Между гармонией и раздором

      Сегодня определенно было много дел.       Твайлайт даже не могла их все уложить в своей голове, ведь ей предстояло принять делегацию с горы Арис, проследить за действием их лекарства, и, если оно окажет положительный эффект, нужно будет провести с ними переговоры. Но это было только полдня. Во второй половине состоится совет королей, и об этом она переживала намного больше всего, что должно было произойти до. Наверняка все собравшиеся в той комнате поднимут тему договора о движении солнца и луны, как и обсудят само престолонаследие Твайлайт. Мало того, что ей нужно было убедить всех придерживаться многовековой договоренности при том, что сама Твайлайт не умела двигать светила, так еще нужно будет пытаться формировать речь таким образом, чтобы не осталось ни у кого сомнений в ее силе и духе.       — Утро доброе.       Пусть и услышала она уже знакомый голос Дискорда, но всё равно дёрнулась на месте, едва не закричав. От столь резкого рывка у Твайлайт даже на пару секунд закружилась голова и потемнело в глазах, а самого драконикуса, похоже, подобное не сильно трогало:       — Мы уже столько с тобой знакомы, а ты всё ещё меня боишься.       — Не тебя, а твоих внезапных появлений! — громко утвердила Твайлайт и сделала один глубокий вдох для успокоения души. — Особенно от того, что ты не пришёл бы меня просто навестить.       — Смотрю, у тебя повысилось ЭГО после вступления на пост. Я больше не достоин твоей аудиенции?       Это заставило Твайлайт поднять на него свой рассерженный взгляд. Дискорд не появлялся в Кантерлоте весьма продолжительное время. После смерти Селестии его часто можно было увидеть во дворце по нескольку раз на дню, но, похоже, теперь он решил, что все проблемы Твайлайт исключительно её. Тем более после всего случившегося с Ураном и выпада самой Твайлайт в сторону Гасти, Дискорд точно не вернулся бы к ней просто для отвлеченного разговора. Он должен был прекрасно понимать, что она не Флаттершай.       — Ладно, я действительно к тебе по делу, — всё же сдался драконикус. — У тебя ещё осталась заколдованная вода, которую тебе отдал Грогар?       На секунду Твайлайт призадумалась, пытаясь вспомнить, о чём он вообще говорил. Из-за суматохи дел она не могла точно разобрать все подробности прошлого, но постепенно осознание сущности вопроса Дискорда её настигло.       — Да, — подтвердила Твайлайт. — Половина флакона.       — Я заберу его, — Дискорд уверенно протянул лапу к ней. — Это, к слову, утверждение, а не вопрос.       Последнее было говорить не обязательно, чтобы Твайлайт поняла смысл слов драконикуса. Она даже была и не против избавиться от этого флакона. В былые дни, быть может, ещё подумала бы по сто раз и вступила бы в спор, но сейчас она не хотела никаким образом быть связанной с Грогаром или Гасти. После всего произошедшего Твайлайт была готова даже выпить зелье забвения, если бы оно существовало, чтобы забыть обо всех проблемах между этими двумя существами. Да и не только между ними. Волшебством она размеренно отворила замок ящика и поднесла в их сторону чёрное снадобье, поставив его чётко в лапу существа перед собой. Твайлайт не хотела поднимать взгляд, только чтобы не видеть выражение морды Дискорда в тот момент. Быть может, оно было озадаченным? Или стойкое, как камень? Ей это было не важно, поскольку избавление от жидкости преподнесло ей на ответном подносе спокойствие.       — Как идут дела? — спокойно поинтересовался Дискорд, убирая лапу от морды Твайлайт. — Я слышал об Умбрах. Грогар рассказывал мне о них немного.       — Что ты знаешь? — мгновенно заинтересовавшись, подняла она взгляд.       — В основном их способность сводить с ума, питаться негативными эмоциями, а ещё, что первая королева Кристальной империи похоронила их заживо. Знал бы раньше, что это важно, расспросил бы Фемиду о них.       Но уже было поздно, и Твайлайт сама жалела о потраченном времени, ведь сама лично говорила с Фемидой в Кристальной империи один на один. Именно тогда Шторм привёл свой план в действие, но вместо того, чтобы подумать головой, она загубила Старлайт. Пусть она и не знала тогда об Умбрах, но ведь могла о многом расспросить Фемиду. А вместо этого говорила с ней на равных, будто чего-то стоила в её глазах. Ведь даже исключая её принадлежность к сакральным существам, Твайлайт верила, что никогда не сможет стать такой же королевой, как она.       — Если тебе нужна помощь сознательной магии, ты только дай мне знать, — вырвали её из вереницы мыслей слова Дискорда.       — Пока остановимся на том, что гиппогрифы прибудут с предполагаемым лекарством, — ответила Твайлайт. — Если оно не поможет, я попрошу тебя посмотреть.       — Гиппогрифы? — уточнил драконикус, скрестив лапы на груди. — И ты уже знаешь, чего они хотят взамен?       — Это мы обсудим по их прибытию, — Твайлайт не могла не уловить озадачливость своего собеседника в тот момент. — Думаешь, всё плохо?       — Я верю Нове, но это не значит, что ей должна верить ты, — довольно утвердительно и твёрдо сказал он. — Не хочу тебе ничего говорить, так как ситуация у пони непростая, но лучше не допускай никого так глубоко в управление.       — Я поняла тебя.       Твайлайт и сама понимала, что не следует сейчас казаться жертвой, прося всех подряд о помощи, но правда была такова, что если у гиппогрифов был ответ, то на это следовало хотя бы посмотреть. И обсудить их ответные требования. Вспомнив, что сегодня должна быть не одна встреча по поводу обсуждения вопросов, а целых две, у Твайлайт подкосились колени, поэтому она мгновенно крикнула, едва драконикус перед ней поднял когти, явно собираясь издать щелчок:       — Дискорд!       Это его остановило и явно озадачило, так как тон Твайлайт стал более истерическим.       — Мне пришло приглашение на совет королей. Ты не мог бы… — ненадолго она замялась, так как засмущалась собственной просьбы: — Не мог бы составить мне компанию?       Это ощущалось, как будто она просила маму пойти куда-то из-за страха перед взрослыми, а жалость Дискорда могла для Твайлайт быть неокупной даже больше, чем долг перед горой Арис. Но она не могла не признать: чем больше в зале будет знакомых ей морд, тем лучше. Дискорд развернул перед Твайлайт огромный свиток, что наколдовал в ту же секунду. Его моток не был настолько большой, но он прокатился по балкону, а потом улетел по крышам и наверняка остановился только где-то на земле.       — Хм… — весьма задумчиво и проницательно Дискорд посмотрел на развернувшийся пергамент. — Думаю, я могу перенести некоторые свои дела, чтобы провести время с другом.       Его фарс всё ещё немного раздражал, но всё же Твайлайт списала это на несерьёзность отношения к происходящей ситуации, а ещё, что она устала от одолжений, ведь к этой черте характера своего друга она давно привыкла. Но раз дело приняло ситуацию о снисхождении сакрального до её простых мирских проблем, то Твайлайт собиралась спросить драконикуса ещё о кое-чём:       — Ты не мог бы… — на секунду её отвлекла вспышка света, после которой бумага исчезла в лапах Дискорда. — Не мог бы сказать, что мне стоит ожидать там?       — Ожидать? — переспросил Дискорд явно для уточнения.       — Расскажи мне о личностях, с которыми мне придётся вести разговор, — перефразировала более точно Твайлайт.       — Я могу рассказать многое из их грязного белья, так что тебе лучше уточнить, что именно ты хочешь услышать.       — Дискорд, пожалуйста, — взмолилась она. — Даже с тобой рядом, но мне плохо.       — Чего ты боишься, скажи мне? — с весьма наступательным тоном спросил он. — С королевой Новой ты знакома, а с Каденс у тебя хорошие отношения, можешь не переживать насчёт них. Король Ворак может показаться настроенным против тебя, но, поверь, это не так, просто он очень строгая личность, что к соблюдению правил государственного уровня, что к личной жизни. Перед яками держи спину ровно, они не любят слабаков, а киринов из себя не выводи. Уж кого тебе и правда из всей этой банды стоит опасаться, так это двух последних.       — Отлично, — саркастично улыбнулась Твайлайт.       — Расслабься, я шучу, — в тот же момент продолжил Дискорд. — Уверен, они все и всë прекрасно понимают.       — У меня в голове сплошной туман, — она и сама заметила, насколько сильно ее тон прозвучал замучено-усталым. — Уверена, даже ты чувствовал себя лучше меня.       — Что значит «даже»? Я был отменным диктатором.       Как он и Пинки вообще умудрялись выделять юмор в такой ситуации? Или же Дискорд сейчас вовсе не шутил? В последнее время у Твайлайт было столько дел, что голова постепенно начинала туго соображать: подготовка к гала-концерту, попытки отследить местонахождение Шторма, при этом она не могла отправиться в предполагаемое место, где могла находиться в данный момент Старлайт — бездонную пропасть. А теперь еще и бедствие с умбрами… Умбры!       — А-а! — резко крикнула Твайлайт, вновь прерывая Дискорда от возможности телепортироваться. — Возвращаясь к Умбрам, ты не знаешь, где они были спрятаны?       — Где-то под Кристальной империей — всё, что я могу сказать, — ответил драконикус. — Тебе так необходима с этим моя помощь, Твайлайт Спаркл?       Ох, не понравилось ей, что Дискорд назвал ее полным именем. Как и то, что в конце он хитро ухмыльнулся. Он всегда играл в свои игры и заставлял других следовать его личным сценическим правилам для представления, что он затеял во имя своего разностороннего духа. Это произошло как в первую их встречу, так происходило и дальше. Возможно, Дискорд своей ухмылкой заставлял Твайлайт идти по выбранному сценарию, а возможно, подсказывал, как ей можно обогнуть шоу, которым драконикус собирался насладиться. В одном аликорн была уверена точно — эта ухмылка не несла ничего хорошего, но и ничего плохого одновременно.       — Нет, — ответила она как можно более четко. — Свирл уже занимается этим. Думаю, пони смогут справиться сами.       — Хорошо, тогда я останусь на задних ролях, — весьма энергично проговорил Дискорд. — Увидимся на совете.       И после этого он наконец-то ушел, как несколько раз уже хотел сделать. Интересно было только, зачем ему нужны были остатки жидкости, которую Грогар предоставил Твайлайт. После произошедшего с Ураном она не хотела даже больше знать, чем он может быть занят и чем сейчас занималась Гасти. У Эквестрии были свои проблемы, и это касалось в частности Умбров.       