Сквозь саму смерть

Всё было словно в тумане. Её сознание было настолько мутным, что пришлось переступать через собственную усталость и лень, чтобы она элементарно смогла открыть глаза. Можно, конечно, сдаться и всё бросить, но кем тогда она будет, если не переступит через такой малюсенький порог? Из-под тонкого одеяла выглянула голова девочки с взъерошенными волосами, которые приобрели растрёпанный за время сна вид. Полуоткрытые глаза зажмурились от неприятного резкого света, льющегося из окна. «Сегодня будет хороший день, » — спокойно подумала девочка, потирая глаза, чтобы стереть последние следы непонятного сна. Если она будет твердить себе это каждое утро, то однажды действительно в это поверит. — Кохаку, просыпайся, — заботливо проговорила мать девочки, аккуратно стуча по закрытой деревянной двери. — В школу пора. — Уже встаю, мам! — с улыбкой произнесла Хаку, сбрасывая с себя одеяло, попутно рассматривая комнату, которая за время переезда уже стала для Сайто родной. Комната ничем особо не отличалась от нормальной. Не просторно, но есть место, где можно развернуться. Хотя, если бы было поменьше всяких шаманских примочек в виде оружия и нескольких вещей для тренировок, то было бы просторнее и тише. А то за эти вещи, которые были пропитаны фурёку, уже начали хвататься и привязываться местные духи. Она могла бы им помочь, если бы не мама… Ярко-жёлтые глаза вдруг посмотрели на соседний футон, который уже был опрятно убран. Внимание девочки привлекло пустое место на стене, на котором должна была висеть катана брата. Дверь в комнату со скрипом отворилась, впуская свежий воздух в комнату, и из дверного проёма показалась темноволосая женщина лет тридцати пяти, у которой уже были видны далеко не первые морщины. Её карие глаза грустно проводили Кохаку взглядом. — А где Мурасаки? — спросила Сайто, завязывая домашнее кимоно. Без второго шамана в комнате всегда как-то холодно. — Сказал, что тренируется, — недовольно проговорила Мэй, мать девочки. — Твой брат слишком отдалился от нас в последнее время… — Не волнуйся, мам, — натянуто улыбнулась девочка, чтобы хоть как-то поддержать свою мать. — Он очень любит нас. Просто хочет быть полезным. — Хотелось бы верить. Если сегодня он не придёт в школу, боюсь, что наказания ему не избежать, — более строже сказала женщина, удаляясь на кухню. Кохаку вздохнула, взглянув в окно в своей комнате, выходящее на шумный город, который сверкал яркими красками из-за фонарей и вывесок. Молодая девушка начала предчувствовать плохое, отчего та сжала кулаки. — В чём дело, Кохаку-чан? — ласково, но одновременно с этим и отдалённо произнёс голос другой девушки, который будто растворялся в воздухе. Взгляд Сайто быстро повеселел, увидев в воздухе знакомую парящую фигуру, одетую в старое светлое кимоно, которое почти полностью закрывало большое и длинное хаори. Девочка дружелюбно встретилась взглядом с чёрными, бездонными глазницами черепа, закрывающее улыбающееся лицо умершей девушки. — Ты знаешь, где Мурасаки? — с надеждой проговорила Сайто, не спеша заправляя кровать. — Мурасаки-доно ушёл рано утром. Вместе с Мацуюкисо, — учтиво наклонилась девушка, поправляя оружие в виде косы на своей спине. Эми была с этой девочкой с тех пор, как той исполнилось девять. И привёл её к Кохаку этот самый мальчик. В какой-то степени Эми чувствовала ответственность и за него. — Это плохо. Он же не собирается тренироваться со своим духом? Не хватало нам проблем в этом районе. Дух Мурасаки был чересчур сильным, как всегда думала юная девушка. Вдруг срубит дерево в парке? С катаной под мышкой это плевое дело. Да и сам парень внушал ужас одним своим взглядом. Особенно, если он видел, как обижают его интересы, которые мальчик так ревностно бережёт. Такие принципы сначала казались