Госпожа неудача "Шаг в неведомое"

— Джейк! Мы резко отпрянули друг от друга и обернулись на голос. На край крыши опустилась Кэт и сейчас бежала к нам. В этот момент я была готова прибить ее. Еще какую-то пару минут назад я чувствовала себя героиней волшебной сказки, а эта зараза вернула нас с Джейком к жестокой реальности. — Кэт, что произошло? Девушка перевела дыхание. — Мне только что позвонил Аскар. Срочно требует кого-то к себе. — Что там у него, черт побери, произошло? Требует он, шейх недоделанный! Джейк тоже начинал злиться. — Не знаю. Но сразу после его звонка ко мне прибежала Анжелина. — Господи, давай покороче. Что там случилось? — Не знаю. Она была вся в слезах; ну, я решила, что с Дианой остаться сможет, пока я найду тебя и выясню, что там у них произошло. Джейк кивнул. — Хорошо, тогда я полечу к Аскару, ты, сестренка, возвращайся к Диане. — А я? Я поочередно посмотрела на Джейка и Кэт. Джейк повернулся в мою сторону. — А что ты? Ты идешь домой. Я взяла его за плечо. — Джейк, я не собираюсь сидеть взаперти, когда вы делаете что-то важное. — Но ты и так выдохлась после стычки со Смирновой! — Я могу справляться и без способностей. — Нет, не можешь. — Почему это? — Потому, потому... — он осекся. — Да потому, что он боится за тебя. Кэт вклинилась между нами и повернулась к брату. — От того, что ты будешь всегда держать ее под барьером, жизнь лучше не станет. За время наших занятий я хорошо изучила Кристину. Она вольная птица и не потерпит клетки. Джейк вздохнул. — Хорошо, тогда Кэт донесет тебя до Анжелины, и ты побудешь с ней. Никакой самодеятельности. Кэт подхватила меня на руки, и я тут же коснулась силы, чтобы все не происходило так стремительно, как в моей человеческой сущности. Холодный ветер усилился, бросая нам в лица горсти снега. Я вглядывалась в белую мглу, надеясь рассмотреть хоть что-то. — Дальше я не полечу! Кэт вскрикнула, и земля начала стремительно приближаться. Я замедлила наше падение, поддерживая Кэт. — Что произошло? Девушка тряхнула волосами. — Глаза! В мои глаза попала вода! — И что теперь?! — Ничего страшного! Я тебя догоню! Лети! Я заколебалась. — Лети же! Нить барьера, поддерживающая Кэт, разорвалась, и силовым толчком меня отбросило на несколько метров. Я обхватила себя за плечи, беззвучно трясясь от холода. По коридору прошло несколько врачей. Я еще раз проверила свою, так сказать, «шапку-невидимку» и юркнула в лифт вслед за медперсоналом. Бедные труженики шприца и скальпеля даже не догадывались, что рядом с ними находится еще один человек. Я первой выскользнула из дверей и двинулась к палатам реанимации. На этом этаже было подозрительно пусто. Я непроизвольно вооружилась несколькими щитами и открыла нужную дверь. — Черт! Я споткнулась обо что-то и, опустив взгляд, с ужасом узнала Анжелину. Сестренка лежала на полу, раскинув руки и подогнув колени, как будто в прыжке. На первый взгляд, сестра не подавала никаких признаков жизни. — Анжелас! Я бросилась к ней. «Господи, пожалуйста, пусть с ней все будет в порядке!» Я послала ей слабый импульс. «Жива. Это главное». Я встала, и, подняв сестру на руки, двинулась к кровати, и тут же остановилась. Кровати, где должна была лежать Диана, попросту не было. — Что здесь происходит? Я обернулась на голос Кэт. Девушка быстро прошла вглубь палаты. Послышался звон разбитого стекла, и я наконец-то увидела Диану. — Жаль, ушла! Кэт резко повернулась ко мне. — Так что здесь произошло? Я почти ничего не видела. Девушка взяла у меня из рук Анжелину и присела на край стула. — Сюда зачем-то приходила Смирнова. Увидев меня, эта поганка смылась, а после того, что я только что сделала со своими несчастными глазоньками, догонять ее просто нет сил. — И все-таки что произошло у вас с Аскаром? Анжелина отодвинула от себя пустую чашку. После того, как в палате появилась Смирнова, Кэт отдала мне сестрицу, которую предварительно привела в чувство, и сказала, чтобы до утра мы не высовывались. Не очень-то и хотелось. Я зверски устала и держалась на ногах только благодаря тому, что была иной. Когда рассвет окрасил небо, очистившееся после ночной метели, мы с сестренкой расположились на кухне, дабы обсудить последние события в целом и их взаимоотношения с Аскаром в частности. — Да, в принципе, ничего особенного, но мой благоверный раздул это до черт знает чего. Я просто к тебе собиралась, ну, и волосенки заплетала, понятное дело, не при помощи рук. — И зашел Аскар? — Ну да. Так когда он увидел, что пряди сами в косу складываются... — Ой, представляю его реакцию. Я заправила за ухо выбившуюся из хвоста прядь. — Да уж, шуму здесь было! Он сказал, дескать, не думал, что еще когда-то в своей жизни увидит ведьму. — Ведьму? Я улыбнулась. — Ну да, он так и сказал. Оказывается, он несколько лет назад познакомился с иной, которая мало что о себе знала, но способности проявляла регулярно, и, когда увидел, как она подчиняет людей своей воле, нанял тех, кто убил ее. Не без помощи Надира, конечно. Мои глаза округлились. Я не могла представить жизнерадостного Аскара, отдающего