Картина с частичкой себя

      — Сал, а… можно вопрос? — спросил я, когда Фишер закончил свой рассказ.       Голубоволосый посмотрел на меня с непониманием. Но после этого он усмехнулся.       — Конечно, можно.       — Что у тебя с руками? — сразу перешёл я к своему вопросу.       — А что с ними? — поднял одну бровь Сал, посмотрев на Эш, которая быстро отвела взгляд от его рук. — Ты про шрамы?       Я кивнул. Фишер опустил взгляд, рассматривая свои руки, но после этого немного посмеялся.       — На меня напала собака, когда мне было лет пять. Я защищался руками, из-за чего лицо фактически не пострадало, — Сал по привычке облизнул верхнюю губу, задумавшись, но потом окинул нас с Кэмпбелл достаточно мрачным взглядом. — А вы что подумали?       — Ничего, — ответил я, немного растерявшись. Фишер, видимо, заметил мою неуверенность, потому что он рассмеялся.       — Согласен, немного похоже на то, что я сам это сделал. Но просто теперь знайте, что это не так.       Этот день продолжался. Сал с Эш купались, в то время как я наблюдал за ними, сидя на берегу с Беном. Фишеру удалось один раз напугать шатенку, «спрятавшись» под водой и схватив её за ногу. Эшли слишком впечатлительная и этого ей было вполне достаточно чтобы завопить на всю округу. Голубоволосый получил, хотя он даже не ожидал, потому что ещё не успел убрать мокрые волосы с лица. Собрать их резинкой он не додумался до этого. После этого Сал сел рядом со мной, пытаясь немного выжать волосы.       — Шуток не понимаешь, — пробубнил Фишер, яростно смотря на Кэмпбелл. Видимо, она неплохо так ударила его.       — А из тебя юморист так себе, — рассмеялась Эш, продолжая плавать.       Было бы всё идеально, если бы Бен не ныл каждые пять минут, задавая один и тот же вопрос: «Когда мы уже домой поедем?» Эшли всё время ему говорила, что нескоро, но он продолжал спрашивать. И заставить его молчать было невозможно, именно поэтому мы просто смирились, что этот мелкий будет раздражать нас всё время.       Я нередко засматривался на Сала. Я могу признать, что когда его мокрые волосы снова закрывали ему обзор, он выглядел красиво. Я не пытался откинуть эти мысли подальше. Зачем? Это нормально — признавать, что человек выглядит потрясающе.       Чуть позже мы просто все вместе сидели на берегу, рассматривая то, что находится чуть дальше. Там много всяких беседок, и летом они так популярны, что невозможно найти хотя бы одну свободную. Складывается впечатление, будто люди приезжают сюда в часов пять утра и занимают эти беседки, не освобождая их целый день. Ещё там продолжается лес, из которого мы выехали. Вендиго — это точно самое красивое место, в котором я только был. Мы всё детство с Эш сюда ездили. И летом, и зимой мы здесь появлялись. Зимой, конечно, не купались, но просто ходить по берегу и наступать на лёд приносило нам какое-то удовольствие, которое было сложно объяснить.       — Может, уже поедем домой? — спросила Эшли, смотря то на меня, то на Сала.       — Да, тут уже делать нечего, — согласился Фишер, взглядом спрашивая у меня, что я думаю. Я лишь кивнул, после чего мы все втроём встали и начали собирать вещи. Больше всех рад был, конечно же, Бенджамин, которому компания трёх «стариков» не очень интересна. Хотя, зная, что он думал, что тут будут одноклассницы Эшли, не удивительно, что он прискучал.       Спустя двадцать минут мы уже были полностью готовы ехать. Бен оживился, даже ехал с нами наперегонки и старался не бесить Эш. У Фишера была лишь одна цель: всегда обгонять Бенджамина. Он всё ещё мстил за девчонку, а нам с Кэмпбелл оставалось лишь смеяться над этими противниками, силы у которых далеко не равны, потому что Сал старше и у него велосипед с передачами, пока у Бена самый обычный. Именно поэтому голубоволосый всё время побеждал мелкого, а потом хвастался мне, что он почти отомстил.       Мы доехали до остановки и вместе с Эш и Беном ждали их автобус. Когда транспорт подъехал к нам, Кэмпбелл попрощалась с нами, Бенджамин показал Салу язык, что сделал и Фишер в ответ, после чего они зашли в автобус и уехали.       — И всё же я отомстил этому мелкому, — гордо улыбнулся Салли, садясь на велосипед.       — Назвал девчонкой, вот это трагедия! — рассмеялся я, следуя примеру Фишера и садясь на свой велосипед.       — Я правда так на девушку похож? — спросил у меня Сал. — Это из-за волос?       — Нет, у тебя просто… не резкие черты лица. Это не плохо.       Голубоволосый промолчал. Я понимал, что именно это почему-то его задевает. Никогда не думал, что Сал может расстроиться из-за такой чепухи. Это же просто какой-то мелкий сказал, что он похож на девочку, не более. Но это не моё дело, я не имею право осуждать за это Сала. Может, есть то, чего я не знаю.       Мы с Фишером доехали до Апартаментов. Я пошёл к себе, а Сал сначала решил зайти к себе, чтобы оставить там велосипед, а потом уже придёт ко мне. Я зашёл в свою квартиру, оставляя велосипед возле двери, а после пошёл в свою комнату, загружая приставку. Уже спустя пару минут я услышыл, как дверь в квартиру открылась. Через мгновение в комнату зашёл и Сал, садясь рядом со мной и беря из моих рук джойстик.