Хаку очаровательными, однако вскоре она поняла неприятную истину — эти самые интересы начинались и заканчивались ею. После водных процедур и завтрака, который никак не хотел влезать в желудок девочки из-за её волнения, Сайто переоделась в школьную форму, состоящей из юбки и широкой рубашки, и вышла из квартиры, уже направляясь к лифту с портфелем, полный учебников и школьных принадлежностей. Слава богам, что мама не запрещала ей приводить в школу Эми, духа земли, которая служила ей защитником. Её всё равно никто не видит, кроме Мурасаки. И раз с последним особо не поговоришь, то хотя бы удовлетворишь свою потребность в общении со столетним духом. Сайто нервно поправила прядь волос, которые вылезли из заколки. По дороге к школе ничего интересного не было. Город, как никогда, утомлял юного шамана, который видел красоту лишь в естественных вещах, созданных самой природой или духами. Для Хаку радостью было увидеть зоомагазин с воркующими попугайчиками и яркими миловидными рыбками, но не множество спешащих куда-то людей, уставшие от своей рутины. Темноволосая не любила видеть людей такими уставшими и злыми. От них в округе собирается много негатива, а за ним и демоны. «Им бы денёк другой выбраться за город. Сразу бы им стало веселее!» — восторженно подумала Сайто с улыбкой на лице. Ведь ей это помогает, почему же не должно помогать и им? В неопытную голову девочки пронеслись слова брата, который по своему обыкновению относился к людям крайне пренебрежительно: «Они не такие, как мы, шаманы. Им бы лишь войны устраивать да мериться могуществом.» Конечно же, девочка не была с ним согласна то ли от простого желания перечить родственнику, то ли из-за своей привязанности к земному миру. — Мурасаки так мрачно смотрит на мир, Эми, — тихо проговорила Сайто, пытаясь не привлечь внимание прохожих. — Кажется, он не видит остальных цветов, кроме «белого» и «чёрного». — Может, Мурасаки-доно дальтоник? — в шутку проговорил дух, закрывая челюсть черепа вполне человеческой рукой с ухоженными ногтями. — Смотри, чтобы он это не услышал, — рассмеялась Кохаку, хватаясь за живот. — А не то Мацуюкисо обглодает все твои косточки. На этот раз рассмеялись обе во всё горло. Но было это недолго, так как первой прекратила смеяться Эми также резко, как и всё началось. На её лице проскочила капля настороженности. Ей не нравилась грядущая атмосфера: Сайто уже подходила к школе, где ей были не особо рады. Однако Кохаку уверенно прошла через ворота и чуть ли не бегом прошла в школу, изредка подпрыгивая на ровной дороге. Хоть ей и не нравилось обращение других к ней, но внутри этой девочки было лишь сожаление и сочувствие к тем детям, что находят счастье в боли других. И, конечно же, как же без желания учиться чему-то новому, которого явно не хватало её брату. Входя в свой классный кабинет, Сайто уже с нетерпением ожидала увидеть знакомую голову с неряшливыми пепельными волосами и глубокими чёрными глазами, смотрящие на неё со скрытой заботой. Но на его месте никого не было, даже вещей, что навевало на мысль, что тот ещё не пришёл. Несмотря на то, что они учатся в одном классе, у них такие разные интересы. Это всегда поражало и расстраивало Сайто. Они ведь оба шаманы, что, так сложно держаться вместе? Прозвенел звонок на урок, прерывая размышления ученицы. Та прошла за свою парту под шёпот других детей. Сайто вздёрнула голову наверх, припоминая, как брат говорил, что не надо обращать на них внимания, дабы те не трогали тебя. Правда, в отличие от брата, девочка не сравнивала их с собаками. Это ей не позволяет безграничная любовь в людскому миру, который казался девочке таким привлекательным. — Так, — начал преподаватель, мужчина возраста не меньше тридцати с коротко подстриженными волосами. Голубые глаза учителя