О чем молчит город

      Она не привыкла просыпаться с кем-то. Василиса чувствовала, как простынка сбилась под ней и теперь жесткими складками впивается в бок. Одеяло колыхалось в такт размеренному дыханию Маара. ЧарДольская хотела думать о чем угодно, только не о том, что единственно важно.       Василиса пошла готовить завтрак: простой омлет с беконом и помидорами. Заодно неплохо бы проверить почту и сообщения. Уже на кухне, стоя над шкварчащей сковородкой, девушка поняла, что в чем-то крупно просчиталась.       Маар вышел на запах с взлохмаченными волосами и в мятой футболке. Его кошачий взгляд был подернут сонной пеленой, какая бывает, если встать раньше привычного. — Как ты? — этот простой вопрос поставил Василису в тупик. — Умывайся и садись завтракать. Пять минут и я тебя не жду.       Маару хватило трех, и вот они сидят напротив друг друга, делая вид, что слишком увлечены едой, чтобы разговаривать. Получается откровенно фальшиво. — После того, как мама разошлась с отцом, я зареклась не прощать его, — первой не выдержала Василиса. — Были причины? — Он думал, мама предала его и отдала кое-что очень ценное их конкурентам, — на самом деле ЧарДольская сама знала ту историю лишь урывками, подцепленными в разговорах со старшими. — А потом пытался использовать меня для давления на Лиссу… После этого я и сбежала. — Может, Нортон был не лучшим мужем и отцом, но он единственный, кто осмелился бросить вызов Астрагору.       Василиса резко вскинула голову. Бросить вызов и победить — разные вещи, и ее папа убедился в этом слишком хорошо. — Огневы собираются устроить релиз последней разработки отца… Норт думает, она настолько замечательная, что способна решить все проблемы. Пойдем вместе? — Ты еще спрашиваешь, — Маар усмехнулся, — всегда мечтал побывать на ЗолМехе. Особенно в твоей компании.       После завтрака Броннер предложил ей съездить загород. Василиса удивлено нахмурилась, но согласилась. К тому же, Маар упомянул, что дело как-то связано с Драгоциями. А чтобы достать до них ЧарДольская бы не поскупилась на средства.       Машина неслась по шоссе мимо аккуратных изгородей и лесных проселков. Голые деревья навивали печальные мысли, как и низкое серое небо с набухшими гроздями туч. Кое-где в кронах еще редели ржавые остатки листвы, похожие на догорающие угли после жаркого кострища. — Мы едем в Драгшир? Городок, находящийся рядом с каким-то заповедником, — Василиса отрегулировала печку, чтобы поток воздуха не так шпарил, и сняла куртку. — Он в трех километрах от Драголиса, это такой большой и полудикий лес, чудом сохранившийся в наши дни. Там еще живут одни эпатажные зеленые… Столетты! — Чудесно, — мимо пронесся указатель на этот Драгшир с подписью: лучше городка для жизни вам не сыскать. — Разбуди, как будем подъезжать.       Первое, что поразило Василису при въезде в город, — лес. Раскидистые изумрудные хвойники, которым уже веков по пять, с бугристой корой на стволах. И такие деревья были везде, на каждом повороте. А весь город, все постройки и дороги петляли между этими великанами, как заблудившиеся дети. Для жителей мегаполиса такое преклонение перед природой выглядело странным. — Интересно, что тут наказывается больше: наезд на пешехода или дерево? — ЧарДольская отметила почти полное отсутствие машин вокруг. А те, припаркованные на обочине, были не многим моложе ее самой. — Это же заповедник. Радуйся, что Хронимара еще не ввела запрет на дизель и не пересадила всех на ослов.       Они проехали по главной улице с аккуратными домами, пропитанными духом милой провинции. Люди на улицах провожали полуспортивную иномарку Маара долгими взглядами, а потом, словно стряхнув оцепенение, неторопливо шли дальше. Василиса удивилась, что почти все одеты в оттенки зеленого и коричневого. Неужто так любят свой лес? Ни одного знакомого названия магазина или кафе им так и не встретилось, как будто Драгшир был полностью изолирован от остального мира.       