Гарри Дженнингс и Мир Волшебства

Глава 18 Об ответах и секретах.

      Двери с грохотом закрылись и стало очевидно, какой конкретно любитель цыганских трюков всё это организовал. Вон, стоит в центре группы и ухмыляется в свою длинную седую бороду, посверкивая очками половинками, шаловливо поглядывая на меня из-под них своими глазами цвета ясного неба. Сегодня профессор Дамблдор был одет в лиловую шляпу, покрытую до бесстыдства огромным количеством блёсток, создавалось впечатление, что остроконечная, широкополая шляпа была сделана исключительно из них. Чтобы добить тех глупцов, что по неосторожности решили взглянуть на Дамблдора, он подобрал отвратительную сливовую мантию с канареечным кантом, а по самой мантии бегали зачарованные птички, чем-то напоминавшие эмблему «Твиттера». Каждая птичка двигалась сама по себе, постоянно меняя направление и скорость движения, они отлично отвлекали внимание собеседника, приковывая к себе.       Но судя по тому, что я не получил критического состояния и не прилетел минус Морали, я отлично справлялся с тем, чтобы не залипнуть на цыганскую мантию Дамблдора. Надо будет ему посоветовать сделать себе мантию из персидского ковра, и чтобы цвет постоянно меняла, как при кислотном трипе. Но оставим мантию, меня больше волновал месье Ботте, который лежал на правой, согнутой руке Дамблдора, которой профессор продолжал сжимать свою палочку, не смотря на кота, и время от времени поглаживал кота левой рукой. Как-то уж очень тихо ведёт себя кот.       Молчание начало затягиваться, я стоял на входе, поправил свою форменную шляпу, для того чтобы убедиться, что мой морок держится и колец не видно. Заодно проверил насколько послушна моя левая рука. Вроде с поличным брать не собирались, никаких определителей, обрядов или направленных палочек я не вижу. Так что пока не сняли морок или мою руку, предъявить мне могут только ухудшение зрения, но я Поттер, а это родовое проклятье. Так, если меня не собираются гасить, зачем меня сюда вызвали? Ладно, раз уж Дамблдор организовал какое-то шоу, то будем подыгрывать, собрались, включаем обычного мальчика…       Ебать! Во имя лун Келдора! Вот почему я раньше не заметил? Моя способность Актёрское Мастерство не просела, ведь как не крути, я лицедей и постоянно кого-то изображаю. А вот убедиться, что у меня все дополнения на месте я не счёл нужным. В итоге у меня не было моей маски простого ребёнка и обычного пионера, вот же блядство!

Мораль -3

      Так! Главное сохранять спокойствие, они могут просто подумать, что я нервничаю, вот и веду себя по-взрослому, надо будет приложить усилия, чтобы мое обычное поведение выглядело максимум наигранно. Вдох-выдох, надо подумать как это провернуть.

Актёрское Мастерство +2

      Увидев, что я не собираюсь начинать разговор первым и оправдываться, вперёд вышла мадам Хуч. — Я бы хотела, чтобы вы…       Дамблдор перебил физкультурницу, приподняв левую ладошку. — Роланда, девочка моя, давай я сам. — старательно изображая доброго дедушку, вмешался Дамблдор.       Мадам Хуч поджала губы, поглядела на Дамблдора с прищуром, кивнула и отошла назад.       Что мне известно о мадам Хуч? Первое, она замужняя леди, второе, она что-то вроде профессора, и третье, она училась на Гриффиндоре. Преподаёт здесь с тысяча девятьсот двадцать пятого, в этом году ей исполняется ровно восемьдесят восемь лет, и она неплохо сохранилась, не дал бы и сорока.       Почему, что-то вроде профессора? Потому что её преподавание ограничивается проведением уроков физкультуры, организаций внутришкольных турниров, курирования спортивных секций и вообще на ней всё связанное со спортом. Кроме неё физкультуру проводят ещё три якобы профессора, как минимум на окладе профессоров они стоят, но по функции они больше завхозы. Учитывая, что все, кто записан в спортивные секции автоматически освобождаются от занятий физкультуры, то оставшаяся детвора или хернёй страдает или чаи гоняет. По крайней мере, мне не докладывали о методических пособиях по физиологии и физкультуре, которые бы выпустил Хогвартс за последние сорок лет, последние издание хоть о чём-то профильном было в дремучем пятьдесят шестом.       А всё из-за того, что леди Хуч — аристократка, дом Хуч является старинным и благородным, основная специализация — варка зелий, если быть точнее, то дистилляция — виски гонят. Поднялись неплохо на сухом законе в США, а когда прикрыли лавочку, то реинвестировали в плантации коки в Южной Америке. И это, хочу заметить, вполне открытая информация в Волшебном Мире. Так что её должность просто интересное хобби, домой она летает на метле, на ней же и прибывает в Хогвартс, по этой причине не берёт первые уроки. И следовательно, живёт где-то неподалёку.       Теперь вопрос, а что ей от меня нужно? — Гарри, как ты думаешь, что это такое? — спросил Дамблдор чарами подманиваю метлу с мастерового столика, который стоял позади него.       Столик был любопытный, там была масса интересных инструментов, большую часть из которых я видел в первый раз. Зачем-то они собрали новенькую метлу. Зачем? — Нечто похожее на метлу? — потирая подбородок, сообщил я, после минутного раздумья. — Директор, он над нами издевается, очевидно, что он собрался избежать наказания. — вмешалась мадам Хуч. — Ой, Роланда, я тебя прошу, — вмешался профессор Снейп, скривившись. — У Поттеров денег столько, что он тебе десяток мётел купит взамен.       Лорд Паркинсон уже поднял указательный перст и состроил серьёзные щи, чтобы отчитать своего брата по метке, но я был раньше. — С каких пор, профессор Снейп, вы стали распорядителем состояния дома Поттер? — Ох, извините меня, мой подопечный, нижайшие прошу меня простить, я уже и позабыл, что вы за гнутый кнат удавитесь. — максимальной ерничая и кривляясь, сказал профессор Снейп. — Это вам ваша любовница рассказала? — Она самая. — с самодовольной улыбкой заявил Снейп. — Вот трепло, а я всё гадал, почему у неё все чеки сошлись, поделились секретами закупок для кабинета зелий? — Гарри, какой ты ещё глупенький, если считаешь… — Мальчики, мальчики, остановитесь, я думаю этого достаточно, — перебил нас Дамблдор, явно догадываясь, что собирался сообщить Снейп, ещё и на людях. — Свою пикировку вы можете продолжить в приватной обстановке, после того как мы со всем разберёмся. — Так вот, Поттер…       Я прокашлялся в кулачок и внимательно поглядел серьёзным взглядом на мадам Хуч, которая уже начала заводиться и попробовала эти свои гриффиндорские фокусы. Но кажется переборщил со взглядом, женщина отпрыгнула и побледнела. Если я ещё и зловещим голосом сейчас спрошу, так вообще сознание потеряет. Везёт ей, что у меня связки детские, эх снова переживать за ломающийся голос. — Профессор Хуч, скажите мне пожалуйста, мы сейчас находимся на официальном педагогическом собрании или обсуждаем что-то в приватной обстановке? А то я никак не могут взять в толк, что здесь происходит.       О, кажется, гриффиндорка начала себя накручивать, ноздри раздулись, дыхание участилось, подбородок поднят вверх, взгляд из-под век. И, прежде чем ливануло, на плечо мадам Хуч легла рука профессора МакГонагалл. — Мистер Поттер, считайте это официальным собранием, хоть оно ведётся без протокола, но в присутствии вашего опекуна и покровителя, специалисты из Отдела Тайн выступают в роли консультантов.       Я коснулся нижней губы согнутым пальцем и покивал. Переведя взгляд на тайнюков, невыразимцы оставались неподвижны, но по маскам было очевидно, что они следят за всем процессом. — Понимаю, а какой основной тезис собрания? — Мы пытаемся выяснить та ли это метла, на которой ты сегодня сдавал на лётную лицензию. — прояснил наконец-то ситуацию Дамблдор, а то устроили тут викторину.       