Ждать делегацию пришлось недолго, примерно через полтора часа после поднятия солнца, гиппогрифы уже находились у двора Кантерлота. Всего один королевский посол в числе двух сопровождающих. Они с придворными волшебниками Эквестрии и Твайлайт направились в лабораторные комнаты для выведения нужного снадобья из лекарственных ингредиентов.       — Огненные лилии, растущие на вершине горы Арис, — говорил гиппогриф, — по записям Клеменции, они являются основой, так как впитывают очень много солнечного света. Но нам также необходима большая концентрация магии гармонии, поэтому здесь нам пригодится ваша помощь. Только позитивная энергия сможет прогнать Умбру.       — Прогнать? — уточнила Твайлайт. — Не уничтожить?       — Про уничтожение ничего не говорится. Возможно, у Клеменции не хватило на это силы в то время, как и у первой королевы Кристальной империи.       Они не знали, кем являлась эта королева на самом деле, как и не могли точно знать, мертва ли Клеменция в данное время. Однако в одном этот гиппогриф был прав: если эти двое не смогли их уничтожить, значит, и Твайлайт не следовало на это рассчитывать. Всё не будет так просто, но и это лучше, чем ничего.       После этого они провели тест на всего одном пони-испытуемом, где Твайлайт с замиранием сердца наблюдала за тем, как он принимал снадобье. Вначале наблюдения у него поднялась температура, но гиппогрифы заранее предупредили о таком эффекте после применения предполагаемого лекарства. Через час жар полностью спал, и пони погрузился в сон из-за усталости, но он был спокоен впервые за несколько дней.       Снадобье работало, и спасибо на этом было не только Клеменции, но и самой горе Арис.       Как Свирл и говорил, найдя способ излечить пострадавших, можно было сосредоточиться на поиске источника этого бедствия. Но даже Дискорд не знал, где именно Фемида запечатала в свое время Умбр, а из этого можно было судить, что и Грогар тоже, раз ничего не рассказывал. А кто тогда может знать, если все пятеро созданий гармонии исчезли навсегда?       Тот, кто был близок с Фемидой, как никто другой — Владыка Уран.       Твайлайт передёрнуло от подобного понимания, ведь меньше всего она хотела вновь видеть существо, лишившее Эквестрию двух правителей, а её саму наставниц. Но кого еще она знала из созданий магии, достаточно старого, чтобы он знал о месте заключения Умбров? Со слов Пинки, Даббат решил переехать, а Локи… Что-то Твайлайт не была уверена в его готовности предоставить ответ для смертного рода.       Опять она думала слишком широко о созданиях магии. Эквестрия и сама была в состоянии найти ответ, покуда она и Кристальная империя держали территории под контролем. К тому же благодаря горе Арис самостоятельно справиться с проблемой стало намного легче. Гиппогрифы передали весь полный рецепт Эквестрии, как и привезенные с собой огненные лилии, о закупке на их счет следовало договориться, как и обсудить прочие детали подобной помощи со стороны другого государства. Твайлайт попросила главного посла делегации проследовать с ней в одну из комнат замка. По этикету предложила чай, и этот гиппогриф вежливо согласился. Они опустились на мягкие диваны, что стояли друг напротив друга. Их разделял низкий деревянный стол, на котором слуги поставили две чашки чая и закуски, проследили за огнем в камине и после этого ушли.       — Что ж, моя огромная благодарность горе Арис за столь щедрое… — Твайлайт попыталась сформулировать более уважительно-деловую речь, но выходила она туго: — …отношение к происходящим бедам в Эквестрии.       — Гора Арис испокон веков ведёт политику гармонии, все её целебные травы и открытия не принадлежат исключительно гиппогрифам, — начал говорить ее собеседник. — Насколько нам известно, вы также являетесь элементом магии. Вы должны понимать всю важность заботы и щедрости в гармонии.       — Да. Больше, чем многие.       Твайлайт согласилась с ним весьма неохотно, так как это была ложь. Теперь она не являлась воплощением элемента магии. Раньше ощущение себя частью нечто большего хоть и морально давило, заставляло осмысливать всё происходящее в прошлом, но в обмен оно давало небывалую силу. Давало понимание, что со многими врагами они смогут справиться. Только при помощи силы элементов она с друзьями смогли сбежать от того же Аваруса при первой встрече. А что же было делать сейчас при повторной встрече с ним, если Твайлайт в чистую проигрывала ему? Но было не время думать об этом гиппогрифе. Как бы это эгоистично ни звучало, но он являлся проблемой, созданной горой Арис против себя же самой, а один из её представителей как раз сидел перед Твайлайт.       — Мне бы хотелось узнать насчёт ваших ответных планов, — продолжила она разговор.       Гиппогриф перед ней не мгновенно, но бросил тихий смешок, быстро попытавшись успокоиться. И сначала Твайлайт не поняла, что именно его так насмешило, но потом осознала: если он был одним из королевских дипломатов горы Арис, то прекрасно был обучен ведению диалога переговорного характера. Он даже нисколько не чувствовал себя неловко перед пони, что была по статусу выше него самого. Твайлайт слишком быстро и резко перешла к самому главному, что лишь показывало ее неопытность в этом вопросе.       — Приношу извинения. Я понимаю, о чем вы говорите, но я не владею доступной для вас информацией, — сразу ответил гиппогриф. — Королева Нова выразилась лично обсудить с Эквестрией дела после предстоящего собрания совета. Она посчитала, что двум королевам лучше лично обсудить всё между друг другом.       — Только вот я ещё не королева.       Решение о коронации на эту должность… Дискорд говорил, что все в совете всё понимают, поэтому ей не следует волноваться, что она встретит там угрозы в сторону своей личности и кандидатуры. В конце концов, с общего разрешения, но Селестия аликорнизировала Твайлайт до титула принцессы, предоставив ей последнее испытание. Они уже знают, кто она и на что была способна со своими друзьями. Но только, по большей части, заслугу делили также элементы гармонии.       — А-а, — подал голос гиппогриф, отрывая Твайлайт от мыслей. — Прошу прощения, но я не могу обсуждать подобные вопросы с вами.       — Ах, да-да, извините…       Она и сама поняла, что начала вести себя неподобающе статусу и говорить ненужное, поэтому тихо прокашлялась, чтобы вновь настроить голос:       — Приношу глубочайшие извинения за это. Сколько вы планируете находиться в Эквестрии?       — Если вы не против, мы бы хотели остаться до гала-концерта и уйти уже после, — спокойно продолжил гиппогриф, будто ничего и не было. — Нам было приказано ждать окончательно оговоренные сроки пребывания после сегодняшнего совета, но вряд ли королева изменит своё решение. Если вас не затруднит наше общество…       — Конечно же нет. Вы почётные гости праздника Кантерлота, мы будем рады оказать вам гостеприимство.       При помощи волшебства Твайлайт подняла свою чашку чая, тогда как гиппогриф совершенно не прикоснулся к своей за всё это время. Он спокойно подождал, пока она сделает глоток, всё также не опустив взгляда на поднимающийся дым из чая со своей стороны. От этого Твайлайт стало даже неловко, поэтому она поспешила унести чашку от губ и поставить на место, решая продолжить разговор:       — А теперь мне бы хотелось обсудить с вами поступление необходимых Эквестрии трав.       — Да, гора Арис желает, чтобы Эквестрия лично забирала необходимые ей ингредиенты на территории гиппогрифов, после чего сама отвечала за их доставку в ваше королевство.       Его резкое условие вызвало у Твайлайт секундную озадаченность, что, наверняка, этот гиппогриф заметил:       — Не сочтите это актом нашей грубостей, просто горе Арис всегда было очень тяжело поддерживать связь со многими странами по той причине, что мы отрезаны пустыней. Подводное передвижение невозможно ввиду того, что для обратного превращения нужна сила жемчужины, а ее ни в коем случае нельзя выносить за пределы горы. Воздушное перемещение затрудняется большим шансом сталкивания с воздушными пиратами птицеподобных из Клужтауна. А также хочу отметить, что и над водой они имеют много кораблей. И мы не в состоянии сделать крюк через племена зебр и другие страны, чтобы добираться до Эквестрии, так как без должного разрешения это могут посчитать вторжением на чужую территорию. Было множество случаев, когда наши гиппогрифы не смогли добраться до нужного места или вернуться обратно. Гора Арис всегда очень сильно рискует подобными перелетами. Поэтому мы всегда просим о том, чтобы королевские делегации самостоятельно занимались импортом. Ваша область магии намного больше нашей.       — Не беспокойтесь, я поняла вас, — с более спокойным тоном кивнула Твайлайт. — Однажды я бывала на горе Арис и стала свидетелем разговора принцессы Селестии и королевы Новы о подобном. Большое спасибо, что всё прояснили. Как только вы решите вернуться на гору Арис, Эквестрия сможет предоставить вам дополнительную помощь в виде быстрого перемещения, если вы того пожелаете.       — Это будет очень замечательно, — согласился он. — Но мне также хотелось бы попросить вас о передаче сообщения гиппогрифом о нашем успешном прибытии и успехе в проведении теста.       — Конечно. В ответ на вашу помощь это меньшее, что мы можем сделать.       Только сейчас Твайлайт осознала, в насколько плохом территориальном положении находиться их страна. Зачатки этого она поняла, когда узнала, что, несмотря на подводное отступление, гиппогрифы продолжали сильнейшим образом подвергаться нападкам со стороны Клужтауна. Наверное, им было очень нелегко жить с такими соседями. Если дела обстояли именно так, как он говорил, то применение собственной магии со стороны Эквестрии было самым благоприятным вариантом.       Твайлайт снова обратила внимание, что этот гиппогриф не притронулся к чаю. Это был их этикет? Он не мог отказать в предложении, но также не может ничего выпить перед тем, кто был статусом выше него? Однако их личный этикет должен был пропадать на чужой территории, где не принято отказываться от того, что тебе принесли. Дискорд бы, смотря на подобное, точно бы начал устраивать выкрутасы с криком: «Это неуважение к чаинкам!»       — Приношу извинения, — подал голос гиппогриф, наверняка понимая ситуацию по одному взгляду Твайлайт, — мне нужно было вам сказать раньше, но было бы грубостью указывать на подобное: гиппогрифы не употребляют сильно горячие напитки.       — О, прошу прощения, — это заставило ее смутиться перед ним. — Я очень плохо осведомлена о вашей культуре…       — Дело не в традициях или культуре, а в биологии.       С этими словами он едва прикоснулся когтями к собственному клюву, после чего убрал лапу. И это еще больше заставило Твайлайт смутиться с явным желанием провалиться под землю. Она в тот же момент всё поняла, но гиппогриф всё же решил разъяснить вслух:       — Большинство птиц набирают воду в клюв, а затем опрокидывают голову, чтобы вода стекла в желудок. Если проделать подобное с кипятком, есть большая вероятность обжечься.       — Прошу, простите, мне нужно было подумать об этом раньше, — снова извинилась перед ним Твайлайт. — Я попрошу разбавить вам чай.       — Не переживайте об этом так сильно. Мы, конечно, наполовину пони, но разница между нашими видами все равно весьма существенна, и далеко не всегда можно учесть все нюансы. На самом деле, мы очень часто сталкиваемся с подобным, если выбираемся за границу.       Его успокаивающим словам Твайлайт была благодарна, да только вот не принимала: она должна быть той, кто учтет подобные нюансы, ведь она правитель Эквестрии и именно она принимает делегацию другой страны, где проживали существа совершенно иного вида. Сколько же всего ей следовало держать в голове? А ведь впереди сегодня была еще встреча с правителями других государств, и каждый из них также был представителем совершенно иного вида.       Нужно было как-то собраться с мыслями и выступить перед другими королевствами непокорно и твердо, развеивая все сомнения на собственный счет.       Существовало всего две независимые территории, не принадлежавшие ни одному государству: пустыня, в которой проживали остатки хищного вида и мелкие бандиты, а также маленький островок в океане, где стояло всего одно здание. Именно там и собирался совет королей — за большим длинным столом, оставляя сопровождающих в других комнатах.       Дискорд бывал здесь всего один раз. Примерно через пару месяцев после того, как для глаз других государств официально сел на трон Эквестрии. Он не пошевелил и когтем для этого, ему было все равно, выдвинут ли ему отказ или согласие, однако после этого ради приличия король Ворак посоветовал явиться всего один раз. Просто ради того, чтобы не было лишних пересмотров, а следственно и головной боли из-за этого. Однако и он понимал, что созданию магии до подобного снисхождения не будет дела, оттого пообещал ему трапезу: чай и вишневые слойки.       — Нормально, — произнесла королева Нова в тот день, увидев подобное. — Я тоже не имела желания обсуждать это. Кому это надо?       Кажется, вопросы касались яков, что на тот момент еще не были в совете. Изначально его существование предполагалось лишь по общему регулированию магии, отчего и входили в него только страны, что могли ее использовать, но затем это правило расплылось. Услышав подобный недовольный тон со стороны королевы гиппогрифов, Дискорд двинул стул в сторону, наколдовал на столе еще одну пустую чашку из-под чая и лапой пригласил ее присоединиться.       Нова долго думать не стала: пододвинула стул и позволила налить себе чай. И тогда с их стороны во время собрания было только слышно:       — Ну и второй муж от меня, значит, уходит… — завершила Нова одну из своих историй.       — И хорошо, — поддержал ее драконикус. — Я считаю, этот козёл тебя не достоин.       — Мы их называем «петухи», но он явно был каким-то гибридом между этими животными.       Этот разговор определенно был чем-то новым для столь серьезного сборища, как коллектив королей и королев. Однако в тот момент Нова еще переживала изгнание Аваруса и шаткое положение двух сторон жизни горы Арис, поэтому подобная несерьезная тема позволила ей немного разгрузиться. В настоящее же время повторное появление существа раздора уже заранее вызывало трепетный ажиотаж. С тех пор как Дискорд был здесь в последний раз, компания не сильно изменилась. С недовольством встречающая его Аморе сменилась на безразличную Каденс, а также к действу присоединились яки и сменилась королева киринов. Все остальные были на своем месте.       Твайлайт опустилась на выделенное ей место, рассматривая собственные копыта. Находящееся вокруг общество было явно не её круга чувств, поэтому нужно было стиснуть зубы и перетерпеть это. Издали раздался тихий наигранный кашель, в котором Твайлайт узнала Каденс. После того, как на нее обратили внимание, она подняла голову повыше, явно намекая это сделать и самой Твайлайт.       Верно. Не время было сидеть, как провинившийся ученик. Сейчас она представляла интересы Эквестрии. Интересы всех трех видов пони. Все они возлагали свои надежды на нее. Но чем больше вглядывалась Твайлайт в одну точку, тем больше ей казалось, что стол становился длиннее, а морды каждого собравшегося за столом искривлялись в надменной гримасе. Твайлайт даже немного дернуло, когда правее от нее по столу опустился король Ворак. Насколько же этот кентавр одним своим видом выглядел устрашающе. А еще Твайлайт было не по себе от того, что одного из его сыновей она отправила в Тартар, после чего он выбрался на свободу.       Ворак повернул голову в ее сторону и уважительно кивнул, но явно не для нее, а для Дискорда. Тот в ответ только поднял одну лапу в приветствии. Большинство на него смотрели диковинно, особенно из-за того, что прямо перед собой он кипятил воду в чайнике над костром, сделанным из бумаги. И если Каденс, Нова и Ворак знали его лично и даже если удивились его присутствию, все равно ожидали, что в этот день он явиться, остальные его появлению поразились. Королева киринов в непонимании остановилась возле него, не найдя нужных слов в своем лексиконе. Особенно все стало хуже, когда Дискорд спросил:       — Огоньку не поддашь, а то не закипает?       Было видно, как искорки пробежались по гриве кирина, но она предпочла глубоко вздохнуть и пойти дальше на своё место, левее королевы Новы. Наверное, они в целом знали позапрошлого правителя Эквестрии, хоть и не были знакомы вживую. Да и мало кто осмелился бы выгнать создание магии, особенно из-за того, что это было бесполезно.       — Благодарю вас всех, господа, за своевременный отклик, — начал Ворак, едва все собрались. — Инициатором данной встречи являюсь не я один. В согласии с королевой Новой и принцессой Селестией, мы решили об необходимой организации этого собрания, чтобы обсудить вопросы, касающиеся наших государств.       Твайлайт его слова даже слегка удивили, но и успокоили. Значит, встреча обговаривалась еще до смерти Селестии и не была лично по ее дееспособному вопросу? Можно было бы предположить, что Ворак утаивал что-то, но королева Нова, сидевшая ровно напротив него, спокойно сложившая лапы на груди, совершенно ничего не говорила против. И такое начало как никогда успокаивало.       — Думаю, всем вам в данный момент известна причина, по которой ни принцесса Селестия, ни принцесса Луна не могут присутствовать сегодня. Мои искренние соболезнования Эквестрии. В настоящее время этой встречи еще не официально коронованная в королеву Твайлайт Спаркл представляет интересы Эквестрии.       — Касательно передачи престола, — подала достаточно властный голос Каденс, — последнее слово Селестии было принято безоговорочно, как и решение об аликорнизации Твайлайт Спаркл. И принцесса Луна также согласилась на эти условия. Нет смысла пересматривать что-то сейчас.       — Не тратьте наше время на одну пони, — попросил вождь яков рядом с ней.       — Я только хочу уточнить по поводу движения солнца и луны, — довольно резко и чётко начал Ворак, взглянув в сторону Твайлайт, которая мгновенно от его взгляда дёрнулась на месте. — Не могу не отметить ваш блестящий фарс в сторону общественности, принцесса, но подобными фразами про «особый» артефакт вы здесь не сможете укрепить свою позицию. Вы не получали завещание принцессы Селестии и Луны.       Его голос был таким твёрдым, что наверняка мог заставить дрожать в страхе даже каменную статую. Дискорд говорил, что Ворак и в личной жизни достаточно строг, и если это было так, то Твайлайт начинала не особо завидовать Скорпану и Тиреку.       — Откуда вы знаете? — всё же решила Твайлайт поинтересоваться насчёт последнего.       — Любой подобный документ составляется внутри совета и передаётся лично им новому претенденту на престол, — начал Ворак так же жёстко пояснять. — Селестия и Луна, могу вас огорчить, ничего подобного не составляли. Нам нечего передать вам от их имени. Их смерть была столь внезапной, что они даже не побеспокоились о составлении завещания.       Это заставило Твайлайт в нервах и осознании ещё раз прокрутить понимание в голове, чтобы закрепить его. Когда Ворак начал говорить о процессе завещания, у неё возникла надежда, но в итоге всё вернулось в изначальную точку. И ей ничего не осталось, кроме как сказать то, что есть:       — Вы правы. Моё слово про артефакт насквозь сквозит ложью.       — Попрошу вас быть честной здесь, — сразу продолжил кентавр.       — Я не могу двигать светила, — чётко заявила Твайлайт, уже понимая, что он хочет услышать.       — Временно, — тут же добавил рядом Дискорд.       Возникшим словом он привлёк на себя внимание, и все увидели, как красиво струя чая из носика чайника поднимается вверх, делает петлю и стекает прямо в чашку. Это было явно сделано с целью небольшой демонстрации и напоминания о своей природе жизни. Когда жидкость остановилась в сантиметре от края, Дискорд продолжил говорить, смотря на Ворака:       — Ты правильно подметил столь внезапную кончину прошлых аликорнов, отчего у принцессы дружбы не было достаточно времени, чтобы тренироваться движению солнца и луны. В делах политических времени нет, но оно ей так необходимо сейчас. И именно поэтому исполнением договора в данный момент занимаюсь я.       В тот же момент Твайлайт не пожалела, что попросила Дискорда прийти. Она не знала точно, из-за разницы в происхождении, дозволенности или статуса, но он легко разговаривал с этими представителями высшей степени государств. После его ответа возникла недолгая тишина, но всё же она была прервана.       — Принцесса Твайлайт, — позвала её королева киринов. — Вы рассматривали вариант пересмотра договора?       