ногами по полу, поджимая пальцы. На глазах выступили слёзы.       Юй Чжицзюэ короткими ноготками гладил его по рёбрам и бокам, мучительно медленно спускаясь к низу живота и потом вновь поднимаясь вверх. Лин Ся непроизвольно выгибался ему навстречу, прося ещё больше.       Ему давали то, чего он так хотел. Ему дарили море нежности, не пропускали ни одной клеточки тела, раззадоривали всё больше и больше и словно не замечали его давно вставший член, прикосновений к которому хотелось не меньше.       Но Лин Ся бы никогда не попросил, чтобы его коснулись там. Он бы предпочёл извиваться и терпеть, невольно трясь бёдрами о бёдра человека, нависающего сверху. Лин Ся видел в глазах человека в маске нескрываемую похоть, но сам даже не подозревал, что его собственные глаза давно стали мутными.       Юй Чжицзюэ поддел одним пальцем ошейник и потянул на себя, заставляя Лин Ся болезненно поморщиться и подставить ему шею для поцелуев и укусов, от которых юношу раз за разом накрывало волной яркого наслаждения. Юй Чжицзюэ продолжал оставлять укусы, иногда разбавляя их засосами, и ни на секунду не забывал про соски Лин Ся, до боли оттягивая их и вынуждая юношу стонать.       Лин Ся таял от удовольствия и становился всё более податливым. Он уже отпустил всё своё смущение и позволил себе расслабиться. В конце концов, он ведь сам дал согласие. В конце концов, как оказалось, чувствовать над собой чьё-то превосходство могло быть даже приятно.       Только остатки гордости не позволяли Лин Ся просить коснуться его сочащегося смазкой члена, хотя от столь возбуждённого состояния становилось даже несколько больно. Не стал бы он просить и о поцелуях, способных хоть немного приглушить его стоны.       Юй Чжицзюэ знал обо всём, чего хочет Лин Ся, — по распалённому желанием телу можно было всё понять, но юноше хотелось посмотреть, через сколько Лин Ся не выдержит и сам начнёт умолять.       Юноше нравилось наблюдать, как Лин Ся каждый раз сначала сопротивляется, а потом отдаёт всего себя полностью, вопреки собственным убеждениям и принципам разводит ноги шире, телом просит всё больше и больше, смущаясь от собственных желаний и стыдливо отворачивая голову, когда рукой водят по эрегированному члену.       Прежде Юй Чжицзюэ не переходил к чему-то большему, просто позволял Лин Ся привыкать получать удовольствие, но сегодня всё было иначе. Сегодня Лин Ся станет принадлежать ему, и Юй Чжицзюэ хотел сделать так, чтобы юноша заплакал от того, как хорошо ему может быть.       — Просто попроси, — тихо шепнул Юй Чжицзюэ на ушко Лин Ся, проводя костяшками пальцев по внутренней стороне его широко разведённых ног.       Лин Ся громко выдохнул, вновь потянувшись к телу другого мужчины, но тот отстранился от него, с ухмылкой наблюдая за тем, как из члена Лин Ся сочится смазка, пачкая его подтянутый живот.       — Извращенец, — сквозь стон ответил Лин Ся, хотя был готов сдаться прямо сейчас. Его гордость — вернее, то, что от неё осталось, — это единственное, что у него было, и Лин Ся не хотел с ней расставаться.       Юй Чжицзюэ на это ни сколько не обиделся, только завёл руки за спину Лин Ся и спустился чуть вниз, сжимая упругие полушария. Он шлёпнул по одной ягодице, приложив побольше сил, и Лин Ся вскрикнул от неожиданности и боли, огнём опалившей задницу.       Скользнув вниз, Юй Чжицзюэ лизнул впадинку пупка Лин Ся, и тот в очередной раз дёрнулся, крепко привязанный к цепи. Юй Чжицзюэ тем временем двинулся ниже и закинул ногу юноши себе на плечо. Он лизнул чувствительную и разгорячённую кожу на бедре и прикусил её, наслаждаясь вскриком.       Юй Чжицзюэ поцеловал выпирающую тазовую косточку и, губами прокладывая дорожку, стал подниматься всё выше. Следующий поцелуй пришёлся под нижнее ребро, а потом юноша надавил на бусинку соска и спросил:       — Хочешь, чтобы я поцеловал здесь?       