"Спасти сержанта Барнса" или как искупить вину

Пеппер вела Морган за руку, держа в руках кленовый венок с полевыми цветами. Позади нее шел Хэппи. Несмотря на потрясающе теплую солнечную погоду, эти люди, окружающие меня, одетые в черное, были полны печали. Пожалуй, я, отчасти, тоже. Женщина опустила венок на воду, крепко сжимая дочь. Мы провожали его взглядом, понимая, что вместе с этим венком уходит эпоха — Энтони Эдвард Старк пожертвовал собой ради миллиардов людей, чтобы мы жили счастливо, согревая сердца друг друга. Уилсон, похлопывая Баки по плечу, очевидно, успокаивал прежде всего себя. Барнс оглянулся: я стояла рядом с Ником, которого не видела уже сколько… Пять? Шесть лет? Он тоже рассыпался, надо же. Почти такой, каким я его помню, только во взгляде будто что-то… Отличалось. Хотя может мне и кажется? Пережив столько всего, воспоминания могли затереться, потерять былую четкость. В любом случае я ему была рада. Теплый взгляд Джеймса, лучащийся любовью, успокаивал меня. Я больше не ощущала себя разбитой, уничтоженной обстоятельствами. Мне, наконец, хотелось жить. И не ради какой-то цели или плана, а для себя. — Ну же, Стив, в этом нет ничего сложного! — я хлопаю левой рукой ему по плечу. Правую он сжимает в своей. — Я боюсь наступить тебе на ногу! — возражает Роджерс, ладонь чуть выше моей талии. — Уж кому, а ей твои ноги не страшны, — улыбается Барнс. — Она выдержала целое здание. — Это ничего не меняет, — продолжает Стив. — Все еще плохая идея. — Хорошая это идея, — улыбаюсь я. — Кто, если не я? — я поворачиваюсь к Баки. — Включай. Барнс жмет на кнопку и из колонок льется музыка. Это вальс. — Давай, на три счета, — подбадриваю я. — Раз — одна нога, два — вторая, три — в сторону. Быстро, быстро, медленно, — озвучиваю движения. — Мне проще тебя поднять, — напряженно проговаривает Роджерс, глядя под ноги. — У тебя прекрасно получается, продолжай, — улыбаюсь я. Кэп осторожно вышагивает схему, посматривая на ноги. Один круг, второй, третий уже увереннее, на четвертом почти ведет. — Так держать, Стив. Я предпочла бы наблюдать за этой картиной издалека, но Джеймс почему-то попросил быть рядом. Стив, Сэм, Баки и Брюс развернули небольшой вариант машины для прыжков во времени посреди поляны у озера. Захватив с собой чтиво, я привычно опустилась на землю под деревом. — И помни: камни нужно вернуть в то время, откуда их взяли, — дает профессор Халк наставления Стиву. — Иначе понаоткрываешь окон малоприятных реальностей. — Не бойся, Брюс, — Роджерс кивнул, — лишнее отсечем. На мгновение мне показалось, что я в сороковых, где армия Шмидта скандирует «Отсечешь одну голову, на ее месте вырастут две». Встряхнув головой, чтобы отогнать назойливые воспоминания, я взглянула на Стива. — Я ведь пытался, — угрюмо рассуждает Бэннер. — Тогда, с камнями, с перчаткой, попробовал вернуть ее, — он отрицательно качает головой. — Мне ее не хватает. — Мне тоже, — соглашается с ним капитан. Нередко и я вспоминаю госпожу Романову, которая каждый раз дергалась, когда я обращалась к ней в такой старой русской манере. — Могу составить компанию, только надену дурацкий комбез, — юморит Уилсон. — Спасибо, Сэм, но тут я сам, — в этот момент у меня закрадывается мысль, что Стив прощается. Слишком печален его взгляд. Барнс привычно, скрывая металл, держал руки в карманах куртки. Я подошла к нему со спины, целуя в затылок, на что он с нежностью оглядывается. — Глупостей не наделай, — пытается пошутить Роджерс, обращаясь к другу. — Я туда и назад. Баки многозначительно ухмыляется. — Да ладно, все глупости отбывают с тобой, — и Джеймс, кажется, знает, о чем говорит. Мужчины сжимают друг друга в объятиях, от которых за версту ощущается скорбь. — Ты давай, возвращайся, — просит он. — Все будет нормально, — уверяет его Стив. Но Баки не верит, провожает его тяжелым взглядом. — Эй, Уайт, — обнимает он меня по-медвежьи. — Чтоб без фокусов, — я складываю большой и указательный пальцы в кольцо и показываю ему: приказ ясен, капитан. Стив поднимается на платформу, в мгновение ока покрывается белым костюмом, готовый к прыжку. — А сколько это по времени? — уточняет Сэм. — Для него, сколько захочет, — информирует его Брюс. — Для нас пять секунд. — Стив подхватывает