***

      Прошло около часа. Мы даже не заметили, как он прошёл. Недавно я купил новую игру, которую можно проходить одному или с друзьями. Цель: добраться до конца истории, а в игре перед нами целая вселенная. Может, именно поэтому так погружаешься в этот мир, ведь ты переживаешь за персонажей и так далее. Игра достаточно длинная и там много концовок, так что нам с Фишером хватит на долго.       — Может, перерыв? — предложил Сал, убирая волосы с лица и поворачиваясь ко мне. — Мы уже играем целый час.       — Как насчёт газировки?       — Будет неплохо.       Я встал и пошёл на кухню, где из шкафчика, где находился целый запас напитков, я взял газировку. Там же я заметил ещё и пачку печенья и мне показалось, что будет классно, если я возьму ещё и её. Я закрыл шкафчик и пошёл обратно в комнату, где бросил печенье на пол, а газировку открыл, предлагая Салу. Фишер в этот момент что-то внимательно читал, а потом молча взял бутылку, продолжая всё теми же серьёзными глазами читать.       — Что читаешь? — спросил я, открывая печенье.       — Ничего, — вздохнул голубоволосый и выпил немного напитка, откладывая в сторону телефон. Он был задумчив, что-то активно анализировал.       — Что-то серьёзное?       — Нет, фигня, — отрицательно покачал головой Салли, закрыв бутылку и поставив её рядом на пол.       — Я же вижу, что что-то случилось.       Сал посмотрел на меня. Впервые за всё то время, что я знаю его, он смотрел на меня с какой-то грустью или разочарованием. Фишер отвёл взгляд, взяв печенье.       — Хейт, — произнёс Сал, тихо усмехаясь, — просто чёртов хейт, не более.       — Никогда бы не подумал, что тебя это может расстроить, — честно признался я, наблюдая за реакцией Фишера. Голубовлосый улыбнулся, снова взяв печенье.       — Это не может не расстраивать. «Мне без разницы на ваше мнение» — это просто набор слов. Когда кому-то не нравится то, что ты делаешь, кажется, будто всё зря, даже несмотря на то, что все остальные без ума от твоих работ. И ты неосознанно пытаешься понять, что не так, как это исправить. Сейчас, по крайней мере, не такое сильное впечатление производит очередной негативный комментарий, но всё равно обидно, что не всем угодил. Давай лучше продолжим играть, ладно? Всё же интересно, что дальше.       Я просто кивнул, загружая продолжение игры. Мне больше нечего было сказать. Я ошибался, считая, что Сала ничего не может расстроить. Будто Фишер — какой-то робот, способный лишь на позитивные эмоции. Было реально глупо думать, что Сал умеет только улыбаться. Он такой же человек, как и все вокруг, его тоже задевают многие вещи и хейт, направленный на его творчество, — это лишь одна вещь, способная стереть с его лица приподнятые уголки губ. Возможно, есть что-то ещё, возможно, я просто не замечал, как Сал расстраивался. Возможно, я просто невнимателен, не замечая переживаний Фишера. Может, именно поэтому я так мало знаю о нём?       — Знаешь… — начал Сал, но не продолжил. Я не перебивал его, думая, что он подбирает слова, но в конце концов он добавил: — Ладно, неважно.       Я решил не доставать из него того, что он хотел мне сказать. Возможно, это действительно не так важно.

