сказ о наследниках

Весь дворец был в предвкушении предстоящего праздника. На ушах стояли все: от слуг до самых близких помощников королевской семьи, и каждому хотелось внести свой вклад в предстоящее празднование. День рождения Джисона ознаменовался не только праздником по случаю дня рождения, но и важным объявлением, ведь было принято решение огласить новость о том, что именно Сон станет следующим королем. — Поверить не могу, что ты так просто согласился, — король нервно тер переносицу, подписывая указ под надзором Уджина. Королевские приближенные уже были в курсе насчет ситуации в семье, поэтому дело оставалось за малым: подписать указ и огласить его в день рождения среднего принца. Бал должен был наступить уже завтра. Джисон действительно сильно переживал по его поводу, но не показывал этого ни при ком, кроме Минхо. Все переживания ложились на дно при посторонних и даже близких людях. Только его омега был для него спасительным местом от суеты вокруг. — Это не было простым решением, отец, — возразил Джисон, чуть краснея и почесывая пальцем щеку. Бан Чан изогнул брови в удивлении. — Ну, то есть, я предполагал, что так будет. Нужно было продумать несколько вариантов. — Ах, вот оно что, — белокурый мужчина рассмеялся, из-за чего кудри на его голове слегка затряслись, словно от легкого ветра. — Не могу воспринимать тебя не как милого маленького мальчика. — Сможешь через время… придется, когда нужно будет передать полномочия. Надеюсь, ты не будешь тянуть до самой старости? Я очень хочу, чтобы ты отдохнул от этого, — протараторил альфа, приподнимая подбородок и наблюдая за отцом. Бан Чан задумчиво хмыкнул. — Я прошу тебя. Не как будущий король, а как сын. — Мне еще многому предстоит тебя обучить, сынок, — внезапно строго добавил мужчина, опуская руку на книги и протягивая их Феликсу, что стоял рядом. — Я знаю, отец. Я готов.

***

Джисон сидел в своей комнате, слегка разминая пальцы. Дело близилось к вечеру, и альфа чувствовал, как руки потихоньку начали неметь и холодеть от волнения. Парень кусал губы, сидя в тишине. Мысли роились разные: он помнил, что еще полгода назад для всех в королевском дворе он был лишь «омегой с генами альфы», а сейчас — уже завтра — ему предстояло объявить народу, что он станет преемником Великого Короля Бан Чана. Он прикрыл веки. Грудь была готова разорваться на части от переживаний. Альфа еще раз судорожно вздохнул, начиная заламывать пальцы и хрустеть ими. По сути, кампанию по «распространению последних новостей» отец уже начал, а значит, к части новостей народ был готов. Но государство было уязвимым из-за того, что многие могли бы подумать, что в рядах королевской семьи сейчас смута. Средний принц опустился спиной на диван и запрокинул голову, пребывая в своих собственных мыслях. Он обязательно продолжит свою тактику добычи информации путем молчаливого наблюдения, но при восхождении на престол у него не будет такой возможности. Тем более, завтра должно было случиться еще одно важное событие… Внезапно дверь с тихим скрипом отворилась. — Ангел мой, как ты? — из-за двери показалась серебристая макушка старшего принца. Джисон ответил рваным выдохом и зарылся лицом в ближайшую подушку. Минхо, грустно улыбнувшись, вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Послышались шаги. — Я рядом, да? Рассказывай. — Да не о чем рассказывать, все то же самое, — тихо пробурчал альфа из-под ткани, в очередной раз вздыхая. Его свободную руку тут же поймали и поцеловали. Он моментально вскочил, роняя подушку. — Уже завтра, представляешь?! А ведь это мог бы быть просто мой день рождения, без особых известий! — Не нервничай так, будто мы собираемся завтра еще и о наших отношениях объявить, — внезапно сказал принц Ли, улыбаясь одним уголком губ. Джисон сделал страдальческое лицо. — Да и вообще… я думал о том, что я бы