Между гармонией и раздором

      Удаляющийся стук колёс поезда внушал какое-то состояние потерянности и отстранённости. Город не казался мрачным, тоскливым или пустым. Нет, в нём всё так же спокойно кипела будничная жизнь. Пони ходили по улицам, разговаривали друг с другом. Это был совершенно обычный маленький городок. Но ведь это как раз и должно быть так.       Хоть проблема и заключалась в дружбе, но Твайлайт почему-то не могла унять беспокойство. Зачем Гасти посылать её и Свирла? Только ли из-за слов Фортиса она насторожилась, или же тут играло роль чутье?       — Не похоже, чтобы здесь было что-то не так, — проговорил вслух Свирл, когда они втроём шли по одной из улиц.       — По карте мы следуем решать проблему дружбы, а не мировую, — напомнила Твайлайт. — Так что ничего не лежит на поверхности.       — Если Великая Гасти позвала меня за какой-то ерундой, то это повод отречься от еë убеждений и перейти на сторону Императора.       После такого весьма броского и недовольного замечания Свирл зашагал побыстрее, пока Твайлайт задумчиво посмотрела ему вслед. Она припомнила, что задания от Гасти никогда не были локальными между двумя пони: в первый раз они решили проблему, возникшую в деревне Старлайт со знаками отличия. Во второй раз это была поездка Рэйнбоу Деш и Пинки Пай в Грифонстоун, благодаря чему у грифонов появилась верность перед собственными силами. Затем в колодец теней и мрака со Свирлом, где они вытащили Стикса из темноты и подтолкнули единорога к разговору с Дискордом. И последнее — Клужтаун, и хоть Твайлайт так и не поняла, в чём заключалась проблема и почему знаки замерцали, когда те же Рэйнбоу Деш и Пинки убежали оттуда, но по их рассказу проблема не казалась существующей лишь между двумя индивидами.       Получается, здесь, в этом маленьком городке, тоже могло быть что-то более крупное? Но не похоже, чтобы эти пони были несчастны или плохо жили. Твайлайт заметила, что больше, чем она сама, по сторонам внимательно смотрела Эпплджек, идущая молча чуть позади.       — Всё хорошо? — спросила Твайлайт подругу.       — Да вроде всё нормально… — неуверенны тоном ответила земнопони, проходя вперёд. — Не знаю.       Если бы Эпплджекчто-то заметила, то сразу сказала бы, врать или скрывать было не по её части. Но стоило подметить одно — такой разношерстной компанией они сильно выделялись. Поэтому спустя всего пару минут после того, как они вступили в город, к ним подошёл достаточно крупного вида единорог. Он выглядел весьма спокойно и обычно по меркам пони.       — Прошу прощения за беспокойство, — произнёс он, оглядывая трио перед собой. — В Тротингеме не каждый день без предупреждения приезжают нынешняя принцесса дружбы и один из волшебников наивысшего уровня. Некоторые находятся в небольшой панике, прошу, не обращайте внимания.       Это приветствие оказалось достаточно внезапным, поэтому Твайлайт застопорилась на месте, посмотрев сначала на Эпплджек, которую в этой речи обошли стороной, поэтому она лишь показательно размахивалась перед собой шляпой. А потом аликорн посмотрела на Свирла, отмахнувшего взгляд в сторону. Видимо, его подобные приветствия давно перестали не волновать. Это было весьма недружелюбно с его стороны, поэтому Твайлайт попыталась сформулировать речь для ответа:       — Благодарю за тёплые слова, вы?..       — Я мэр Тротингема — Фидц Глиммер.       Твайлайт едва смогла углядеть, что после представления единорога перед ними, Свирл слегка дёрнул головой, наконец-то обращая внимание на пони перед ними. Наверное, тысячу лет назад Глиммеры всё ещё имели хоть какое-то влияние, раз он так резко реагировал на их фамилию.       — Глиммер? — переспросила Эпплджек. — Вы родственник Старлайт?       — Старлайт? — переспросил он. — Да, я для неë троюродный дядя. Но мы почти общались. В последний раз я еë видел, когда ей и десяти не было. Когда она сбежала из дома, родные пытались найти еë, но всë было безуспешно. А когда они узнали, что она вернулась в обычную для пони среду, то тоже попытались связаться, но так и не смогли получить ответа.       Старлайт практически ничего не рассказывала о своей семье, кроме того, что сбежала от них, но, похоже, как и многие родные, они волновались о ней и искали. Только вот не понимали, почему не могли найти.       — Вы знаете о ножницах разлуки? — спросила Твайлайт. — Если разрезать ими фотографию, то можно больше никогда не увидеть запечатлëнных на ней. Она сделала это, когда ушла.       — О, ясно, — ответил Фидц, проложив копыто к подбородку. — Я знаю, ей было очень нелегко в нашей семье, но по ней сильно печалились и переживали. У неё сейчас всё хорошо?       — Да, она жива и здорова, — кивнула Твайлайт. — Она ходит к психологу и ищет себя.       — Передам это еë семье при первой же возможности. Например, как только вернусь в мэрию, — сообщил Глиммер, посмотрев точным взглядом на аликорна. — Что вас привело сюда, многоуважаемая принцесса?       — Простые дела дружбы, — не задумываясь, честно ответила она, но не решаясь вдаваться в подробности. — Её распространение.       — С одним из самых могущественных волшебников мира? — Фидц посмотрел в сторону Свирла.       — Я здесь по своим вопросам, — с настороженным взглядом, но весьма спокойно ответил тот. — Осматриваю Эквестрию после тысячи лет отсутствия.       — И своё турне вы решили начать именно отсюда? — спросили его следом.       — А Глиммеры следят за моей частной жизнью? — уже более надменно уточнил Свирл.       Единороги уставились друг на друга после этих вопросов, из-за чего Твайлайт начала очень сильно ощущать прорастающую неловкость со своей стороны. Что Стар Свирл сделал их семье или они сделали ему, что у них были такие натянутые отношения? Да они друг друга видели в первый раз! Откуда росла эта взаимная неприязнь?       — У вас в Тротингеме всё хорошо? — поинтересовалась Твайлайт, чтобы немного сбавить напряжение.       — Мне воспринимать вас как ревизора? — спросил еë в ответ мэр. — У нас здесь всё хорошо, не без изъянов, но город развивается, и каждый делает свою работу. Можете спросить здесь у каждого. Когда обоснуетесь, можете зайти в мэрию для обговаривания цели вашего приезда.       С последними словами он пронзительно глянул в сторону Эпплджек, которая нахмурилась в неожиданности. А после этого Фидц Глиммер развернулся и ушёл назад в высокое здание, что служило мэрией, оставив приезжих пони одних с самими собой.       — Чего это он так на меня посмотрел? — настороженно спросила Эпплджек, смотря ему вслед.       — Глиммеры считают единорогов вышестоящими мордами над остальными двумя видами, — весьма недовольным тоном объяснил Свирл, двинувшись по улице дальше. — Готов поспорить, что они до сих пор в партнëры себе единорогов выбирают.       — Неужели для чистокровности? — нахмурив брови, спросила Твайлайт, пойдя с подругой за ним.       — А для чего ещë? — спросил Свирл в ответ. — Они пекутся о величии, которого у них уже давно нет. Поэтому особо не обращайте внимания на его взгляды и фразы, но держите всë же ухо рядом с ним в остро.       — Свирл, — позвала его Твайлайт, заставив единорога развернуть голову. — Глиммеры тебе что-то сделали?       Похоже, этим вопросом она заставила Свирла придаться воспоминаниям на пару секунд, но всë же единорог отмахнулся от полноценного ответа через пару секунд:       — Не нынешнее поколение, поэтому лучше сосредоточься на другом.       Может быть, их взаимоотношение и было причиной, по которой карта отправила их сюда? Но почему именно в Тротингем, ведь Глиммеры жили далеко не только здесь? Да и к тому же, Свирл был прав — что бы между ними не произошло в прошлом, сейчас это были уже совершенно другие единороги, просто носящие одинаковую фамилию.       — Но, как можно видеть… — неуверенно оглянулась Эпплджек назад. — Не похоже, чтобы он врал насчëт ситуации в городе.       — Мы пару минут назад приехали, — оглянулся Свирл на неë. — Ещë рано делать выводы.       — Но мне кажется, что он, как бы, не врëт, но чувство фальшивости всё равно не покидает, — продолжила пони эту тему. — И это достаточно странно.       — И с каких пор ты такая проницательная? — подмечающе спросила Твайлайт. — И я напоминаю, это проблема взаимоотношений.       — Тогда ничего серьезного, — послышалось от елинорога впереди.       — Свирл!       