молот. Всегда будет восхищать это движение. — Готов, кэп? — проверяет Бэннер. Роджерс кивает. — Одна нога там, другая здесь. — Ну да, — соглашается капитан, глядя на гладь воды. — Ну да, — ироничным шепотом вторю ему я, осматривая берег озера, проследив за его взглядом. — Квантовый скачок, — начинает отсчет Брюс. Я сжимаю руку Баки в кармане. — Три, два, один. — Стив растворяется. — Возвращение через пять, четыре, три, два, один, — все, кроме моего, взгляды устремлены на квантовую платформу. Ничего не происходит. Брюс бросается поверять аппаратуру, что-то нажимает. — И где он? — первым задает вопрос Уилсон. — Без понятия, — уведомляет Бэннер. — Временную метку прошел, должен был выйти. Баки поворачивает голову в сторону озера, куда я смотрю последние несколько мгновений, и замирает. Отделившись от меня, он делает пару неуверенных шагов и оглядывается. С грустной улыбкой я киваю, подтверждая его догадки. — Так, возвращай, слышишь? — переживает Сэм. — Пытаюсь, — тщетно нажимает на все подряд профессор. — Возвращай! — Сказал: пытаюсь! — Сэм, — подает голос Барнс, сделав еще шаг в сторону озера. Их взгляды устремляются на берег, где на самодельной скамейке сидит старик, сунув руки в карманы. Справа от него круглая сумка. И, кажется, я догадываюсь, что в ней лежит. — Давай, — предлагает Уилсону Баки, когда тот равняется с ним. Как я и поняла, Барнс знал, что задумал Стив. Капитан чертов Сосулька сделал это. Я осторожно подхожу к Джеймсу со спины и обвиваю кольцом рук. Он выпускает меня вперед и приобнимает. — Кэп? — осторожно интересуется Сэм. — Привет, Сэм, — господи, и правда он. Роджерс с довольной, но немного печальной улыбкой поворачивается к другу. — То есть что-то получилось, а что-то пошло не так? — предполагает Уилсон. Ох, Сэм… — Когда я вернул камни, — начинает объяснение Стив, — то подумал, а может, попробовать и мне жить как Тони? По-человечески, — поясняет он. — И как оно: по-человечески? — с легкой ноткой обиды уточняет Сокол. — Просто замечательно, — отвечает капитан, будто перебирая в голове эту череду воспоминаний. — Рад за тебя, — кивает Сэм, — Честно. — Спасибо. — Только страшно представить, как нам теперь жить в мире, где нет Капитана Америка, — добавляет он. — О, ну, кстати о мире, — Стив переставляет сумку и открывает ее. Да, там его щит. Сэм обреченно кивает. — Примерь-ка. Изменившись в лице, Уилсон оглядывается на нас — Баки поддерживает его — осторожно, он достает щит и продевает руку в крепления. — Что чувствуешь? — интересуется Стив. — Что он с чужого плеча, — Сокол опускает руки. — Разве? — иронично уточняет Роджерс. Сэм вздыхает, будто ему на плечи положили гирю. — Спасибо, — благоговейно говорит Сэм. — Что могу — сделаю. — Стив протягивает ладонь для рукопожатия и слегка похлопывает. — Потому он и твой, — подтверждает капитан. — Про нее ничего не расскажешь? — указывает взглядом Уилсон на обручальное кольцо на руке Стива. — Нет, про нее, думаю, не стоит, — усмехается последний. Я не выдерживаю и подсаживаюсь к Роджерсу на лавку. — Как танцы? — по-детски болтаю ногами в воздухе. — Успешно? — Твоими стараниями, — посмеивается он. Я приобнимаю старика за плечи и кладу голову ему на плечо. — Спасибо, что вытащил в Нью-Йорк, — я закрываю список невысказанного. — И за те дни в Бухаресте, — небольшая слезинка скатывается по лицу Стива. — За терпение и мудрость по отношению ко мне, — он по-отечески касается губами моего лба. — О, и за шезлонг отдельная благодарность. Хоть он и пригодился всего раз, — Роджерс смеется. Старческим, кряхтящим смехом. — Оставь мне свой адрес, хочу привозить тебе сладости, — я даю волю слезам. — Ну, рано по мне убиваться, — Стив стирает своей покрытой морщинами рукой влагу с моего лица. — Я всегда буду рад вам. К полноценному общению с искусственным интеллектом сложно привыкнуть. Но, вливаясь в жизнь рядом с Мстителями, это так или иначе придется сделать. Даже к тому, что Пятница может прервать твой сон. — Доброе утро, сержант Барнс, у меня есть для вас новости, — ИсИн включила яркий экран напротив кровати. — Черт, Пятница, что за срочность, — Баки сонно посмотрел на часы, — в пять гребаных утра? Я приподняла голову от подушки. — Мистер Паркер на экскурсии в Венецию столкнулся