Чужая шкура

— Дай мне мой меч! Его бойцы падали один за другим, дорога была каждая секунда, а ведьмак таращился на него, не мигая. На миг Йорвет решил, что вместо меча получит кулаком в лицо, но какие-то зачатки благородства у dh’oine все же остались. Швырнув ему клинок, Gwynbleidd занялся Лето, а сам Йорвет бросился наперерез проклятому темерскому псу. Ярость смешивалась с азартом: пусть они нарвались на засаду, пусть их застали врасплох, скорее Tedd Deireadh наступит, чем он опустит руки! А драться с этим противником ему уже доводилось. — Сдохни! Dh’oine было больше, а раздвоиться он не мог. Защищая своих, приходилось вертеться под чужими выстрелами, чтобы Роше тоже оказывался на линии огня, а стрелять по командиру его головорезы не посмели. Все эти пируэты изрядно мешали ведьмакам, тесня их к краю поляны и не давая развернуться. И не только ведьмакам. — Геральт! Свалите отсюда! — заорал Роше, когда над его головой мыльным пузырем лопнул от врезавшегося знака мраморный портик, осыпав осколками их обоих. Йорвету пришлось откатиться в сторону, прикрыв голову. Над ухом тут же свистнула вражеская стрела, еще одна прошила насквозь рукав. Стреляли dh’oine паршиво, зато брали числом. — Все назад! У темерской псины прорезалось благородство? Быть не может. Ответом послужила волна ледяного воздуха пополам с мраморными осколками, пронесшаяся над головой — Лето снова использовал знак. Йорвета затопила жаркая ненависть: предатель, убийца его бойцов был так близко, а перерезать ему горло доведётся ведьмаку. Но эмоции стоило запихнуть подальше, Убийца королей был не главной проблемой. Роше разъяренной мантикорой вился вокруг, но достать не мог, хоть и норовил наносить удары из слепой зоны. Подло. Чего еще ждать от dh’oine? А ведьмаки продолжали разносить руины по камешку: теперь среди обломков летали и алые лепестки. Розы Симориль исчезли, на их месте зияла дыра, куда едва не удалось спихнуть темерца. Сосредоточиться на бое было невозможно, приходилось то и дело уклоняться от летящих камней, и когда Йорвет был уже готов отступить, в бой вмешалась еще одна сила. — Геральт! Рыжая ведьма появилась на уступе, внося окончательную сумятицу, а сам он под яростный мат dh’oine бросился прочь. Не успел. — … Пусть только ведет себя хорошо, — донесся обрывок разговора. Тут Роше повалил его на землю, Йорвет извернулся, ткнув его кинжалом, а потом жахнуло. Знак Лето отбросил Геральта в одну сторону, их — в другую, прямо под заклятье чародейки. Но прежде, чем взрыв расплавил кости, пол треснул, и они оба полетели в воду. Йорвет еще успел пожалеть, что не смог нанести смертельный удар, а потом в голове взорвалось нильфгаардское солнце, и наступила темнота.