пробежались по классу, немного задержав внимание на горящей взглядом Кохаку, которая с восхищением смотрела на мужчину, из-за чего тому стало не по себе. Хаку всегда относилась с почтением к учителям, которые были для неё примером для подражания. — Снова нет Сайто Мурасаки. Кохаку-чан, он опять «заболел»? — незаинтересованно проговорил учитель, готовясь к новым порциям отговорок. — Он немного задержится. Пожалуйста, подождите, — девочка опустила голову вниз, заливаясь краской. Она молилась лишь о том, чтобы непутёвый брат пришёл в школу. — В прошлый раз, когда ты так сказала, Мурасаки-чан пришёл только через неделю, — учитель начал что-то смотреть в классном журнале, уже готовясь отметить отсутствующего. По классу прошёлся смешок, кто-то из мальчишек даже выкрикнул о безалаберном отношении брата Сайто к учёбе. Будто бы у самих было другое отношение. Кохаку начала листать учебник в поисках картинок, чтобы хоть как-то отвлечься и перестать смущаться. Сайто начала думать о чём-то позитивном, дабы не погружаться в пучину злобы. Ей не хватало стать такой же, как и брат. Не то, чтобы он плохой, совсем даже наоборот. Он добрый и чуткий, не раз выручал девочку из передряг, даже научил её обращаться с духами, дабы они не приставали к ней, цепляясь за жизнь на земле. Расстраивало лишь то, что Мурасаки не видел необходимости в учении, будто он сам знает всё и вся. Это ведь не так. — Можно войти, Огава-сама? — из-за двери послышался до жути знакомый поникший голос, услышав который, девочка подпрыгнула на месте то ли от неожиданности, то ли от радости. В дверном проёме, ожидая ответа учителя, стоял беловолосый мальчишка, у которого через плечо была перекинута чёрная школьная сумка, а сам он был одет в школьные брюки и рубашку, которую тот застёгивал только на три верхние пуговицы, всякий раз не теряя лишнего времени на такую незначительную мелочь. — О, мы как раз говорили о тебе, Мурасаки-чан, — улыбнулся учитель, показывая на место ученика. На такое фамильярное обращение брови Сайто недовольно нахмурились, но это прошло мимо учителя. — Садись, пожалуйста. Класс зашушукался по приходу прогульщика, злобно на него посматривая и язвительно провожая взглядами. Место Сайто было возле сестры, так как учитель, сколько бы не старался, не смог пересадить его от Хаку дальше, чем на одну парту. — Ты всё-таки пришёл, братец Мурасаки! — обрадовалась Сайто, закрывая глаза от столь широкой улыбки. — Ты сама сказала, что сегодня контрольная, которую я «ни за что не должен пропустить», — парень измученно вздохнул, плюхнувшись на стул. — Доброе утро, кстати. Рад тебя видеть. Кохаку удивлённо подняла брови, услышав такие слова от брата. — Я!.. — Ради Короля Духов, помолчи, — парень подставил под щёку левую руку, чуть отвернувшись от сестры. — Ну ты и злюка, братец. Девочка недовольно надула щеку, краснея от злости, отчего Мурасаки довольно улыбнулся. — А где Мацуюкисо? — неожиданно раздалось сверху девочки. Эми, чуть ли не упираясь в самую стенку, парила, согнувшись в три погибели. — Ушла она. Мало ли какие лисьи дела у моего духа, — ехидно усмехнулся мальчик, лениво переводя внимание на духа сестры. — Тем более я её не принуждаю бегать за мной по пятам, — тёмные глаза пристально посмотрели на духа, отчего та отвернулась, будто применяя на себя роль провинившейся. — Жалко. Я думала, что… — Сайто, пожалуйста, не разговаривайте, — строго проговорил учитель, поправляя указательным пальцем недорогие очки и держа другой рукой листочки с контрольными заданиями. Кохаку несправедливо уставилась на брата, который одним своим видом говорил: «Я ведь тебя предупреждал». Смотря на невинную улыбку и закрытые от счастья глаза Мурасаки, Сайто не могла не улыбнуться тому в ответ, проклиная свою мягкость к нему да и его самого.