Лётные курсы проходили по субботам, но мадам Хуч захотела побыстрее от нас избавиться, поэтому провела сегодня, поменявшись занятиями. Ведь завтра какое-то важное футбольное событие в Британии. Я же говорю, преподавание здесь для неё хобби. — Даже не знаю, — сообщил я, наклонив голову влево, а потом перекинул вправо. — Мётлы выглядят для меня совершенно одинаково, я летающую от обычной не могу отличить. — Да он издевается над нами! — возмутилась мадам Хуч. — Роланда, дорогуша, он ещё даже не начал. — успокоила коллегу мадам Пинс, положив руку на свободное плечо. — Ты так ведёшь себя, словно ты не вела у него занятия. — Вела, конечно, но от физкультуры у него освобождение, а на полётах он ведёт себя тихо и покладисто, слова лишнего не скажет, так сосредоточенно выполняет упражнения. — Ой-ой, — печально сказал мадам Пинс прикладывая ладошку к щеке. — Это самое худшее, что может случиться, когда он молчит и думает. Тебе очень повезло Роланда, что только одной метлой обошлось. — Да о чём ты говоришь, Ирма? — Надо было ходить на собрания учительские… — Ты отлично знаешь, у меня был матч и я не могу подвести команду. Всё равно самое важное ты мне пересказала.       Я громко откашлялся в кулачок. — Я понимаю, я герой Британии, обо мне положено сплетничать, но могли бы вы за моей спиной этого не делать?       Ирма Пинс поджала губы и, как она считала, кокетливо состроила глазки. Девяносто восемь лет, почти ровесница Дамблдора, выглядит ближе к семидесяти, лицо сморщилось, задницу отъела, целлюлит запустила, грудь опустилась. Сухое, слегка вытянутое лицо, сдавленное по бокам, длинный загнутый нос и страсть к маникюру тонкой художественной работы. Как она своими длинными ногтями работает с бумагой даже не представляю.       Вдова, дважды, происходит из французской семьи Бушрон, пятеро детей, трое дожили до наших дней. Один родился сквибом и таинственным образом исчез в двенадцать лет, второй муж и старшая дочь погибли во время восстания Волдеморта. Свою личную недвижимость и небольшую контору по переплёту книг мужа продала и переехала жить в Хогвартс, после всех событий восстания.       Считается слабой волшебницей, но судя по тому, как она сохранилась, силы у неё были, но ушли немного в другое место. Пост старшего библиотекаря заняла с вступлением Дамблдора на должность директора, тогда-то и ушла Батильда Бэгшот, прихватив половину кафедры историков и большую часть библиотекарей. Опять какая-то политика. Но мы оба люди Дамблдора, так что уживаемся, я книги не порчу, маникюр делал, вроде осталась довольна. Ещё пару горячих слухов авторства моей подруги Лаванды пересказал.       Сама Пинс любила сплетни, большую часть она пересказывала — в библиотеке хватает прослушки — остальное выдумывала, исходя из своего литературного опыта. По моим наблюдениям, обладает великолепной памятью, которая не притупилась за годы жизни. Старательно изображает из себя пустоголовую блондинку-сплетницу, учитывая, что ей краситься не надо, ей верят.       Про уровень компетенции в её основном деле ничего сказать не могу, её подчиненные молчат, а отчитывается она только перед директором. А так, кто знает, как и какая литература хранится в библиотеке, но я находил всё, что мне надо было. — Мистеру Поттеру, я так понимаю, больше по вкусу, когда его прилюдно нахваливают? — Определенно! — я вставил правую руку, типа в петлицу, и изобразил наполеоновский профиль. — Хвалите меня! — Пффф, было бы за что, — прыснул профессор Снейп. — Ты даже школьную программу на превосходно сдать не можешь. — Коллега, попрошу, его есть за что хвалить и за многое. — вмешался Флитвик. — Давайте будем последовательными. — вмешался Дамблдор пока не началось. — Итак, Гарри, я понимаю, что ты уже сдавал сегодня полёты, но не мог бы ты нам ещё раз показать базовые приёмы.       Дамблдор опустил метлу на пол, взмахнул палочкой, стол отъехал в сторону, окно открылось и к нему выросли ступеньки, с обратной стороны появился балкон, который сложился из камня Хогвартса.       Я подошёл к метле, протянул руку над ней, из руки я протянул контур, который соединил мои цепи и цепи метлы. Таки-да, моя метла, я где-то с месяц колдовал над ней и всячески усовершенствовал, хотя бы до того уровня, когда смогу летать на ней. Волшебники на мётлах летают странно, они меняют углы наклона тела и метла подчиняется их желанию, как ездовое животное.       Мне же, ну, мне пришлось переделать многое, поставить контур акселерации, пришлось выдумать альтиметр, предварительно изучив несколько действующих приборов. Потом ещё поставить контур управления направления, а это пришлось читать про аэронавтику, как это в самолётах решается. Хорошо, что с советскими товарищами поддерживаю связь в виде писем и мне прислали справочники годные.       Так что не удивительно, что я на занятиях по полётам был тихим и покладистым, так как большую часть моего внимания занимало изменение внутренней структуры метлы. А то же это не дело, все руку протянули и крикнули: «Вверх!», и вот уже метла в руках. А у меня на земле лежит, но думаю тут проблема аналогичная, как с палочками. Конечно, по приезде из командировки надо было переделать с нуля ту хуеверть, что я накрутил, и доработать исходя из новых знаний — рун там новых добавить. Но у меня и так дел хватает, чтобы с этим ещё разбираться, кое-как сдал, получил лицензию, ну и пёс с той метлой! А оказалось не всё так просто, вот зачем им меня повторно пускать? — Вверх! — скомандовал я, одновременно подавая Эфир на нужный контур и метла прыгнула в мою руку.       Реакция публики была разнообразной. Дамблдор изображал доброго дедушку и кивал своей косматой головой, профессор Снейп с прищуром, внимательно рассматривал теребя нижнюю губу. Декан пальцем почёсывал свой нос, МакГонагалл пыталась сделать вид, что её здесь нет. Лорд Паркинсон, будучи настоящим аристократом, делал вид, что ему происходящие не интересно, но мы знаем, что внутри он глубоко за меня переживает. Главный библиотекарь одобрительно кивала, сложив руки перед собой. А наша главная физручка, открывала и закрывала рот, выставив руки в мою сторону. — Да, как так-то!!? — возмутилась наконец-то мадам Хуч. — Мы же все проверили, метла была сломана, абсолютно не рабочая, всё выгорело, вы сами сказали. Профессор Флитвик, профессор Дамблдор? — Я полностью с вами согласен, дорогуша, имеет место чистейшее надувательство. — выдал декан, от чего Дамблдор непроизвольно хрюкнул, а профессор Снейп подавился и закашлялся. — Да-да, мальчик сломал школьную метлу и пытается скрыть это от нас при помощи невербальных, беспалочковых манящих чар, что в столь юном возрасте... — У меня есть более подходящие объяснение. — прошипел замогильным голосов профессор Снейп перебивая декана. — Гарри — Поттер, метла просто влюбилась в него и теперь никого не подпускает к себе, кроме своего любимого наездника. — Я всё же настаиваю на манящих чарах. — Как минимум они были вербальными, он сказал: «Вверх!». — Попрошу, это как случай Серого Бомбардира с синдромом Туретта, который выкрикивал различные слова, но всё равно засыпал всех бомбардами. — Я согласна с профессором Снейпом, раз в пару поколений нам приходилось списывать мётлы из-за того, что они находили своего наездника. — решила влезть в дискуссию мадам Пинс. — Ох, как же ты прекрасна и величественна, Сила Любви! Роланда, а разве это не ты нашла свою метлу в Хогвартсе, сколько она тебе служила, десять, двадцать лет? — Я думаю, — решил выступить рефери Дамблдор. — Есть единственный способ проверить, были манящие чары или нет. Гарри, будь так любезен, выполни стандартные лётные упражнения.       Я пожал плечами, пока они там все говорили, я успел подключить метлу к Источнику, восстановить все контуры, которые были действительно выжжены мной в корпусе, так ещё и пару рун добавил в контуры. От чего заболели шрамы на лбу. Так что летать она должна, как минимум меня подымать обязана. Я опустил метлу, сжимая двумя руками покрепче, сместился поближе к хвосту и принял позицию номер три для прогулочной скорости, перекинув обе ноги на одну сторону и уселся попой на прут. — Мистер Поттер, с каких пор вы стали девочкой? — вставила шпильку мадам Хуч.       