вовсе не хотел объявлять о них. Никогда. — Думаешь, лучше оставить людей в неведении? — вспомнив о том, что альфа хотел сделать завтра, он прикусил нижнюю губу. Он поднялся. — Счастье любит тишину, — тихо ответил Минхо, продолжая сжимать чужую руку. Он приблизился и коснулся кончиком носа чужого, а после оставил нежный, легкий, словно бриз, поцелуй на чужих губах. — Я хочу, чтобы в курсе были лишь близкие люди. Тем более, таким образом, у тебя появится шанс при случае заключить фиктивный брак. «Не получится», — пронеслось в голове младшего. Он нахмурился, выкидывая из головы фразы про фиктивный брак. Ему не нравилась эта идея. Но, похоже, Минхо было не принципиально вступать в открытый брак, и это немного напрягло младшего — они ни разу не затрагивали тему свадьбы, но ему, вообще-то, действительно хотелось бы ее отпраздновать. — Я уважаю твои чувства, — альфа поцеловал возлюбленного в ответ, чуть улыбаясь. — Если тебе так действительно будет комфортнее. Минхо кивнул, чуть отстраняясь. Он лукаво улыбнулся, не сводя глаз с любимого. В медово-карих глазах напротив омега видел вселенную. — Так значит, ты уже официально будущий король? — Получается, что так, — Джисон расплылся в улыбке, замечая чужую реакцию. — Тебе нравится, как это звучит? — Очень, — серовласый вновь двинулся ближе и глубоко поцеловал младшего, проходясь языком по его губам. Альфа неожиданно уверенно ответил на поцелуй, заставляя Минхо сесть ближе и надавливая на его затылок. Старший блаженно выдохнул — эту сторону Джисона он любил до безумия. — Я тобой горжусь. — Ты повторяешь мне это всю последнюю неделю, — прерывисто ответил Сон, продолжая целовать старшего. Тот улыбнулся в поцелуе. — И буду еще очень долго, — Минхо положил руки на чужие плечи. — Проведем немного времени вместе? — Спрашиваешь, — средний принц вновь припал к чужим губам, искренне наслаждаясь их терзанием. Омега, чувствуя, как в душе взорвались тысячи фейерверков, хитро улыбнулся и обнял Джисона крепче.

***

Чонин сосредоточенно выводил линии на клочке бумаги, изредка посматривая на цветы перед собой. Младший принц лишь недавно понял, что очень мало времени начал проводить с самим собой из-за того, что постоянно был с Хенджином; поэтому, по своему собственному предложению, до дня рождения Джисона они решили провести немного времени отдельно друг от друга. Чонин ударился в саморазвитие, каждый день рисуя различные растения в саду. Недавно ему подумалось, что он бы хотел сделать собственную книгу о растениях в Скинцилладипе. Ему действительно была интересна ботаника. Однако сейчас он ждал Сынмина на встречу. По ощущениям, альфа не видел его уже около ста лет: у них редко получалось встретиться, потому что господин Уджин решил обучить сына делам советника и председателя Совета при короле. С тех пор, как у Сынмина началось новое обучение, французский пришлось отложить. Вероятнее всего, старший Ким планировал покинуть пост приближенного к королю в момент, когда Бан Чан пересдаст престол сыну. Тем не менее, этот вопрос пока не был решен и оставался в подвешенном состоянии. По крайней мере, до объявления людям о решении королевской семьи. Тем более, внезапно, альфа стал проводить больше времени со своим истинным. И Чонин признавал, что соскучился по лучшему другу. Он был уверен в том, что общение с Сынмином не станет неловким даже из-за того, что они очень давно не общались: младший Ким был потрясающим и ответственным человеком, словно давние, но очень приятные воспоминания, которые остались в памяти детально. Черноволосый бета был для Чонина ранее кем-то вроде спасательного круга от душного дворца, а теперь младший Хан научился спасать себя самостоятельно. Так получилось, что его возлюбленный стал катализатором глобальных изменений в Чонине, и он искренне надеялся, что его давний друг это примет. — Красная