***

Когда уроки закончились, брат и сестра Сайто с нетерпением направились домой, уже предвкушая приятную прогулку через «счастливый» парк, как называла его Кохаку. Однако эти планы неслучайно прервали проходящие мимо мальчишки с их класса, прогнавшие приятную тишину, окружающую этих двоих. — Эй, Саки! Ты сегодня всё-таки пришёл, — с ядовитой улыбкой произнёс темноволосый мальчишка, указывая на молчаливого парнишу пальцем. Мурасаки, казалось, даже не услышал столь резкое обращение в свою сторону, однако у Кохаку внутри всё перевернулось от злобы. Ей никогда не нравилось, что к её другу обращались столь негативно. Ему и так достаточно духи напели о своих проблемах. — Слушайте вы… — перебила издевательства учеников Сайто, уже готовясь к оскорблениям в свою сторону. Вдруг та почувствовала на себе хватку выше локтя. Пальцы Мурасаки осторожно тянули её за белый рукав рубашки. — Не надо, — спокойно произнёс парень со спокойной полуулыбкой. — Они этого не достойны. — Чё ты сказал? — разъярённо проговорил местный «громила» в небольшой команде. — Да кто бы говорил, псевдосемейка, вечно разговаривающие с воздухом!.. — Не говори так! — прерывистым голосом закричала Сайто, уже не слушая ни брата, ни своего духа. Слушаясь лишь внутренних демонов, Хаку загородила Мурасаки, будто пытаясь защитить того от насмешек. Внутри неё вспыхнули скрытые инстинкты, направленные лишь на защиту невиновного. Пепельноволосый удовлетворённо приподнял уголки губ. Возможно, именно тогда Мурасаки понял, что сделал правильный выбор. — Ну и дура! Не лезь, иначе вернёшься домой с парой синяков. В лучшем случае, — рассмеялся один из мальчишек. — Эй, Саки, успокой свою «сестрёнку». Она совсем разбушевалась. Видно, давно не получала от родителей пару ударов! — Знаешь, это уже не смешно, пацан, — подал голос Мурасаки, видя стекающие слёзы по щекам сестры. — Будешь её оскорблять, домой не вернёшься, — с пугающим хладнокровием проговорил Сайто, уводя сестру за собой, уверенно направляясь к парку. Он ведь собирался провести вечер один, в тишине. Кохаку, в свою очередь, попыталась снова вернуть нормальное зрение, пытаясь вытереть как можно больше слёз. Неожиданно из рук задумавшегося Мурасаки пропала белая ткань, которая связывала его с сестрой. Хаку, будто парализованная страхом, мигом оказалась у одного из хулиганов, который держал ту, такую беззащитную и плачущую, за её каштановые волосы. Кохаку предприняла неудачную попытку вырваться, однако сразу же зашипела от боли под звуки вырывающихся волос. — Как страшно!.. — саркастично проговорил парень, держа застывшую в шоке девочку. — Пустые угрозы такие смешные. Такой слабак, как ты, ничего не сделает… Послышался довольный смешок, и ученик уж хотел сказать очередную глупую язвительность, но того неожиданно сбили с ног, отчего тот неприятно ушибся об кирпичную дорогу с глухим звуком и стоном. Кохаку уже ничего не понимала, когда кто-то оттолкнул её в сторону. Сердце неестественно стучало, ударами отдаваясь во всему телу и особенно в ушах, не давая сконцентрироваться и сориентироваться. Через несколько мгновений Сайто услышала собственное сердцебиение и крики мальчишек, один из которых секунду назад держал её за волосы, всего лишь дразня Мурасаки. Не сразу Хаку поняла, что в ушах ударами звенит не только её сердце, но и что-то извне. Глухие удары, будто кто-то бил по мешку картошки. Непонимающий взгляд золотистых глаз непонимающе и безвольно рассматривал две фигуры, одна из