Пересмотр? Скорее всего, она имела в виду передачу ответственности за светила другим магическим созданиям. Но эта обязанность была возложена на Эквестрию ещё во времена распрей трёх племён пони, когда самой Эквестрии даже не существовало. Движение светил укоренилось в новой стране, став её символом. И стоило ли пересматривать договор сейчас?       Твайлайт перевела взгляд на Дискорда. Она не искала ответа, а просто ощутила, как сильно его взор давит на неё. Теперь он не мог вступиться и что-то ответить, так как Эквестрия принадлежала не ему, и только сама Твайлайт могла решать, каким будет ответ на вопрос.       Нельзя было допустить пересмотр договора. Не только из-за традиций и прочего, а потому что Твайлайт сама сказала Эквестрии, что договор сохранится и она сможет поднимать светила без посторонней помощи. В данное непростое время ни в коем случае нельзя было забирать слова назад.       — Нет, — отрезала она. — Договор должен остаться на копытах Эквестрии. Как и было заведено раньше.       — Ваша твёрдость в этом вопросе может сыграть для пони злую шутку, — вновь достаточно жёстко вступил Ворак. — Движение светил — магия, что необходима для жизнедеятельности каждой страны и каждого живого существа. Это весьма огромная ответственность. И времени в этом вопросе не даётся вовсе.       — Я испытываю долю печали из-за этих слов.       Дискорд снова выждал паузу, показательно медленно отпив чай, видимо, чтобы все точно на него посмотрели, после чего продолжил:       — Разве за пятьсот лет я дал в себе хоть раз повод усомниться? Я нарушал ваш древний договор? Я отказывался хоть на день двинуть солнце или луну? К тому же, Ворак, давно ли ты его открывал?       В его лапах появилась черная папка, а на носу возникли очки-половинки.       — Я напомню: он гласит о том, что движение светил возложено на пони, но не на кого-то конкретного.       — Что ты имеешь в виду? — уточнил у него Ворак.       — Принцесса Твайлайт, я ведь прав? — довольно резко обратился к ней драконикус, повернув голову, рассеяв предметы, ранее созданные волшебством. — Не предвидеться же никаких проблем, если в Эквестрии договор будете соблюдать не вы?       Твайлайт и раньше чувствовала себя некомфортно, а с условием, что Дискорд намеренно только к ней обращался официально, ощущала себя белой вороной или черной кошкой среди всех собравшихся. Однако тревога прошла, когда она поняла смысл слов драконикуса, поэтому смогла все разъяснить:       — Ещё до того, как принцесса Селестия и Луна получили свои отличительные метки, движением светил занималась определённая группа особо одарённых магов, и один из них всё ещё находится при дворе. Если это понадобится, мы готовы возобновить традицию.       — У Эквестрии весьма много магии в арсенале, в том числе и волшебство радуги гармонии, — продолжил за неё Дискорд. — Так что соблюдение договора — это последнее, о чём нужно волноваться остальным в этой комнате.       Это явно была небольшая угроза, отчего Твайлайт в тот же момент стало плохо по двум причинам: что Дискорд говорил об этом со стороны Эквестрии и что Твайлайт сама не смогла бы так сказать. По крайней мере, не перед другими королями и королевами, ведь опасалась развязать новый конфликт.       Проблема была именно в том, что она рассуждала со своей точки зрения, хотя за ней стояла вся страна. И это было как тяжелой ношей, так и силой. В этом нужно было найти собственный баланс.       — Принцесса Твайлайт является лучшей ученицей ныне покойной Селестии, — подала голос Каденс. — Я могу лично поручиться за ее возможности и лидерские качества. Как принцесса дружбы, она сохранит мир внутри Эквестрии между тремя расами пони и сможет использовать свою силу для выполнения договора. Её коронация должна произойти как можно скорее, чтобы сохранить прежний дух Эквестрии.       — Нам важно обсудить ситуацию с обезьяноподобными и королем Штормом…       Голос Новы возник совершенно внезапно. Едва Каденс закончила говорить, она без лишних разъяснений перевела тему в совершенно иное русло, а потом промолчала всего несколько минут, чтобы каждый в комнате точно понял новую тему разговора. На время речи Каденс Твайлайт расслабилась. Она почувствовала умиротворение и поддержку, словно кто-то не давал ей упасть в бездонную пропасть, но столь резкое высказывание заставило ее вновь вернуться в происходящее.       — У меня нет никаких сомнений насчет передачи престола Твайлайт Спаркл по причине того, что Селестия была не глупа, чтобы оставить свое место пони, чье копыто было бы хлипким и жалким, — Нова повернула в сторону объекта ее речи голову. — Я заранее лично поздравляю вас с будущей коронацией, принцесса дружбы. Вы более чем достойны занять это место.       Несмотря на поддержку также со стороны горы Арис, Твайлайт не ощутила и половины умиротворения, которое принесла ей речь Каденс. Возможно, дело было в том, что два аликорна знали друг друга намного дольше. Но, скорее всего, слова королевы Новы не имели сильного веса для Твайлайт из-за того, что она прекрасно понимала, что за помощь, оказанную Эквестрии в непростое время, придется заплатить. И все эти слова звучали как хорошо выдержанная лесть для создания неконфликтных отношений.       — Но есть угроза, нависшая над всеми магическими существами, которую пора обсудить, — продолжила в тот же момент Нова, снова развернув голову к столу, чтобы оглядывать сразу всех. — Король Шторм собрал магию племён зебр, нанес горе Арис достаточно сильный удар, а также атаковал Эквестрию и Кристальную Империю, в последний раз он смог найти и выпустить Умбр. Поэтому я даже не хочу слышать от вас, совершенно не столкнувшихся с его угрозой, игнорирование данной проблемы. Нет никаких оснований считать, что он продолжит нападать на Эквестрию. Он вполне может обратить внимание на волшебство киринов, — в тот момент она стрельнула глазами в королеву данного вида созданий, — или вернуться на гору Арис.       Наверное, это и была первоначальная причина собрания. Твайлайт надеялась, что вопрос насчет Шторма всплывет рано или поздно, но не ожидала, что настолько скоро. Гиппогрифы пострадали от его нападка больше всего, поэтому Нова не хотела затягивать об этом ни секунды больше.       Сама Твайлайт взять и поднять эту тему не решалась, особенно из-за того, что думала, будто всех собак на свете спустят в ее сторону, скажи она от имени Эквестрии что-то невразумительное. Она здесь новичок, которого еще должны принять.       — Есть одна проблема, связанная со Штормом, — все же подхватил тему король Ворак. — Нельзя отрицать, что они прекрасно понимают, как нужно противостоять магии. Никакими методами волшебства не получается обнаружить их местонахождение. Страна обезьяноподобных была взята под стражу после первого покушения на волшебство Эквестрии. Но в данный момент в их стране находятся только несколько тысяч гражданских морд, остальные были мобилизованы. Но, быть может, у них нет равных сил в противостоянии против сильнейших волшебников, однако их скрытность уж слишком хороша.       Волшебники Эквестрии были одними из тех, кто лично мог подтвердить слова Ворака. Никаким волшебством не получалось выследить солдат Шторма. Как будто на них всех стояло мощное заклинание от магического воздействия, но ведь они сами не были способны на такое. Дело было в доспехах, в материале, в прикладной магии? В чем же заключался их секрет?       — Если их не получается отследить волшебством, то нужно больше физической разведки, — решилась сказать Твайлайт про единственный вариант.       — Как раз об этом я и хотел поговорить в этот день, — мгновенно подтвердил Ворак. — Направлять разведывательные группы можно в любое место. Но быстрее всего будет их обнаружение немагическими способностями, что находится вне дозволения нашего общего вида.       — Опа!       Довольный выкрик Дискорда не так сильно заострил внимание, как недавние слова Новы, однако нельзя было не пометить, насколько широко драконикус улыбнулся. Он облокотился в один из углов, подхватив кисточкой своего хвоста чашку чая, словно обычной лапой. У его головы появилось левитирующие блюдце с кусочком шоколадного торта с банановой прослойкой.       — Становится интересно, — всё таким же довольным тоном сообщил Дискорд.       «Наконец-то хоть какое-то веселье», — подтвердил в его разуме Первый довольно монотонным тоном.       Делать Дискорду какие-либо замечания было только во вред себе, поэтому никто в его сторону не возникал. Тем более подобное предложение прозвучало не от него. Ворак опасался сказать это слово напрямую, предоставляя намеки: «не магические способности», «находятся вне их общего вида». Не сложно было понять, что он имел в виду всех собравшихся в этой комнате и не только, за исключением, конечно, Дискорда, — разумных травоядных.       — Ни за что в жизни! — через пару секунд возразил вождь яков, когда до каждого дошел смысл слов. — Любое сотрудничество с Клужтауном запрещено на корню!       — Я и не предлагаю нарушение установленных правил, — очень грозно ответил король Ворак. — Чем дольше разведчики будут тянуть с докладами, тем больше времени будет у Шторма, и в конечном итоге произойдет еще одна атака. И мы не можем быть уверены на все сто процентов, удастся ли с ней справиться любому из наших государств. Поэтому я предлагаю оставить выслеживание Шторма мне. Не хочется бахвалиться, но в моих лапах находятся самые лучшие разведчики.       — И они находятся в расовой принадлежности с презренными чревоугодными существами? — решила уточнить королева киринов.       — Я слышу тень сомнения насчет моих слов, — недовольно взглянул на нее Ворак. — Чем же именно я вызываю такое сильное недоверие?       — Ваши отношения с представителями хищного вида не внушают доверия, — продолжила кирин.       — Мы уже обсуждали это: Абиссиния является автономной независимой территорией, они не входят в состав моего государства. И в данный момент они подчиняются всем прописанным нормам и законам.       — Вы так уверены с выходцев Клужтауна?       — Никаким образом ни я, ни Абиссиния не связаны с Клужтауном, — Ворак в неудовольствии от намека сложил лапы на груди. — Так что я все еще действую в законных рамках, предписанных общим советом.       — Вы лжёте, — весьма ядовито и злобно процедила кирин, и на секунду в ее гриве показались искры. — Вы тайно провернули работу с этими существами. Уж не хотите ли сказать, что уже на тот момент они никаким образом не были связаны с Клужтауном?       — Я не хочу обсуждать это по второму кругу, — более спокойно ответил Ворак. — Если у вас есть сомнения, мы можем пригласить представителя этого города, и он ответит на все интересующие вас вопросы.       — Слушайте! — вдруг резко вмешался в спор Дискорд радостным тоном, подняв левую лапу, словно ученик за партой, желая ответить на вопрос. — У них есть такая штука, называется пельмени!.. А нет, сначала мне надо пояснить, что такое фарш. Это, короче, когда кусок мяса…       — Дискорд, — осмелилась прервать его сразу Нова. — Неуместно.       — Я пытаюсь сказать, что вы теряете хороший поварской кадр, — на его голове тут же появился поварской колпак. — Я уверен, они и из ваших продуктов питания что-то потрясающее сделают.       — Дискорд, — не очень уверенным тоном позвала его уже Твайлайт. — Это мог быть какой-то единорог, случайно попавший в Клужтаун.       — Во-первых, в Клужтаун «случайно» не попадают, — ответил он, указав на подругу когтем. — Во-вторых, это была свинина, а вы ее тоже эксплуатируете. Только с разницей, что вы в корм, а они на шашлык. Так вот, о чем я?..       — Мы поняли, — перебил его уже Ворак. — Но я не собираюсь обсуждать их кулинарные навыки. Никого здесь это совершенно не интересуют.       — Очень жаль. За накрытым столом проще договориться.       В целом, его намерения перебросить разговор в эту сторону можно было принять за попытку поддержать идею Ворака. И не знала бы Дискорда Твайлайт, посчитала бы, что он не умеет вести переговоры. Может быть, он специально так плохо начал, чтобы напомнить всем собравшимся главное различие, на котором и строился конфликт многие тысячелетия? Или он и правда пытался пронести их культуру для смягчения углов? Правда, в таком случае начал с не самого приятного, но радикального, чтобы сразу подчеркнуть самое важное.       Слушать его никто из собравшихся не хотел, а поддерживать эту тему тем более. Король Ворак снова развернулся к столу, взяв слово:       — Клужтаун все еще является сильным бельмом на глазу всей гармонии, что долгими годами выстраивалась между странами. Именно из этого города король Шторм получает поддержку, и именно проживающим там будет выгодно его победа…       — Тогда проще разгромить их одним махом, и всё! — сразу предложил вождь яков.       — Вы правда думаете, что это так просто? — задал сразу встречный вопрос Ворак. — Это не беззащитная деревушка, которую было бы легко пройти и не заметить. Несмотря на уклад жизни Клужтауна, это все еще сильный противник. Выражусь более упрощенно: они не просто так взяли и на раз-два пережили многие тысячелетия развития травоядного вида в разных государствах и с разной магией. Они всегда оставались неплохо осведомлены о том, что происходило в мире. Но в свою очередь мы совершенно не знаем, что происходит на улицах их города. Даже сейчас, за этим столом, может скрываться тот, кто тайно сотрудничает с ними, как раньше это было с ныне покойным королем Груфером. Если вы позволите мне все грамотно организовать, мы сможем уничтожить сразу две угрозы.       — Собираетесь использовать одних, чтобы перебить других? — подметила кирин. — Интересно, они сами-то знают об этом?       — Вас еще пару минут назад не тяготила их судьба. К тому же, разве я сказал хоть слово про кровавые вырезки?       Твайлайт нервно сглотнула от представления последнего, но не могла отрицать очевидного легкого решения: если этот вид перестанет существовать, то и очень большая проблема уйдет. Но был ли смысл для этого вовлекать третьих морд, а что потом делать с ними?       — Это безумие, — едва смогла процедить Твайлайт.       — Это политика, — сразу ответил Дискорд.       Что вообще произошло, что часть из них ушла из Клужтауна, и почему именно Ворак помогает им? Всё это походило на какой-то заговор. Не он ли как раз и является тем самым существом в этой комнате, что может сотрудничать с ними? Но так в открытую и смело бросать подобное, не затем ли, чтобы наоборот отводить от себя подозрения? У Твайлайт даже голова разболелась от раздумий. Не хватало ей еще политических проблем с кентаврами.       Если Ворак воспользуется нынешней ситуацией, чтобы укрепить собственную державу, то…       Мысль прервалась.       Из-за внезапной вспышки света прямо перед носом.       О проникновении в это здание можно было подумать лишь с точки зрения личности сакрального существа, но, похоже, Клужтаун был очень сильно осведомлен.       Даже слишком сильно.       Когда Аварус показался перед всеми королями и королевами, в зале наступила тишина.       Этот гиппогриф спокойно удерживал себя лапами на потолке, свисая, словно летучая мышь. И он совершенно не нуждался в представлении. Его образ возник так внезапно, а колючая аура смогла мгновенно наполнить собой пространство. Столь молниеносно это было, что Твайлайт со страху спрыгнула на пол, повалив стул. Никто не смог прийти в себя за эту секунду и осознать произошедшее сразу, как тело гиппогрифа возникло перед носом каждого.       Но Аварус не обращал ни на кого внимания, кроме своей единственной цели. Он будто стал статуей, не дрожал, не качался, ни капельки не шевелился, смотря на второго гиппогрифа в комнате — королеву Нову.       На её морде также смешался испуг и удивление. Но когда Аварус всё так же молча подтянул в её сторону лапу, где в когтях загорелась магия, королева быстрее всех пришла в себя и сама подставила собственную лапу таким образом, чтобы кисть Аваруса ушла в сторону и волшебство пролетело мимо. А затем Нова довольно резко развернулась на стуле, запрокинув копыта к потолку. Она хотела ударить ими по гиппогрифу перед собой, но Аварус успел спрыгнуть на другой край стола и сразу направил в ответ в её сторону лапу.       И в этот момент Твайлайт, как и все остальные, пришли в себя. Стоило яку топнуть один раз, как у Аваруса подкосилось равновесие, и он слегка упал назад, опираясь на лапу. Твайлайт осознала свой шанс в нынешней ситуации и постаралась собрать в роге как можно больше волшебства. В тот момент в ее голову полезло множество дурных воспоминаний, связанных не только с этим гипрогрифом. То, что Твайлайт находилась среди этого собрания, было обусловлено исключительно тем, что Уран победил Селестию и Луну. То, что она обрела таких же особенных друзей, как она, было только из-за связи с элементами гармонии по прихоти Гасти. И то, что Шторм откопал откуда-то Умбр, а Твайлайт всё ещё не знала, что случилось со Старлайт, её раздражало сильнее всего.       В один момент она выплеснула весь свой накопившийся гнев с самого начала. С того момента, когда лично Император решил, что будет забавным и любопытным зрелищем, если он подкинет ей сводки Первого в ту ночь. И магия принцессы дружбы стала чёрной. Не из-за чёткого желания, но Твайлайт использовала подобное проявление раздора из-за буйства всех негативных эмоций, что взяли над ней вверх в тот момент.       Обычно Аварус отбивал её магию лапой, но на этот раз, когда он на пару секунд потерял равновесие, у него не было времени на подобные фокусы. Но всё же удар Твайлайт не прошёл, Аварус просто отпрыгнул, ненадолго расправив крылья, отчего оказался у стены напротив.       Он с опаской и недоверием посмотрел в сторону, где продолжал сидеть Дискорд. Он и сейчас пребывал в полном умиротворении, только на этот раз сложил передние лапы за голову, а задние и хвост выгрузил на стол и с нескрываемым в глазах любопытством и ухмылкой в половину морды предпочёл смотреть на это представление, нежели чем помочь.       А что ещё от него можно было ожидать?       Из-за этого изучения всех обстоятельств Аварус не сразу заметил, как королева киринов подбежала к нему ближе. Он повернул к ней голову только когда Каденс закрыла их вместе в сферу собственной магии. И теперь Аваруса ждала температура выше, чем в жерле вулкана.       Но эта магия не продержалась и пары секунд, так как более мощное волшебство попросту разбило силу Каденс на осколки, а источник этой силы находился внутри. Несмотря на воспламененную гриву и хвост кирина, а также почерневшую шерсть, тело Аваруса находилось в пузыре воды. Он успел защитить себя.       И в тот же момент собственная магия начала отделяться от этого гиппогрифа. Подобный источник отследить было очень просто, особенно из-за того, что король Ворак поднял одну лапу.       «Если кентавр будет слабее своего противника в магическом искусстве, то он не сможет отнять у него магию насильным способом».       И Аварус был не хуже короля всех кентавров, поэтому начал втягивать собственную магию обратно, защищаясь от подобного воздействия. Однако было заметно невооружённым глазом, как тяжело ему было бороться в подобном перетягивании каната с таким, как Ворак. И пока ему приходилось защищаться сразу от двух воздействий чужого волшебства, это было самым лучшим временем для атаки. Именно за этим Каденс копытом позвала Твайлайт к себе — чтобы соединить с ней магию, ведь по отдельности Аварус смог бы её отбить.       Едва два аликорна поставили кончики рогов друг к другу, как Аварус разглядел достаточно большую и мощную магию, исходившую с их стороны. Его определённо окружили, но сила была при нём, поэтому нужно было заканчивать эту бессмысленную для него драку. Он дёрнулся в сторону Ворака очень резко, как раз в идеальный момент, чтобы увернуться от совместной атаки двух аликорнов, при этом махнув лапой в сторону кирина, позволяя воде, окружавшей тело гиппогрифа до этого, потушить её ярость и гнев. Из всех собравшихся, при исключении Дискорда, Ворак был для Аваруса самым опасным противником, поэтому гиппогриф хотел для начала обезвредить его. Он выиграл себе лишь пару секунд, но этого оказалось достаточно, чтобы схватить короля кентавров за лапы, применив собственную магию, а затем вновь отлететь, чтобы удерживать безопасное расстояние.       — Ах да! Он умеет разрушать магические потоки! — наконец-то что-то сказал за всё это время Дискорд. — Осторожно. Я лично это на своей шкуре испытал.       В его сторону не очень по-доброму посмотрели из-за подобного бездействия, но всё же его слова несколько смутили присутствующих. «Разрушать магические потоки»? Не было похоже, чтобы Аварус поставил волшебную печать или что-то в этом роде. Напрямую задействовать с подобным магическим сплетением могла лишь прикладная магия. Тогда что он сделал?       Твайлайт выбралась из дебрей раздумий, когда вновь увидела телодвижения Аваруса. Без единого сомнения, его появление это показывало — он прибыл сюда за королевой Новой. Было ли ему нужно что-то определенное, или же это был чистый акт мести, но все знали его цель и были готовы ему помешать.       