макушка, давно тут сидишь? Младший принц закатил глаза и улыбнулся, не сводя глаз с бумаги. Сынмин осторожно сел на скамейку рядом, заглядывая через плечо. Он удивленно вскинул брови. — Не ожидал, что ты даже не поздороваешься, — наигранно фыркнул Чонин, не отвлекаясь от своего занятия. Сынмин закатил глаза. — Я так давно тебя не видел, ты еще и пришел с улыбкой. Многое поменялось? — И да, и нет, — черноволосый смущенно улыбнулся, всеми фибрами чувствуя, как Чонин стал сильно увереннее. Словно перед ним сидел не тот самый маленький альфа, а уже совсем другой человек. Младший, наконец, перестал чертить и поднял глаза на друга. — Я тут познакомился с одной бетой… — Ах, вот оно что, — Чонин просветлел, ярко улыбаясь. Сколько он себя помнил, Сынмин предпочитал ничем не делиться с близкими людьми — он выбирал путь тихого слушателя, чаще думая и мечтая о чем-то своем в тишине. Принц был действительно рад, что его друг решил поднять тему своих новостей раньше, чем он начал бы расспрашивать его. Обычно молчаливый, сейчас бета выглядел действительно счастливым. — Расскажешь? Сынмин выдохнул, поворачивая голову. Нетрудно было догадаться, что он все еще не привык делиться своими чувствами, но сейчас радость настолько переполняла его, что он действительно был готов рассказать обо всем. Чонин убрал бумажку в карман. — Там такая история… Ты не представляешь, эта девушка вообще не похожа на кого-то из дворцовых фрейлин. Я впервые увидел ее, когда она отстояла справа одной девушки-омеги перед альфой-дворянином. Е Рури за словом в карман не полезет, она очень смелая. В тот день мне хватило чести подойти к ней, а затем заговорить с тем альфой и сказать, что он поступил очень низко, заставляя девушку чувствовать себя неловко. Особенно, в рамках нового закона… Бета очень резко вошел во вкус, не давая Чонину и слова вставить. Сынмин рассказал о том, что в тот день Рури сказала, что не хотела бы прятаться за мужчиной и сама может отстоять себя. Девушка была бойкой и, в каком-то смысле, нахальной, и это так сильно понравилось Киму, что он искренне захотел узнать ее поближе. Однако зачастую за сильными личностями прячется разбитый, несколько раз поломанный человек. И это не было чем-то удивительным — девушка-бета, отличающаяся от преобладающего большинства девушек-омег, очень просто стала объектом издевательств в дворянской школе. После знакомства с Рури Сынмин почувствовал, что не может так открыто говорить о своих страхах и мечтах. Он впервые решил поделиться именно с ней — и она его поддержала, но внешне осталась все той же бойкой прямолинейной девушкой. Видимо, эти события сильно изменили картину мировоззрения черноволосого, поскольку эмоций на его лице явно стало больше. — Я очень рад за тебя, правда, — младший принц расплылся в улыбке, поддерживающе похлопывая друга по плечу. Ким выдохнул, внезапно сморщившись. Он посмотрел на небо. — Дождь начинается. Чонин поднял голову, нахмурившись и всматриваясь в серые тучи, которые резко затянули небо. Брови дрогнули, и он беспечно пожал плечами, сжимая губы в полоску. Поднялся ветер: кроны деревьев сильно качались в такт дуновениям, чуть скрипя. Принц вздохнул, не двигаясь с места и чувствуя, как на кончик носа приземлилась холодная капля. Он дернул головой. — Я не хочу уходить, — в знак протеста он сложил руки на коленях и посмотрел вперед себя. Сынмин изогнул бровь в немом вопросе. — Никуда не пойду. — Под дождем хочешь сидеть? — бета, явно не стесняясь нахальных изменений в своем тоне, надул губы. Чонин коротко кивнул. — А если заболеешь? У среднего принца завтра день рождения. — Не заболею. Я хочу побыть с тобой, — младший нахмурился и вздернул подбородок, чувствуя, как на голову приземлились еще несколько капель. Бета насмешливо улыбнулся. — Мы с Хенджином столько всего сделали вместе. И с братьями… Мне