которых сидела на другой и яростно, со странной улыбкой на лице избивала мальчишку, извивающегося в агонии. В первой фигуре она узнала своего брата лишь по белым запутавшимся волосам. Но глаза того горели совсем незнакомым, даже потусторонним огнём. — Прекрати, — тихо прошептала Кохаку, пытаясь встать, однако страх полностью заполнил сознание, которое кричало убегать от невидимой опасности. Это ведь её брат, Сайто не должна от него убегать. — Хватит… Не делай ещё хуже!.. Мурасаки неожиданно вздрогнул, будто только проснулся от страшного сна, в шоке глядя в пустоту, всё ещё держа сжатый, готовый к новым порциям ударов кулак в воздухе. Хаку сдержала свои порывы к слабости, когда увидела у Мурасаки избитые костяшки пальцев, испачканные чем-то красным. — Прости… — парень на секунду остановился, глубоко дыша от усталости. Улыбка слезла с его тонких губ, а взгляд источал одно единственное сожаление. В глазах хулигана появилась капля надежды на то, что всё закончилось. — Прости за то, что мои руки столь слабы для того, чтобы ты смог прочувствовать всю гамму этой прекрасной боли… — Сайто сжал дрожащие руки, снова улыбаясь, облизнув губы. Удары продолжились. В этот момент что-то будто оборвалось. Была ли эта нить, связывающая брата и сестру или наоборот нить, ведущая к последнему оставшемуся рассудку парня, можно было только догадываться. Пришёл учитель, которого позвали напуганные ученики. Удары, наконец, прекратились, когда мальчика оттащили от полумёртвого ученика, неспособного даже подняться и сказать хоть слово. Руки первого были изодраны до крови на костяшках, а по опухшему лицу второго стекала алая жидкость вперемешку со слезами. Послышался крик девочки, медленно сходящей с ума от всего произошедшего. Ничто больше не будет как прежде.

***

— Вы хоть понимаете, во что вляпались, молодой человек?! — директор школы яростно ударил по столу, заставляя присутствующую семью Сайто вздрогнуть. Внимание управляющего школой было переведено на сидящую женатую пару. — Ваш сын избил одного из моих учеников… Мурасаки глубоко вздохнул, закрыв глаза. Его это уже достало. Сколько уже прошло с того случая? Неделя? Почему все эти люди никак не успокоятся?.. Зачем вспоминать прошлое? Подумаешь, избил человека. Не шамана ведь, чтобы так беситься. А вот, что действительно расстраивало парня, так это молчавшая сестра, которая после одного похода к психологу даже не смотрела на него. Да и сам парень не давал ей этой возможности, так как в течение этой недели избегал семью Сайто и школу. Всё это выжимало из него соки. — Мой сын не стал бы бить невинного мальчишку, мистер Хёнли, — отец семейства обеспокоенно посмотрел на Мурасаки, сидящего позади. Мальчик саркастично поднял бровь, посмотрев на Сайто-старшего, будто пытаясь понять, верит ли в эту чушь он сам или же нет. — Верьте в это дальше, — настоял на своём полный мужчина. Послышался хлопок стопки листов по деревянному столу, который был слышен даже в коридоре. Там, возле двери кабинета директора, сидела слегка дрожащая девочки, которая обнимала себя руками, в попытках прекратить дрожь. — Он просто защищал меня… — полушёпотом проговорила Кохаку, поёжившись на неудобном деревянном стуле, сидя в прохладном коридоре. Её даже не пускают. Она уже час слушает наставления и угрозы директора в их сторону. Это порядком надоело даже ей. — Пожалуйста, мы сделаем всё, чтобы его не выгнали, — вмешалась мать, умоляюще сложив руки в мольбе. — Не выгнали? Да вашему