Твайлайт крикнула это со всего горла, остановившись на месте. Неужели он и правда не понимал всю важность подобных миссий? Свирл остановился от неё в двух шагах, развернувшись с прищуренными от раздражения глазами.       — Ладно-ладно, хорошо, принцесса дружбы, с чего начнем? — сказал он подавленным раздражëнным тоном. — Командуйте, лидер операции.       — Обоснуемся в гостинице, а потом надо собрать информацию, — твёрдо смотря на него, проговорила Твайлайт, затем глянув за его спину. — Попробуем посмотреть в мэрии всех проживающих в городе.       — Скукота, — заявила Эпплджек рядом. — Я лучше по старинке обойду улицы и поговорю с пони с глазу на глаз.       Предложение было весьма неплохим и позволяло расширить зоркие глаза, чтобы не упустить проблему из вида. В группе ко всему прочему было достаточно участников для разделения, поэтому с этим тоже проблем не возникало. По указке Фидца никто не решался идти: Эпплджек и Твайлайт помнили рассказы Старлайт, а у Свирла просто было недоброе отношение по части их семьи. Только вот снова спрашивать «почему?» никто не решался.       Сняв два номера в гостиной, пони, как и хотели, разошлись по разным сторонам. Город был маленький, вряд ли что-то случится, но и постоять каждый сам за себя сможет. К тому же, имея столь большой статус, Твайлайт со Свирлом легко получали желаемое, и их оставили спокойно в архивах. Там было немного пыльно, но достаточно светло, он разделялся на несколько больших комнат, и чтобы просмотреть всё, надо было потратить не меньше трёх дней.       — Что-нибудь есть? — поинтересовалась спокойно Твайлайт спустя около получаса.       — Много, — озадачил её Свирл своим ответом, с хлопком бросая по папке со своей дальнейшей речью: — Брак шесть лет, развод, но общий ребёнок. Бывшие соседи, ставшие конкурентами в бизнесе. Потом ещё один развод, но через месяц у жеребца зарегистрирован новый брак…       — Свирл, — остановила его Твайлайт.       — Откуда я знаю, что нам надо искать? — с усмешкой спросил он в ответ. — Ты же в этих делах лучше разбираешься. Так командуйте, лидер.       Свирл явно над ней просто издевался, что Твайлайт решила молча проглотить. Пусть он думает, что хочет, но она останется при себе и своëм мнении. Было ощущение, что за всё это проведённое время их отношения не изменились ни на грамм, только Твайлайт перестала удивляться, что ходит рядом со своим давним кумиром. Только вот теперь несколько вопросов к Свирлу было, и это касалось даже не его отношений с Гиммерами. После рассказа Дискорда к драконикусу лично вопросов не оставалось, только появляющееся недоверие, а вот со Свирлом было всё по-другому.       — Мы будем это обсуждать? — спросила Твайлайт весьма спокойно для аккуратности.       — Что именно? — явно не понял Свирл, нахмурив брови с немного возмущённым тоном.       — Твоë настоящее имя — Флин.       С того дня Твайлайт просматривала на страницах прошлого это имя. Искала его на многих задворках книг, свитков, летописей, но всё было безуспешно. Единорога с таким именем будто никогда не существовало. Но, может быть, всё было бы проще, знай она настоящую фамилию Свирла?       — Будешь теперь, как Дискорд, подкалывать меня этим? — весьма спокойно для подобной темы спросил единорог.       — Что это означает? — допытывалась Твайлайт.       — Не знаю, как в твоём мире, но в моём это означает, что пони не хочет, чтобы вся округа знала это имя, — ответил Свирл, отворачиваясь и идя к полкам. — И зря я разрешил Дискорду сказать об этом.       — Почему ты так не хочешь говорить о себе? — поинтересовалась Твайлайт, вспомнив так же его уход от ответа на улице.       — Может быть, потому что сейчас неподходящее время? — громким тоном ответил Свирл, быстро обернувшись.       Пару минут они стояли молча, а единорог пялился на Твайлайт возмущённым надменным взглядом. Не стоило открывать эту тему, но потом Свирл, словно для издёвки, начал быстро говорить:       — Я родился и проживал в уже давно пропавшем с карт маленьком поселении, но в достаточно обеспеченной семье. У меня всегда была неконтролируемая сильная магия и отличительная метка, сколько я себя помню. Ходил в единственную школу, где был всего один класс из двенадцати жеребят разных возрастов. У меня не было друзей по многим причинам, но учился я хорошо. Когда мне было одиннадцать, я поступил в магическую академию. Через три года мне предложили перейти на более высокий уровень знаний в столице, и я согласился. Что тебе ещë хочется знать обо мне?       