Щёки Лин Ся вспыхнули ещё больше — человек в маске угадал его желание, в котором юноша боялся признаться даже сам себе. Он лишь слабо кивнул и тут же почувствовал, как палец сменился горячими губами, от которых по всему тело словно прошёлся ток.       Юй Чжицзюэ поцеловал впадинку между ключицами, ключицу и провёл языком по шее, оставляя влажный след. Губы Юй Чжицзюэ оказались напротив приоткрытых губ Лин Ся, с которых срывались тихие стоны, и он провёл по их контуру указательным пальцем.       — А здесь? — спросил юноша, внимательно наблюдая за глазами Лин Ся.       Изначально Юй Чжицзюэ хотел заставить его умолять, но потом решил пощадить его гордость — в конце концов, у них ещё множество ночей впереди, и однажды долгожданные слова слетят с губ Лин Ся.       Юноша зажмурился и кивнул, а потом ощутил пальцы на подбородке, которые чуть запрокинули его голову, и чужие губы прикоснулись к его. В тот же момент Юй Чжицзюэ наконец-то обхватил рукой его член и погладил большим пальцем головку.       Лин Ся застонал сквозь поцелуй и толкнулся бёдрами, едва не кончив от одного только прикосновения. Но Юй Чжицзюэ тут же убрал руку и отстранился, и Лин Ся жалобно заскулил, забывая обо всём на свете:       — Ещё…       — Что — ещё? — переспросил Юй Чжицзюэ, но Лин Ся уже закусил губу, чтобы действительно не начать умолять о большем.       Юй Чжицзюэ поцеловал его в уголок губ и вновь опустился ниже, оказываясь напротив промежности юноши. Обхватив член у основания одной рукой, он провёл ею несколько раз вдоль ствола, размазывая естественную смазку, а потом лизнул мясистую головку.       — Оох, чёрт! — выругался Лин Ся, крепко сжимая цепь.       Юноша поджал пальцы ног и хотел податься вперёд, но крепкие руки Юй Чжицзюэ удержали его за бёдра на месте. Он лизнул уздечку и медленно взял член в рот, проводя языком по выступившим венам. Он втянул щёки и услышал до неприличия громкий стон Лин Ся, ублажающий слух, а после сделал несколько движений головой.       Лин Ся с трудом сдерживался, чтобы позорно не кончить сразу же, как только его плоть взяли в рот. Сначала его так долго пытали, и сейчас он был слишком чувствительным, от любого прикосновения его тело бросало в дрожь. Но не менее возбуждал вид человека в маске между его ног — слишком красивый, слишком мужественный, и он, казалось, сосал с таким удовольствием, словно видел в минете смысл своего существования.       Юй Чжицзюэ легонько сжал яички Лин Ся и немного поперекатывал их в пальцах, прежде чем начать вылизывать их, рукой одновременно лаская головку члена, особенное внимание уделяя уздечке. Его собственный член давно стоял, сжимаемый ещё неснятой одеждой, но он чувствовал, что стоит ему раздеться, и он тут же овладеет Лин Ся — грубо, жёстко, полностью насаживая его на себя так, чтобы юноша от криков срывал голос. Юй Чжицзюэ уже представлял это и ждал момента, когда Лин Ся будет полностью расслаблен и готов.       Вдоволь наигравшись с яичками, юноша вернулся к члену, полностью заглатывая его так, что уткнулся носом в лобок Лин Ся. Он сделал несколько движений головой, по помещению раздались пошлые звуки, перемешиваясь со вздохами юноши. Юй Чжицзюэ вновь обхватил руками ягодицы Лин Ся, чуть разводя их в стороны и крепко, по-собственнически сжимая. И Лин Ся, больше не в силах сдерживаться, вскрикнул:       — Я сейчас!.. — но Юй Чжицзюэ не отстранился, и Лин Ся содрогнулся, изливаясь в горло юноши.       Одна волна оргазма за другой с головой накрывала Лин Ся, заставляя его громко кричать и сильно запрокидывать голову назад. Юй Чжицзюэ по-прежнему не спешил отстраняться, проглатывая семя юноши и досуха вылизывая его член, вызывая несколько болезненные спазмы.       Наконец, он выпрямился и, давая возможность Лин Ся отдышаться, стал медленно раздеваться сам, миллиметр за миллиметром обнажая свою белоснежную кожу и идеальную мускулатуру, способную вызвать желание внутри любого человека. У Лин Ся всё ещё темнело в глазах, но он с интересом наблюдал за человеком в маске, невольно восхищаясь его широкой грудью и крепкими мышцами.       