кажется, что все кардинально изменилось. Дождь начал моросить, и будничные брюки красноволосого немного намокли. Он продолжал: — Мне кажется, что я все время до Хенджина жил, словно под водой. Он слишком хороший, иногда мне кажется, что я и вовсе его не заслуживаю, — проговорил младший. — До меня доходили слухи, что последние два месяца вокруг тебя не менялись слуги, а от нянечек ты вовсе отказался, — подтвердил бета легким кивком. Ветер колыхнул его черные волосы и поднял их вверх. Чонин улыбнулся, но поправлять не стал. — Так и есть. Отпала необходимость, у меня другие заботы сейчас, — альфа дернул плечами на вдохе, устремляя взгляд в небо. — Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Он доверяет мне, мы проводим много времени вместе… и некоторые альфы при дворе перестали смотреть на него свысока. Это именно то, что он заслужил. — Ты очень вырос как принц и как альфа, Чонин, — заключил Ким с легкой улыбкой. Принц перевел взгляд на него вновь, чуть краснея и ощущая, как дождь начал набирать обороты. Волосы намокли и прилипли ко лбу, но он даже не думал вставать и бежать в сторону дворца. — Точно не стоит сбегать за зонтом? — Нет, — младший закатил глаза и опустил голову на плечо друга, заставляя его сидеть на месте. Бета тяжело вздохнул: и, все-таки, некоторые вещи остались прежними. Или, может быть, Чонин привык быть вредным только с ним? И что же взбрело в голову принцу сейчас, что он хотел провести время под дождем… А младший лишь думал о том, что никогда в жизни прежде не был на улице во время дождя. Он вспоминал, что раньше его не выпускали из-под надзора отца, не давали свободы действий, из-за чего капризный характер давал о себе знать в разы чаще. Сейчас, чуть ослабив хватку из-за множества факторов, король, наконец, дал сыну больше самостоятельности. Чонин чувствовал, что на этом фоне ему не нужно было лишний раз отстаивать свои границы и злить людей вокруг себя. Дождь шел, волосы и одежда окончательно намокли, но на душе было очень спокойно. Несмотря на то, что они с Сынмином пережили очень много событий за такой короткий период времени, Чонин чувствовал, что они все так же были друг другу близки. И это стоило очень дорогого. Принц помнил, как раньше из-за того, что их характеры не сходились, они дрались. Поводом могло стать что угодно: неправильный тон Сынмина или его издевательское «красная макушка», брошенное бранное слово со стороны младшего, и множество других вещей. Тем не менее, парни продолжали дружить, а вскоре манеры беты вытеснили его эмоции и смешное прозвище. Был период, когда Сынмин звал Чонина исключительно на «Вы», и сказать, что принцу это не нравилось — это не сказать ничего. Красноволосый искренне радовался, что некоторая детскость вернулась в характер его верного друга. В очередной раз в голове пронеслась мысль о том, что люди меняют друг друга — осознанно или нет, кто знает? Но новые знакомства явно могут помочь человеку достать из него те качества, о которых он сам не догадывался. Особенно, если новые люди приносили за собой новые чувства. Особенно, если этими чувствами была влюбленность. Чонин приоткрыл один глаз, искоса посмотрел на Сынмина и улыбнулся самому себе. Такой родной и будто незнакомый вовсе, черноволосый бета, почти полностью промокший до нитки (и даже не думающий куда-то уходить), сидел, прикрыв веки и расплывшись в улыбке. Принц вновь закрыл веки и расслабился. Он обязательно напомнит самому себе позже проводить с Сынмином больше времени. А Сынмин думал о том, что его некогда маленькая красная макушка сейчас превратился в прекрасного, достойного альфу. Он всегда был добрым парнем, конечно, не без своих недостатков — но изменения, которые претерпел характер Чонина, искренне удивили бету. Кто знал, что основное влияние на такие изменения должна была оказать любовь к истинному и семье?