Последний вопрос прозвучал более медленее, но жëстче, словно Свирл отрезал эту тему разговора. Твайлайт застопорилась на месте, чувствуя вину за поднятую тему. Раскрытие тайн Дискорда принесло ей недоверие, что если раскрытие тайны Свирла будет ничем не лучше?       — Моя жизнь была весьма скучна, поэтому я избавился от заурядного имени, дарованного мне при рождении, — продолжил Свирл. — Я ведь далеко не простой единорог.       И после этого тема была закрыта, но только потому, что Твайлайт не решалась сказать, что не верила в последнее утверждение. Привыкнуть к смене имени было невероятно сложно, имелось так де много возни с документами, к тому же Свирл поменял его на отражение собственной метки. Поэтому просто так вряд ли стал бы называться по-другому. Но, очевидно, разговаривать об этом он не хотел.       Пройдя вперёд по архиву, Твайлайт поначалу ничего не примечала. Всë те же олки, бумаги, свитки, папки… Но в самом дальнем углу на столе аккуратно лежала толстая тетрадь. Она была задвинута в угол, наверное, её кто-то оставил. Среди всего этого бумажного хлама она почему-то выделялась для взора Твайлайт.       У неё словно произошло какое-то наваждение или нехорошее предчувствие, на секунду ей даже показалось, что эта тетрадь принадлежала именно ей.       Подойдя ближе, она подняла привлекший её внимание предмет. Это было даже больше похоже на блокнот, где вели личный дневник или простые памятные заметки. Но в любом случае, в них нельзя было смотреть. Будет лучше, чтобы хозяин вернулся и заберал их.       — А, Свирл! — позвала Твайлайт единорога на другом конце комнаты.       Тот сразу к ней направился, пока Твайлайт боролась с преступным желанием распахнуть записи. Но, может быть, там будет пусто? Отчасти ей так казалось. Или она узнает имя, кому они принадлежат, и вернёт их?       Ладно. Твайлайт сама себя корила, но всё же раскрыла первую страницу, увидев, что там всё же было написано достаточно много строк с заголовком. Свирл подошёл ближе, но никто из них не старался читать текст. В первую очередь они искали другое — имя автора. И, как и на сводках Первого, внутри обложка была подписана еще более странным именем — «Хармони».       Хармони? Это отдалось чем-то знакомым для Твайлайт, но она не понимала чем. Так же как и не понимала, почему у неё возникло желание открыть дневник. Первый заголовок тоже был странным, походящий на титул и имя определенного вида существа. В любопытстве Твайлайт перевернула страницы, но вопросы это не убавило.       — Что это за?.. — проговорила она вслух, перелистывая страницы. — Владыка Уран? Великая Властительница Гасти? Обманщик Локки?..       — Рождëнные магией, — понял Свирл, так же заглянув в тетрадь.       — Я это поняла, но зачем? — спросила Твайлайт, пролистав до знакомого имени, которое совмещалось с другим: — Дискорд и Первый? Порождения Императора, живут вместе в одном теле…       Страница была заполнена краткой информацией, о которой пони и так знали: особенности поставленной на разум печати, дружат с Гасти, Дискорд — названное воплощение раздора… Ничего нового они не увидели, кроме одного непонятного пункта:       «Особое умение: неизвестно.       (Раздвоение?)».       Что это означало? Твайлайт пролистала назад, и этот пункт был у каждого сакрального до Дискорда, но понятней всё равно не становилось. Под Ураном этот пункт был заполнен словами «воссоздание картины прошлого», у Гасти — «душевное равновесие». Она пролистывала дальше, смотря только на этот пункт в краткой сводке обо всех созданиях магии: «замена воспоминаний», «карманная иллюзия», «вечное сохранение»… Помимо Дискорда и Первого, только у одного существа этот пункт привлëк внимание Твайлайт — у Императора Грогара:       «Особое умение: прорицание в темноте».       — Что?! — удивилась мгновенно Твайлайт, услышав через секунду смешок Свирла рядом. — С чего ты смеешься?       — С того, что фантазия у этого Хармони сильная, — ответил единорог. — Не спорю, разглядеть образы неминуемого возможно, но никогда их нельзя прочитать или разглядеть больше, чем картину.       — Но здесь и не написано, что он может его прочитать, — Твайлайт разглядела, как собеседник с долей раздражения закатил глаза. — Свирл, это многое объясняет…       — Что объясняет? — довольно резко спросил он. — Что Грогар с самого начала не знал о раздвоении Дискорда? Не знал, что проиграет Гасти? Что Вендиго рано или поздно вернуться? Твайлайт, мог бы Император действительно видеть будущее, он бы не оказался в таком положении, как сейчас. Так что всё это чьи-то бредни, — он вновь устремил взгляд в книгу. — Как и прочие эти «особенности».       — В смысле? — решила уточнить Твайлайт.       — «Замена воспоминаний»? — Свирл поднял проницательный взгляд на аликорна. — Магия далеко не всесильный объект. Даже стирание памяти не может уходить дальше положенного. Вставить в голову воспоминание, которого в принципе не существовало? Твайлайт, мы не живëм в сказочном мире.       — Но тогда… — Твайлайт уже в неуверенности побегала глазами по страницам. — Насчëт Дискорда и Первого…       — Да, не отрицаю, интересно, кто этот Хармони, раз знает об их разделении, но записать это в особое умение — много ума не надо, — ответил Свирл.       — Но их раздвоение тоже кажется не возможным, однако оно есть, — продолжила она. — Что мешает так рассудить о других?       — Я и не спорю, что автор этих сводок о сакральных может быть кем-то весьма опасным, раз знает о раздвоении, но только и всего, — рассудил Свирл. — Невозможно знать столько о существах, которые едва раскрываются перед глазами других.       — Много ты знаешь сакральных? — наступательной интонацией спросила Твайлайт.       — А ты много знаешь безумцев, которые вели подобные записи?       Свирл явно отсылался на давно почившие сводки Первого, заставляя аликорна в задумчивости промолчать. Но Твайлайт не могла отступиться от мыслей. Да, Первый — параноидальный безумец, но всё, что он писал в сводках, было верным. В его записях не было промашек. Были ли они у этого загадочного Хармони?       — Я не говорю, что это не стоит внимания, но стоит верить всему написанному, — Свирл притянул записи к себе магией. — Это нужно просмотреть внимательнее. Отнесу пока в номер и вернусь.       Он направился к выходу, оставляя Твайлайт в своих рассуждениях. Что-то у них на поприще этого дела между друг другом не складывалось, но аликорн не могла не отрицать правоты Свирла: если бы Грогар действительно имел в своëм арсенале способности видеть будущее, то много чего предотвратил бы в своей жизни. Однако просто выбросить из головы загадочного Хармони Твайлайт не могла. Может быть, это был псевдоним? Но имя «Первый» оказалось реальным, так что и это имя может оказаться таким. А содержание? Кому вообще понадобится собирать информацию о существах магии? Они друг о друге знают понаслышке, а пони эта информация никак не поможет против них.       В гуще рассуждений и прекращении активного диалога Твайлайт различила негромкие звуки из соседней комнаты. Они со Свирлом были здесь не одни? Кто их мог слышать? Может быть, этот Глиммер?       В соседней комнате была лишь пегаска на полголовы ниже Твайлайт. Она стояла перед лабораторным оборудованием, увлечëнная своим делом с мутной жëлтой жидкостью. Еë отличительной меткой была пробирка с исходящим зеленным дымом, так что было не удивительно, что она занималась чем-то подобным. Пегас не дëрнула и глазом в сторону медленно и тихо приближающейся Твайлайт, которая разглядывала еë не расслабленное, но спокойное и сосредоточенное состояние. Однако, когда аликорн убедилась, что пони посмотрела в еë торону, то начала говорить:       — Здравствуйте. Извините, что отрываю вас от дел. Меня зовут Твайлайт Спаркл.       В тот же момент она вновь не поняла, зачем заговорила с ней, как и посмотрела в записи пару минут назад. Но то ли любопытство, то ли чутьë, то ли наваждение притянули Твайлайт сюда. Пегас перед ней немного одëрнулась назад по комнате, но всë же взглянула на аликорна очень изучающе, с какой-то скрываемой жаждой наброситься на Твайлайт. И всë же пони вернулась к своему оборудованию, будто снова стараясь не замечать собеседницу.       — Моë имя — Рэйбёрт, — весьма сухо прозвучало от неë.       Твайлайт показалось, что она выглядела какой-то забитой или же запуганной. Будто бы ей нельзя было вести этот диалог, но, несмотря на эту мысль, ответила Рэйбёрт достаточно громко. Она словно была просто напряжена, и, оглянувшись, чтобы понять, что никто их не подслушивает, Твайлайт спросила:       — Вы можете рассказать про этот город?       — Что именно тебя интересует? — весьма спокойно для своего состояния спросила в ответ Рэйбёрт, продолжая заниматься своими делами.       — Вы можете рассказать мне, что происходит в этом городе? — напрямую спросила Твайлайт, перефразировав вопрос.       Рэйбёрт довольно резко перевела на неë взгляд, оторвавшись на пару секунд от своих дел. Теперь уже она оглянулась, прислушиваясь, не идет ли кто-то, а потом так же спокойно и чëтко ответила:       — Нет.       Однако пегас не заставила Твайлайт расстроиться, так как сразу же раскрыла нижнюю дверцу шкафа, где аликорн на полке рассмотрела знакомое зелье: его приносила Зекора во время нападения семян пустоты, и сама Твайлайт создавала его по сводкам Первого, видя похороны Кайритас и всех Исследователей.       — Но я могу тебе это показать, — сказала рядом в том же тоне Рэйбёрт. — Только нужно выпить до дна.       До дна? С каждым глотком принявший погрузиться намного глубже в веках, так насколько далеко началась здешняя проблема? Твайлайт неуверенно подняла к себе сосуд уже с беловатой жидкостью под весьма доскональный взгляд Рэйбёрт. На запах ничего странного не было, но аликорн не решалась это пить.       — Если хочешь всё понять, то выпей до дна. — повторила пегас рядом.       Твайлайт очень не нравился еë пронизывающий до костей чëткий взгляд. Знала она уже одного такого зельевара в не лучшем свете, так что рисковать не хотелось. Направляя больше магии во флакон, аликорн проверяла зелье в течение пяти или шести минут, и оно действительно оказалось тем же самым, что Твайлайт уже принимала. Рэйбёрт действительно хотела помочь найти ответ? Быть может, она увидит враждующие семьи? Поссорившихся братьев? Твайлайт опрокинула голову и выпила жидкость до последней капли.       Голова закружилась, и перед глазами всё привычно потемнело, но затем постепенно стало лучше. Однако пусть разница между прошлым и настоящим и была, но не сильная: солнце слабо светило сквозь искусственную черноту, трава вокруг была сырой, пожелтевшей.       — Понихэдж? — произнесла вслух Твайлайт.       Перед ней и вправду предстали шесть каменных тронов, повернутых к невысокому пьедесталу в центре. В реальности Пони Теней уничтожил их на глазах у всех пони, а здесь он был ещë целым. Но аликорна привлекало больше не само строение, а существа, что восседали на них. Они были самые разные, но совершенно нормальные… Если это можно было так сказать. Твайлайт, даже будучи временной тенью, чувствовала могущество и силу, исходившую от них всех. Под их взором даже становилось плохо, и пони не сразу улавливала чью-то речь, которую говорил знакомый голос.       Но тут она увидела, что один из тронов был пустой, а в центре стояла Властительница Гасти. Она была намного ниже, чем в реальное время, даже ниже Твайлайт, но всё таким же аликорном с развивающейся гривой и пустым боком. Она была такая не одна, здесь находился ещë один аликорн. Очень высокая, немного исхудавшая, но невероятно красивая. Еë грива отливала множеством красок, походящим на северное сияние, и, несмотря на мрачное очертание мира, шерсть белоснежно подчеркивала бирюзовые глаза. И именно она взяла слово после неразборчивой для Твайлайт речи:       — Гасти, это…       — Но ведь я права, Фемида! — сразу обернулась к ней та с весьма жалостливым голосом. — Если мы объединимся, то у нас появится большой шанс искоренить тьму. Мы сможем восстановить равновесие, принести свет и тепло. В этом наша сила. Разве у нас есть причина, чтобы всем отступить и продолжить жить как дальше?       — Гасти, ты ещë слишком юная, чтобы всë понимать и просчитывать, — ответила прекрасный аликорн, поднимаясь с места, и тогда Твайлайт подметила, что она была даже выше Селестии. — Не хватит слов, чтобы описать, как сложно всë устроено. Без оговорок я отдам мирским созданиям столько магии, сколько потребуется, но идти против Императора — это не наше дело.       — Фемида, так нельзя рассуждать! — вновь выкрикнула жалостливо Гасти.       Твайлайт предположила, с кем она может вести разговор, — рождëнные в волшебстве гармонии. Значит, она обсуждала с ними борьбу с Императором много лет назад? Долго думать во время этих дебатов ей не дали…       — Эй, малышка, я предупреждал тебя! — крикнул один птицеподобный с места. — Будь уже умнее и не спорь со старшими…       — То, что тебе всë равно на них, не означает, что так же всë равно мне! — огрызнулась в его сторону Гасти, а потом вновь посмотрела на дивного аликорна. — Фемида, твоя щедрость к смертным не знает границ, но неужели, когда дело стоит в выборе между сражением или отступностью, ты готова стать алчной?       — Кто бы говорил про алчность и эгоизм! — крикнул следом один грифон, намереваясь резко подняться с места.       — Фидес, дай мне сказать, — Фемида приподняла в его сторону копыто, успокоив пыл этого создания, но сделав собственный голос более твëрже: — Гасти, мечтать — это одно, но есть множество преград на пути.       — Неужели тебе всë равно? — не унималась та. — Разве не в этом суть гармонии: воссиять и осветить? Помочь найти другим путь в этой темноте?       — У каждого свое мнение на счëт того, как нужно использовать магию: для меня гармония не означает то же самое, что для тебя, — объяснила Фемида. — Ты веришь в свои слова очень стойко, но никто здесь не думает так же, в том числе и я. Ты ничем не можешь подкрепить свою точку зрения.       — Могу! — уверенно заявила Гасти. — Я могу пройтись заново по всему сказаному сейчас!       — Воздержи меня от этого! — опять послышался крик того грифона.       Он всё же резко сорвался с места и начал подлетать в сторону будущей Властительницы, проговаривая грубым и громким тоном слова:       — Я не хочу по кругу обсуждать эту чепуху! Когда Император распространил свою магию, мы решили все вопросы задолго до твоего рождения! Моя верность общим решениям всегда была и остаëтся крепка! — грифон становился возле Гасти, смотревшей на него недобрым взглядом. — Твой трëп — ничтожный номер! Все эти вопросы давно были закрыты! Или тебе объяснить, как устроена магия в нашем мире?!       — Я говорил ей уже об этом, Фидес, — вновь сказал тот птицеподобный, придерживая в усталости голову. — Мы сущности иного порядка, и фактически нашего участия в мире не существует. Хаос всегда правил и будет править: он создает жизнь, которая порождает раздор снова, и так до бесконечности. Мы всего лишь миисси‌и, к которым они стремятся, ведь ошибочно думают, что наша магия им помогает и уберегает. И она действительно на это способна, но только на поле раздора.       — Алпан… — позвала его рядом гиппогриф с прекрасным сочетанием окраса в виде бледно-розовых перьев и длинных густых сиреневых прядей гривы.       — Да, послушай Клеменцию, — кивнув в сторону этого гиппогрифа, птицеподобный, и Твайлайт заметила, как та немного сжалась, пряча глаза в локонах гривы. — Она как никто здесь хорошо знает, что бывают ситуации, когда пламя может не оберегающе греть, а намертво зажарить.       — Что? — вдруг отступила Гасти назад, приподнимая копыто. — Я правильно поняла: вы пользуетесь страданием других, чтобы проявлять собственное колдовство?       Этот вывод немного удивил Твайлайт, так как она из речи остальных почти ничего не поняла. Однако, судя по тому, что всех поразило молчание, Гасти попала в точку. Гиппогриф аккуратно поднялась с места, подлетая к ней ближе и мягко проговаривая:       — Ты ничего не понимаешь…       — О! Надо же! — вдруг воскликнул всё тот же грифон. — Кто-то удостоился своей высокопоставленной чести понять как всë работает!       — Простые чудачества и шалости! — задорно подхватил кто-то сбоку на троне, куда Твайлайт не посмотрела, так как Гасти сразу повернулась к другому аликорну:       — Фемида, ты же не такая, да? Ты же… Ты же Королева.       Фемида… Теперь Твайлайт вспомнила это имя. Имя первой королевы, основавшей Кристальную Империю, воссоздавшей кристальное сердце. Неужели это была она?       — Конечно, всё это прозвучит грубо, но по-другому нельзя, — ответила она всё тем же снисходительным, но строгим тоном, и, видя, как Гасти чуть отступила назад, начала подходить вперëд. — Пожалуйста, послушай, мы не хотим всё уничтожать или заставлять других страдать. Таким выплеском гармонии мы поддерживаем равновесие, чтобы оно не сломалось окончательно, — Фемида остановилась возле неё и взглянула в глаза. — Это цена за всемирное благо.       Всемирное благо? Под гнётом темноты Императора, с небольшими участками гармонии? Сама Твайлайт не разбиралась в подобном вопросе на уровне мастера, но понимала, что у такого утверждения что-то было не так. И, похоже, Гасти тоже поняла это тогда…       — Не могу поверить, что считала себя одной из вас! — она отступила назад, сменив потрясённый и сожалеющий лик на разгневанный, залив глаза ярким светом, делая голос громче: — В таком случае, пусть полетит в Тартар ваше снисхожденье! Я больше никому из вас не скажу и слова в эту тему! Вы убеждаете, что наивно верить в успех, но на самом деле глупостью было довериться вам. Эгоистичные желания вам всем вскружили голову.       — О чём ты говоришь? — чётким и грубым тоном спросил её птицеподобный.       — О ваших двойных стандартах, — развернула к нему Гасти голову. — Это же твои слова, тогда получай правильный ответ, Праведный Алпан: если раздор правит вечно, тогда гармония должна вовсе уйти с его пути! Если вам всë равно на смертных, тогда не давайте им жить под вашей магией! Раз правила по сохранению равновесия такие, то лучше уравнять весы, а не ждать поля для возможности выпустить магию, чтобы оправдываться поддержанием швов баланса!       Она оглядела всех созданий, что с разными эмоциями уставились на неё, кто-то с ответным гневом, а кто-то с жалостью и удивлением.       — Вы все сами не понимаете, на что способны, — проницательно заявила Гасти.       — Мы? Ха-ха! — Твайлайт наконец-то обратила внимание на тот задорный громкий мужской голос, принадлежащий горгулье. — Да, тебе ведь виднее, что значит давать другим надежду на светлое будущее.       — Гасти, ты не понимаешь, куда лезешь… — хотела вновь о чём-то заговорить гиппогриф.       — Понимаю, — отрезала она. — Против Императора... И вас.       — Ох, какие надменные речи! — птицеподобный весьма резво поднялся с места, так же направляясь к ней. Видимо, его задело то обращение Властительницы в его адрес. — Госпожа эмпатия, не единоличны ли вы случаем?       — Алпан, подожди, прошу… — схватила его за плечо гиппогриф.       — Спокойно, Клеменция, ты же меня знаешь, я просто открою ей правду, — он легко вырвался из её некрепкой хватки, остановившись перед самоуверенной Гасти, наклонившись, чтобы посмотреть ей в глаза. — Не забывай, ты тоже рождена из гармонии, как и мы все! И если тебе не нравятся установленные порядки, может, сделаешь для нас пример: сама уйдешь с дороги раздора?       — Я сама с собой честна, — твёрдо заявила Гасти, не сводя с него взгляда.       — Уж в этом меня никто не сможет упрекнуть!       Его перья слабо, но резко выпустили светлую магию, а когти заискрились. Похоже, он всё же намеревался начать драку, но Гасти наступала ничуть не меньше, сама немного выпуская волшебство через рог. Она выглядела бесстрашно и уверено.       — Алпан! Гасти! — Фемида резко встала между ними, разъединяя по разные стороны. — Успокойтесь. Всё решаемо, обойдёмся без драк.       Однако гнев в глазах не утихал, в отличие от магии. Всё уже не могло решиться по-другому. Кто прав, а кто нет? Что случилось дальше? Твайлайт не дали это разглядеть. Образы разных существ начали искажаться, а потом исчезать, как и окружение почернело ещё сильнее. А дальше голова вновь закружилась, и Твайлайт оказалась всё в том же настоящем, стоя в мэрии города Тротингем.       Ну и что это сейчас было? Она определённо что-то увидела, но вот только что это означало и как это относилось к тому, что происходило сейчас? Твайлайт решила не мешкать и рассказать Свирлу и Эпплджек об увиденном. Может быть, у них будут размышления и идеи на этот счёт.       Когда она очнулась, Рэйбёрт не было рядом.