с одним из элементалов, о которых ранее сообщал Ник Фьюри, — отчиталась бот. — Я надеюсь, он прячется с одноклассниками, а не прыгает по зданиям в костюме насекомого? — уточняет недовольно Барнс. — Судя по данным с камер, он пытался удержать часовню и чуть не спалил площадь, — холодно ответила ИсИн. — Да какого ему не сидится ровно на… — бубню я. — Есть кто-то из наших недалеко от него? — Ник Фьюри и Мария Хилл, мэм. — Передай ему, чтобы отправлял Паучка домой, он достаточно напрыгался в этом году, — прошу я Пятницу. — Я не могу с ним связаться, мэм. Эдит перекрыла связь, — неожиданно заявляет робот. Сон как рукой снимает. Барнс смотрит на меня с недоумением. — Эдит что? — произносим мы в один голос. — Эдит закрыла доступ к своим данным, кажется, ею управляет другой человек, — отвечает Пятница. — Определи местоположение Паркера, — прошу я, сползая с постели. — Две секунды, пожалуйста, — просит ИсИн, — последняя отметка геолокации — Голландия. — Отправь туда Хэппи с самолетом для детей, прямо сейчас! — прошу я ее. На обычном самолете часов девять, значит Хоган успеет примерно за четыре. Что вообще происходит? — Мистер Барнс, доктор Уайт, самолет мистера Хогана взорван дронами Квентина Бэка в Лондоне, — на экране появляются кадры тучи доронов над мостом, затем взрыв самолета. — Дети, за которыми охотится Бэк, в Тауэре, — выдает картинку Пятница. — Вылетаем, — командует Барнс роботу уже в костюме. — Заберем всех оттуда. Перепуганный и слегка хромой Питер шел к самолету, поддерживаемый девушкой. — Привет, Паркер. Нужна моя помощь? — подразумеваю я медицинское вмешательство. — Привет, — смущенно здоровается Паучок. — Нет, все в порядке. Это Эмджей, кстати, — указывает он на девушку. — Эмджей, это доктор Уайт, она… — Питер задумывается и продолжает шепотом, — работает с Мстителями. — Здрасьте, — натягивает улыбку девушка. — Вы, эм, одна? — уточняет парень. — Нет, Питер, он у штурвала, — отвечаю я на невысказанный вопрос про Баки. — Проходите в самолет. — Ого, — восклицает какой-то школьник, оглядывая обстановку в салоне. — Частный самолет? С чего бы за нами такой прилетел? — Желание одного филантропа, — я устремляю многозначительный взгляд на Паркера, сидящего справа от меня. — Все сели и пристегнулись, взлетаем через пару минут, — звучит строгий голос Барнса на весь салон. Я закатываю глаза, а Питер сжимается в комок в кресле. — Может плед? — предлагаю я, поглаживая кудри на голове мальчишки. — Я бы не отказался от холодного компресса на ребра, — соглашается Паркер. Места перед Питером и Эмджей свободны, поэтому, когда самолет взлетает и стабильно держит скорость, Барнс оставляет контроль над полетом за Пятницей, а сам пересаживается к нам. — Как он? — спрашивает Баки в тишине дремлющего самолета. — Ничего, — шепчу я, — не хочет быть раскрытым и лишнего внимания к своей персоне. — Но девчонке тайну доверил? — усмехается Барнс. Я пожимаю плечами и укладываюсь на него — доспать потерянные часы сна. Сто пятьдесят этажей отстроенной заново башни Мстителей сияли на солнце в центре Манхэттена. Вокруг нее, словно пчелы, роились автомобили телеканалов и их корреспонденты. Солнечные лучи слепили, но я наблюдала за движением внизу с пятого этажа новейшего больничного блока. Здание готовилось к открытию, претерпев немало изменений. Под чутким руководством Пеппер Поттс башне вернули былое величие, передав первые пять этажей под госпиталь, который ровно на треть состоял из бесплатного медицинского обслуживания. Ведущие технологии лечения и диагностики, лучшие врачи, тематические палаты, посвященные героям битвы против Таноса, и качественное обслуживание — именно так мы с Пеппер видели это место, когда идея только начинала воплощаться. — Кэролайн, но одна я никак, — сразу же уточнила она, сидя у озера со стаканом шоколада в руках. — Только с твоим опытом в медицинском бизнесе, то есть, если ты встанешь на пост исполнительного директора СтаркМед, — высказала она свое условие. — Я хочу быть с Морган. — СтаркМед? — переспрашиваю я. — Да, дочерняя компания Старк Индастриз, которую мы откроем для этого дела, — пожимает она невинно плечами. — Хорошо, Пепс, но не оставляй меня среди этих Нью-Йоркских акул бизнеса одну, мне далеко до такого