Однако гиппогриф устремился в сторону Каденс.       Твайлайт почувствовала дуновение ветра с правой стороны, но успела только обернуться, увидев, как Аварус прижал второго аликорна за горло к стенке. В тот же момент Каденс начала проваливаться в нее, словно в зыбучий песок. Когти гиппогрифа погрузились следом за ее горлом, но затем спокойно вышли назад, а сама стена вновь приняла твердую форму.       Всё это произошло достаточно быстро. Аварус будто сам толкнул в стену Кадес и ушел до того, как его снова атаковали.       И на этот раз он оказался рядом со своей целью — королевой Новой.       Он устранил невыгодных для себя противников, а потом вернулся к делу, решая больше не тратить времени. Ему было достаточно создать всего один щелчок для перемещения. И в этот момент Твайлайт без раздумий бросилась на Аваруса. Она одновременно хотела воспрепятствовать его магии и так же была в гневе, что этот гиппогриф все еще не обращал на нее внимания. Вторая его лапа крепко держала Нову за шиворот, но королева и сама не желала быть ведомой в заведомо проигрышную ситуацию. Поэтому за секунду до того, как Аварус произвел свою магию, она сама крепко схватила его кисть, резко дернув гиппогрифа.       Перемещение все же произошло, но сразу стало понятно, что подобная выходка сбила Аваруса, отчего он не смог сразу все осознать. Как и сама Твайлайт. Она успела приблизиться к этой парочке ровно в тот момент, когда произошла вспышка магического света, что захватила и ее тоже. Оказались они на улице, но никто сразу точно не понял где, но затем в голову Твайлайт прорезалось давнее воспоминание, когда она впервые оказалась в этом городе.       Это был порт Клужтауна, недалеко был и дом самого Аваруса, в который гиппогриф пригласил Твайлайт с друзьями при первой встрече. Но если она и сам Аварус узнали знакомые здания и жителей, то Нову заставил прийти в себя именно берег и вода. Из-за этой секундной недомолвки между тремя существами, перенесёнными в порт, она смогла выпутаться из лап Аваруса и в то же мгновение устремилась к морю.       На Твайлайт снова никто из этих двух не обратил внимание, даже сам Аварус. Он в тот же момент побежал вслед за Новой, а потом прыгнул с причала в воду, скрывшись в ее густой темноте от глаз Твайлайт. Однако она могла предположить, куда Нова может направляться подводным путем. Королевская династия пользовалась силой жемчужины без личного прикосновения к артефакту, и именно эту силу забрал себе Аварус у Скайстар.       Нова направлялась в сторону горы Арис.       У нее было всего одно преимущество над Аварусом, которое она могла использовать, чтобы противостоять его магии, и Твайлайт оставалось верить, что она сможет добраться до суши целой и невредимой.       Почему Аварус пришел на собрание? Только ли за головой своей бывшей королевы во имя отмщения? Или же за этим стояло нечто большее? Как он смог выяснить, когда будет сбор стольких правителей? Это был его единственный шанс для встречи с Новой, так как попасть на территорию гипогрифов Аварусу было не подвластно. Твайлайт не могла не задаваться множеством вопросов и опасаться того, что могло стоять за этим гиппогрифом. Ничего хорошего его выходка не предвещала. К тому же была весьма наглой и самоуверенной, ведь мало быть объявленным преступником двух стран, Аварус пошел дальше — выступил против совета королей.       Нова выбралась, на счастье Твайлайт, практически целой и невредимой. Лишь рана на предплечье портила ее образ. Останавливаться королева не собиралась, сразу устремившись вперед с помощью крыльев. Когда же Твайлайт увидела Аваруса, то уже заметила возникающий на нем свет от пятикратной печати. Вновь не обращая на нее внимание, гиппогриф устремился вслед за королевой.       Однако теперь он был на территории, доступной Твайлайт. Она тут же собралась и бросила в его сторону волшебство, но в полете Аварус легко сманеврировал от него. Он даже не пытался атаковать ее в ответ, ни разу не отвлекаясь от своей цели. Королева Нова так же сманеврировала от его выстрелов магией между деревьев, и тогда Аварус выпустил ударную волну в виде лезвия, словно от косы, которая разрубила столбы деревьев в двух метрах впереди него. Он поднял их в воздух, но не успел ничего сделать, так как Твайлайт в это же мгновение разнесла их магической энергией в щепки. На это потребовалось в одно мгновение много сил, но Твайлайт сразу направила все щепки в сторону Аваруса. Она была обязана задержать его хотя бы на секунду, если оставался шанс, что Нова пересечет границу.       Но гиппогриф тут же развернулся на спину в полëте и сложил лапы в цветке. Спиральное волшебство выбралось из его когтей, выжигая все щепки вокруг себя. А затем Аварус замахнулся одной лапой, где среди шерсти виднелись искры магии. Он выпустил ее вверх пламенным ударом, словно само продолжение своих когтей, с огромным натиском и скоростью. Твайлайт смогла увернуться только за счëт потери равновесия в воздухе, отчего мгновенно упала, довольно сильно ударившись плечом.       Аварус даже не стал добивать ее, а все так же бросился вперед за Новой. Кажется, при падении Твайлайт все же сильно ударила своë плечо, но, несмотря на это, заставляла себя вставать. Нужно остановить Аваруса! Однако вновь поспевать за ним она не могла. Поэтому, стараясь хотя бы поддержать расстояние на прежнем уровне, она беспрерывно стреляла в гиппогрифа магией.       Сначала тот на Твайлайт даже не реагировал, но через пару минут ему, очевидно, надоело ее чрезмерное вмешательство в его дела, но остановиться даже на секунду и дать бой он не мог, печать уже начинала обжигать тело, а значит, они были близко к границе.       Вся лапа Аваруса вновь засверкала от использования волшебства, но на этот раз черные искры свидетельствовали о явном использовании магии раздора в виде темной материи. С большим замахом Аварус выпустил ее в сторону Твайлайт, и она приобрела форму большой надвигающейся стены, пропуская сквозь себя деревья, но точно не саму Твайлайт. Такое использование волшебства использовалось только затем, чтобы увеличить расстояние между ней и Аварусом. Возможно, до воды или до самого Клужтауна, лишь тогда эта магия бы растворилась в воздухе. И поначалу Твайлайт действительно отлетала назад, думая сделать большой крюк в виде трех или четырех километров, но затем решила, что времени на это нет и нужно прорываться. Раздор не позволил бы ей телепортироваться сквозь себя, но его все еще можно было пробить.       Так же, как они уничтожали корабли Шторма, и так же, как действовал Фортис, сначала Твайлайт лишь небольшими ударами оставила определенную область, а потом нанесла один большой удар. Это позволило ей создать небольшое отверстие и пролететь сквозь него. И вновь оказавшись на нужной стороне, она направилась в сторону Аваруса и Новы, надеясь, что еще не опоздала.       Издалека увидела она лишь то, как Нова в один момент опустилась на землю, сложив крылья, а затем развернулась в сторону Аваруса, делая шаги назад. Твайлайт могла бы посчитать это опрометчивым поступком, если бы гиппогриф сам не остановился в двух метрах от нее и с озлобленным оскалом из-за боли посмотрел на правую лапу, а точнее — на печать, что предупреждала его о приближении к границе. Тогда Аварус сам шагнул еще назад на три шага, стараясь расслабить выражение своей морды.       — Дальше не можешь? — напрямую спросила Нова, отступая назад ещё на два шага.       — Рад, что ты остановилась, — услышала она ответ Аваруса. — Наконец-то можем поговорить, ваше величество. Или даже за границей ты так сильно меня боишься, что хочешь сбежать?       — Я хочу лишь одного: полюбоваться на тебя за решёткой Тартора, — сразу ответила ему жестким величественным тоном Нова.       — Тогда тебе следовало сделать это с самого начала, прежде чем дожидаться, когда я нападу на гору Арис через чужие лапы. Не хочешь исполнить долг королевы в защите своей страны? У меня есть дело, с которым ты можешь мне помочь…       Твайлайт очень не понравились его слова, особенно из-за того, что ради этого Аварус пришел даже на совет королей. И еще больше ее настораживало то, что она заметила в их разговоре: Аварус протянул вперёд одну лапу, явно в приглашении.       — Пойдем со мной, Нова, и я оставлю твою драгоценную страну в покое раз и навсегда, — весьма спокойно произнёс он.       Твайлайт хотела бы что-то крикнуть в ответ или как-то сбить с лап этого напыщенного гиппогрифа. Однако гора грязи сразу преградила ей путь. В ярости она разбила это порождение магии Аваруса и хотела устремиться вперед, но ее задние копыта сразу что-то обхватило и резко оттянуло тело назад. Через секунду Твайлайт оказалась прижата к стволу дерева, обхватываемая множеством магических нитей. Аварус явно не хотел позволить ей вмешаться в этот разговор, отчего аликорн только сильнее злилась.       — А что насчёт тебя самой? — вновь стал слышен голос Аваруса, который опустил лапу, до этого направленную в сторону Твайлайт.       В ту же секунду он щёлкнул когтями, и в стороне двух гиппогрифов возник приятный ветерок, который уложил растрепанную шерсть королевы, окончательно высушив ее, а также залатал полученную ей рану. Видимо, тогда Нова всё же что-то ответила Аварусу, отчего ему пришлось продолжить разговор.       — Могу обещать, я не делаю это из мести, — всё так же весьма спокойно и внушаемой интонацией проговорил он. — Обещаю, ты останешься жива и даже вернёшься на гору Арис в трезвом разуме, а еще я смогу вернуть тебе прежнюю молодость и силу.       — Да по что мне это? — Нова провела когтями по сложенной гриве. — Я до сих пор обворожительный гиппогриф.       Этот ответ заставил Аваруса скривить морду в раздражении и, Твайлайт была уверена, тихо прорычать. Теперь он не выглядел по-деловому расслабленным. Казалось, он перестал скрывать ярость и гнев, что переполняли его всё это время, начиная с возникновения на совете, заканчивая этим разговором. Перья гиппогрифа распушились, шерсть встала дыбом, оскалом он стал походить на орла или сокола. Его голос громыхал с неимоверной яростью:       — Ты испытываешь моë терпение! Я никому не позволю больше мне мешать! Если пойдешь со мной, то я пощажу Скайстар!       — Нет, — всё так же отрезала Нова. — Исследователи давно спëклись. Как и ты сам.       