О чем молчит город

      Недели потянулись липкой паутиной, забивающей память одинаковыми днями. Каждый из них оставлял после себя пыльное послевкусие потраченного зазря времени.       Василиса перестала чувствовать себя в ЗолМехе заблудшим щенком и уже держалась весьма уверенно. Драгоции оказались не такими безнадежными засранцами, как можно было подумать. Со смешливым и чуть безалаберным Рэтом ей даже удалось неплохо поладить, в отличие от хмурого Рока. Елена, как не трудно этого признавать, заметно облегчала работу. Она видела подвох там, где ЧарДольская в силу нехватки опыта промахивалась, умела быть жесткой, если того требовали обстоятельства, и прятать смысл за красивыми словами. Словом, была на своем месте.       Норт с Мираклом все чаще пропадали вне стен компании. Скорее всего, их отлучки были как-то связаны с отцом, но напрямую об этом никто не говорил. Интересно, как бы братец торопился спасти его, знай о тонкостях нашего разговора.       Рабочий день уже близился к завершению. Василиса лениво покачивалась в кресле, заканчивая форматировать список. Елена сообщила, что через несколько дней состоится очередная конференция, на которую ей хотелось бы пригласить свою протеже. ЧарДольская радостно согласилась, сама не желая терпеть нудные встречи с пустыми разговорами. Готовый список отправился на почту Марка, чтобы дождаться окончательного утверждения.       Через час обещал заехать Маар, предложивший посетить «потрясающую выставку инженерных моделей». Лучше бы сразу поехали ко мне, эти его модели, поди, ничем не лучше прошлогодних клокеров. Те еще страшилы.       Послышался слабый стук в дверь. Василиса разрешила войти, и на пороге показалась Дейла. Сестра выглядела неважно. — Что-то случилось? — Нет… то есть пока нет. Я сяду? — Дейла как могла прятала взгляд и мялась, а значит, ей было что-то нужно.       Василиса подождала, давая Огневой время собраться с мыслями, но та все тянула, перебирая в пальцах край юбки. Наконец, она заговорила: — Ты неплохо поладила с Фэшем Драгоцием… Удивительно, вы казались мне слишком похожими, чтобы ужиться в одном месте. Ты… делаешь это специально?       ЧарДольская удивленно приподняла бровь. Нехорошее предчувствие царапнуло по горлу. — Я просто стараюсь хорошо выполнять свою работу. — Разумеется, все мы так думаем, — Дейла говорила так осторожно, словно дула на открытое пламя. — Знаешь, Елена как-то сказала мне одну любопытную вещь… Чтобы залезть в голову мужчине, надо всего-то пустить его в постель.       Недопитый кофе на дне чашке показался ЧарДольской лужей грязи. В которую ее только что макнули с головой. — Не смотри на меня так. Подобное делают все, кто хоть чего-то добился… Елена, Маришка, Хронимара… Да даже твоя Лисса! Или ты думаешь, отец просто так ввел ее в совет директоров?       Голос сестры звучал, будто бы через толщу воды. Ее губы искривлялись словами, смысл которых болезненно лился в мысли каленым железом. — Вон. Просто выйди. И если тебе так нравится подобный способ, то не мелочись. Иди сразу к Астрагору.       Дейла поднялась, прямая как палка. В ее глазах не было злости, только мутная усталость. — Я бы на твоем месте тоже оскорбилась. А потом бы уже включила мозг. Никто не кладет тебя под Драгоция, просто ты сейчас ближе всех к нему. А он к Лазареву, с которым мы так и… — О боги! Избавь меня от этой грязи. Мне кажется, что твоим голосом говорит Елена. — Я многому успела научиться у нее. — Тогда понятно, почему Марк выбрал тебя! — ЧарДольская честно не хотела этого говорить, не хотела видеть, как лицо Огневой сводит мимолетная судорога… Но в груди стало чуть легче.       