Surreality

Гарри провел утро с друзьями, но мысленно он был совсем не с ними. Он не мог отделаться от мысли — если бы не было Снейпа, который настоял, что это был Волдеморт, и дал ему надежду в физическом мире, как бы он воспринял его последний сон? Как бы он отреагировал на предложение? Он бы не хотел проверить. Но он был почти уверен, что Снейп спас его жизнь. Опять. Его предыдущее мнение о Снейпе все еще оставалось с ним. Он не был уверен, что он когда-либо действительно полностью простит мужчину. Но где-то на этом пути он начал доверять ему. Увидеть его, выбираясь из прохода под Плакучей Ивой, даже настолько разозленного, дало ему ощущение безопасности. После этого осознания он наконец-то успокоился и попытался объективно взглянуть на Снейпа. Ошибка Гарри, причина по которой он был так зол была в том, что он позволил своим эмоциям взять верх над ним. Он был настолько уязвим, что он слепо тянулся к привязанности, и это желание натолкнулось на кирпичную стену в виде всех его проблем со Снейпом и всех проблем Снейпа с ним. Он осознал теперь, что он проверял ее, намеренно усложняя, потому что он ожидал, что она рухнет от слабого толчка. И затем, когда это все лишь переросло в стычку, он был ужасно расстроен из-за своей правоты. И все же, Снейп все еще искал его. Он догадался где его найти. И эта мысль удивительно утешала. Хотя вполне возможно, что Снейп все еще недолюбливал его, мужчина готов был быть вежливым — большую честь времени — и помочь ему справиться с этим. Возможно, этого было достаточно. Так что в тот же день после занятий Гарри собирал вещи в Гриффиндорской спальне. Не все, конечно, он все еще был намерен регулярно посещать башню и в конечном итоге вернуться сюда. Но на какое-то время он нуждался в помощи Снейпа. Он должен был остаться с профессором. И он не мог возвращаться сюда каждый день, чтобы пополнить запасы одежды. Рон предложил помочь. Но он меньше помогал и больше размышлял, изучая Гарри, что заставляло его чувствовать себя неудобно. Наконец он вздохнул, бросил свитер, который складывал, и посмотрел на друга. — Что, Рон? — Я просто думал… — Ой йой, — Гарри слегка улыбнулся, наполовину поддразнивая, наполовину насторожено. — Это Снейп, Гарри, — сказал рыжеволосый, будто это должно было все объяснить. Гарри приподнял бровь, вынуждая продолжить: — После всего, через что мы прошли с ним, и всего, что он знает, ты правда веришь ему? Гарри неловко пошевелился, и разорвал зрительный контакт. — Я не знаю, — признался он. — Но он другой последнее время. — Правда? Никто больше не заметил. — Он другой со мной, — прояснил Гарри, удивленный тем, что он чувствовал себя оборонительно, и удивленный своим нежеланием честно добавить: — По крайней мере, большую часть времени. — И — не пойми меня неправильно, — но разве это не странно? Я имею ввиду, тебе не кажется, что это все странно? — Рон, моя жизнь — выставка странностей. И всегда была. — Я знаю, я просто… послушай, ты сам сказал, что это выглядит немного неуклюже, когда Ты-Знаешь-Кто пытаешься форсировать события таким образом. Гарри нахмурился, размышляя к чему вел его друг. Это была правда; стоило шоку пройти, ему показалось, что этот последний сон был немного резким. Нарастание было медленным и тонким, и затем его ошарашили предложением о суициде. Снейп говорил, что это скорее всего был Волдеморт, кто пытался добраться до его сознания последние дни, но не мог из-за Окклюменции. Так что когда он вновь получил доступ — он просто пошел ва-банк. Это имело смысл, и Гарри напомнил Рону об этом. — Снейп сказал, — пробормотал он в ответ. Гарри неловко пошевелился. — Ну, и что, по-твоему, тогда происходит? — Я знаю позицию Дамблдора, что он работает на нас, но… что если он ошибается, Гарри? Что если Снейп