Ох, эти гриффиндорцы, достаточно им разозлиться и начинают докапываться ко всему, особо не думая о последствиях. — Если я правильно помню, это прогулочная позиция и её могут принимать мужчины, особенно когда они без ездовых штанов. — И всё же, примите позицию номер один, мистер Поттер. — Миссис Хуч, — послышался зловещий шепот со стороны лорда Паркинсона. — Вы старательно пытаетесь лишить род Поттер наследников?       Мадам Хуч заозиралась, пытаясь найти поддержку, но местные дамы отводили взгляды, декан и профессор Снейп одарили её холодным взглядом, а Дамблдор покачал головой в неодобрении, постреливая шаловливо глазками. Мадам Хуч осталось только хлопать ртом. — Не стоит беспокоиться, лорд Паркинсон, на занятия я всегда хожу в лётных штанах. Так что с легкостью могут принять все шесть лётных позиций для мужчин. Теперь я могу выполнить упражнения?       Дамблдор лишь одобрительно кивнул и я приступил. На бреющем полёте долетел до края балкона, после чего выполнил горку, оттуда зашёл в вираж, потом выполнил разворот, за которым последовала восьмёрка, после чего вошёл в пике и по спирали опустился на балкон. Всё это было выполнено на прогулочной скорости, как и требуют фигуры простого пилотажа. Они были необходимым и достаточным условием получения лицензии.       И если вы думаете, что всё так просто, то хренушки! Волшебникам надо было объезжать метлу и научиться её чувствовать, поэтому за тобой и приписывалась одна, конкретная метла. Мне же надо было постоянно изменять контуры внутри метлы и настраивать управление, пока не привык и у меня не начало всё получаться. Так что для меня полёт на метле не покатушки на кобыле, а управление самолётом. — Я думаю, здесь тоже имеет место обман. — заявил профессор Флитвик, стоило мне с метлой в руках встать перед собранием. — Филиус, успокойся... — Не успокаивай меня здесь, Альбус! — затряс пальцем на крючковатый нос директора профессор Флитвик. — Этот твой обалдуй, списал вчера с бедного мальчика четыре тысячи очков! Четыре тысячи!!! А за что? — Да, не порядок, Гарри, подойди пожалуйста.       Я поставил метлу обратно на мастеровой стол и подошёл к директору. — Гарри, покажи мне свои руки.       Я протянул руки, и хотя Дамблдору было неудобно, он всё же помассировал пальцы на моей левой руке, долго и вдумчиво массировал. — Так, где же украшения, Северус, мальчик мой?       Профессор Снейп лишь индифферентно пожал плечами. — А я могу это объяснить, я же послушный мальчик, мне сказали снять, я снял, могу принести, если надо? — и улыбочку с честными-пречестными глазами.       Повисла тишина и все четверо буравили взглядом друг друга. Профессор Флитвик директора, директор Снейпа, Снейп меня, а я директора. Дедушку спасла мадам Хуч. — Я всё понимаю, но это явная порча школьного имущества. Я с этого и начала, что этот ваш Поттер совсем отбился от рук, а вы все с ним носитесь, а сам он ведёт себя так, словно тут всё его. — Так и есть, разве что пока не на бумаге, — пробурчал я себе под нос.       За что получил неодобрительный взгляд из-под очков половинок от профессора Дамблдора, типа: не зарывайся. — Роланда, успокойся, что ты делаешь из мухи слона... — попытался профессор Снейп урезонить мадам Хуч. — Я вас, молодой человек, в несколько раз старше! — сообщила мадам Хуч, тыча пальцем в длинный нос профессора. — Относитесь с почтением и уважением! Вас послушай, так Поттер тут какой-то небожитель и священная корова, словно ему всё можно, а вы боитесь директора и ничего сказать поперёк не можете!       Ну или не хотят, так как всех всё устраивает, ибо сраться со мной ради одной метлы, серьезно? Это мадам Хуч можно, тем более она гриффиндорка, пнуть священную корову — любо-дорого, адреналинчик все дела. А остальным со мной работать потом, некоторым даже после Хогвартса, метла того не стоит. — Роланда, девочка моя, — начал успокаивать директор, поглаживая мадам Хуч по плечу. — Гарри купит тебе новую метлу и всё будет нормально. — А что, даже баллы не снимем? — возмутился профессор Снейп, за что получил уничижительный взгляд от профессора Флитвика. — Да нихуя я не буду никому покупать. — решил расставить я точки, а то ишь чего выдумали, мётлы им покупать.       Мадам Хуч возмущенно поглядела на Дамблдора, уперев руки в боки. Дамблдор осуждающе поглядел на меня, профессор Снейп закатил глаза, а добрый декан тоже решил меня осудить взглядом. И вроде уже собиралась начаться новая волна перепалки, но я поднял руку и серьезно поглядел на всех. Дамблдор подобрался и ответил схожим взглядом, остальные немного отступили. — Давайте я объясню, если за всё что я сломаю мне будут выставлять счёт, то это повод лепить мне счёт за всё подряд. А сейф Поттеров только уменьшается, не важно на сколько, но уменьшается. Я сломал метлу, хотя она отлично летает, вы сами видели, пусть будет так! Но покупать новую я не буду, хотите метлу, ладно, я сделаю вам новую метлу. Но никаких денег вы от меня не получите. — Гарри, но ведь так проще, всего один чек... — Профессор Дамблдор, вы ведёте себя, как заправский наркодиллер, я сказал нет. Хотите метлу, будет вам метла, точка! — Гарри, но на создание метлы требуется разрешение. — вставил профессор Флитвик. — Значит получу.       Мадам Хуч оглядела присутствующих, всем своим видом показывая, что осталась не удовлетворена наказанием. Даже подошла к метле и пару раз ей приказала взлететь, но там молчала. — Я думаю так мы и поступим, это справедливо, Гарри сломал метлу, значит сделает новую. — К тому же профессор Хуч, а что вы предлагаете? — решил узнать наконец-то я, если ты против чего-то у тебя должна быть альтернатива, в противном случае ты гриффиндорец. — Чтобы я после занятий полировал мётлы в качестве наказания, а вы на это смотрели?       Профессор Снейп прыснул, декан кокетливо отвернулся, МакГонагалл иронично улыбнулась, явно представляя себе не то что надо. Мадам Хуч схватила метлу со стола и громко топая покинула помещение. Вроде женщине восемьдесят восемь лет, а ведёт себя, как подросток, правду говорят, ведьма выглядит так, насколько себя чувствует. Когда за ней хлопнула дверь, мадам Пинс решили выступить вперёд. — Я так понимаю, теперь моя очередь?       Мадам Пинс подошла к столу, который поставили рядом со столом директора и зачем-то накрыли плотной тканью. Наверное специально, чтобы мадам Пинс театрально убрала её. На столе лежали различные книги, а взгляд привлекал прозрачный, пластиковый бокс, где был аккуратно зафиксирован свиток. — Мистер Поттер, скажите нам пожалуйста, что это такое? — Вы тут решили устроить какой-то блядский брейн-ринг? Вы тут что, все по очереди собираетесь мне задать вопрос: «Что это такое?». А на чей вопрос я не отвечу, тот и выиграет в спор? Вы бы ещё чёрный ящик выносили! — Гарри, чёрный ящик выносят в «Что? Где? Когда?», а в брейн-ринге участвует две команды.       Все недоуменно поглядели на Дамблдора и если я знал про интеллектуальное шоу «Что? Где? Когда?», доводилось вскользь поглядеть, как в этой, так и в прошлой жизни. То вот остальные были в недоумении. — Советская, интеллектуальная передача, советую посмотреть, помогает поддерживать себя в тонусе и расширять кругозор. — быстро нашёлся Дамблдор. — Но давайте вернёмся к нашим мальчикам и книгам. Мистер Поттер, какие ваши оправдания? — вернула внимание всех к себе главный библиотекарь.       Если мне не изменяет память, Хогвартс она не заканчивала. А прошла домашнее обучение, так ещё и имеет иностранные корни. Плохо, надо будет подстраиваться по ходу, а не действовать по привычному шаблону четырёх домов Хогвартса. Её грязную попытку манипулировать я счёл слишком очевидной. — Книги!? — заметил я, разводя руками. — Правильно, книги, свитки, дневники и записные книжки, но что они делают у нас в библиотеке?       