уровня, — я отпила из кружки. — С тобой всегда будут хорошие люди, я уверена, — улыбнулась мне Поттс. — С чего такая уверенность? — я вздернула бровь в сомнениях. — Как будто Баки допустит иное, — подколола она меня. Румынский медцентр «Актив» был передан во владение СтаркМед сразу после регистрации новой компании. На этой основе мы и создавали наше детище. — О чем думаешь? — спросил меня стоящий рядом Барнс. — О начале пути, — усмехнулась я. — И о торжественной речи перед толпой журналистов, — пожала плечами. — И что же конкретно тебя так смущает? — Баки приобнял меня. — После всего, что ты пережила… — Это, кстати, тоже, — усмехаюсь я. — Мне предстоит открыть свое истинное лицо перед миром, которое было скрыто… сколько? Семьдесят пять лет? — Ой, да ты еще совсем девчонка, — отшучивается он. Я прыскаю, осознавая, что по факту он прав: мой возраст по внешним данным как раз примерно двадцать с чем-то лет. — Кстати, ты просто потрясающе выглядишь, — Баки слегка касается щеки губами. Да, он прав. Белоснежный классический костюм и лодочки — первый совет Пеппер Поттс по поводу предстоящего мероприятия. Барнс взглянул на часы. — Пора. — Уважаемые дамы и господа, — звучит голос из колонок у входа в здание. — Встречайте: исполнительный директор СтаркМед — доктор Кэролайн Анна Уайт! Толпа взрывается аплодисментами, знакомые лица довольно улюлюкают, а я ступаю по мягкой красной дорожке к прозрачной трибуне, мысленно желая себе не слететь со ступеней на каблуках. — Всем доброго утра, — я коротко киваю толпе и бросаю взгляд на бумажку с распечатанной речью от пресс-службы. В ней виднеются цифры, факты, посвящения. Мне это не нравится, хоть на момент согласования выступления я же ее и одобрила. — Знаете, пожалуй, сегодня без этого, — произношу я прямо в микрофон и рву распечатку. Толпа ухмыляется. Напоминает Старка? Возможно. — Так или иначе я рада видеть всех здесь, на открытии первого СтаркМед центра. Начну тривиально: спасибо мисс Поттс, что поддержала эту идею — возможность оказывать медицинскую помощь бесплатно, пусть и отчасти. — Щелкают затворы фотоаппаратов, аплодируют люди. — Спасибо нашим новым друзьям фармацевтическим компаниям, заводам по производству медицинской техники и другим, кто согласился предоставить нам свои услуги и помощь. Я благодарю всех, кто поддержал нас финансово, их слишком большой список, извините, — толпа снова одобрительно смеется. — Думаю, всем понятно, к чему мы будем стремиться? Передовые технологии, мировое качество лечения, диагностики и обслуживания. Это все хорошее начинание, прекрасный путь, но, — я взяла паузу. — Хочу отметить, почему вообще этот центр смог появиться на свет, что послужило толчком к его строительству. Точнее, — я сглатываю, — щелчком. Все мы помним события, произошедшие в две тысячи восемнадцатом году и их последствия. Пять лет спустя с подачи мистера Скотта Лэнга и руками доктора Брюса Бэннера были возвращены наши родные и близкие. Спасибо им за это, — я указала на сидящих в стороне профессора Халка и Муравья, толпа заулюлюкала. — Тони Старк, Наталья Романова, Стивен Роджерс, Клинт Бартон, Сэм Уилсон, Джеймс Роудс, асгардский бог Тор, Небула, енот Ракета и многие-многие другие — каждый из них имеет право быть увековеченным. И они будут — всем участникам битвы будут посвящены те или иные тематические зоны нашей больницы, — раздаются слабые аплодисменты. — Но отдельно мы бы хотели отметить тех, кто пожертвовал собой ради нашего с вами спокойствия и счастливой жизни с нашими любимыми, — люди замерли. — Добро пожаловать в Многопрофильный медицинский центр имени Энтони Эдварда Старка в Нью-Йорке, США и Международный центр психологической реабилитации имени Романовой Натальи Алиановны в Бухаресте, Румыния. Улица, залитая светом, до этого наполненная в основном лишь моим голосом, взорвалась аплодисментами с утроенной силой. Одобрение, крики, маски Мстителей на лицах у людей — все смешалось у меня перед глазами. Мне подали резные ножницы, лежащие на бархатной подушке, которыми я смело перерезала алую ленту перед стеклянным входом в здание. Демонстративно помахав кусочком в моих руках, я двинулась внутрь уверенным шагом. Что ж самая простая часть позади. Осталось только соответствовать.