this is my fight

— Безродная девчонка, да как ты посмела сотворить такое с моим внуком? По комнате раздаётся хлесткий голос пожилой женщины и не уступающая ему пощёчина, которая оставляет ярко-красный след на щеке девушки. Её голова откидывается в сторону под ударом, она даже не пытается защититься, потому что последствия могли быть ещё хуже. Девушка не поворачивается и не подаёт признаки жизни, усталым взглядом уставившись куда-то вперёд, и пока женщина кричит в чистой ярости, её глаза осматривают каждый лепесток сакуры за приоткрытыми сёдзи*. Звук колокольчиков фурин*, потревоженных тёплым ветром, разносят приятный звон по помещению. Позади пожилой женщины стоит мальчик, он, вцепившись в дорогое и расписное кимоно своей матери, хмурит брови. Его мать, молодая женщина, смотрит на свекровь и падчерицу со всей серьёзностью, сложив руки у ног. Он злорадно ухмыляется и корчит злобное выражение лица, когда старушка, возмутившись безэмоциональностью девушки, толкает ту на татами*. — Мамочка, бабуля накажет Араши-анэ? — его маленькая рука, забинтованная в белоснежный бинт, требовательно дёргает её рукав. — Чикаро, — женщина опускает голову к сыну, — сколько раз я говорила тебе не приближаться к Араши-сан? — её требовательный тон заставляет поморщиться мальчика, а крики бабушки уже начинают порядком поднадоедать ему. — Она не такой ребёнок, как ты. Чикаро — старший сын Иошинори, нынешнего главы рода Абэ. Абэ — клан, славившийся своей безупречной родословной и особыми привилегиями в области политики и экономики. Эти люди имеют особый статус дворян во все эпохи Японии и весьма почитаемые другими людьми и немногочисленными оставшимися кланами. Он первый сын второй жены Хитоми — первенец в семье — посему особо любим и избалованнее, чем другие. Воспитан по всем правилам и обычаям дворянства, но уже в таком юном возрасте обладает тяжёлым характером из-за бабушки, которая взяла на себя воспитание первого внука. — Кэори-доно, держите себя в руках! — выкрикивает голубоглазая Хитоми, когда положение дел стало ухудшаться и падчерицу чуть ли не пинают ногами. — Я думаю, Араши-сан усвоила урок. Кэори Абэ, во всех, смыслах женщина строгих нравов и пропитанная традиционным воспитанием дворянства — она не признаёт слабостей, на людях держится достойно, её выдержке можно позавидовать, готовая на всё сохранение репутации семьи. Однако власть над ней имеют неконтролируемые вспышки гнева и деспотичный характер, который выливаются в особую жестокость к провинившимся. Когда она узнала, что выродок, которого подобрали её сын и муж десять лет назад, ранил катаной внука, то потеряла голову и прежнюю сдержанность. Для неё всегда невероятным испытанием является терпеть Араши. С самого начала как она появилась в их поместье, женщина унижала, оскорбляла и наказывала девочку, так как она была простой оборванкой и только своим существованием позорила род. На самом же деле Чикаро пробрался в дальнюю часть поместья, где жили слуги и Араши, нашёл её комнату и вторгся туда без приглашения. Он был заинтересован деятельностью сводной сестры, так как та уходила спозаранку на день, несколько дней, бывало даже на неделю, в форме и с катаной, а, придя домой, подолгу пропадала на заднем дворе, предназначенном не для прогулок. Когда девушка вошла в комнату, услышав посторонний шум, мальчик выронил наточенный и невероятно острый клинок из рук, и тот, словно в отместку за жестокое обращение, наградил того глубоким порезом. Он помнил наказ матери не связываться с брюнеткой и потому выставил себя жертвой, зная, что в такой ситуации ему поверят больше. Клинок же этот предназначается для защиты, он служит верным помощником для людей и является злейшим врагом для о́ни*. Именно с помощью клинка Ничирин люди, именуемые Охотниками за о́ни, защищают