Крылатые

Я распахнула глаза, повинуясь внутреннему инстинкту. Кажется, выспалась. По-крайней мере, на веки не давила такая тяжесть, как обычно после долгих тренировок допоздна. Видимо, Отер был прав, когда хвалил те странные таблетки…  — Доброе утро, — я поздоровалась с крохотным механическим жучком, которую называла Вистой. Она нетерпеливо села на краешке моей кровати и пищала на разные лады. Вчера я долго не могла заснуть, размышляя о том, что же ждёт меня в новой школе, да ещё и совершенно не такой, к каким я привыкла. Не могла поверить, что уже через несколько часов я побываю в школе Бескрылых, народа, совершенно отличающегося по культуре и привычкам от моего… И как я освоюсь среди них? Именно поэтому Отер дал мне немного самого обычного снотворного — мысли не позволяли заснуть. Теперь же я чувствовала себя свежей и свободной, готовой к любым подвигам. Сердце билось в сладостном волнении, я одновременно боялась и ждала спуска вниз, на Землю. До меня это делал всего один Крылатый, а именно — Отер, принц всего облачного города Волера, Огненный Стихийник, и по совместительству мой лучший друг. Он немного исследовал порядки Бескрылых, записал и рассказал мне. Вспомнились дни, когда я только узнала о том, что именно я отправлюсь на Землю Бескрылых для более досконального изучения их жизни. «Почему я?» — задавалась я тогда вопросом, и никак не могла найти ответа.  — Ты — одна из немногих, кто обучался вместе со Стихийниками всему, что мы умеем сейчас, но Стихийницей не являешься. Благодаря твоей силе мы узнаем очень многое о Бескрылых, — объяснял Отер, но такой аргумент показался мне не слишком убедительным. А может, он прав? И действительно, способности хоть к чему-то, связанному с одной из пяти стихий, я не имела. Кидать огненные шары — точно не ко мне, повелевать водой или воздухом тоже не выходило. Растения не росли под моим взглядом, молния среди ясного неба не сверкала по первому велению. Это нормально для большинства жителей Волера, так что я не особо волновалась по этому поводу. Стихийников всего пятеро, и столько же у них помощников. Логично, что я не оказалась в этой десятке. Зато я попала в десятку ребят, тренирующихся вместе со Стихийниками и их помощниками. Небольшой круг и тридцати человек, где десять являются обычными Крылатыми — неплохо ведь? Можно сказать, мы были помощниками помощников. Вместе мы тренировали внутреннюю силу, учились самым разным трюкам, которые Отер вычитал из старинных манускриптов. Тренировки были тяжёлыми, но необходимыми. Конечно, лучше всех выходило у Стихийников, но каждый из нас прогрессировал, отрабатывая навыки раз за разом. «И сегодня один из этих навыков мне придётся использовать целых семь-восемь часов…» — с тревогой подумала я, расчёсывая свои светлые волосы. Справлюсь ли я? Или придётся… Сбегать с уроков? Нет, только не это. Я очень надеялась, что до этого не дойдёт, но именно такой выход предложил мне Отер, если что-то пойдёт не так. Для первого появления в Бескрылой школе я выбрала идеально отглаженную белую блузку, правда, без привычных прорезей для крыльев, и тёмно-синюю юбку. Чем не прилежная ученица, приехавшая из другого города? «Пора.» — решительно подумала я, и, сосредоточившись, уменьшила крылья. Всё, как учил Отер. Из огромных, сверкающих, белоснежных, мои крылья превратились в маленькие крылышки картинного купидончика. Такие будут совсем незаметны под одеждой. Я застегнула пуговички блузки и заозиралась в поисках рюкзака. Вот и он — нежно-голубой, в тон одежде, лежит себе на стуле у кровати. Со вчерашнего вечера в нём лежало несколько странных учебников в глянцевых обложках и столько же подписанных моим именем тетрадей, а так же пенал с письменными принадлежностями и дневник. Непривычные для Крылатой вещи, но и их нередко используют в Волерских школах. Крылья непривычно натирала жёсткая ткань, и я представила, сколько пёрышек выпадет из них потом. Чем только не пожертвуешь ради великой миссии… Девушки Волера трепетно оберегали красоту своих крыльев, и чем больше за ними ухаживали, тем ослепительнее и ярче сверкали перья. Я не была фанаткой подобного, но элементарные процедуры вроде чистки выполняла всегда. Держать в порядке себя и окружение так приятно, так почему бы не потратить на это немного своего времени? Времени уже было предостаточно, а я не была уверена, что быстро найду школу. Пора было выдвигаться… Но как же страшно! Я вышла из дома, и, вдохнув свежий декабрьский ветер, зашагала к краю облака. Он был далеко от жилых домов, в той самой части, куда редко кто заходил. Тут было совсем пусто, лишь мягкая белая поверхность под ногами. «На счёт три» — подумала я и для смелости прокричала вслух:  — Раз! — отошла на шаг от края и нажала на маленький кристалл в подаренном Отером колечке. Всё тут же подёрнулось белой дымкой — я стала невидимой на некоторое время. От такого стремительного расхода личной энергии закружилась голова.  — Два! — приготовилась, напрягая все мышцы ног.  — Три! — в лицо ударил ледяной ветер, падение началось. «Только бы сработало, только бы сработало…» — вертелось в моей голове, пока я, зажмурив глаза, концентрировала всю энергию на «бескрылом» замедлении падения. Кажется, получилось. Мне стало теплее, будто ветер перестал дуть так сильно, и наконец подошвы моих тёмно-серых туфелек коснулись поверхности бетонной крыши. Многоэтажка. Я сняла кольцо, снова нажав на кристалл, чтобы стать видимой. Голова всё ещё кружилась, и мне пришлось отпить из маленькой бутылочки со странной жидкостью, приготовленной по старинному рецепту. Так я могла быстро восстанавливать энергию в тяжёлых ситуациях. Через пятнадцать минут поиска я нашла выход с крыши, и, морща нос от противных и незнакомых запахов, я сбежала вниз по узкой обшарпанной лестнице. Лифт тут тоже был, но я не была уверена, что смогу правильно им воспользоваться. Когда до начала уроков остаётся пятнадцать минут, лучше не рисковать. Я с удивлением рассматривала удивительной высоты деревья, почему-то непохожие на те, зарисовки которых показывал Отер. «Листьев нет» — сообразила я. Какова причина столь странной измены? Неизвестно. Но сейчас лучше поторопиться. Осмотревшись в поисках нужных ориентиров, я заметила ещё деталь: снега тут было гораздо больше, чем на облаках, он лежал даже на голых ветках деревьев. Удивительно, до чего же красиво! Но вот я опять отвлеклась… Нужно идти. Вскоре я поняла, что заблудилась. Места были смутно знакомы по зарисовкам Отера, но куда идти я не знала. Придётся импровизировать. Я заозиралась в поисках хоть кого-то, кто способен был помочь. Мимо пробежал высокий парень лет тринадцати-четырнадцати, а за ним, нахмурившись, шагала невысокая, чуть полная девушка. Такой шанс упускать было нельзя. Я окликнула её и, не стесняясь, спросила, где находится школа. Та почему-то страшно удивилась, но показала на ближайшее здание. Почему — непонятно, ведь заблудиться может каждый… Не слишком думая об этом я обогнала её и зашла в школу, надеясь, что меня кто-то встретит. Охранник у входа настороженно зыркнул на меня, но я, улыбнувшись, проговорила:  — Я новенькая… В восьмом «В». Вы не подскажете, как туда пройти? Не успела я дождаться ответа, как ко мне подбежала миловидная женщина лет пятидесяти.  — Ангелина Осова, верно? — протараторила она, и, едва дождавшись моего кивка, продолжила:  — Я Ольга Валерьевна, твоя классная руководительница. Раздевайся в гардеробе и подходи сюда, я отведу тебя на химию и представлю классу. Я кивнула ещё раз. Не всё, сказанное учительницей, было понятно мне, но основную мысль я уловила. Раздеться в гардеробе и вернуться на то место. Проще простого. На секунду я почувствовала, как контроль над крыльями спадает, и, сосредоточившись, сконцентрировала всю энергию на уменьшенных крыльях. Всё хорошо, главное, не расслабляться. В гардероб и обратно. Мимо меня прошла та самая девочка, у которой я спрашивала дорогу. Быть может, мы окажемся одноклассницами? Почему бы и нет, она мне сразу понравилась. Только вот что-то в ней необычное… Но сейчас не время думать об этом. Я сдала куртку улыбчивой старушке-гардеробщице, переодела обувь и поспешила обратно к Ольге Валерьевне. «Какие же тут низкие потолки, так мало пространства» — подумалось мне по дороге к классу. Учительница задавала какие-то наводящие вопросы о моей прошлой школе, оценках и учёбе в целом. Я отвечала зазубренными фразами, придуманными как раз на такой случай. Наконец мы подошли к кабинету химии. Узкие, не предназначенные для Крылатых двери, маленькие пространства между партами и у доски. Тесно, но учиться можно. Меня представили классу («Новенькая ученица, Ангелина») и я, немного волнуясь, села за первое попавшееся место. Совсем недалеко от меня оказалась та самая девочка, которую про себя я уже назвала Клетчатой из-за её рубашки, никак не напоминающей школьную форму. Похоже, не так уж тщательно тут за этим следят. Клетчатая сидела со смутно знакомым парнем, кажется, это