От такого вопроса я уже совсем охуел и поглядел на Дамблдора в поисках хоть какой-то подсказки. — Понимаешь, Гарри, эти книги ты возвращал с каждой стопкой, взятых тобой в читальном зале, книг. — Ну так, правильно, взял в читальном зале, вернул обратно в читальный зал. Что не так? — А не так, мистер Поттер, что это не библиотечные книги. При этом это очень редкие экземпляры и утерянные работы. — Стоп? — я нахмурил брови и поглядел на библиотекаря. — Если я правильно вас понял, то я в течение последних двух месяцев что-то дополнительно докладываю в общую кучу, но вопросы у вас возникли только сейчас? — Нууу, я подумала. — как-то моментально стушевалась мадам Пинс. — Раз вы дружите с Нотт, то вы как-то уговорили его вернуть некогда похищенные экземпляры в библиотеку. Всё же вы обаятельный мальчик, заботитесь о благополучии Хогвартса... — И что же поменялось, что заставило вас прибежать к Директору? Если всё всех устраивало?       Мадам Пинс поджала губки и начала разглядывать свой новый маникюр — белый лак с лазурной росписью под ветки молодого дерева — время от времени бросая взгляд на Дамблдора. — Ирма, девочка моя, покажи и объясни Гарри, из-за чего ты так взволновалась.       Главный библиотекарь подошла к прозрачному футляру и положила на него руки. — Свитки Мёртвого Моря. — загадочно объявила мадам Пинс. — Если быть точнее, то третий их том «О природе чар». — вставил пояснение я, всё же я читал этот свиток. — Откуда вы знаете? — всполошилась мадам Пинс. — Как бы? — я недоуменно поглядывал на мадам Пинс неопределенно вращая кистью руки. — Вы сами мне дали этот свиток на мою просьбу и я вернул его в лоток для возврата книг. — Я ничего ему не давала, я впервые увидела этот свиток, когда меня позвали девочки. — Гарри, может ты восстановишь события того вечера, когда ты видел этот свиток? — попросил Дамблдор поигрывая бровями. — Ну да, я встретился с Тео, где обычно, у него стол прямо перед кафедрой, я не скрываю, иногда беру на свое имя и под свою ответственность для него книги.       За что я тут же заработал от главного библиотекаря взгляд полный жалости и укора. — Нет, серьёзно, в чём у вас проблемы? — Вы же знаете, какие у Нотт дары Магии? — И будет детям моим дарована сила прикосновения прозревать истину, и будет память им дана, как у Царя Соломона, и будут их лета долгими, а знания лишь приумножаться. Как говорится в завете священной крови. — Правильно, если дать им не ту книгу они её похитят.       Я задумался, нет, тут какая-то херня. — Они не похитят, они скопируют, у них дар, который копирует. То есть оригинал остаётся, а в личное пространство помещается копия, которую надо ещё достать. А личное пространство развить, у Тео там три книжки сейчас помещается. — Я же и говорю, воруют.       Я непонимающе поглядел на Дамблдора. — Гарри, почитай про авторское право, и ты всё поймёшь.       А ну да, у нормальных людей ещё торренты не появились и пираты не бороздят просторы цифрового моря, а вот в Волшебном Мире, с пиратством борются с незапамятных времён и похуй на логику. — Короче, не важно, мы сейчас другое обсуждаем. Я решил в этот вечер собрать информацию о создании чар и истории чар. — Гарри, а зачем тебе такая информация? — заинтересовался декан с горящими глазами. — Решил на коленке новые чары придумать, не обращайте внимание, профессор Флитвик.       На какую-то часть гоблин задумался и начал чесать подбородок. Профессор Снейп глядел на меня, как на предателя. — Так вот, я попросил мисс Ирвинг, чтобы она посоветовала литературы. И я ушёл искать нужную мне, а когда вернулся, на столе уже был свиток, вот я и решил, что его принесла мисс Ирвинг. — И это всегда происходило на смене мисс Ирвинг?       Я задумался, для Гарри Поттера не составит труда вспомнить события последних двух месяцев, а вот мне без спуска в Бункер никак. Засада. — Нет, думаю, это явление не привязано к мисс Ирвинг. Но так часто происходит, я отхожу собрать книги, а на столе появляется нужная мне литература. Я подумал, что директор распорядился мне помогать, вот и возвращал в лоток. — На меня не смотри, Ирма, — покачал головой Дамблдор. — Я не несу никакой ответственности за это. — И вы смогли прочитать этот свиток? — Ну да, я знаю иврит, как бы, вот и прочитал. — Он написан на сложном и древнем диалекте.       Я со скепсисом поглядел на мадам Пинс, словно желал этим выразить всё что думал о её интеллектуальных возможностях. За что женщина на меня надулась, как маленькая девочка, даже руки на груди скрестила. — Там нет ничего сложного, даже огласовка присутствует, правда так и не нашёл того, что искал.       Ага, как обычно, ничего фундаментального, лишь: молитесь Магии и однажды после пятнадцати дней голодовки к вам снизойдёт откровение, можно ещё пороть себя всё это время и каяться в своей глупости. Глядишь, так откровение снизойдёт быстрее.       И чем больше я читал такой литературы, тем больше убеждался, что волшебники просто верят в ту херню, что они машут палочкой и говорят. Хуйня какая-то? Но у меня уже был план, как это проверить и разобраться с этим вопросом, если сработает... Даже не знаю, что потом и думать... — Если у вас сомнения, пускай мальчик прочитает свиток в слух и тогда мы убедимся, умеет он читать или просто разглядывал каракули. — подал голос тайнюк под номером три.       Я внимательно поглядел на дамочку, отвлёкшись от мыслей, какой-то знакомый голос. — Мисс Третья, а скажите пожалуйста ещё что-то, у вас очень знакомый голос, всё никак не могу вспомнить, где я его слышал.       Невыразимцы задёргались, словно я палочкой в больной мозоль ткнул. — Дамблдор, откуда он знает мой номер? — встревожилась Третья. — И да, наш голос вы нигде не могли слышать, так как он изменяется при помощи чар, вам показалось. — Во-первых, — я поднял указательный палец вверх и ткнул в лоб тайнюку. — Ваш номер написан на маске, мисс Третья и мистер Шестой. Во-вторых, у вас изменение голоса происходит не через фильтр звука, а через ментальное внушение. А на меня это не действует, пока ещё не понял почему. — Альбус! Мальчик мой! Ты не сказал Гарри, что он природный окклюмент? — послышался знакомый ворчливый голос у меня за спиной.       Обернувшись, я увидел шляпу, которая сидела у себя на полочке. И пока директор думал, как бы ему отмазаться, я решил прикрыть старика. — О, Шарлотта, привет, смотрю тебя разбудил местный цирк? — Шо-ло-ло-ло, ты умеешь его организовать, как я могла такое пропустить? А так, ты природный окклюмент, очень редкий дар. — Obliviate! — произнёс профессор Снейп, уверенно наставив палочку на голову Дамблдора. — Что они там устроили? — О, они поспорили, что узнают мое настоящее имя, не прибегая к твоей помощи, а ты взял и выдал. — Понятно, так что, премудрая Шарлотта, расскажете ли мне, что это за дар такой?       Шляпе было очень скучно и пока профессура себе по очереди жарили мозг, затирая воспоминания с именем, я узнал многое. Во-первых, Дамблдор эту встречу специально не организовывал, просто так совпало. Все решили в удобный и свободный день зайти к директору и подержать меня за задницу. А раз все и сразу, то почему бы и нет, мальчик я умный, как-то да выкручусь.       С врожденной окклюменцией было непонятно, Тринити настаивала, что у меня нет такой штуки и я уязвим для легилименции и ментального воздействия, как и любой другой. А вот почему не работает остаётся загадкой, которую решать уже мне.       Тем временем тайнюки перешептывались между собой, а профессорский состав развлекал себя тренировкой в стирании памяти. К моему сожалению, про чтение в слух они не забыли, пришлось читать. Переводить на ходу я умел только с английского на русский и обратно, а вот с иврита, пришлось сначала вдумчиво прочитать абзац, а потом пересказать.       