действительно верен Ты-Знаешь-Кому? И что если… что если на самом деле он не хотел тебя убить? Что, если это именно то, чего он хотел — подтолкнуть тебя ближе к Снейпу? Гарри уставился на него, и он чувствовал, как в его животе похолодело. Рон продолжал: — Потому что если это так, Снейп должен был бы действовать немного по-другому, немного добрее к тебе, чтобы затащить тебя в… Гарри отрицательно покачал головой, тяжело опускаясь на кровать. Какое-то мгновение они сидели в тишине, прежде чем он ошеломленно покачал головой и сказал: — Мы всегда сомневались в нем. И всегда ошибались. — Возможно, но подумай об этом. Сны заставили тебя осознать, что ты всегда чего-то хотел, но ты не можешь этого получить. Затем, неожиданно, тебе предлагают это. Я просто думал, что ты не должен доверять ему так быстро. Ты должен как минимум сначала убедиться в его лояльности. — Тогда что мне делать, Рон? Пожалуйста, скажи мне, что мне делать, — он хотел, чтобы это прозвучало саркастично, но каким-то образом отчаяния в его голосе было больше. — Полагаю, просто спросить его не сильно-то и поможет, — ответил Рон с сарказмом, опуская голову. Гарри уставился на него. — Вероятно, нет. — Гарри… ты ведь не сблизился с ним, не так ли? Гарри отвернулся, и отказался отвечать. Неужели он сам не думал об этом только недавно? Он думал, что отстранился. Видимо, это не сработало так хорошо, как он думал. Отсутствие ответа было более громким ответом, чем что-угодно, что он мог бы сказать. Рон слегка поморщился, но поднялся и подошел, чтобы сесть рядом с Гарри. — Как я понимаю, речь идет о семье… верно? О том, чтобы кто-то заботился о тебе? Гарри пожал плечами, чувствуя себя также неловко, но кивнул. — Сны были об этом, да, — после паузы, он пробормотал: — Какая-то глубоко засевшая потребность, которую я не осознавал полностью, но которая была совершенно очевидна Волдеморту. Рона больше не бесило его имя так сильно, но все еще заметно. Тем не менее, он спокойно откинул это. — Что ж… ты знаешь, моя семья любит тебя, верно? Ты знаешь мама усыновила бы тебя, если бы она могла. Возможно нам пришлось бы покрасить твои волосы в рыжий, но… — он замолчал, и легкая улыбка озарила его лицо. Гарри попытался вернуть ее, он правда пытался. Но он не думал, что сможет. Он не хотел задеть друга, но, так как это выглядело честным диалогом, он решил, что лучше попытаться сказать правду: — Спасибо, Рон. Ты знаешь, я люблю твою семью, но… это не то же самое, — он закончил шепотом. Рон заметно ощетинился, и Гарри знал, что он причинил ему боль, несмотря на намерения. И он знал, что Рон воспринял это как личное оскорбление. — Я знаю, что это не то же самое, что иметь своих родителей, но ладно тебе, Гарри. Ты предпочтешь Снейпа? Ты не можешь считать, что он когда-либо сможет дать тебе то, в чем ты нуждаешься, — сказал он презрительно. Гарри поднялся с кровати, ощущая как злость понемного начинает охватывать его. — Я должен выбросить Волдеморта из моей головы. И он мне в этом помогает, — рявкнул он. — Даже если так, это не особо важно, если он пытается обманом заставить тебя довериться ему! Он может сдать тебя! — Рон дико размахивал руками, пытаясь подчеркнуть свою точку зрения. Желудок Гарри скрутило от мыслей. Он пытался бороться с паникой, пытаясь найти причину. — Но ничего из этого не было идеей Снейпа. Я слышал их разговор с Больничном Крыле — он даже не хотел этого. Я уверен Дамблдор заставил его. — Дамблдор прекрасный влошебник и все такое, но он очень старый и он иногда ошибается на твой счет, и, похоже, Снейп в его большой слепой зоне! Это, возможно, было правдой, и Гарри сам думал об этом больше одного раза, но каким-то образом слова Рона в пылу гнева лишь расстроили его еще больше. Часть его хотела защитить Дамблдора, другая часть хотела защитить Снейпа, и каким-то образом он не находил слов ни для одного, ни для другого. Вместо этого он лишь резко сказал: — Это даже не твое дело! На мгновение выражение лица Рона отразило, как эти слова его ранили. Но затем вернулась ярость. — За что ты злишься на меня? — закричал Рон, повышая голос, чтобы соответствовать Гарриному. 