Маар свернул на очередном повороте, и они поехали прочь от центра. Дома сменялись усадьбами с обширными участками. ЧарДольская стала прикидывать, за сколько можно купить такой домик — выходило, обитатели Драгшира лишь притворяются скромными. — Тут есть один особняк… Сейчас, ищи поворот на Ландышевую улицу, — Маар пытался что-то забить в навигаторе, но устройство зависло. — Нам нужно владение номер три. Василиса почувствовала себя чужой в этом обособленном крае, как будто она в грязных сапогах прошла на чистый ковер в гостях. — Может спросить, — они уже пять минут кружили по сплетению улочек, как будто этот город сам не желал делиться секретами. — Да вот же он! — Маар кивнул в сторону указателя, спрятанного за лианами дикого винограда, — м-да, гостей тут не любят.       Владение номер три по Ландышевой улице оказалось добротным трехэтажным коттеджем с несколькими трубами, торчащими из черепичной крыши, и симпатичной башенкой-эркером. Его стены немного потрескались, а сад явно нуждался в хорошей прополке, но даже это запустение не портило дом. Когда-то сюда вложили немало сил, а теперь все медленно увядает. Перед входом на газоне была прибита табличка «Продается». — Это то, что ты искал? — Василиса вышла на улицу, хлопнув дверью. — Да, думаю, да, — Маар задрал голову, всматриваясь в красную крышу с чердачными окошками, — когда-то тут жили Драгоции. Пойдем, постараемся больше узнать про этот дом. — Нас пустят? Он не выглядит жилым. — Я договорился о встрече с агентом, занимающимся продажей. Ее зовут Юста, и она уже считает нас будущими владельцами этого домика.       Василиса усмехнулась, Броннер удивительно ладил с людьми, особенно с хорошенькими девушками. Не то, что чертов Драгоций… и почему он все лезет в голову.       Дверь им открыла румяная и веснушчатая особа, на лице которой читалось все, хранящаяся в голове. Такой типаж ЧарДольская встречала сплошь и рядом и уже знала, как следует вести себя. — Привет, — Юста обрадовалась им как старым друзьям, — господин Броннер, я так ждала вас. И… вы с ним да, мисс?       Нет, забежала с улицы погреться. Где у вас тут чайку попить? — Мы уже давно хотели перебраться за город, и вот увидели ваше чудное предложение… Правда, замечательный дом, милая? — Маар специально не стал обращаться к Василисе по имени, — а когда ты узнаешь цену, то вообще не захочешь уезжать.       Юста назвала стоимость дома, участка и всех коммунальных платежей, что требовалось заплатить. — Это только первый взнос? — удивилась Василиса. — Нет, это полная стоимость с включением всех налогов и пошлин, — Юста пожала плечами, — хозяин сам установил цену и как года три держит ее. — Тогда почему до сих пор не нашелся покупатель? Этот дом стоит в разы больше.       Девушка замялась и попыталась увести разговор в сторону светлой гостиной с видом на сад и отдельным камином. Получилось чересчур наигранно. — А кто были прошлые хозяева? Что за семья тут жила? — продолжил наступление Маар, — хочется знать историю дома до покупки во избежание неприятных сюрпризов.       Василиса прищурилась, оценивая интерьер. Он был сделан по последней моде и с шиком. Вот только эта мода канула в прошлое лет десять назад. Видимо, жизнь покинула дом вместе с хозяевами, и случилось это довольно давно. — Тут жила очень хорошая семья, обеспеченная и надежная, — на последнем слове Юста чуть замялась, — а потом сменилось поколение, и дом стал никому не нужен. Хотите пройтись по этажам? Тут есть библиотека, два кабинета, летняя столовая и гардеробная. — А кто там гуляет во дворе? — Василиса заметила, как в саду мелькнул силуэт, — тут ходят посторонние?       Юста взволнованно проследила за ее взглядом, а потом выдохнула. — Нет, это племянник прошлых хозяев. Он иногда приходит и следит за садом. Правда, очень странный юноша, но не волнуйтесь. Когда найдется покупатель — можно будет поставить забор. — Маар, вы идите осмотрите комнаты, а я выйду подышу. Тут слишком пыльно и у меня разболелась голова, — ЧарДольская кисло улыбнулась. Юста постаралась воспротивиться, но Броннер мягко увел ее вглубь дома. — Только обязательно догоняйте нас, — крикнула девушка, уже ступая на лестницу, — я специально приберегу напоследок будуар и гардеробную.       