***

Джисон смотрел на себя в зеркало. В ответ на него смотрел статный молодой человек с красиво уложенными каштановыми волосами и спокойным, уверенным взглядом. На нем был красный камзол, расшитый золотыми нитками и бусинами. Из-под него немного выглядывала белоснежная блузка с кружевами на вороте и рукавах. На ногах были красивые черные высокие сапоги из кожи. Принц вздохнул. Сегодня его двадцать второй день рождения. Сегодня важный день. Он поправил воротник и повернулся в сторону двери. Принц теплил в душе искреннюю надежду о том, что Минхо не додумается идти к нему в комнату с самого утра. С этими мыслями он еще раз коснулся небольшой коробочки в кармане и тяжело выдохнул. Нужно было дождаться вечера, хоть и хотелось прямо сейчас вбежать в его комнату и обо всем рассказать. Парень еще раз обернулся к зеркалу, унимая дрожь в пальцах. Внезапно в дверь учтиво постучали. — Войдите! В комнате оказался Хенджин. Наблюдая за движениями через зеркало, средний принц вскинул брови и обернулся. Омега улыбнулся, подходя ближе. — С днем рождения, Ваше Высочество, — он насмешливо низко поклонился и тут же поправил челку подушечкой пальца. Этот жест уже казался насколько родным и привычным для черноволосого, что Джисон расплылся в теплой улыбке. — У Вас все готово? — Да, я все положил, но решил немного переиграть: мы с ним поговорим вечером на крыше. Я уже предупредил его, что после бала у нас свидание, где мы будем смотреть на звезды, — казалось, на одном выдохе проговорил альфа. Хенджин испуганно похлопал ресницами и напряг плечи, удивляясь такому нервному настроению именинника. Все время до бала Джисон ходил по дворцу в достаточно уверенном настроении, однако, судя по всему, беда пришла ближе к самому событию. — Отчего Вы так переживаете? — омега склонил голову набок и осторожно подошел ближе. Он положил руки в кружевных перчатках на чужие плечи и с небольшой силой надавил на них, заставляя расслабиться. Средний Хан тут же обмяк в его руках. — Вы думаете, после всего, что произошло между вами, Минхо откажет? — Я не могу предугадать реакцию, боюсь, что ему что-то не понравится, или я вовсе тороплю события. А если он попросит повременить со всем этим? Я не знаю, мне кажется, что я слишком резко бегу в будущее, — принц тяжело выдохнул, складывая ладони вместе. Волна воздуха прокатилась по всему его телу от плеч до живота. Все говорило о том, что он безумно нервничает. — Не пытайтесь предугадать будущие события и не берите ответственность за решения Минхо, — Хенджин аккуратно кивнул, грустно улыбаясь и заглядывая в глаза. Джисон сжал губы в тонкую полоску. — Более того, Вам еще нужно повеселиться на балу в честь своего дня рождения. Насладитесь этим временем сполна. Средний принц еще раз громко выдохнул, расправляя на самом себе одежду. Он сложил руки в замок и возвел очи горе, молясь всем известным ему святым предкам драконам. — Джисон! Резким дуновением дверь в комнату среднего принца распахнулась. Хенджин тут же отпрянул от него, ошарашенно глядя в сторону источника шума. На пороге стоял слегка потрепанный Минхо, который, увидев странную парочку вместе, тут же изменился в лице. — Вообще, я зашел сказать, что с Чонином что-то случилось, но что вы тут делаете вместе?.. — С Чонином? — глаза Хенджина моментально расширились, и он пулей вылетел в коридор, оставляя за собой лишь небольшой ветерок. Джисон нахмурился и приобнял Минхо за талию, предлагая ему выйти. — Я расскажу позже, — шепнул альфа, закрывая за собой дверь. Пара проследовала в соседнюю по коридору комнату, которая не была закрыта (вероятно, после вторжения черноволосого омеги). Средний принц прошел внутрь, моментально чувствуя, насколько тяжелый в ней стоял воздух. Где-то в глубине комнаты переплелись два дыхания: одно тяжелое, а второе более прерывистое, резкое. Запах мороза чуть притих, и Джисон сию секунду понял, что случилось: младший принц заболел. — Ты все-таки гулял вчера под дождем? — раздосадованным шепотом