'Потому что ты предполагаешь, что Снейп дьявол и никто не заботиться обо мне без скрытых мотивов,' подсказал ему разум. Но в какой-то мере он понимал, что это было искажено, и он этого не сказал. — Я не знаю! — закричал он в ответ. Они смотрели друг на друга, дыша тяжелее обычного, мириады эмоций мелькали на их лицах. — Я должен идти. Снейп ждет меня для Окклюменции, — наконец-то сказал Гарри тихо, его слова были отрывистыми. Он подошел ближе, намереваясь схватить свою сумку. Рон был между ними. Тупик. Взгляд Гарри был таким же тяжелым, как и взгляд направленный на него. Наконец-то Рон закатил глаза и раздраженно фыркнул прежде чем отодвинуться. Гарри подхватил сумку и развернулся чтобы вылететь из комнаты. — Гарри! — Рон испортил его драматический выход. Гарри неохотно остановился и обернулся к нему. Рон вздохнул, беспомощно протянул руки, но не извинился. — Просто, пожалуйста, будь осторожен, ладно? — невысказанное, простое, но резкое 'Не доверяй ему.' Гарри внезапно обнаружил комок в горле. Он коротко кивнул, и ушел, не сказав ни слова.

***

Гарри почти не обращал внимания на окружающих, когда спускался в подземелья с сумкой, перекинутой через плечо. Он не спешил, нарочно медлил, размышляя о своем разговоре с Роном. Чем дальше он отходил от башни, тем больше его злость угасала, уступая место пробудившимся сомнениям насчет Снейпа. Потому что, честно говоря, в словах Рона было неприятно много смысла. Гарри понимал, что ему нужно избавиться от этих сомнений, так или иначе. Ему нужен был план. Сегодня вечером у них должна была быть сессия окклюменции. В прошлом году, случайно наложив защитное заклинание, Гарри получил доступ к воспоминаниям Снейпа через их связь. Теперь ему нужно было сделать это намеренно. И если он сможет направлять свои собственные воспоминания, то, возможно, сможет повлиять на ход мыслей Снейпа. Так погружённый в свои размышления и волнения, Гарри не заметил, куда идёт, и почти налетел на Драко Малфоя. — Поттер? Что ты тут делаешь? — спросил Малфой, оглядывая сумку, которую Гарри неловко переместил за спину. — Собираешься съехать? Пришёл попрощаться? — с ухмылкой продолжил он. Редко когда Гарри не находил что ответить Драко. Но в этот момент он не смог придумать никакого убедительного оправдания, почему направлялся в покои Снейпа с сумкой одежды в руках. К счастью, их прервали приближающиеся шаги. — Мистер Малфой, вы забыли свой учебник… — Снейп остановился, наткнувшись на них, его тёмные глаза скользнули между ними. — Мистер Поттер, — настороженно произнёс он. — Кажется, Поттер решил переселиться к вам в запасник со змеями и жабьими языками, профессор. Ему нужны новые друзья. Это вернуло Гарри голос. — Вообще-то, ты не сможешь платить мне достаточно, чтобы я вступил в Слизерин, но всё равно спасибо за предложение, Малфой, — холодно парировал он. Глаза Драко сверкнули, почти наверняка в преддверии какого-то колкого замечания, но Снейп его перебил. — На самом деле, у мистера Поттера здесь вполне законное дело. Его неумелость на дополнительных занятиях зельеварения привела к неприятному инциденту с нашими мантиями и фиолетовым веществом. Разумеется, он должен был их вычистить — по-маггловски. Стирка? Гарри приподнял бровь, уверенный, что даже его перегруженный мыслями разум мог бы придумать что-то лучше. Но это унижало его, а значит Малфоя это вполне устраивало. Он ухмылялся, как будто Рождество наступило