Дейла ушла, оставив Василису одну. Но как назло слова сестры заставили девушку задуматься. Она пыталась перестать, отвлечься и оборвать мысли, но те все продолжали кружиться стаей стервятников. Черт, я ведь сама перестану уважать себя.       Ей не было покоя и на выставке. Василиса ходила между макетов механических людей, животных и зданий. Заглядывала в пасть пластикового огнеящера с горящими глазами, обитавшего на земле тысячи лет назад. Трогала металлический рог малевала со встроенным датчиком движения… и представляла руки Фэша совсем не там, где им предписывал деловой этикет.       Уже дома, в полной темноте она лежала, разглядывая смутные очертания потолка. Маар рядом делал вид, что спит, хотя Василиса чувствовала, как напряжена его спина. Конечно, он видел ее отрешенность. И, пожалуй, искал причины совсем не там, где следовало. И слава Богу… как хорошо, что внешне он совсем не Драгоций. — Знаешь, что мне предложила родная сестра? — не дожидаясь ответа, Василиса продолжила. — Стать на пару дней вещью.       Одеяло сползло с ее плеча, когда Броннер резко обернулся. Он навис над девушкой, и впервые в его глазах было столько серьезности. — У нее в этом богатый опыт…так стелиться перед Ляхтичем не каждый сможет. — Это просто… я поражаюсь ими всеми! — Василиса села на кровать, оттолкнув Маара. — Отец пытается водить за нос и меня, и Норта. Братец просто чертов кретин без проблеска совести. А сестра прикидывает, как бы продать меня подороже. И ведь они еще наберутся наглости назвать это преданностью семьи… Что такое твоя личная гордость, свобода, интересы, когда на кону нечто большее? А потом выставят вон. Спасибо, Василис, посиди вон там, в сторонке, пока не поднакопится очередная кучка дерьма.       Ее щеки горели. Так случалось всегда, если она теряла над эмоциями контроль. А глаза как-то подозрительно защипало. Проклятье, разбудить парня, чтобы ныть ему в уши… какая я жалкая. — Ты можешь поступать также. Сейчас, когда они меньше всего ждут подвоха, самое время вернуть свое. — Предлагаешь, стать такой же тварью? — ломать людей куда проще, чем чинить. — Василис, смотри правде в глаза. Они тебе уже давно не семья. И никогда ею не были.       Эти слова не должны были задеть так сильно… но задели. ЧарДольская прикусила губу, чувствуя солоноватый привкус на языке. Бывает правда, от которой стоит убегать всю жизнь, а уж если она догонит, то будет медленно разрывать на части. — Возможно, ты прав… Но пока я не хочу признавать этого. Спокойной ночи.       Разумеется, никто из них еще долго не мог заснуть.       На работу Василиса пришла непривычно рано. В коридоре ей встретилась Дейла, выходящая из кабинета Норта. Ее лицо на миг исказилось в испуге, а потом странно посерело. Кажется, у каждого в нашей семье есть своя тайна. Сестра молча кивнула и поспешила уйти с дороги. ЧарДольская не дала. — Норт уже здесь? Мне надо ему кое-что занести. — Н-нет… я просто вчера забыла там… одну вещь, вот, — она зачем-то полезла в карман и достала маленький синий кружок, похожий на пуговицу. — Ходила забрать.       Василиса не успела разглядеть его, как Дейла вновь убрала руку в складки пиджака. — Кстати, а что тебя с Марком? — прошу, скажи, что вы расстались. — А… Все хорошо, — Огнева расслабленно выдохнула. — Правда, мне кажется, вчера я была резковатой. Прости, слишком много всего навалилось. Ты ведь не сердишься? — Не бери в голову. Я уже забыла. Так как Ляхтич? Извинился? — Ну, — по глазам сестры было понятно, что нет. — Мы объяснились, и возможно, скоро кое-что изменится... Пока не стоит торопить время.       