Конечно, это вызвало возмущение номера Шесть, что я всё выдумываю на ходу. Ага, настолько занятно выдумываю, что он уже целых пять страниц записной книжки застенографировал. А потом началось, отдайте свиток в Отдел Тайн, мы его изучим, а вам перевод пришлём, как-нибудь, если не забудем. На что грудью легла мадам Пинс, лично покусает всех тайнюков, но свиток, чтобы остался в Хогвартсе.       Пользуясь возможностью, я поговорил с Люцифером, оказалось, что все восемь свитков лежат в Башне, так как были ещё целы оригиналы и живы те, кто помнят содержание. Вот копии в Башне и восстановились, а вот всё что было забыто и даже оригиналов не осталось — утеряно для нас навсегда. Да и сам Люцифер их в свое время читал, чтобы остановить деградацию своего тела и стать демоном. Люцифера я попросил перевести свитки на современный иврит и английский. Буду мадам Пинс на Рождество дарить по свитку. Полностью анонимно, поглядим, как вы у меня забегаете.       А вот с книгами был залёт, так как я реально не знал откуда они брались и даже не заметил, что нет на форзаце штампа Хогвартса, а сзади вкладки для читательского билета. С библиотекарями я подружился очень быстро: домашнее печенье, чай, раз в месяц тортик вкусный, не хамлю, к книгам отношусь бережно, помогаю присматривать за Нотт, чтобы она ничего не скопировала.       Ага, копировала бы она, учитывая, сколько это требует сил и сосредоточения, но дар полезный, с моим личным пространством очень бы пригодился. А то у меня что-то похожее, внимательно прочитал и вот в Бункере копия, только вот достать стоит Волю, и никто не гарантирует, что я достаточно внимательно читал. А вот с извлечением у Нотт проблемы, надо месяц обряд выполнять, забить молодого бычка, плясать и петь, я полностью серьезно сейчас говорю. Но если наши способности скрестить, аз-за-за-за. — Что же, если с этим разобрались, на книги я не претендую, всё что найду в библиотеке Хогвартса, пусть там и остаётся. И если ко мне больше нет вопросов, спасибо, до свидания, дальше вы без меня разберётесь.       Стоило развернуться, как цепкие лапки профессора МакГонагалл схватили меня за плечо. — Нет, мистер Поттер, мы только начали. — Я так понимаю сейчас ваша очередь? — Да, профессор Дамблдор, я бы хотела вашего внимания и вашего влияния на этого молодого человека. — Ого, видать серьезное дело, что через голову декана и профессора Снейпа прыгаете.       Снейп злорадно заулыбался, а профессор МакГонагалл сурово на меня поглядела, но потом закатила глаза, уже отлично понимая, как со мной работать не легко. — Шестой, давай о судьбе свитка поговорим в официальной переписке, в Хогвартсе он будет в безопасности. — подвёл черту Дамблдор и развернулся в мою сторону, продолжая гладить кота и сурово на меня глядеть. — Минерва давно хочет, чтобы я вас приструнил, молодой человек, вы начинаете вести себя очень скверно. — Я уже сколько раз говорил, да приласкайте его уже и всё будет нормально, профессор МакГонагалл, вон берите пример с Дамблдора!       Оба профессора переглянулись и непонимающе поглядели на меня, словно я что-то аморальное им предложил. Они что, подумали, что я предложил профессору МакГонагалл в своей тотемной форме с Бегемотом переспать? — Мистер Поттер, вы сейчас о чём? — поинтересовалась профессор МакГонагалл. — Вы же опять, в который раз, будете серчать на Бегемота и просить его поставить на место. А я опять буду объяснять, что он не собака и просто хочет немного любви. — Нет, тут я согласна, про вашего кота нахального и такого же без границ и тормозов, как и вы сами, тоже надо поговорить, но сейчас разговор у нас будет о Роне Уизли. — А что с ним не так? — со скепсисом спросил я. — Я бы попросила вас, перестать над ним издеваться и закидывать его едой. — Эй! Я не бросаюсь в него едой, я делюсь с ним кексиками. Вкусными кексами, скажите профессор Дамблдор. — Которые с ежевикой и малиной? Да, очень вкусные, Минерва, попроси Гарри он поделится в следующий раз. — А то, что он криворукий и не ловит, так то его проблемы. Я же в баскетбол играю, крикнул ему ловить, увидел зрительный контакт и только тогда бросил. — Вы не хотите объяснить почему вы так делаете? — Так он злой ходит, сердитый, а я с его отцом и братьями дружу, вот хочу примириться, он меня не подпускает к себе, сразу убегает, вот я ему и подбрасываю еду. — Ага, а убегает он просто так, потому что терпеть вас не может? А не то, что вы периодически его избиваете. — Я его не избивал, он сам виноват, меня тренировал профессор Ван Дайк, а он умеет в подкорки вбить. Лишний взмах рукой вблизи и перелом обеспечен.       Дамблдор и Снейп закивали положительно. А потом поглядели на меня с таким выражением лица, что было очевидно, что в мою историю никто не поверил и все теперь будут ждать моей злостной каверзы. Эх, становлюсь предсказуемым, надо совершенствоваться. Хотя мне даже Драко не поверил. Что я могу сказать, они абсолютно правы. Всё же у меня Рончик висит в вызовах, а вызовы надо закрывать. Ну, а пока он пусть привыкнет их ловить и есть. — Минерва, успокойся, Рональд того не стоит. — вмешался профессор Снейп. — Я понимаю, у Артура тяжелое время, жена пропала, так ещё и сын пострадать может, но Гарри понимает, что парень просто тупой. — Северус, вот что ты за человек, тебя послушать, так Гарри может всю школу изводить. — Минерва, а он изводит? — Да, Минерва, — подключился декан к разговору. — Гарри занимается в клубах, секциях, исправно делает домашние задания, он открытый мальчик, с высокой социальной адаптивностью и всячески помогает всем, кому может. Пример многим ученикам, если не всей школе! Так что это тебе надо поговорить со своим Роном, чтобы он пересмотрел свои отношения, как минимум пусть перестанет быть ябедой и как настоящий гриффиндорец решает свои проблемы сам. — Это непедагогично, Филиус. — Оставь мальчиков, они сами разберутся. — Хотел бы он отравить его, мы бы уже перекапывали Запретный Лес в поисках тела. — Минерва, я тебя услышал и не вижу ничего плохого, что мальчик кормит кексиками другого мальчика, а тот ведет себя, как дурак, прости меня, Минерва. Тем более, кексики очень вкусные. — У меня завтра русские блины с варёной сгущенкой, профессор, будете? — Советской? А с какой фабрики? — С белорусской, профессор Дамблдор. — Тогда, обязательно буду.       Профессор МакГонагалл поглядела на профессора Снейпа, тот лишь развёл руками, типа: «А что ты хочешь, мальчик умеет крутиться и давать взятки правильным людям, ничего не попишешь, без серьезных инцидентов». — Ну... — начал было я. — Нет-нет, мы только начали. — продолжил начинать профессор Флитвик. — Предъявите пожалуйста вашу палочку, мистер Поттер.       Я засунул руку во внутренний карман и порывшись в Инвентаре, достал её на свет, даже пылинки не было, всё такая же, как и раньше. После извлечения валькнута, даже руку перестала жечь. По всем правилам техники безопасности я предъявил палочку к осмотру. — Я почему вы её держите у себя в кармане? — А, где ещё? По правилам безопасности палочка носится, или в кобуре на поясе, но я не ковбой и лошади у меня нет, или во внутреннем кармане мантии. — А, что, если на вас внезапно нападёт тролль? — Это где, в Хогвартсе, в самом безопасном месте на Земле? — решил включить дурачка я.       Декан насупил брови и поглядел на меня с укоризной, профессор Снейп веселился. — Мои коллеги считают, что я вру и тролля вы просто нашли. — декан обвёл присутствующих суровым взглядом и продолжил, повысив тон. — И это после двух капель сыворотки и двух сеансов легилименции. — Филлиус, мальчик мой, мы должны были убедиться, что тебе не померещилось.       И старая перепалка пошла по новому кругу взаимных обвинений и попыток убрать баллы с Рейвенкло. Я подошёл к мадам Пинс и поинтересовался: — А у вас так всегда здесь весело? — Обычно не так весело, но ваш приезд внёс некую новую струю. — А-а-а! — протянул я. — А вы знаете, что сывороткой зелье правды не корректно называть? Так как она ни разу не концентрат. — Книги не отдам. — моментально раскусила меня прожженная сплетница.       