он бежал в школу. Да и что-то в них обоих было общее, может, брат с сестрой? Похоже на то. Парень кинул на меня быстрый взгляд, и я тут же отвернулась, сосредоточившись на словах хмурой химички, совсем недавно злившуюся как раз на эту парочку. Первый урок в школе Бескрылых проходил достаточно скучным. Следующим был английский, и я, применяя все навыки годовалого курса языков Бескрылых, с остервенением лучшей ученицы писала письмо. Закончила я достаточно быстро, чётко уложившись в нужное количество слов. Не много, не мало, в самый раз. Лексику применяла самую лёгкую, только бы описать свой примерный ход мыслей. Что и говорить, немецкий давался мне легче, жаль, что изучала я его совсем недолго. Дальше начались проблемы — физкультура. Конечно, я переоделась в туалете, но объяснение «стесняюсь», запасённое на случай, если кто спросит, казалось мне недостаточно правдоподобным. Но я просто не могла позволить кому-либо увидеть мои крылья, так что другого выхода не оставалось. Физкультурный зал показался мне родным. Потолок в два раза выше, чем в остальных классах, огромное пустое пространство, где каждое слово отражается эхом от стен. Захотелось расправить крылья, взлететь повыше и срочно размяться. Впрочем, как раз последнее мне удалось, правда, не в отношении крыльев. Но даже такой спорт был для меня спасением, ведь я, как и любая Крылатая, не привыкла сидеть на месте. Многие девочки, когда учитель предложил сыграть в баскетбол, почему-то сели на скамейки, расставленные вдоль стен зала. Почему — я не сообразила. Разве им не хочется побегать? Правила этой игры я помнила смутно, но в живую почти никогда не играла. У Крылатых ни одна игра не проходит без использования полёта, так что забрасывание мяча в кольцо всем Стихийникам и их помощникам показалось полной бессмыслицей. Но когда ты не можешь летать, и такие игры станут весёлыми. К тому времени я уже познакомилась с некоторыми одноклассницами — в частности с Таисией, сидящей рядом со мной на английском. Она шёпотом поделилась со мной некоторой информацией об учителях и одноклассниках. Так я узнала, что брата и сестру зовут Арина и Егор Орловы, а англичанку — Инна Ивановна. Странные у Бескрылых, конечно, имена, но привыкнуть вполне можно. После освежающей игры в баскетбол мне захотелось срочно переодеться в чистую, не потную школьную форму, и желание моё исполнилось буквально через пять минут. Переодевалась я опять в туалете, под тем же предлогом. Неужели так придётся делать вечно? Хотя, кажется, тут есть те, кого от занятий освобождают, и им форма не нужна. Но тогда мне не удастся размяться. Обидно. Следующие уроки я провела, наблюдая за той самой Ариной Орловой. Что-то в ней было необычное, не такое, как у других ребят вокруг. Но что? Проверить было невозможно, слишком много людей вокруг. Буду долго пялиться — заметят, а отвечать на лишние вопросы я не намерена. В целом класс мне понравился. Практически все относились ко мне хорошо, многие подходили познакомиться. Только Орловы держались в стороне, будто я их чем-то обидела. Но чем? Неизвестно. Днём на улице было гораздо теплее, чем утром. Обрадованные свободой школьники выбегали из душного серого здания, чтобы завтра вернуться обратно. В первый же день я поняла, почему ученики так не любят школу — тут же совсем тесно! Нет пространства не только для полётов, но и для свободного творчества, мышления. Все попытки сделать что-то новое пресекается учителями. «Может именно поэтому у Бескрылых нет крыльев?» — задумалась я, и, не особо запариваясь, решила обсудить этот вопрос с Отером. Пора идти домой, но моё внимание снова привлекла Арина Орлова, а точнее, вспышка над её головой. Неужели… Не задумываясь, я подошла к ней, и в лоб спросила:  — Ты — Крылатая? Та нахмурилась, и я поняла, что, кажется, попала в точку. Но меня сильно удивило наличие нимба над её головой. Так быстро найти крылатую, да ещё и нимбованную — большая редкость. Нимбованных в Волере всего четырнадцать, по крайней мере, из известных на данный момент. Не может же одноклассница быть пятнадцатой?  — Какая? — тем временем переспросила Арина. Выражение её лица не выражало ничего хорошего. Ну почему я ей так не понравилась?  — У тебя есть крылья? — переформулировала вопрос я, надеясь на ответ, содержащий хоть немного честности. Но Арина лишь покрутила пальцем у виска, и, развернувшись, быстрым шагом зашагала от школы. Неужели я промазала? Но почему нимб над её головой всё так же сверкает?