Василиса вышла во внутренний сад, пропахший дождем и прелой листвой. Каменные дорожки разбегались по нему, словно весенние ручейки, петляя между газоном и деревьями. Живая изгородь давно не ровнялась и стала похожей на разросшейся куст. Все тонуло в молочном тумане.       Тот самый юноша шел куда-то между аллеей кипарисов. Василиса незаметно пристроилась за ним, чувствуя, что поступает не очень честно. Все-таки следить за посторонним человеком в его же доме— так себе решение. Какие необычные у него волосы… почти белые.       Юноша подошел к изгороди и пропал. ЧарДольская удивленно моргнула, но разгадка нашлась быстро: в кустах был проделан проход, ведущий в лес. А вот это уже совсем отчаянно, лезть в ограду и бежать куда-то в дебри. — Тебя подождать? — окрик достиг ее, когда девушка старалась бесшумно вылезти из дыры в изгороди. Беловолосый парень наклонился к ней, и его серые глаза безразлично прошлись по Василисе. — Ты жил в этом доме? — переборов неловкость, спросила она, — мы просто думали покупать его, вот и хотели разузнать побольше. — Меня зовут Примаро Драгоций, и я не жил тут. Хотя часто гостил… Ты в курсе, что уже вышла за границы участка? — М-м-м, разве? Спасибо, что сказал. Так бы я точно не догадалась. Ты знаком с нынешним хозяином дома? — разумеется, они знакомы, если Фэш провел тут свое детство. — Я общаюсь со всеми Драгоциями, — подумав, Примаро добавил, — чего и тебе советую.       Он пошел дальше, как будто видел под ногами тропинку. Василиса побрела следом, осторожно переступая через корни и гнилые пни. Набухшая влагой листва, как перина, пружинила под каждым шагом. — Так значит вы думаете купить этот дом. А Юста рассказала, почему его оставили? — Нет, но зато показала все комнаты, включая чулан… Наверное, такой дом хранит много секретов.       Повеяло холодом, и вокруг стало темнее. Лоскуты крон волнительно зашептались, пропуская через себя порыв ветра. ЧарДольская оглянулась по сторонам, и глаза ее испугано расширились. Вокруг теснились низкие надгробия, обнесенные изгородями. Это было кладбище. Чертов Драгоций привел ее на кладбище. Точнее я сама пришла за ним.       Видимо, сюда наведывалось много людей: дорожки были расчищены и то тут, то там глаз цеплялся за венки и ленты. Василиса поежилась, чувствуя, как в животе сворачивается узел. Вся ситуация начинала ей крепко не нравиться. — Ты так рвалась к правде, а теперь чуть ли не трясешься, — Примаро беззлобно усмехнулся, — и отчего всех так пугают торчащие из земли камни…       Пугают не камни, а то, что лежит под ними. — Я начинаю догадываться, почему этот чертов дом так и не сменил хозяина. Ты всех потенциальных покупателей водишь на кладбище? — Нет, ты первая, — юноша заскользил между плитами, как рыба, огибающая порожки.       Наконец, он остановился рядом с молодой липой и двумя черными постаментами. Василиса заставила себя подойти, уже зная фамилию, написанную там. «Селена и Диаман Драгоций. Время всегда будет на нашей стороне». — Не то, зачем вы приехали, не так ли? А между тем эти люди жили и умерли в этом доме, — Примаро пристально посмотрел на ЧарДольскую, ожидая, видимо, что та поседеет от страха. — Тогда это объясняет и низкую цену, и увиливания Юсты. Скажи, они… сами умерли? — Пожалуй, оставим этот разговор на следующий раз, — Драгоций прищурился, будто девушка успела досадить ему, — если ты, конечно, еще вернешься в Драгшир. — Обязательно, мне тут понравилось. Воздух чистый.       Дорогу назад она запомнила хорошо, поэтому уже через десять минут нашла Маара с Юстой на третьем этаже, рассматривающих коллекцию метательных ножей. Василиса молча встала рядом. Чувствовала она себя так, словно наглоталась мутной воды и никак не могла откашляться.