Я подошёл к столику и пока остальные спорили, осмотрел книги более внимательно. Потом связался с Люцифером и сравнил коллекцию. — Меня только записки профессора Стоунхарта в области кардиохирургии интересуют, а всё остальное у меня есть. — У вас богатая библиотека? — Я пока не видел библиотеку леди Рейвенкло, сложно судить насколько моя богатая. Кстати, можете приехать ко мне летом погостить, я вам и библиотеку покажу, вот и скажете, насколько она богатая. — О, пирожочек, была бы я лет на сорок моложе, я бы тебя съела. — сообщила Ирма Пинс и хищно оскалившись шаловливо царапнула меня своими когтями.       Мне оставалось лишь харизматично улыбнуться, стрельнуть глазками, и надеяться, что взятка будет более, чем достаточной. Чтобы мадам Пинс в следующий раз шла ко мне, а потом уже к директору. Да и пусть с матушкой пообщается, матушка лучше в таких людях разбирается. — А давайте я просто сниму копию, а? — И почему я должна разрешить? — Вы не поняли, мадам Пинс, я найму переписчика, он сделает одну копию для меня и десять копий для вас любого текста из материала на ваш выбор. Оплата, конечно, с дома Поттер.       Мадам Пинс закусила губу, а потом хищно улыбнулась. — Вот это называется разговор, я согласна.       Тем временем говнюк, ой, я хотел сказать тайнюк, за номером Шесть, предложил, чтобы я показал, как я убил тролля. Моментально в центре кабинета образовалась свободная площадка и профессор Флитвик трансфигурировал кресло в чучело тролля. — Думаю, добавлю немного веса и плотности. — сказал Дамблдор взмахнув палочкой. — Для большей аутентичности. — Ну что, Гарри, сделай мне одолжение и покажи всем присутствующим здесь, как и в какой позе ты уделал этого тролля.       Я бы мог отказаться, но туша уже была у меня, а значит, если снимут баллы, надо будет возвращать деньги, выплачивать компенсацию. Поэтому я вздохнул и спрятал палочку. — Это нам не понадобится.       Все очень внимательно начали за мной следить, знающие люди начали внимательно окружение осматривать. Ух эти волшебники, вечно ждут от меня какого-то фокуса, ладно, будет вам фокус. Я коснулся двумя пальцами правой руки висков и прикрыл глаза, вроде как-то так делал профессор Снейп когда-то. — Дипси, четвёртый стеллаж, восьмая полка, шкатулка с браслетами, агатовый браслет, в кабинет директора, сейчас.       Через двадцать пять секунд раздался рядом со мной хлопок и появился нарядный эльфёнок в башмачках с загнутым носом, штанишках, кафтане, коротком плаще и пилотке с гербом дома на месте кокарды и двумя перьями феникса. Всё это было оформлена в цвета дома Поттер. — Агатовый браслет для милорда. — сообщил Дипси, сгибая колено, опуская голову и протягивая предмет мне. — Гарри, а с каких пор у тебя появились эльфы? — Где-то утром, а что? — Ты нашёл алтарь своего дома? — Вы во мне сомневались, профессор Дамблдор?       Дамблдор о чём-то конкретно задумался. Но я его не обманывал, я же не утверждал, что у меня есть алтарь. А зарядку эльфов я пока провожу в ручном режиме, раз в недельку, мне не жалко, да и тренировка в Преобразованиях.       Я надел на правую руку браслет и начал представление. Сложив два пальца перед браслетом, начал начитываться. — Я меча рукоять своего, сталь мое тело, а огонь моя кровь. Тот, кто темнее самой ночи и багряней текущей крови. Силу агатового браслета, заклинаю, сокруши моих врагов!       И пока остальные внимательно вслушивались, что я там бубню под нос себе — честно, выдумывал на ходу — я сделал быстро пас рукой, расчертил иероглиф «чай» над браслетом. На самом деле параллельно я нашёл линию пурпура в кабинете директора и подключился к ней. Линия шла зигзагом, меняя углы атаки и каждый отрезок отличался по длине от своих товарок, да и шла линия строго под острыми углами через пространство.       В результате вокруг моей руки образовалось мое старое заклинание кинетического контура, который я решил ещё дополнить руной сила и гром. Не знаю, как в обычном зрении это выглядело, но профессор Флитвик облизываясь протянул руку ко мне. — Не стоит, лучше не касаться перчатки, а то тролль коснулся и лопнул.       Флитвик закивал и спрятал руки за спиной, продолжая смотреть. Когда все отошли, я коснулся чучела перчаткой. Мда-с, переборщил, даже удара не было, я банально распылил за раз где-то семьдесят процентов чучела, из-за чего оно превратилось в кресло. — Ну, это мой второй раз, нужны некоторые доработки. — я поглядел на Дамблдора заискивающим взглядом, а то платить за антикварную мебель не хотелось. — Не беспокойся Гарри, это не памятный раритет, а расходы я на Филиуса запишу. — утешил Дамблдор, а декан хрюкнул от такой наглости. — Вот, подпишите, пожалуйста.       Рядом со мной уже стоял Шестой и протягивал какую-то бумагу. — Передайте моим адвокатам, я ничего не подписываю сам.       Дальше начался базар-вокзал на котором тайнюк просил передать на исследования мой агатовый браслет. Мне в целом похеру, так как работа не очень и по-хорошему, её следовало переделать. Да и они ничего не поймут, хоть десять раз разбери. Но это же не означает, что я вот так вот возьму и сдам всё. Тем более это фамильный раритет Поттеров. Ну да, второго браслета такого нет. — Ладно, мы уже четверть часа спорим, давайте сюда бумаги, вот вам браслет, только оставьте мне залог и плата будет посуточно. — Залог? — удивился Шестой. — Да, ваши сапоги, оставьте мне их, а я отдам, когда вернёте в целости мой браслет.       Шестой задумался, но потом сел в кресло и расшнуровав сапоги, поставил их на столик. Я вызвал эльфёнка и отдал ему ботинки, а неактивный браслет передал в Отдел Тайн.       Пока тайнюки осматривали браслет я подошёл к лорду Паркинсону и профессору Снейпу. — И кто из вас, достопочтенные джентльмены, будет следующим? — О, я замыкаю. — сообщил лорд. — Я здесь просто поглядеть. — поделился профессор Снейп. — О! Так я свободен!? — уже обрадовался я. — Нет, у нас есть к вам дело. — сообщила Третья, нет, где-то я точно слышал её голос.       Я аккуратно присел в уголок Отдела Тайн, где для меня приготовили кресло. Меня долго изучали и только спустя четыре минуты решили начать. — Нам нужно, чтобы вы сделали пророчество, мистер Поттер. — сказал Шестой. — А мне нужен остров на Гаити и шестнадцать знойных гаитянок, готовых выполнить все мои прихоти.       Шестой подумал, покивал и выдал: — Это приемлемо, теперь о пророчестве…       Я приахуел и оглянулся на Дамблдора. — Они что, реально могут? — Да, Гарри, я не знаю как, но Отдел Тайн обладает огромным запасом средств и ресурсов.       Я серьёзно задумался, нет остров мне нахер не нужен, как и гаитянки, я ляпнул от балды, чтобы просто отстали. Но мне теперь интересно, что им нужно за пророчество такое, что готовы мне остров купить. Для начала я замах рукой. — Ладно-ладно, мне остров и не нужен, как и гаитянки... — Ты бы мог парочку попросить для своего любимого дядюшки. — решил вмешаться дядя Сев. — Сами справитесь. Так, но мне нужно бутылка текилы, солонка мескалина, стейк средней прожарки, бутылка советской столичной водки, ягодный пирог и бутылка джина.       На меня недоуменно поглядели все, включая висевшие картины директоров прошлого. — А что вы так смотрите? Я пророчить могу только в состоянии, когда я в отрыве от реальности, полностью расслаблен и мало что соображаю. — Что за дилетантский подход, текилу мескалином закусывать. — сообщил профессор Снейп и быстро набросал список из десяти пунктов, где первым стоял пакетик марихуаны определенного сорта.       Мда, дядя Сев точно знает, как надо отъехать. Шестой принял список, сверился с ним и пошёл писать письмо, чтобы быстро это всё подогнали. Ну да, такие вещи в Хогвартсе не хранятся, хотя может что и есть такое в конфискате у Филчей. Но проще у Дамблдора что-то выпросить, чем у этих отобрать.       