проговорил Хенджин. Старшие подошли ближе, замечая на постели развалившегося под одеялом Чонина, волосы которого красным пожаром разлетелись по подушкам. Джисон расстроенно выдохнул, чувствуя, как жар прилил к щекам. Омега у кровати приложил ладонь, с которой была снята перчатка, к чужому лбу. — Да у тебя жар! Святые… — Я уже позвал лекаря, — раздосадовано сказал серовласый, складывая руки на груди и обнимая себя. — Мне очень жаль, видимо, ему придется остаться в постели сегодня. — Здоровье в приоритете, — сказал Джисон, смаргивая с лица искреннюю грусть. Тем не менее, ему хотелось, чтобы его младший брат скорее поправился. Минхо, словно ощутив его грусть на себе, тут же оказался рядом и приобнял возлюбленного за плечи. Хенджин все еще сидел у кровати, кусая губы и прикладывая ладони к лицу своего альфы. Чонин слабо улыбался, считая, что слова излишни: да и сил не было для того, чтобы сейчас говорить о чем-то. Он лишь мимолетно поцеловал чужую руку, двигая головой в ее сторону и прося ласки. Омега, грустно улыбаясь и качая головой, гладил его. Врач пришел очень быстро, оповестив принцев о том, что король уже тоже поставлен в известность и скоро подоспеет. Также он попросил старших выйти, со скрипом согласившись оставить в комнате истинного омегу Чонина (и то, лишь потому, что красноволосый принц начал протестовать). Джисон слегка расстроенно смотрел перед собой, стараясь вовсе не трогать один из своих карманов, словно боялся огня. Минхо склонил голову, стараясь заглянуть в чужие медово-карие глаза. — Ангел мой, ты так сильно расстроен? — Да, кажется. Еще и нервы на пределе, — он поежился, словно от сильного холода, а затем сфокусировал взгляд на серовласом. Старший улыбался ему, но в глазах все равно читалось беспокойство. — Спасибо, что ты рядом. — Со мной ты можешь нервничать, сколько душе угодно. Ты сильный, обязательно справишься сегодня, — омега опустил руку на чужую скулу, проводя по ней большим пальцем. — А почему… Хенджин был в твоей комнате? — Забежал спросить, как дела, и сильно ли я волнуюсь, — Джисон заметно сильнее напрягся, сжимая губы и начиная их кусать в попытках уйти от ответа. Тут же дверь в комнату младшего отворилась, и оттуда вышел лекарь. — Как он? — Обычная простуда, зря нервничали, — мужчина добродушно улыбнулся. Его седые волосы на висках качнулись из-за изменений положения мышц на его лице. — Он у вас сильный парень, за пару дней отдыха оправится. Но ему нужен постельный режим и уход. Кажется, эмоциональное состояние повлияло на физическое. Принцы грустно улыбнулись и поблагодарили мужчину, который тут же предпочел удалиться. Кажется, ему не нравилось находиться в месте, где сразу несколько запахов людей переплетались от нервов. Больше всего он морщил нос рядом с Джисоном — что, в общем-то, было совершенно неудивительно. Из комнаты вышел Хенджин. — Ваше Высочество… — Останься с ним, Хенджин, — кивнул Джисон, дергая плечом. Омеги вопросительно уставились на именинника. — Я знаю, что ему так будет спокойнее. — Нам, вообще-то, тоже, — съязвил Минхо, вскинув одну бровь. Как бы сильно альфе не хотелось этого признавать, но старший был прав, и спорить было бесполезно. Тут по коридору послушались шаги: пришел король. Принцы кратко пересказали отцу, что успело произойти. Бан Чан сжал пальцами переносицу и зажмурился. Хенджин обнял себя, в беспокойстве бегая глазами по полу. В короле явно боролись сразу несколько мыслей, и он не знал, к какой лучше склониться. Джисон похлопал отца по плечу. — Я думаю, что Хенджин должен остаться с ним сегодня, — средний принц поджал губы, глядя на Бан Чана. — Я вижу, что он с ума сойдет, если пойдет на бал без него. В целом, ничего страшного, мне важнее, чтобы он выздоровел в спокойствии. — Я согласен, — сказал король с тяжелым выдохом. Его взгляд — по-отцовски обеспокоенный и немного строгий — лег на Хенджина, который тут же расправил плечи и благодарно кивнул. — Мне жаль, что так получилось. — Прошу, только не ругайте