раньше срока. — Идёмте, мистер Поттер. Можете отнести это в мои покои, — сказал Снейп, отворачиваясь. Стоило Снейпу уйти, как Малфой наклонился ближе и понизил голос. — В самом деле, Поттер. Уровень ЖАБА, а ты всё ещё нуждаешься в дополнительных уроках по зельям? Похоже, хорошо, что ты любимчик Дамблдора. Наверняка он приказывает профессорам быть к тебе особенно снисходительными. Эти слова больно задели, и Гарри нахмурился. — А ты что здесь делаешь? — Он кивнул на учебник. — Не списываешь, часом? Получаешь незаслуженную помощь? Если уж я — любимчик Дамблдора, то Снейп… Он осёкся, понимая, что не хочет додумывать это дальше. В очередной раз Снейп выручил его раздражённым «Поттер!» доносящимся из коридора. С последней презрительной гримасой Малфой прошёл мимо него. Гарри на мгновение посмотрел ему вслед. Малфой, возможно, не самый умный человек, но дураком его не назовёшь. Если он проводил много времени со Снейпом — а, похоже, что так и было — он рано или поздно догадается, что происходит что-то странное. Это слишком много для того, чтобы волноваться сразу обо всём. Решив, что Малфой не заслуживает приоритетного внимания, Гарри вернулся к Снейпу и сократил расстояние между ними. — Стирка? — недоверчиво спросил он. — Я не заметил, чтобы ты нашёл способ выпутаться из ситуации, — возмущённо фыркнул Снейп. Это было довольно забавно, и Гарри с трудом сдерживал улыбку. Снейп выпрямился, пытаясь вернуть себе достоинство. — Идёмте, мистер Поттер. Давайте покончим с сессией окклюменции до ужина. Гарри мгновенно потерял легкомысленное настроение. Он последовал за Снейпом в его покои и отнёс сумку в свободную комнату. Там он бросил её на кровать и на мгновение остановился, прислонившись к столу. Закрыв глаза, он сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь подготовиться к тому, что собирался сделать. — Что-то не так? — спросил Снейп. Гарри вздрогнул и резко обернулся, увидев, что Снейп уже стоял в дверях. — Эм… нет. Всё нормально. — Тогда жду тебя в кабинете, — произнёс Снейп. Гарри попытался выдавить улыбку. — Конечно. Сейчас приду. Снейп всё ещё смотрел на него с неким подозрением, но затем развернулся и ушёл. На мгновение, которое казалось вечностью, Гарри осознал, как сильно он ценит эту едва уловимую заботу и задумался, было ли это вообще искренне. Затем он пошёл за ним. Когда Гарри вошёл в кабинет, Снейп раскладывал бумаги на столе. Он поднял взгляд, отложил стопку бумаг в сторону и, вынув палочку, вышел ему навстречу. — Готов? Гарри глубоко вздохнул и неохотно кивнул. — Легилименс. Гарри давно уже привык блокировать доступ к своим воспоминаниям. Но на этот раз ему нужно было пропустить Снейпа. Это было странное чувство, и поначалу он не мог контролировать происходящее. Воспоминания закружились… …он и Гермиона стояли перед Визжащей хижиной, беспомощно наблюдая, как Рона затягивает в маленький проход, и его ногу ломает с отвратительным хрустом… …он был в маленьком домике, пытаясь уснуть на полу. Хагрид ворвался внутрь, и он впервые услышал о магическом мире, узнал правду о своих родителях… …ему было восемь, он болел. Лихорадка кружила голову, он дрожал так сильно, что уронил сковороду с беконом на пол. Дядя наорал на него и дал крепкую пощёчину, прежде чем запер его в чулане… Он почувствовал, как Снейп отступил при этом воспоминании. Придя в себя и немного осознав, где он находится, Гарри с трудом направил поток к следующему… …Гарри отвернулся от Беллатрисы с ужасом и увидел его. Высокий, худой, в чёрном капюшоне… с ужасающим змеиным едва различимым лицом… чистая ненависть в красных глазах. Гарри не мог двигаться, когда палочка направилась на него. Он не мог ничего сделать, когда смертельное проклятие было произнесено, и только статуя едва успела заступить перед