Юй Чжицзюэ не спешил и ловил на себе восхищённый взгляд Лин Ся, и на самом деле это делало его крайне счастливым. Когда он снял штаны, Лин Ся нервно сглотнул, увидев слишком большой эрегированный член. Юноша не верил, что такой вообще сможет войти в него, и успел пожалеть о том, что согласился на эту сделку. Возможно, спасение мира не стоило страданий его задницы.       Но бежать было некуда, и связанные руки вместе со слабостью в ногах буквально кричали об этом. Даже если бы Лин Ся захотел — после такого оргазма он бы не смог даже встать. Его сердце учащённо забилось, будто желая выпрыгнуть из груди. Возможно, смерть и правда была бы более гуманной?       — Пожалуйста… — охрипшим голосом попросил Лин Ся, и Юй Чжицзюэ удивлённо поднял брови, посмотрев на лежащего на ворохе одежд юношу. — Отвяжи меня.       Видя, что в таком состоянии Лин Ся не то, что убежать, — даже уползти не сможет, Юй Чжицзюэ согласно кивнул и, опустившись на колени, отвязал запястья Лин Ся. Тот вздохнул с облегчением, потирая затёкшие руки. Он видел стоявший член человека в маске и понимал, что сейчас его поимеют, как девчонку. И почему из всех возможных людей на этом месте должен был оказаться именно он?       Более того, Лин Ся был совершенно не готов к ещё одному заходу прямо сейчас. Хотя, наверное, это никого не волновало, кроме него самого. Юноше оставалось только смириться и покорно раздвинуть ноги, когда человек в маске положил на его колени руки. Юй Чжицзюэ смял своё одеяние и подпихнул его под поясницу Лин Ся.       В руках у юноши Лин Ся увидел пузырёк с маслом, которое мучитель вылил себе на пальцы. Одной рукой оглаживая живот Лин Ся, другую он поднёс к его заднему проходу, которым мечтал овладеть уже слишком долгое время. Меньше всего ему сейчас хотелось тратить время на подготовку, но юноша понимал, что Лин Ся просто не сможет принять его, если не будет растянут.       Юй Чжицзюэ некоторое время поводил, дразнясь, пальцем у входа, размазывая масло. Он чувствовал, как снова напрягся Лин Ся, хотя несколько минут назад был совершенно расслаблен после яркого оргазма. Юй Чжицзюэ потянулся к нему с поцелуем, на этот раз нежным и успокаивающим, и Лин Ся ответил на него, закидывая руки на плечи юноши. В тот же момент мучитель вставил в него один палец, и Лин Ся охнул скорее от неожиданности, чем от боли, крепко вцепившись в каменные мышцы на плечах Юй Чжицзюэ. Лин Ся поморщился от неприятных ощущений, но довольно быстро привык.       Стоило складке между его бровей разгладиться, как к первому пальцу добавился второй. Это было гораздо ощутимее, и Лин Ся не мог расслабиться, лишь сильнее сжимая пальцы внутри себя.       — Тише, — шепнул ему человек в маске, ласково погладив по голове. — Ты же сам знаешь, что нужно расслабиться.       Сказать было легче, чем сделать. Лин Ся тяжело дышал, уткнувшись лбом в чужое плечо. Юй Чжицзюэ тем временем делал двумя пальцами ножницы, сильнее растягивая Лин Ся. Вскоре внутри него оказался и третий палец. Лин Ся пребольно укусил Юй Чжицзюэ, когда тот потянулся за очередным поцелуем, — просто в качестве мести, потому что сделать что-либо ещё он просто не мог. Юй потянул за конец ошейника, затягивая его ещё больше. Лицо Лин Ся покраснело, он не мог сделать ни вдоха, и лишь когда терпеть стало совсем невозможно, он заколотил человека в маске по спине.       Юй Чжицзюэ расслабил ошейник в тот же момент, когда надавил на нужное место в теле Лин Ся, и юноша выгнулся дугой от резко поступившего в лёгкие воздуха и удовольствия, пронзившего всё его существо. Лин Ся вскрикнул, прижимаясь к разгорячённому телу Юя, и вцепился в его длинные шелковистые волосы.       