его, — внезапно подал голос омега, хватая короля за рукав. — Он только недавно получил глоток свободы, может, этот дождь будет для него хорошим испытанием и воспоминанием. Не нужно так оберегать его, — черноволосый дворянин посмотрел умоляющими глазами прямо королю в лицо, который, немного опешив от такого откровения, лишь кивнул. Мужчины, обсудив то, что если что-то случится, Хенджин имел право позвать лекаря или слуг, разошлись. Черноволосый вновь оказался в душноватой комнате возлюбленного, который успел задремать, пока семья перед дверью решала, что стоит делать. Принцы и король решили не беспокоить младшего до вечера, сократив его контакты и затраты энергии к минимуму. В руках омеги была вся забота о больном, чему он, конечно же, был несказанно рад. Это действительно придало ему больше спокойствия. — Хенджин… Омега встал с дивана напротив кровати принца и подошел к нему, забирая его руку в свои ладони. — Ты останешься со мной сегодня? — чуть хрипя, Чонин приоткрыл глаза и посмотрел на дворянина. Тот кивнул, улыбаясь и поглаживая чужую руку. — Но почему… там же бал? — Дурак ты, — прошептал черноволосый, приближаясь и убирая с чужого лица налипшие от пота красные пряди. Он сел на край кровати, нежно смотря в чуть приоткрытые лисьи карие глаза перед собой. — Выздоравливай скорее и не болтай глупости. Младший принц послушно замолчал и снова закрыл глаза, не собираясь говорить о том, что он прекрасно слышал диалог, что перед этим произошел перед дверьми в его комнату. Его немного ослабевшее сознание с трудом признавало, что Хенджин пошел на то, чтобы лезть к его отцу с советами. Эти советы были во благо младшего, поэтому ему не верилось, что омега пошел на это ради него. Черноволосый еще немного погладил чужое лицо и наклонился, целуя в макушку. Чонин, вообще-то, очень сильно не любил такие поцелуи, и всегда громко возмущался, если его целовали в волосы. Почему-то в этот раз возмущаться не хотелось. Хенджин же хотел встать, но младший удержал его за руку, не открывая глаз. Омега расплылся в нежной улыбке и сел обратно. — Люблю тебя, — на выдохе произнес он, укладывая руку с длинными пальцами себе на колени. Поглаживая мягкую кожу, он даже не заметил, что в этот момент альфа восторженно приоткрыл глаза, чуть сильнее краснея. Хенджин редко разбрасывался такими словами, и подобное слышать от него действительно было чем-то, заставляющим трепетать все внутренности и выздоравливать скорее.

***

Минхо и Джисон стояли за закрытыми дверьми в зал, в котором уже собралось множество гостей. Король уже поприветствовал их, несмотря на то, что обычно на официальных приемах сначала в зале появлялись принцы. В этот раз все было иначе, поскольку день рождения был далеко не самым обычным. Сквозь щель просачивался яркий свет зала, и принцы стояли, изредка поглядывая на него и прислушиваясь к звукам музыки оттуда. Они молчали, каждый стоя в своих мыслях. Минхо действительно беспокоил факт, что у Хенджина с Джисоном появились какие-то секреты от него. Средний принц и без этого был довольно нервным последние несколько дней, а сегодня и вовсе рядом с ним будто слетел с катушек и избегал прямых ответов на вопросы. Еще несколько попыток получить ответы были пресечены, и старший вовсе бросил это дело, оставляя эти мысли на вечер. Сейчас он предпочел молчание. — Так давно не был на балу, — начал младший, смотря перед собой в ожидании. Минхо повел ухом и глянул в его сторону краем глаза. — Надеюсь, что это все не зря. — Ты сегодня главный гость этого бала, — немного расстроенно, без возможности спрятать грусть в голосе, ответил Минхо. Джисон сдержанно кивнул, поджимая губы. — Да… но совершенно не хотел бы быть в центре внимания. — Ты справишься. За дверьми послышалась возня. Парни вытянулись по струнке, и до их ушей донеслось: «Просим почтения, ведь сейчас в зале появятся старший принц Ли Минхо и средний принц, именинник, Хан Джисон!» Пара переглянулась и улыбнулась друг другу. И двери распахнулись.