ним… Этого было достаточно. С большим усилием Гарри вернул себя в реальность, увидев перед собой Снейпа, а также остатки воспоминания с Дамблдором. Он с трудом стряхнул с себя страх, вернувшийся вместе с воспоминанием, и поднял свою палочку. — Протего! И, как в прошлый раз, палочка Снейпа вылетела из его руки, а Гарри был погружён в воспоминание, которое явно не принадлежало ему. Обстановка была другой, но фигура, возвышающаяся в тени, была той же. Она стояла в центре мрачной комнаты. Гарри с трудом мог различить детали, но узнал профессора Снейпа, который подошёл и склонился перед ним. — Северус, с нетерпением жду твоего доклада, — прошипел змеиный голос. Гарри напрягся, осознав, что именно он видит. — Боюсь, дела идут к лучшему, мой лорд, — с презрением ответил Снейп. — Он всё ещё оплакивает Блэка, но, похоже, избежал депрессии. Он более доволен и вновь обрёл часть своего высокомерного самодовольства. Думаю, возобновившиеся тренировки по квиддичу и его гриффиндорские друзья имеют к этому отношение. Алые глаза сузились до щёлочек. — У тебя нет ничего более важного, чтобы сообщить мне? — Это, конечно, всего лишь наблюдения; я не подхожу к мальчику ближе, чем для наших дополнительных занятий. Он по-прежнему отвратителен в зельях. — Его голос был спокоен и непринуждён, словно он просто беседовал с другом. Но в его выражении было что-то похожее на усталую обречённость. — Боюсь, на данный момент мне больше нечего сообщить. — Северус, ты меня разочаровываешь. — Мне жаль, мой лорд. — Жаль… да, полагаю, это так. — Длинные, сероватые пальцы нежно коснулись его щеки, как будто в утешении. Затем рука отдёрнулась, и в ней появилась палочка. — Круцио. Снейп рухнул на пол, его тело изгибалось в мучительной агонии, которую Гарри слишком хорошо знал. Проклятие причиняло невыносимую боль, но Снейп остался в сознании и не закричал, хотя страдание было написано на его лице. Он явно был человеком, который уже переносил это заклятие раньше — больше чем единожды. Когда боль начала стихать, Волдеморт подкрался ближе и опустился на колени рядом с ним. — Теперь ты будешь стараться усерднее для меня, не так ли? — прошипел он. Снейп поднял голову, его лицо вновь приобрело привычную невозмутимость. — Да, мой лорд, — спокойно ответил он. Гарри резко оторвался от связи. Когда контакт прервался, он рухнул на колени, тяжело дыша и чувствуя подступающую тошноту. Тишина была оглушительной. Когда он наконец смог поднять глаза, состояние, в котором находился профессор Зелий, заставило его сердце сжаться. Снейп держался за край стола, его лицо было ещё бледнее, чем обычно, а дыхание прерывистым. — Простите, — прохрипел Гарри. — Я не… — Он осёкся на полуслове. Он собирался сказать, что не хотел этого делать, но Снейп и сам знал, что это не так. — Простите, — повторил Гарри ещё раз, чувствуя себя неловко. Снейп, приложив усилие, взял себя в руки. Он стоял у стола с натянутой спиной, а Гарри не делал ни малейших попыток подняться. Он оставался на коленях, глядя на профессора снизу вверх. — Ты мне не доверяешь, — наконец произнёс Снейп. — Это… объяснимо. Гарри показалось, что он услышал в его голосе тень обиды. Он прикусил губу и опустил взгляд, не в силах встретиться с ним глазами. — Думаю, на сегодня достаточно. Ты явно развиваешь защитные способности. Тебе стоит отправиться в Большой зал на ужин. Увидимся позже в наших покоях. Наши покои? Голова Гарри взметнулась вверх при этих словах, но Снейп уже отвёл взгляд, явно отпуская его. Похоже, он даже не понял, что сказал; Гарри понял, что ему удалось смутить его. Бессмысленно было пытаться говорить с расстроенным Снейпом. К тому же, Гарри и сам не знал, что сказать в этот момент. Поэтому он медленно поднялся на ноги и вышел из кабинета, сражённый бурей эмоций.