обычных граждан. Скрываясь во тьме и выслеживая кровавых монстров, Охотники несут верную службу и отдают свои жизни во имя всего живого на Земле. За время ссоры Араши ни разу не поднимает глаза на членов семьи, не оказывает сопротивления, слабые удары пожилой женщины не ощущаются кожей, закалённой в боях, но вот слова этой женщины… Слова бьют сильнее любого клинка, рана на сердце от них остаётся на долгое время в отличии от ран, полученных в бою. Она не видит смысла отвечать ей ни словесно, ни физически — за всё время проживания в этом доме Араши обрела удивительное смирение и безразличие к миру. «Родственники» покидают её скромную, бедную комнату, а Араши остаётся лежать на татами, раскинув руки в стороны и вслушиваясь в звонкий шелест колокольчиков фурин. Её темно-серые, практически чёрные глаза бессмысленно разглядывают потолок помещения. «Как ты посмела сделать такое с моим внуком?» «Тебе никогда не стать частью нашей семьи». «Слабая и никчёмная девчонка, позорящая весь род Абэ». «Как такое убогое существо вообще уродилось на свет? Не удивительно, что твои родители выкинули тебя на улицу!» Каждое слово — новый шрам в душе и на сердце. Госпожа Кэори точно знает, куда и с какой силой бить, словно удары плетью снова и снова до кровавых отметин. Араши устало вздыхает и поворачивает голову к приоткрытым седзи, из которых выглядывает задний дворик с прекрасной сакурой. Она любит в редкие моменты спокойствия и умиротворения наблюдать за величественным деревом, ловить падающие розовые листочки и вдыхать пряный аромат. Ещё издалеке она примечаниет чёрного ворона, который летит слишком неумело, будто только-только овладел собственными крыльями. Специальный ворон организации для общения, — касугайгарасу — кое-как втиснувшись в раскрытые сёдзи, неудачно приземляется плюхается, прокатываясь по инерции несколько метров, и тяжело дышит, не вставая на лапы. Араши про себя закатывает глаза с этого представления. «И почему именно мне достался этот неуклюжий ворон? — думает девушка и вновь вздыхает». — Почему ты не встречаешь меня?! — пронзительно выкрикивает птица, размахивая крыльями. — Я летел к тебе, не жалея своих прекрасных перьев! Сквозь бури, дожди и палящее солнце, а ты продолжаешь лежать мертвым телом, когда наконец-то встретила великого меня! Вставай! — Заткнись, — протяжно стонет она в ответ и морщится с голоса назойливой птицы. — Из-за тебя у меня опять начались головные боли, — она приподнимается, облокачиваясь израненными от изнурительных тренировок и битв ладонями в татами. — Да как ты смеешь, я велик-хмпрф! — птица истошно вопит, маша крыльями, когда ладонь его хозяйки с силой захлопывает клюв, не давая истеричным воплям вырваться наружу. — Помолчи хоть немного. После этих слов девушка наконец-то полностью поднимается на ноги и направилась к небольшому шкафу, стоящему в углу комнаты — необходимо переодеться в форму Охотника. В это время ворон испускает волны негодования и прыгает на месте от возмущения. Красное кимоно с символикой клана водопадом падает к ногам девушки, она тянется за привычной черной формой. «Почему именно я стала обладателем самого болтливого ворона в организации?» — Противная девчонка, да я — касугайгарасу, как ты вообще смеешь со мной так обращаться! Эй, я с тобой говорю! — возмущается птица и, вспорхнув, усаживается на голову человека, который застёгивает белоснежные пуговицы и поправляет пояс. — У меня стресс от общения с тобой! Мои прекрасные черные перышки стали выпадать! Здесь нет ничего смешного! — он клюёт в макушку человека, когда слышит тихий смешок. — Твои перья всё ещё прекрасны, не прибедняйся, — усмехается брюнетка, накидывая простое белоснежное хаори с символом лотоса на спине — символ Абэ. — Ты просто хочешь получить комплименты. Она подходит к зеркалу и