Рёв, который издал Аварус, мог соперничать с яростным львом. В гневе этот гиппогриф развернулся от границы и сделал два шага вперёд, задирая лапы с острыми когтями и поднимая взгляд к небу. Быстро же, однако, удалось вывести его из себя, сорвав эту деловую маску. Наверное, всему виной была не только ненависть к Нове, но и боль, что гиппогриф испытывал сейчас из-за пятикратной печати. Через секунду Аварус обернулся, вновь устремив свой хищный, пронзающий плоть на расстоянии взгляд в сторону королевы Новы. Твайлайт была уверена, что она от этого даже не вздрогнула. Ее стойкости следовало завидовать.       — Ты, как всегда, ужасно упрямая! — Аварус быстро направился назад к границе, сжимая когти. — Но времени тебя уговаривать у меня нет…       Твайлайт даже не хотелось знать, что это могло означать. Она тут же вырвалась из волшебных пут Аваруса с помощью собственной силы и полетела прямиком на гиппогрифа. Швырнув в него магический снаряд, она даже не смогла заставить его повернуть голову, но он все же отбил ее колдовство. Причем отбил, словно это был обычный попрыгунчик, что начал носиться из стороны в сторону, отскакивая то от деревьев, то от земли. И в один момент собственная магия вернулась к Твайлайт, заставив ее тут же отлететь назад на пару метров.       В груди от этого удара начало сильно ломить, и Твайлайт не сразу смогла прийти в ясность разума, поднимаясь на копыта.       — Аварус, стой!       Крик Новы заставил мгновенно пробудиться и увидеть то, что приковало аликорна к земле со страху. Она ощущала мгновенно подступивший холод и дрожь, когда видела, как удары молнии достигают земли горы Арис по велению Аваруса. Он стоял на месте с протянутой лапой, выставляя только один коготь, а Нова смогла только развернуться, с тревогой наблюдая за тем, что происходило в несколько десятков километров от нее. Аварус показательно и медленно водил когтем слева направо, отчего разряды молний следовали прямо за его указаниями. До воды он не добрался, остановившись словно для показательства, что вполне может продолжить и зайти дальше и глубже.       — Пойдем со мной, Нова, и я твои земли не трону, — вновь сказал он уже более спокойным тоном, за которым все же скрывалась жестокая ярость.       С делового разговора Аварус перешёл на прямые угрозы, отчего нельзя было больше позволять ему делать, что вздумается. Твайлайт, позабыв о боли, вновь направилась в сторону Аваруса, используя весь свой потенциал магии, что могла. Раньше на него подействовало заклинание Первого, так что мешало его применить сейчас?       — Оставь её!       Огромная магическая сила мгновенно обрушилась своим потоком вперед. От собственного натиска Твайлайт сама едва смогла устоять на копытах. А когда открыла глаза, то не увидела Аваруса вовсе. Неужели заклинание было столь сильным, что стерло его в пыль?       Однако из-под рва земли, оставленной магической волной, показалась сначала одна лапа гиппогрифа, потом вторая, а потом и всё тело. Аварус даже не стал стараться отбивать, видимо, лапа всё ещё болела с того раза, он просто спрятался и ничего более не предпринимал.       — Эта мошка уже начинает действовать мне на нервы, — произнес гиппогриф, выбираясь полностью с выставленной в сторону Твайлайт лапой.       Она ожидала его прямой атаки, даже расставила копыта и наполнила рог магией. Если нужно было ударить еще раз, она была готова это сделать. Но уже через секунду Твайлайт почувствовала, как горячая сила чужой магии поднялась с земли по ее передним копытам, затем по груди и остановилась у горла. А потом, вслед за движением лапы Аваруса, ее тело оторвалось от земли на метр. Он применил то же самое, что и тогда в лесу Аримаспи, когда Твайлайт сражалась против него вместе с Фортисом.       — Как же меня раздражают те, кто не могут здраво оценить свои возможности, — прошипел гиппогриф, пока аликорн безрезультатно дергала копытами и крыльями. — Как мило, у нас с тобой, Твайлайт Спаркл, появилось в один момент столько общего. Мы ведь оба так сильно ненавидим Урана, но ничего не можем сделать. Его судьбу решает кто-то вроде твоего дружка. Что же, я ничуть не хуже него могу посеять хаос…       С сгибанием его кисти Твайлайт ощутила, как сузилось на шее кольцо из магии, отчего начала интенсивнее дышать и еще резче дергаться в воздухе.       — … если избавлю Эквестрию от прямого наследника престола.       — Отпусти еë!       Хоть Нова и схватила Аваруса за лапу, поднятую лапу, но легче от этого Твайлайт не стало. Однако теперь внимание гиппогрифа перешло на другое существо, что было рядом и вновь пересекло границу.       — Какое отношение она имеет к нашей вражде? — рассерженно и громко спросила его Нова. — К тому, что ты стал проклят собственной магией?       — Ох, кто же именно взрастил во мне эту силу, не напомнить тебе? — спросил в ответ Аварус. — Получается, у меня есть еще больше причин злиться на тебя, Нова? Сколько твоих поручений я выполнил с ее помощью? Сколько раз я помогал твоему народу? Сколько лет я был оружием горы Арис, которое внушало страх другим странам, в том числе и Клужтауну? А ты все равно меня предала. Не забывай, сейчас ты называешь мою магию проклятьем только из-за того, что теперь ее сила обращена против вас. Но для меня волшебство стало великим даром, которым я принесу свое возмездие.       Его свободная лапа резко и крепко схватила королеву за подбородок, что уже заставило ее вздрогнуть, но не отпустить собственную хватку.       — Хочешь, чтобы я еë отпустил? — спросил Аварус. — Пойдем со мной.       Когда гиппогриф повторил это, то у Твайлайт по спине пробежали мурашки. Не хватало еще, чтобы Нова согласилась на его условия только чтобы сохранить свою жизнь. Но в тот же момент королева резко схватила его двумя лапами, поднявшись на копыта. Она намеревалась перебросить его через себя, отодвинуть к границе, заставить силой Аваруса еë пересечь!       Но у нее не хватило сил. Аварус просто сам бросил ее в сторону Твайлайт, отпустив последнюю. Он очень быстро понял ее намерения, поскольку прекрасно знал этого гиппогрифа. Он сразу поднял одну лапу, где вспыхнул магический огонь, смотря в сторону Новы и Твайлайт.       Нужно было пересечь границу, а не ввязываться с ним в драку.       Но это не потребовалось: прямо в когти Аваруса попала чужое волшебство, сбив ему весь настрой для удара и повредив лапу. Неожиданную атаку со стороны сотворил никто иначе, как король Ворак, приближающийся к гипогрифу. Он выстрелил в него еще раз, но Аварус смог увернуться, подпрыгнув и развернувшись прямо в воздухе с помощью крыльев. Однако при приземлении он не стал ничего делать, а только посмотрел на ранее пострадавшую лапу.       — Ты… — довольно тихо произнес он, глядя на Ворака.       Со стороны кентавра была произведена волшебная стена, что на манер прошлой должна была заставить Аваруса отступить еще дальше, но гиппогриф тут же щëлкнул когтями и растворился во вспышке света.       После этого ничего не происходило и не появлялось. Аварус просто ушел без лишних слов.       — Почему он сбежал? — задалась вопросом Твайлайт.       — Должно быть, снова почувствовал жжение печати, — предположила Нова. — Понял, что может попасть за границу в ходе драки.       — Вы в порядке? — обратился к ней Ворак.       Получив положительный ответ от Новы, король развернул свою голову к Твайлайт, якобы повторяя вопрос. Может ли быть такое, что от чистого приличия? Ей не хватило даже сил пододвинуть Аваруса ближе к границе горы Арис, где его капкан разорвал бы тело в ту же секунду. Твайлайт кивнула в таком же подтверждении, что всё хорошо, а потом вновь услышала голос Новы:       — Как вы узнали где мы?       — Дискорда пришлось уговорить перенести меня, — ответил сразу Ворак, весьма недовольно сложив лапы на груди.       — Вот как? Не за просто так я полагаю?       На это ответ не последовал, но следовало догадаться, что всё так обернется. Не для своих друзей Дискорд ничего не сделает просто так. Выходит, когда Аварус показал себя, у этого драконикуса уже созрел план, как можно вывернуть ситуацию в свою пользу. Именно поэтому он не помогал.       — Что он попросил взамен? — решила поинтересоваться напрямую Твайлайт.       — Ничего важного.       Ворак просто отмахнулся, из чего следовало, что другая часть договора могла быть важной. Однако больше расспрашивать его Твайлайт не могла, это было бесполезно. Отмахнется ли так же Дискорд? Что-то ей подсказывало, что такое будет возможно, но все же попытаться расспросить его позже стоило. Возможно, это могло быть что-то важное для Эквестрии.       — Я предполагаю, на этом собрание окончено? — вновь задала вопрос Нова.       — Да, — подтвердил Ворак. — Все сопровождающие обнаружены мёртвыми. Мы проведём повторное, когда всё утихнет и будет выработана более сильная система защиты от проникновений.       — Я вас поняла, — кивнула королева. — Надеюсь, это не затянется на слишком долгий срок. Проблема в виде короля Шторма меня все еще волнует.       Услышав последнее, Ворак в какой-то забаве усмехнулся, приставив одну лапу к подбородку, будто в раздумьях. И как же сильно это не понравилось Твайлайт, особенно из-за того, что раньше она не видела в нем такого поведения. Возможно, вне остальных морд Ворак мог чувствовать себя более раскрепощëнно. Он вернулся в прежнее состояние через секунду.       — Королева Нова, вы не высказались насчет моего предложения о помощи по поводу короля Шторма, — припомнил кентавр сразу. — Простите, что возвращаюсь к этой теме сейчас, но я не намерен сидеть в ожидании чего-то и идти сложными путями, когда всё можно сделать намного проще.       Ворак ищет себе сторонников или просто хочет убедиться, что каждая страна согласна на подобное участие в делах Шторма? Нова весьма задумчиво повернула голову в сторону горы Арис, наверняка взвешивая многое из прошлого. Еë народ больше всего пострадал от их атаки, а также один из изгнанных гиппогрифов лично сотрудничает с враждебной армией. У Новы в этом вопросе было больше кольев, и логично было напрямую поинтересоваться еë мнением и виденьем. Через пару минут она развернула голову к королю Вораку и начала говорить:       — Гора Арис часто страдала от соседства с Клужтауном. От пиратства птицеподобных до перекупок хищников — гиппогрифы больше всего гибли из-за обитателей этого города. Жители Абисинии также находились долгое время в подобном отношении с моей страной. Несмотря на то, что они решили капитулировать и готовы к сотрудничеству, я все еще не доверяю ни одному из них, что бы вы лично о них ни говорили. Моя страна чувствовала их покушение на жизни на протяжении многих тысяч лет.       — Да, — согласился спокойно Ворак. — Я прекрасно понимаю ваши чувства, именно поэтому решился спросить напрямую…       — Однако я доверяю вам лично, — сразу резко прервала его Нова. — Я не против, чтобы вы занялись разведкой и уничтожением армии Шторма. Гора Арис пострадала также очень сильно от его лапы. Если вам потребуются использование всех методов — я поддержу вас. Но если что-то произойдет — я буду всë отрицать. Ни один мой гиппогриф не станет вести с ними разговор, а уж тем более передавать информацию. Я не против использования вашего предложения, но не втягивайте гору Арис в это.       Когда у Ворака с этими словами королевы медленно возникла деловая улыбка, у Твайлайт прокатилась волна мурашек по спине. Как же ей не нравилась вся эта история. Она отмалчивалась на совете про это, все же считая, что высказывать мнение ей пока что рано.       — Примерно этого я и ожидал от вас, королева, — произнес Ворак. — Благодарю за подобную честность.       И когда он посмотрел на Твайлайт, она хотела провалиться на месте, так как ничего не хотела говорить.       — И теперь мне хотелось бы узнать, могу ли я рассчитывать на поддержку Эквестрии в этом вопросе?       Интересно, в каких они отношениях были с Селестией? Она никогда не говорила, что происходило между пони и кентаврами, несмотря на то, что сестры лично засадили одного из сыновей Ворака в Тартар. Наверное, нейтральные. И Твайлайт очень хотела бы верить, что король не таил обиды за всё случившееся с Тиреком.       — Боюсь, последний ответ должен быть от имени королевы, а не принцессы, — решила она соскочить с темы.       — Ваша коронация не стоит здесь ребром, — довольно жестко утвердил Ворак. — Только вы можете унаследовать престол Эквестрии, об этом нет разговоров. Вопрос стоял о движении солнца и луны, и вы предоставили на него четкий ответ. Ваша задача лишь удержать свою должность внутри страны. Ничего более. Так что же думает Эквестрия на счет короля Шторма сейчас? Вы — те, кто сталкивались с ним большее количество раз.       Что Твайлайт думала на предложение воспользоваться давними противниками всех нынешних народов, которые продолжали терроризировать многие государства? Ответ был один: ни при каких условиях. Доверять тем, кто на обед употребляет таких же пони, как ты сама? Твайлайт и не рассматривала этот вариант. Эквестрия смогла справиться со Штормом целых два раза. На их стороне были ведущие колдуны мира и огромная физическая сила в виде земнопони и грифонов, а также существа, способные изменять облик своего тела. Но даже в самом отчаянном положении она бы не нуждалась в помощи существ подобного рода.       И дело было не в гордости. Даже если бы они помогли, в последствиях лишь только укрепили свою власть на чужих территориях. И тогда настала бы новая война, уже с хищниками. Однако, как и говорил Ворак, они не просто так взяли и пережили трудное для них время. Наверняка эта война была бы еще сложнее, чем со Штормом.       Но Твайлайт сильно опасалась высказать своë мнение по поводу всего Вораку. Она не хотела с ним ссориться, да и к тому же, если кентавры внесут подобный вклад, то пони это может не коснуться лишь в одном случае…       — Я буду солидарна с королевой Новой, — утвердила Твайлайт как можно более четко. — Я не желаю иметь никаких дел с этими существами, но если вы действительно можете безопасно для всех воспользоваться их навыками, то это правда облегчит задачу.       Несмотря на то, что Твайлайт уверенно поставила точку в этом вопросе, для Ворака это оказалась запятая. Он ухмыльнулся в не присущей ему хитрости и задорности, не отрывая от неë глаз.       — Ваш идентичный ответ весьма любопытен, — произнес он. — Я ожидал бы услышать столь рациональный расчет сил от Селестии, но, видимо, вы и правда ее лучшая ученица.       — Это стоит воспринимать укором? — решила не отступать Твайлайт.       — Всего лишь наблюдением. Просто с дарованным вам титулом я не ожидал столь холодный ответ.       «С дарованным титулом» — что он мог иметь в виду? Звучало это больше разочарованием, но неужели Ворак ожидал, что все будут с ним согласны? И уходить он не собирался, только снова посмотрел на королеву Нову.       — Угрозы Аваруса в вашу сторону звучали весьма внушительно, — подметил кентавр.       — Попрошу вас не затевать о нем разговор, — серьезно попросила она.       — Я хочу лишь прояснить, что этот гиппогриф также выпустил на свободу одного из самых опасных заключенных моего королевства. Так что я бы хотел…       — В настоящее время Аварус не является частью горы Арис, поэтому вам не нужно мое разрешение на его задержание.       Твайлайт даже позавидовала могучему тону этой королевы, который оспаривал действия короля другого государства. Так уверенно она держалась перед ним, что Твайлайт думала о начале жесткой конфронтации. Но, видимо, Ворак согласился с утверждением Новы — ему не нужно еë разрешение.       — Я также планировала после совета обсудить с принцессой Твайлайт товарные дела между горой Арис и Эквестрией, — продолжила королева в том же духе. — С вашего дозволения…       С последних слов Ворак раздвинул лапы, а еще через секунду ушел при помощи переносящего заклинания.       — Иногда он совершенно не знает, когда стоит уйти, — проворчала Нова.       И все же не нравился этот кентавр Твайлайт. Возможно, это было остаточным ощущением после Тирека, но когда Ворак ушел, она почувствовала себя более лучше, чем раньше. Но раз Нова хотела что-то обсудить, то она обязана была остаться. К тому же Твайлайт все еще не знала, что необходимо горе Арис в обмен на лекарство.       — Королева Нова, — позвала ее аликорн. — Хочу поблагодарить вас за оказанную помощь с Умбрами.       — Это меньшее, что гора Арис могла сделать, — ответила она. — Я сочувствую вашей утрате и непростому положению в данное время.       — Благодарю. Ваши гиппогрифы могут остаться в качестве гостей до оговоренных ими сроков, после чего Эквестрия сопроводит их при помощи использования волшебства перемещения.       — Вас устраивают условия транспортировки нужных Эквестрии в данное время ингредиентов? — в ответ поинтересовалась Нова.       — Да, полностью, — с этим ответом Твайлайт один раз кивнула. — Всё было обговорено.       А после этого возникло молчание, отчего Твайлайт нервно перебегала глазами из стороны в сторону. Стоило ли продолжать обмен любезностями и спросить прямо, чего Нова от нее и Эквестрии хочет?       — Принцесса Твайлайт, — все же позвала ее первая королева. — Не стоило говорить об этом при короле Вораке, но вы правда не получали от Селестии никакого завещания?       Внезапно поднятая речь об этом вогнала Твайлайт в непонимание, отчего Нова для её успокоения приподняла одну лапу и сразу продолжила:       — Не поймите меня неправильно, мне абсолютно не интересно, что в нём находилось, это внутренние дела Эквестрии. Но ваш растерянный вид, едва тема зашла об этом…       — Конечно же нет, — печально склонила голову Твайлайт. — Вы сами слышали, подобный документ передался бы советом…       — И вы уверены, что она позволила бы другим государствам узнать о том, что отдала своей ученице?       Серьезный вопрос Новы заставил Твайлайт отогнать грустные мысли и вновь посмотреть на собеседницу. Ее уверенный тон почему-то предавал какую-то надежду. Вновь заставлял загореться ее потухшему пламени. Наверное, так и должна была выглядеть королева.       — Мы с вашей предшественницей знали друг друга долгое время. Поэтому я удивлена, что вы и правда ничего не получили. Уверена, она составила что-то заранее. И завещание существует. Но раз даже внутри Эквестрии никто не отдал вам его, то… Это явно что-то не простое.       Селестия могла что-то оставить, но доверила передачу кому-то третьему? И неужели за всё время у этого пони, или кто бы он ни был, не было времени подойти к Твайлайт и отдать письмо или даже вещь? Неужели сам забрал? Но кто это был? Почему именно он, а не совет или доверенное государством морда? И что же там тогда такое могло бы быть?       А может быть, завещания все же не было?       — Королева Нова, я очень благодарна вам за помощь и данные слова, — решила Твайлайт всё же высказать ей уважение. — Но что вы преследуете? Что нужно горе Арис от Эквестрии?       Быть может, это все еще было слишком прямо, но Твайлайт не знала, какими путями могла тихо и медленно пробираться к ответу. Да и знать все хотела прямо сейчас, чтобы не стало для нее сюрпризом в будущем.       — Мне необходима сила ваших магов…       И всё же она не ожидала прямого ответа от Новы. Особенно когда она начала всё объяснять:       — …Против Аваруса. Я прошу ответной помощи против изгнанного гиппогрифа.       — Вы хотите бросить ему вызов? — решила всё же уточнить Твайлайт.       — Я сама взрастила для горы Арис врага, который во много раз превосходит её по силе. В данный момент Аварус совершил покушение не только на королевскую династию, но и на всех жителей горы Арис. Ради проведения приговора я готова снять с него пятикратную печать и вернуть на родину, но только для того, чтобы изгнанный гиппогриф понес ответственность за свои действия. Намного большую, чем тысячу лет назад.       Нова как-то упоминала Тартар, да вот только, чтобы засадить туда преступника, снятие пятикратной печати не было критерием, ведь это место не принадлежало конкретному государству, оно принадлежало совету королей. Гасти воспользовалась им только из-за своего статуса, никто не мог ей ничего сказать или сделать. И Нове тоже не надо было насчет этого волноваться.       Так зачем же было снимать печать, если оставалась высокая вероятность, что этот гиппогриф сразу ворвëтся на родину и воспользуется магией? Всё, что останавливало Аваруса сейчас, — два капкана на его теле.       Но Нова не стала ничего говорить, ссылаясь на то, что это уже будут дела горы Арис. И с этим Твайлайт не могла поспорить. Как и не могла поспорить, что для нее лично Аварус также является противником. И она даже не побоялась сказать, что самым ненавистным из всех. Даже если сам гиппогриф не считал ее важным врагом, это считала Твайлайт. Поэтому в нужный день и час она была готова объединить свои силы с горой Арис и одолеть этого гиппогрифа.