сыну нужен психолог и хорошее воспитание! Таких вообще в больницу для душевнобольных отправлять надо! Послышался нервный смешок. Мурасаки ещё не хватало посещать человека, лезущего не в свои дела. Тем более, когда ему причислили к этой человеческой семейке? — Господин директор, — неожиданно обратился к мужчине зачинщик драки. — Не обвиняйте их в моём воспитании, ради Духов. Они мне даже не родители. Не их вина. — Мурасаки, ещё одно слово, и мы запретим тебе выходить из дома, — грубо проговорил Сайто, скрестив руки на груди. — Тоже мне угроза… — лениво протянул мальчик, зевая от нарастающей скуки. Он всё думал, когда же уже начнётся веселье. — Прошу Вас, мы только переехали в этот район, как раз поближе к этой школе… — последнее, что слышал слегка взбешённый Мурасаки, выходя из кабинета директора. Умолять о такой незначительной вещи было так глупо… И ради чего? Он им никто, да и не хочет быть им кем-то. При выходе он увидел Кохаку, которая съёжилась в его присутствии. Повисла давящая на уши тишина. — До сих пор боишься меня? — сунув руки в карманы брюк, проговорил мальчик, неосознанно наклонив голову вбок. Он боялся этого. — Ты ведь знаешь, я не мог молча смотреть на то, как с тобой обращаются. — Так мы же тебе не семья, как ты говоришь. Зачем тебе беспокоиться об этом?.. — натянутым тоном сказала Сайто, пытаясь сохранить остатки самообладания. Но получилось это крайне неудачно — голос был слишком прерывистым и тихим. Мурасаки же облегчённо вздохнул, услышав голос Хаку. Он опасался того, что больше никогда его не услышит. — Не принимай всё так близко к сердцу. Иначе обожжёшься ещё сильнее в будущем, — предупредил Мурасаки, почесав затылок. Он совершенно не знает, о чём с ней можно поговорить. — Как бы то не было… Давай просто прогуляемся, ладно? Не хочу думать о таких пустяках. — Тебе совершенно всё равно? Даже, если родители откажутся от опекунства на тебя?.. — Кохаку прикрыла лицо рукой от волнения. — Не накручивай себя. Хоть я и не твоей крови, но ты моя сестра, и мне больно видеть тебя такой. Сайто — хорошие люди. Сомневаюсь, что они откажутся от меня, — парнишка медленно направился к выходу из школы. Кохаку вовремя опомнилась и побежала за ним следом, даже не смотря под ноги. — Скоро ведь начнётся главное представление этих пяти веков. Нам нужно морально и физически подготовиться. — К чему? — заинтересованно проговорила Хаку, поспешно завязывая шнурки на сменных кроссовках. — Забыл, что ты не знаешь. Точно, ты ведь родилась в этой семье… не-шаманов, — задумался парень, почесав подбородок и закатив глаза. — Турнир Шаманов. Вот, что вот-вот должно произойти. — Это вроде Олимпийских Игр? — загорелась девочка, скача по пятам за братом. — Только для шаманов? — Нет! — рассмеялся Мурасаки, хватаясь за живот. — Это получше. В награду за победу ты получаешь не просто первенство, а безграничную власть. Ты можешь делать с ней, что захочешь: устроить апокалипсис, уничтожить мир или сделать так, чтобы никто не умирал. Даже восстание из мёртвых будет казаться тебе детской забавой. И всё это после того, как ты соединишься с Королём Духов, чтобы стать Королём всех Шаманов… — Сайто расслабленно посмотрел на свои руки, будто представляя всю эту силу в своих руках. Хаку напряжённо фыркнула. — Звучит опасно… Нам обязательно участвовать? — насторожилась девочка. — Тебе — нет. Но я обязан победить, — вдруг остановился ученик, окончательно запутавшись в своих мыслях. Он хотел видеть Кохаку рядом с