Движение пальцев внутри становилось всё быстрее, и Юй Чжицзюэ каждый раз успешно попадал по простате, заставляя Лин Ся кричать от удовольствия и сильнее раздвигать ноги. Юноша самостоятельно двигал бёдрами, стараясь насадиться глубже на пальцы, и даже не замечал этого. Он лишь с удивлением обнаружил через несколько минут, что его член вновь встал.       Юй Чжицзюэ с пошлым хлюпаньем вытащил пальцы и вместо них пристроил свой член.       — Давай в коленно-локтевую, — успел попросить Лин Ся, знавший, что это наименее болезненная поза.       — Нет, — отрезал Юй Чжицзюэ. — Я хочу видеть твоё лицо.       С этими словами он резко вошёл в него своим слишком большим членом, и изо рта Лин Ся вылетел громкий болезненный крик. По щеке юноши скатилась слеза, которую Юй Чжицзюэ стёр большим пальцем. Лин Ся напряг внутренние нежные стенки, сильнее сжимая член, из-за чего теперь застонал уже сам Юй Чжицзюэ.       Ожидание стоило этого момента. Лин Ся внутри был таким тугим и узким, так сильно сжимал стенки, что это сносило Юю голову. Изначально он хотел быть более нежным, но теперь у него не было ни сил, ни желания сдерживаться, и он сделал следующий толчок, почти полностью выйдя и резко ворвавшись до конца, выбивая очередной восклик из Лин Ся.       — Слишком… грубо! — вскрикнул юноша, чувствуя, как его буквально разрывает изнутри.       От резких и мощных толчков он скользил спиной по полу, царапая лопатки, но эта боль казалась такой слабой, такой ничтожной. Юй Чжицзюэ, словно не слыша его, продолжал вдалбливаться в его тело, закинув ноги себе на плечи для более глубокого проникновения, хотя Лин Ся казалось, что глубже уже просто некуда.       Лин Ся в кровь расцарапал ему плечи и спину, больно было до потемнения в глазах, но как только Юй Чжицзюэ вновь нашёл ту самую точку, боль смешалась с удовольствием, выбивающим весь дух из юноши. Юй Чжицзюэ отпустил одну его ногу и прильнул губами к чувствительной шее Лин Ся, на которой уже, как цветы, расцветали большие тёмные засосы, кусая один из них.       Взяв Лин Ся за руку, он положил её на его член, заставляя провести по нему полусжатым кулаком. Какое-то время они водили по члену в две руки, но Лин Ся даже не заметил, когда Юй Чжицзюэ убрал свою большую ладонь и переместил её ему на грудь, лаская соски.       Теперь каждый толчок отдавался не только болью, но и удовольствием, с каждым разом всё ближе и ближе толкающим Лин Ся к краю. После первого оргазма он был уже не таким чувствительным, однако Юй Чжицзюэ всё равно, казалось, оставался выносливее его самого. Он быстро и резко входил в тело Лин Ся, наслаждаясь тем, как тот стонет и закатывает глаза, как задирает голову, и в один момент Юй не выдержал, припадая к чужому кадыку.       Лин Ся сжался ещё сильнее, грубо сжимая волосы Юй Чжицзюэ на затылке. Отпустив горло Лин Ся, юноша завладел его губами, целуя не менее агрессивно и напористо, чем при толчках. Братец Лин обнял его за спину, и, как только Юй отпустил его губы, прикусил его за мочку уха.       Юй Чжицзюэ, издав громкий рык, стал двигаться быстрее, настолько глубоко, насколько это возможно. Он прикусил внутреннюю сторону бедра Лин Ся, и для того это стало последней каплей. По его телу в очередной раз прошла волна оргазма, и он сильнее сжал внутри член Юй Чжицзюэ, изливаясь им обоим на животы.       На несколько секунд юноша даже потерял сознание, а когда вновь открыл глаза, приходя в себя, ощутил, как Юй Чжицзюэ до упора вошёл в него, заполняя своим семенем всё его нутро, и медленно вышел. Он лёг на Лин Ся, придавливая своим телом, и поцеловал в острое плечо. Оба юноши тяжело дышали, Лин Ся попытался что-то сказать, но понял, что на последнем вскрике окончательно сорвал голос.       — Мой Лин, ты навсегда останешься со мной.       Лин Ся сглотнул и сдержал подступившие к глазам слёзы, жалея, что когда-то давно на эмоциях пожелал другому человеку, чтобы его хризантему пронзили десять тысяч раз. Теперь десять тысяч раз обрушатся именно на него.