А пока у меня есть время, я решил расспросить Третью, а что им, собственно говоря, нужно. Ибо если ставки на спорт или политика какая, то я вне игры. А вот предсказать будет ли конец света по Нострадамус или майя каким — это интересно. Или может комета появилась красная и скоро Ктулху полезет.       Как оказалось им нужно было пророчество на меня. Вернее, они не знали, что это был я, но теперь я знаю, что врата лежат в Отделе Тайн. Видать мои слуги не убрали, оставленную мной, ту чёрную бурду на полу. Вот отдел и схватился за головы и ждут пробуждения какого-то божка, что пришёл извне. — А, ну тогда ничего не надо по списку. Я вам и так скажу судьбу этого существа.       Я взял театральную паузу, чтобы все сосредоточили свое внимание на мне. — Я его убил! — Гарри, мальчик мой, а когда ты успел?       Ого! То есть мне поверили, что я захуярил какое-то нечто, и сомнения вызвал только тайминг? Неплохо, прямо вырос в глазах. — В прошлое воскресенье меня же не было в Хогвартсе, у героев же нет выходных, знаете ли. — Гарри, ты покидал Хогвартс? — Ой, Альбус, что с ним случится? У него такая свита, что даже мы всем здесь скопом его не завалим. — Что это было за существо, мистер Поттер? — задала правильный вопрос Третья. — Ну, я классифицировал это, как языческое божество на первом этапе становления, отсеченное от источника силы. Перехватил прямо перед этим самым источником. Источник я тоже на всякий случай наебнул.       Повисла тишина, каждый думал о своём, парочку картин куда-то сдрыснуло, наверняка, побежали стучать куда надо или просто сплетничать. — Гарри, почему ты никому не рассказал об этом? — спросил Дамблдор. — Я герой Британии и сражаюсь не ради похвалы, награды или славы. Я действительно люблю Отeчество и забочусь о нём. И лучшая награда — это просто оставаться мной. — Может нам на Хогвартсе поставить большой прожектор с буквой «П» на нём? — предложил Шестой. — Было бы неплохо, только не ждите, что я буду носить трусы поверх штанов.       Все заулыбались, и атмосфера была разряжена. — Гарри, никогда так больше не делай. — Нет! Я буду так делать, каждый живущий в Британии должен знать, что есть герой, который придёт, спасёт и восстановит справедливость. Так как, когда я был в нужде, такого героя не нашлось для меня, поэтому я обязан стать таким героем для других.       Дамблдор поглядел на меня с гордостью, как и остальные деканы, но в то же время с горечью и печалью. Видать, как и мой далекий предок Годрик кончу я не очень хорошо. — Вы могли пострадать, мистер Поттер. — решила вставить слово профессор МакГонагалл. — Это очень сильно огорчило бы нас и опечалило всех в Британии. — Я готов умереть за Британию. — встал гордо я и выпрямился.       Меня ещё пожурили, но поверили, даже пророчить не заставили. И то хорошо, а то мало ли что я бы им рассказал. — Раз мы закончили, я пойду. — Лорд Паркинсон, вы вроде что-то хотели? — вспомнил Дамблдор. — Да, но я хотел бы наедине поговорить с мистером Поттером. — Вы можете воспользоваться моей спальней. — Мистер Дамблдор, я учился в Хогвартсе и знаю куда лучшее место для подобного разговора, чем ваша спальня.       Дамблдор смерил взглядом лорда, но в итоге кивнул и передал мне на руки кота. Бедный месье Ботте вцепился ко мне в плечо своими коготками, старясь прижаться как можно сильнее. — Я поговорил с котиком, больше он шалить не будет. Ведь так?       Месье Ботте активно закивал, стараясь не смотреть на Дамблдора и весь дрожал. — Дамблдор страшный, очень страшный, он мне рассказал про сямисен, целых полчаса рассказывал, а потом заставил слушать запись игры на этом ужасающем инструменте. Спасите меня, монсеньор! — Ну-ну, всё позади, ты в безопасности. — стал я успокаивать котика, поглаживая его по спине. — Лорд Паркинсон, мы идём?       Лорд Паркинсон кивнул, и мы вышли из кабинета. Вот так четыре часа моей жизни были взяты и выкинуты, и ради чего?

***

      Директор Дамблдор поставил Фоукса обратно на жердочку. Феникс вел себя очень настороженно в присутствии мальчика, он был рад изменениям в нём, но не спешил делиться со своим спутником о том, что именно изменилось. Директор занял свое место за столом, остальные трансфигурировали себе кресла и уселись полукругом вокруг стола. — Что скажешь, Северус? — Мальчик наш, его не подменили. Предположу, что он опять где-то побывал со своим Вашем, и не спешит нам говорить, где конкретно. И это нормально для ребёнка и подростка, чтобы родителей не беспокоить. — Я соглашусь, если Гарри попадает в скверную ситуацию, из которой не может выпутаться, он на уши ставит всех. — Как ситуацию с тем, что он Поттер? — спросила Третья. — Да, даже если Визенгамот его не признает, для всех он будет Поттером. А идея с иным миром весьма правдоподобна, мне доложили из банка, Гарри доставил огромные запасы волшебных сплавов и драгоценных камней из иного мира. — Предположу, что его попросили решить проблему, а это была плата за услугу. А эту тварь из врат он просто догонял у нас. — внесла лепту Минерва. — Гарри редко что-то не доводит до победного конца. — Вопрос лишь кто его забрал? — обронил Дамблдор.       Все задумались и каждый думал о своём. — Может Авалон? — предложил Филиус. — Вы продолжаете думать, что он наследник Мерлина? — скептически спросила Третья. — Это самое разумное. Многое, что приписывают Мерлину, Гарри умеет делать, и многие способности сидов у него наблюдаются. — Альбус, а что кот рассказал? — спросил Северус. — Маркиз на четверть сид и неизвестно что он такое вообще, Отдел Тайн тоже разводит руками. — Мы сами не понимаем, что это за существо. — объяснил Шестой и развёл руками. — Такой гибрид нам встречается впервые. — А легилименция? Я не поверю, что ты не попробовал. — Я попробовал, но ничего толкового не смог уловить. Да и ты знаешь слуг Гарри, они лучше умрут, чем предадут своего господина. — А теперь у него есть свои домовики. — решила подать голос Ирма. — Домовики у него давно, причём китежские. — расставил точки Северус. — Так что разумно, что к нему приставили и местные. И правильно сделал, что согласился, нам здесь войны за территорию только не хватало. — Нам надо знать правду. — сказала Третья. — Если мальчик не откроется Филлу, то остаются только Дженнингсы, им он рассказывает всё. — Надеюсь, мальчик мой, ты уже установил прослушку у них? — Альбус, Альбус, ты отстал от жизни, это раньше Хогвартс был самым безопасным местом в Британии. Но в скором времени Эктон займёт его место. — Северус, объяснись. — с обидой в голосе, попросил Дамблдор. — А что объяснять, там без разрешения Гарри собака не зайдёт и волшебник не чихнёт. Авроры, ритуалы, пауки, змеи, коты из выводки его кошака. Сдувающая с него пылинки семья Фигг, так ещё на дежурстве леди Паркинсон и леди Малфой там. Это самоубийство что-то незаконное там делать, тем более направленное на Гарри. — Тогда чаще навещай своих друзей, может что-то узнаешь. — Понятное дело, Гарри и так был скрытным, а учитывая, что ему в голову не заглянуть, кто знает, что он ещё скрывает. Но раньше, если он не говорил нам, можно было узнать по другим каналам. А сейчас молчок. — Тогда надо приложить силы и укрепить созданное между нами доверие. И глядеть, чтобы его не уволокли иные, уж больно много их стало в его окружении.       Деканы и библиотекарь встали, поклонились и ушли. Третья тоже поклонившись ушла. В кабинете остались только Шестой и Дамблдор. — Давно не виделись, Гил. — Всего четыре месяца прошло. — Для меня и это много. Как ты сам? — Всё идёт согласно плану, Альбус, с мальчиком справляешься? — Не очень. — покачал головой Дамблдор. — Что ты скажешь о нём? — Он один из нас, это точно, я ещё сомневаюсь в степени. А значит только я смогу ему помочь в себе разобраться и направить его силы. — Значит на лето всё в силе? — Да, привози его.