Ее рука непроизвольно сжала карман, где лежала странная «пуговица». — Ясно, обожаю, когда в нашей семье кто-то хочет устроить сюрприз.       Следующим, кого она искала, был Фэш чертов Драгоций. Им действительно стоило кое-что обсудить. Возможно, в словах Дейлы был определенный смысл.       Для Драгоциев выделили отдельный зал, разделенный на несколько комнат. Там чаще всего они разговаривали с инженерами и программистами ЗолМеха, вникая во все тонкости проекта. ЧарДольская слышала, что их ребята уже успели взвыть от выпавшего количества вопросов. Хотя, были и дельные предложения. Кажется, Рок придумал, как повторно зашифровать код, обезопасив систему от взлома или там было про систему обмена данных… Нет, все-таки я далека от вопросов техники.       На коричневом диване в зоне отдыха сидел Рэт и какая-то секретарша, строящая ему глазки. М-да, ни для кого не было секретом, что почти вся женская часть ЗолМеха считала Драгоциев крайне обаятельными. Своя доля внимания досталась даже мрачному Року. — И тогда, я, разумеется, не смог пройти мимо… Мне просто сказали, что без меня все развалится. Вот так и пришлось остаться в семейном бизнесе… Хотя небо до сих пор манит меня, — по характерным паузам нетрудно было догадаться, когда родилась сея чудная история. — Если бы ты стал пилотом, то я бы обзавидовалась стюардессам, — выдохнула девушка, и Василиса заметила, как ее рука сжала коленку Драгоция.       Ну это было уже слишком. — Отчетность по финансовым результатам за прошедший месяц ко мне в кабинет. Живо. Секретарша подпрыгнула от ее окрика. Ее шея пошла багряными пятнами. Промямлив извинения, она умчалась. — Развлекаетесь, господин Драгоций? — У нас в Змиулане работает чертовски мало симпатичных глупышек. Нужно что-то? — Я искала Фэша… он просил предоставить ему пару исследований и код доступа для поисковых баз.       Рэт усмехнулся, впрочем, никак не комментируя ее слова. — Он у себя в кабинете. И, вроде бы, даже один. Удачи, Огнева, — в пику ей он иногда упоминал старую фамилию, оседающую пеплом где-то под ребрами.       Кабинет Фэша Драгоция когда-то принадлежал Мираклу, пока тот не переехал на этаж выше. От старого владельца тут сохранился цвет стен и бежевый диван с полосатым покрывалом. Эта комната вызывала в Василисе смешанные воспоминания. Именно тут Миракл прятал ее, когда родители ссорились, растаскивая семью по кускам. На этом диване я пролила больше слез, чем где-либо. А потом запивала их имбирным чаем с ватрушками. — Уже соскучилась по мне? — Драгоций отвлекся от монитора, свернув все окна. — Пришла проверить — вдруг вы что-то замышляете, — руки вспотели, и во рту стало сухо. — На самом деле, мне нужно кое-что обсудить. — Я весь во внимании, — Фэш подался чуть ближе, положив голову на сцепленные пальцы. — Отец рассказал мне правду, — Василиса хотела как-то смягчить слова, но как назло голову сверлила только одна мысль. — Мне нужно поговорить с Ником.       Несколько секунд они молча испытывали друг друга взглядом. — Боги… ты думаешь, если мы стали здороваться по утрам и вместе пить кофе, то это что-то меняет, Огнева? Нет, ты все та же вертлявая дочь одного мерзавца с мутным братцем и надменной сестрой.       Ей очень не хотелось идти на крайние меры, но кажется, выбора не оставалось. Ну что же ты сам заставляешь меня лгать, Драгоций. — Дети не всегда идут за своими родителями. Особенно, если те плюют на них и совершают ошибки раз за разом. — Хочешь поплакаться, как тяжело тебе пришлось быть наследницей огромной корпорации? — Нет, хочу, чтобы ты заткнулся и не мешал планам своего дяди.