собой, когда, наконец, исполнится его мечта. Но брать её, шамана-новичка, которого он учил только базовым техникам, было слишком проблематично. — Зачем тебе эта сила? Ты ведь не такой высокомерный, чтобы хотеть её… — расстроилась темноволосая, дотронувшись до рук брата, дабы вернуть его в реальный мир. Или просто убедиться, что она может дотронуться хоть до кого-то. Живя с неосязаемыми духами, легко забыть о том, что ты настоящий человек. Мурасаки поморщился от прикосновения, отдёрнув руку под извиняющимся взглядом сестры. — Мне нужно кое-кого победить, — загадочно улыбнулся Мурасаки, дотрагиваясь пальцем до своей щеки. — За его грехи, конечно же… — Ты меня пугаешь… — Да это просто шутка. Лишняя сила никогда не бывает лишней. Особенно, если у дорогого тебе человека есть желание, к которому будешь стремиться и ты, — голос беловолосого заметно посквернел, будто его хозяину вспомнилось не очень-то приятное. — Думаю, я тоже хочу участвовать! — неожиданно заявила Сайто, с уверенностью сжимая кулак. — Я тоже хочу силы! — Для чего же?.. — осторожно спросил парень, обходя стороной вдохновлённую сестру. — Хочу открыть много-много детских приютов! Чтобы такие, как братец, не знали одиночества. Если у меня будет такая сила, то я смогу следить за каждым ребёнком. Не хочу, чтобы дети-шаманы страдали, хоть убей, не хочу, — поникла Кохаку. Мурасаки замолчал, проанализировав слова сестры. Сказать, что это было для него ожидаемо — ничего не сказать. Ему было отчасти приятно слышать такие наивные и добрые слова от Кохаку. Это поддерживало равновесие между ними. — Если я стану Королём, то подумаю над твоим предложением, — резко повеселел блондин, саркастично сделав задумчивый вид.  — Ах ты… Я стану Королевой Шаманов! Сделаю тебя прислугой, будешь полы мыть до посинения! — восторженно произнесла Сайто, в шутку толкая брата в руку. — Чем я заслужил такое отношение?.. — наигранно произнёс Мурасаки, пуская скупую мужскую слезу. Он наигранно потёр руку, которую недавно толкнула девочка, изображая адскую боль. — Я тебя защищал, руки все разбил, а ты!.. — Сайто на секундочку замолчал для того, чтобы незаметно проскочить сзади сестры. — Никто тебя не просил… — девочка резко замолчала. Удивившись затишью, Кохаку уже хотела обернуться узнать, в чём причина, но получила взгляд чёрных глаз, которые явно задумали нечто плохое. Сайто уж хотела отозвать его, однако не успела она начать, как почувствовала щекотку на своей талии. Раздался многострадальный смех, развеивающий натянутую тишину и молящий о том, чтобы парень прекратил. Желание девочки было почти исполнено, когда беловолосый мальчик отстал от сестры, предпочтя дальше смеяться над её попытками задеть его чувство собственного достоинства. Про себя тот с радостью думал, как же хорошо тот живёт. Ведь его кто-то по-настоящему любит. И никто не претендует отобрать твоё счастье. Однако к последнему всегда оказываешься не готов. — Ах, теперь все мысли о Турнире будут… — озабоченно вздохнула сестра. Мурасаки только повёл бровью, ибо тот думал о ней намного дольше, чем нервная девочка. Думая о Битве Шаманов, Мурасаки первым приходило на ум не то, как тяжело ему придётся идти к самому верху, или что тот будет делать, если всё-таки победит. Нет… Мурасаки лишь молился о том, дабы тот не встретил столь ненавистного ему человека. Может, поэтому было бы лучше оставить Кохаку дома, подальше от этой шаманской суеты. Он надеялся, что больше никогда не встретит Асакуру Хао…