***

      Мы шли с лордом Паркинсоном по коридорам Хогвартса. Я продолжал привыкать к замку, а лорд Паркинсон придавался воспоминаниям и как тут ничего не изменилось. Постоянство — признак застоя, но Хогвартс меняется, со временем, и в своем темпе, но это уже не тот замок, что когда-то создали Основатели и это хорошо. — Кстати, а куда мы идём? — спросил я, продолжая баюкать Кота-в-Сапогах у себя на плече. — Гарри, я здесь когда-то учился и знаю отличное место, где нам никто не помешает. — Это где? — Второй уровень подземелий, есть там один закуток... Ты увидишь, тебе понравится, я хотел тебе рассказать, если ты попадёшь на Слизерин. — заговорщицки заулыбался лорд Паркинсон, положа мне руку на плечо. — Есть место поближе и понадёжней. Не сочтите за наглость? — Я смотрю ты здесь обжился, ладно, веди.       Мы спустились на этаж ниже и прошли вдоль кабинетов, остановившись у закутка, где в нише была гаргулья, что постоянно корчила смешные рожи. Вот и сейчас она была в бумажном колпаке с вечеринки, нагнула рожу на бок, один глаз на выкате и язык высунула. Я почесал ей нос. — Скажи мне в чём тут секрет? — спросила горгулья, оживая. — Никакого секрета здесь нет. — ответил я пароль. — Правильно, — сообщила статуя и отъехала в сторону, пропуская в небольшую нишу.       За узким коридором открывался... ёбаный свинарник, чтобы я ещё приглашал гриффиндорцев. Вот ребята с Хаффлпаффа культурные, мало того, что тихо посидят, по парочкам разобьются, так ещё и уберут после себя, и подушечек ручной вышивки оставят. Красота, а эти свиньи, хотя даже свинья бы здесь отказались жить.       Я приложил пальцы ко лбу и покачал головой. После чего позвал. — Тинки-Винки, Дипси, Лаа Лаа, По! Явитесь передо мной!       Раздалось четыре хлопка и эльфята появились. — Мусор убрать, недопитое слить в бутылки, бутылки в бар, всякий мусор — сжечь, всё что идёт в переработку — сдать, еду кинуть на перегной, побитое отремонтировать, порванное зашить, что сможете восстановите и постирайте. Личные вещи расфасовать и подписать, сложить в отдельный сундук и на второй стеллаж снизу поставить. — Будет исполнено, мой господин! — радостно крикнули эльфята в один голос. — Мне всегда было интересно, почему они тебя называют господином? — спросил Лорд Паркинсон. — А вас что, не называют? — Нет, поэтому и интересно. — Сам не знаю, но они мои слуги и это нормально обращаться так к своему господину. — Да, тут ты прав, ты очень изменился и становишься похожим на молодого Тома. И это на первом курсе, мне страшно становится, что будет дальше. — А мне говорили, что похож на Блэка. — Я бы отметил, что он больше похож на Пендрагона, если мне будет позволено. Схожая стать, похожий властный голос, внутри всё замирает и самое твое естество желает подчиниться.       Голос принадлежал Кровавому Барону, который выплыл через стену и поклонился лорду Паркинсону. Никогда не подозревал, что у него такой глубокий баритон, дамам нравилось, наверное. — Милорд. — Барон. — ответил взаимностью лорд. — Вас Дамблдор послал, Барон? — Приведения времён Основателей не отчитываются перед директором. Мы живём здесь с позволения Основателей, а не директора. — А, так вы зашли проведать старого подопечного? — Нет, проведать вас, мы немного обеспокоены вашей ситуацией. — приведение выразительно поглядело на мое левое плечо. — Это месье Ботте, он мой преданный слуга, я его ценю и уважаю, советую и вам. — сообщил я, опуская кота на землю.       Месье Ботте пошатываясь дошёл до дивана и упал там, сразу же заснув. Пусть поспит, он и так многое перенёс за сегодня. — Я о другом, вы сами понимаете.       Я потрогал свое левое плечо и скривился. — Это временные трудности, я справлюсь, вам не о чём беспокоится. Если у вас есть готовое решение, я весь внимание. — Я передам ваши слова. — Вы же не отчитываетесь перед Дамблдором? — Перед ним нет, но это не значит, что я не служу другим. — сообщил Барон и уплыл прочь из помещения.       Привидения, что с них взять, наверное, все они такие, загадочные и мистические. Теперь надо понять, а кому он, собственно говоря, служит. — Так о чём вы хотели со мной переговорить? — спросил я лорда Паркинсона, указывая на свободных два стула у кофейного столика.       Мы присели, и лорд Паркинсон долго сидел и думал. — Гарри, понимаешь, мы все, я, Люц, Сев, да и Дамблдор с компанией, действительно очень сильно за тебя переживаем и заботимся о тебе. Ты помог мне, моей семье, указал путь для мастеров проклятий. И мы хотим, чтобы ты был счастлив. — Лорд Паркинсон, я счастлив, несчастливы лишь глупцы, которые не понимают своего счастья быть живыми. — Понимаешь, Кексик увидела в тебе нечто страшное, на тебя легла тень проклятья, которого она никогда не видела. Поэтому я здесь. — глаза лорда Паркинсона заволокла тьма, он долго в меня всматривался и разглядывал мою руку.       Спустя долгие десять минут, он опустил мою руку, и его глаза стали обычными. — Я ничего не понимаю, Гарри. В тебе движется что-то тёмное, грязное и гнусное, пронзает всё твое тело, кроме твоей руки. Но с каждым твоим вдохом и выдохом, это что-то уходит, словно испаряется. — Я на это рассчитывал, надеюсь вскоре во мне не останется и капли. — Но рука, я никогда такого не видел, словно её не существует, словно нет её и всё же она есть. Словно что-то мешает ей быть, а если она есть, то не понятно… — лорд Паркинсон схватился за голову и начал её чесать. — Гарри, я ничего не понимаю, пожалуйста, расскажи мне, что с тобой случилось, я хочу помочь.       Я тяжело вздохнул и начал думать, как бы ему правильно всё преподнести. — Ладно, мы союзники, мы сами подписали старые контракты. И пока Дом Поттер — это я, вы должны понимать, какие могут быть последствия, если вы кому-то расскажете. — Я могу поклясться… — Клятвы разрушают доверие, — я коснулся рукой плеча лорда Паркинсона. — Это будет означать, что я вас заставил мне поверить. Я расскажу.       Я коснулся запястья моей левой руки и отделил ладонь от руки, после чего разрушил демонический конструкт и рукав опал. Под вздохом ужаса лорда Паркинсона я сжал и разжал кисть. — Я её потерял, мне не оторвало и не отрезало. Это был ритуал и это была цена, которую пришлось заплатить. — Кто тебя заставил это сделать? — Я сам это сделал, это было мое решение. Меня похитили существа из иного мира, но я сбежал, меня прокляли, проклятье превращало меня в иное существо.       Я замолчал и собирался с мыслями, тем временем восстанавливая руку и присоединяя ладонь обратно. — Рука — малая плата за то, что я сотворил и чем мог стать. Надеюсь, что когда-то я стану прежним. — Это невероятно. — прошептал лорд Паркинсон. — Да, сам был удивлён, что я ещё кому-то нужен, кроме папы с мамой и что за мной полезут из иного мира. — Нет, Гарри, мы ждали, мы готовились, ты ведь слышал о Сеятеле? — Ну что-то. — Дамблдор вечно думает, что ты не готов. Сеятель сотрясёт не только наш мир, но и другие миры, конечно, за тобой придут и мы ждали, Отдел Тайн нам помогал готовиться, мы не ждали, что так скоро. Но невероятно другое. — Да, что? — Рука, твоя рука — это невероятно, я никогда не видел столь идеального протеза, тем более, который можно отключить и управлять отдалённо, это новое слово. — Ой, я прошу, всего лишь демоническая рука.       Лорд Паркинсон побледнел, и отшатнулся. — Гарри, ты одержим, но мы ничего не обнаружили, как? — Всё очень просто, это обычные люди одержимы демонами, а я Гарри Поттер, это демоны одержимы мной.