осматривает след на щеке — покраснение практически прошло на белоснежной коже. «Позор для людей, — фраза Кэори всплывает в голове сама по себе, накинув легкую простыню разочарования в себе». — А вот и не прибедняюсь! — восклицает ворон, распушив перья и крылья. Его звонкий голос выводит Араши из тягучих раздумий, так было всегда — он постоянно требовал к себе внимания и уважения. — Да на меня с такой лысиной ни одна достопочтенная касугайгарасу не посмотрит! Никто не захочет выходить за меня! Араши тупит взгляд и растягивает губы, не веря его словам, а потом с сомнением смотрит серыми глазами на его отражение в зеркале и спрашивает: — Вы вступаете в брак? — Конечно! Все как у людей, — ворон деловито спрыгивает с макушки на комод и расхаживает из стороны в сторону с умным видом, — мы — вороны уз, без нас Охотникам было бы совсем туго, и нам надо размножаться так же, как и всем! Ах, моя мечта взять в жену прекрасную касугайгарасу Убуяшики, — если бы вороны умели светиться от счастья, то он непременно бы делал это сейчас — подумала Араши. Замечая, что хозяйка совершенно не слушает его и заплетает чёрные, как смоль, волосы с белыми концами в замысловатую причёску, вскрикивает возмущенным голосом и с ехидством поддевает её следующими словами: — Тебе бы тоже не помешало найти жениха, а то ещё чуть-чуть и станешь старой девой. Девушка на его слова протяжно хмыкает и берёт с комода красивую красную заколку, с драгоценным камнем в центре и закрепляет пучок на голове — все во имя практичности, ведь длинные волосы будут мешать в бою. И осматривает конечный результат, покручивая головой в разные стороны. Шрам, тянувшийся от левой скулы до уха, особо заметен при дневном освещении и с убранными волосами. Холодные кончики пальцев касаются рубца, проводя по всей длине, словно их владелица убеждается в его реальности. Араши опускает голову к ворону, проводя пальцами по его макушке, даря ласку птице, и слабо улыбается, когда он реагирует на её прикосновения, в ответ потираясь клювом. Звук колокольчиков фурин вновь раздаётся по помещению и, очнувшись, девушка берёт с комода соломенную шляпу с такими же колокольчиками и надевая на голову, слегка поворачивая её в разные стороны, вызывая звонкий шелест. — Я серьезно, ты с таким характером никогда не найдешь себе жениха! Даже среди Охотников! И это я еще не сказал, как тебя называют младшие по званию, — в его голосе слышатся нотки беспокойства. — И как же? — Черной смертью! Это ужасное прозвище для леди, я хотел выклевать им глаза за такое! — птица ходит туда-сюда по деревянному покрытию мебели, гневно маша крыльями, а потом ловко приземляется на плечо хозяйки, наблюдая, как та усмехается и закрепляет катану на поясе. — Кто-то распустил слух, что ты преподносишь дары богу войны Хатиману, и когда узнаю кто, то он точно останется без глаз! Араши хихикает, прикрывая рот рукой, и открывает седзи в сад. Она всегда оставляет их открытыми, когда уходит на задание, чтобы комната пропиталась этим запахом. Придя домой после долгой миссии, вдыхать этот запах одно большое удовольствие — весь дух успокаивался, позволяя телу и голове отдохнуть от напряжения. Любое движение сопровождается звоном колокольчиков, ворона неимоверно раздражает этот звук, а в Араши он вызывает приятную вибрацию, отдающую где-то в груди. Ворон взлетает, летя над головой Абэ, а потом, застыв в воздухе, говорит: — Держим курс на северо-восток! Там пропадают люди! ¹ (седзи) — в традиционной японской архитектуре это дверь, окно или разделяющая внутреннее пространство жилища перегородка. ² (колокольчик фурин) — традиционный японский колокольчик, сделанный из металла или стекла, с прикреплённым к язычку листом бумаги. ³ (татами) — маты, которыми в Японии застилают полы домов. ⁴ — (о́ни) — демоны в японской мифологии.