***

      Через пару дней мы с Салом шли со школы. На этот раз Фишер отказался идти ко мне, сказал, что он будет готовиться к контрольной по алгебре. Я не имел права запрещать ему, а на предложение подготовиться вместе Фишер отказался. Мне ничего не оставалось, кроме как пожать плечами и спуститься в свой родной подвал и закрыться в своей комнате.       За пару часов я разобрался со всем домашним заданием, после чего сел поиграть в приставку. Я немного призадумался. Сал никогда не готовится к контрольным, максимум по языкам. Он сам понимает, что он знает всё на зубок и если его разбудить ночью, он чётко расскажет тебе то, что ты попросишь. Мне показалось это странным, но вдруг он чувствует, что слаб в этой теме? Мне стоило спросить у него раньше, а не забивать себе этим голову теперь.       В часов семь я решил, что Сал уже вполне мог за всё это время подготовиться к контрольной. Если что, я прекрасно посижу у него на кровати, наблюдая за его подготовкой. Скучать с кем-то в разы лучше, чем одному. Я выключил приставку и, обувшись, поехал на четвёртый этаж, где я без стука вошёл в четыреста вторую квартиру.       — Привет, — сказал я, заходя в комнату Сала. Фишер сидел на подоконнике, продолжая свою картину. — Теперь ясно, к какой контрольной ты готовился.       — Я только недавно сел за рисование, — ответил голубоволосый немного неуверенно, сразу беря какую-то баночку и закрывая её. — Ты предупредил бы.       — У тебя беспорядка никогда здесь нет, а скрывать тебе тоже вроде бы нечего, — усмехнулся я. — Или есть? — серьёзно уточнил я, но потом снова сорвался на смех. Я сел рядом с Фишером, рассматривая картину. То самое заведение с людьми. Но теперь уже было несколько красных элементов. — О, ты уже приступил к красному?       — Да, — улыбнулся Сал. Я заметил, что он какой-то нервный, но постарался скинуть это на то, что я пришёл без приглашения, пусть я и делаю так всегда.       — Он здесь? — спросил я, взяв баночку, что только недавно закрыл Фишер.       — Нет, — ответил голубоволосый, пытаясь у меня отобрать её, но я отвернулся.       — А что там? — снова спросил я, открывая баночку. Внутри я заметил что-то непонятное, но я заметил какой-то алый оттенок. — Ты этим рисуешь красные предметы?       — Ага, — пробубнил Сал, смирившись с тем, что врать бесполезно.       — Ты какой-то странный, — не выдержал я, поворачиваясь к Фишеру. — Что случилось?       — Ничего, просто отдай мне эту баночку, — как можно позитивнее постарался сказать это голубоволосый, но я прекрасно понимал, что он сдерживает свои эмоции. Я искреннее не понимал, что не так с этой баночкой и тем, что находится в ней, но у меня не было времени, чтобы понять это, поскольку Сал отобрал её у меня.       — Ты серьёзно думаешь, что я поверю, что вся проблема в этой баночке? — спросил я, сверля голубоволосого взглядом и указывая на баночку. Фишер ничего на это не ответил, только внимательно рассматривал картину перед собой. — Не получается? — немного смягчился я.       — Что-то вроде того, — кивнул Сал. Я почему-то чувствовал, что он не хочет, чтобы я здесь был.       — Хочешь, чтобы я ушёл?       — Только без обид, ладно? Просто хочу побыть в одиночестве.       — Без проблем, — пожал я плечами, вставая и собираясь уходить, но тут мой взгляд зацепился за кое-что. Я долго рассматривал этот предмет, не решаясь взять его в руки. — А это тебе зачем? — осторожно спросил я. В этот момент я уже примерно понимал, что происходит.