Просчёт

      Джонни наблюдал за уверенными движениями итальянца настороженно — это отлично читалось в глазах. Ладони ловко управлялись с бинтом, юноше начало казаться, что этот человек, возможно, является медиком, который просто помогает нуждающимся, путешествуя по пустоши.       Точно. Этот парень же не знает, что помогает инвалиду без капли надежды на спасение. Отлично, очередной чувак, который кинет, продлив своей помощью мучения… — Эй, не трать бинты. — Джонни подтягивает руками чуть ногу, останавливая этим процесс бинтовки. Как этого парня звали? Ай, без разницы. — Парень, я помочь хочу, — Итальянец сводит густые брови к переносице, упирая руку в бок, второй всё ещё держа бинт, — Ты в курсе, сколько дерьма можно подхватить таким образом? — О-о, боже, блять, — Джонни закатывает глаза, подтягивая и вторую ногу, теперь едва держась на заднице, — Ты меня совсем за тупого держишь? Не думал, например, что я сдохнуть хочу? — Раздраженно глядя на «спасителя», он выдохнул, всё-таки этот странный чувак помочь хотел. — Джонни, да? — Джайро почесал затылок, думая о том, что бы сделать, чтобы уговорить юношу, — Я хотел помочь, чтобы ты мог нормально передвигаться и выжить здесь, Джонни. — Я, — Он устало, не без капли раздражения, выдохнул, — Инвалид. У меня ноги — просто куски мяса. А здесь, как ты видишь, особо не на чем ездить. — Он обнял колени, чувствуя носом немного мерзкий запашок свежей раны и антисептика. Ему никогда не нравился запах реакции перекиси водорода и крови на голых ранах.       Парень опустил взгляд на чужие ноги. Правда можно было и самому догадаться, почему же они в таком состоянии. Он теребил в руках бинт, небольшой кончик которого до сих пор закрывал рану. А сколько людей погибло… — Давай я всё-таки обработаю твои раны до конца, а потом придумаем, что делать. Я не оставлю тебя подыхать здесь, — Он чуть улыбнулся и вздрогнул, услышав, как на металлическую кривую пластину капает кровь с локтя Джонни, — Ой. Давай-ка я всё-таки разберусь с твоими ранами. — Чёрт с тобой, — на выдохе сказал юноша, опуская ноги, вновь обретая какую-никакую опору, — Валяй. Мне уже насрать на жизнь.       Такие слова юноши не могли остаться без внимания. Без разницы на жизнь. На самое дорогое, что только можно дать и получить. Он молча продолжил обрабатывать раны, забинтовывая их после. На первое время этого было достаточно. Завтра-послезавтра боль пройдёт, и Джонни станет немного легче. Может, даже появится это желание жить, чёрт его знает.       Через несколько, наверное, десятков минут с ранами было покончено. Пусть теперь Джонни можно было считать частично мумией. — Ну, Джонни, ты как? — Итальянец вновь широко улыбнулся, блеснув золотыми зубами (нет, нужно обязательно спросить, что это и зачем). — Ну, жить можно. — Он потянулся, выпрямив спину и зажмурившись, — Спасибо. — сказал он это только ради приличия. — Жить не только можно, но и нужно, Джонни, — попытался подбодрить его «спаситель», да только не работало всё это.       Парень в ответ лишь пожал плечами, морщась от боли в животе. Сколько он уже не ел и не пил, черт подери? — Слушай, я сам проголодался. Давай уйдём отсюда, а потом уже поедим. Здесь опасно. — Парень поднимается, смотря на паренька внизу и вспоминая, что тот не ходит. — Черт. Ладно, первое время можно носить.       Джонни, подняв одну бровь, слушал собеседника, до сих пор не веря в то, что он реально собирается его с собой таскать. — Зачем тебе это? Типа... нахрена тебе инвалид? Ты мог спокойно пройти мимо, забить на меня и всё, а не тратить свои медикаменты и теперь еду. — Он с искренним непониманием смотрел на этого человека, надеясь узнать хоть какую-то причину этого бессмысленного спасения. — Я могу вернуть тебе ноги? — Причём это сейчас? — Слова итальянца лишь больше запутали. Причины стали ещё более непонятны, — Стоп, что?       Итальянец тяжело выдохнул, а в голове шел процесс придумывания более-менее нормальной отговорки, ведь он, черт подери, в тупике. Почувствовав что-то неладное, Джонни закатил глаза вновь, скрестив руки на груди. Давалось это сложно, ведь руки были плотно перевязаны, но всё же: — Вот только не нужно придумывать мне какую-то бредятину. Спасибо, конечно, за обработку ран и прочее, но… — Блять! — Итальянца что-то ударило в спину. Можно было подумать, что на дне рюкзака сидит человек, который неплохо так пнул его в хребет.       Широко распахнув глаза, он поднимает Джонни на руки, охая от веса юноши плюс рюкзака, и рывком бежит в сторону чего-то похожего на лес, молясь всем богам, что там нет своры каких-нибудь хищников, или тараканов-людоедов, или мутировавших крыс. Ха-ха. — Чё ты творишь?! — Едва понимая, какого хрена здесь вообще происходит, он хватается за шею парня, боясь свалиться. От столь внезапных действий Джонни вспомнил чужое имя. Да, точно. — Ты назад посмотри, черт подери! — крикнул ему в ухо Джайро, пытаясь хоть немного ускориться, но с таким весом это получалось так себе. — Не ори мне в! — Джонни наконец понял, какого чёрта здесь происходит, и тут же замолчал, шокировано раскрыв рот и глаза, — Ухо… Это, блять, что.?       В сотне метров от них по следам Джайро шла огромная машина. Такую модель Джонни не видел даже на фотографиях особо смелых выживающих. Махина была в метров десять в высоту и в ширину метров так пять. Механическая тварь с лёгкостью преодолевала горы мусора, передвигаясь, словно паук, на шести конечностях. несколько алых лучей были направлены на землю, бегая по ней и сканируя все возможные плоскости по близости. — Что это такое? — Джонни повторяет вопрос, смотря на лицо спасителя, в ответ лишь получает молчание, — Да ты можешь сказать, блять, хоть что-нибудь?! — Напряжение на максимуме. Юноша вновь кидает взгляд на тварину, а по спине пробегают мурашки и холод. — Эта причина, почему я взял тебя с собой. Сойдет? — Джайро улыбается, но заметно, что улыбка до сих пор слишком нервная для честного уговора. — Да мне уже без разницы, эта херь всё ближе! — Это будет «да». — Да забей ты уже, мы сейчас сдохнем! — Это Паучиха. — Беги, блять!