хладнокровный приказ. Из глаз сестры полились слезы. — Я не могу поверить. Я все равно люблю его. Я провела рукой по ее волосам, вкладывая в этот успокаивающий жест немного энергии. Глаза сестры медленно закрылись, и я перенесла ее в комнату. Пусть поспит, бедняга. Сон — он ведь порой самое лучшее лекарство. Пока сестра мирно спала, я решила связаться с Джейком. Во-первых, я по нему соскучилась, во-вторых, хотела узнать последние новости. Долго ждать не пришлось. — Да, привет, Кристина. Ты как? Последний вопрос мы произнесли одновременно и рассмеялись. — Ну, если смеешься, значит, в порядке. Снова дуэтная фраза, которая повлекла за собой новую волну смеха. — Что ты узнал от Аскара? — отсмеявшись, спросила я. — Да как сказать, почти ничего. Он долго жаловался на то, что снова встретился с ведьмой, что ему, бедняге, не везет, что это какая-то напасть... Ну, и еще куча всякого бреда. В общем, я его убедил в том, что все это могла быть галлюцинация, что Анжелина вполне нормальный человек. — Именно убедил? В моем вопросе прозвучали издевательские нотки. Джейк возмущенно фыркнул. — А ты думаешь, что я внушениями направо и налево разбрасываюсь? — Да кто тебя знает. Я тут же пожалела о сказанном, услышав его тяжелый вздох. — Да, конечно. Я понимаю и тоже не могу простить себе того, что сделал с тобой в лесу. — Джейк, нет! Я вовсе не это... Трубка отозвалась короткими гудками, за что была отброшена в угол, где рассыпалась, жалобно хрустнув. Я вздохнула и поплелась восстанавливать ни в чем не повинный мобильный. «И что меня за язык тянуло и какого черта? Я же его обидела, сильно обидела». Я опустилась на колени перед кучкой деталей, бывших раньше телефоном, да так и застыла, с головой окунувшись в свои мысли. В основном невеселые и терзавшие мою несчастную душеньку кучей мелких коготков. Спустя несколько минут я все-таки собрала изувеченный аппарат и, уже жалея о том, что усыпила Анжелину — так бы хоть с кем поговорить было, — побрела в кухню. — Какого черта?! Я застыла в дверях, уперев взгляд в невозмутимую фигуру Луи, который нарисовался на пороге совершенно не к месту. — Ты бы хоть пройти позволила. — А с какой стати тебе такая честь? — А, ну, я же все-таки с дороги, устал, соскучился. Луи потянулся ко мне, дабы обнять, но я отшатнулась, будто от заразы какой-то. — А ты вообще на фига приперся? — вопросила я. — Увидеть братика и... — Ну и катился бы к братику. Я резко дернула дверь на себя, но парень успел подставить ногу и вцепиться в ручку с другой стороны. Я потянула сильнее. Дверь не сдвинулась. — Может, все-таки передумаешь? Я сжала зубы. — Советую тебе сделать то же самое. Луи улыбнулся. — А если я не последую твоим рекомендациям? — Тогда ты пожалеешь. — Правда? Он принял нарочито расслабленную позу. — Неужели? Я пропустила его вопрос мимо ушей. — Последний раз предупреждаю. Не хотелось бы получить себе на память сувенир в виде нижней конечности несчастного ливийца. — А ты попробуй, — ухмыльнулся этот наглый двероподпиратель, и я попробовала. На его беду, конечно же. Резкий рывок, приправленный слабой силовой подпиткой, — и дверь захлопнулась. Я вздохнула. «Как же все-таки жаль, что этот наглец успел убрать ногу», — пронеслось в мыслях. Я вернулась на кухню. Инцидент с Луи помог сбежать той кошке, которая уже около часа скреблась на душе. Так что плакать над своей разнесчастной судьбинушкой я не собиралась, а вместо этого все-таки правильно собрала телефон, а то с мокрыми глазоньками это как-то кривовато получилось, а связь мне нужна. Не успел многострадальный аппарат поприветствовать меня пестренькой заставочкой, как сразу же разразился веселым щебетом. Я поднесла трубку к уху. — Да? В моем голосе прозвучало больше удивления, чем я сама от себя хотела услышать. Чего-чего, а звонка от Александра я точно не ждала. — Здравствуй, Кристина. Не ожидала, да? — Не ожидала, — эхом отозвалась я. — Да, ты знаешь, я тоже. — Так чего тогда звонишь? — Да вот решил: позвоню. Спасибо скажу, ручку твою геройскую пожму. Неужели не рада? Я буквально всем естеством ощущала нарастающий гнев. — Да, представь себе. Просто лучусь счастьем. А за что ты меня там благодарить хочешь? — Ну как за что? Благодаря тебе объединились два агентства. Мы почти достигли поставленных обеими сторонами целей. И все вашими же стараниями. Я не узнавала Александра. Он говорил с вдохновением и жизнерадостностью умалишенного, достигшего вожделенной цели и теперь рассказывающего о ней всем и каждому, включая врагов и лиц незаинтересованных. — И каких же целей? — А-а-ах, так ты и этого не знаешь? А цели наши довольно просты: скоро весь мир будет состоять из новообретших, которые будут идти за мной, как за своим лидером. Разве это не предел мечтаний? Я вздохнула. «Конечно же, предел. Вот только не нормального человека, а совсем свихнувшегося на власти безумца». Понятное дело, эти мысли я не стала озвучивать. К чему ему это? Все равно не оценит мои ораторские способности. Не дождавшись от меня желаемой реакции, Александр продолжил: — Ты все еще можешь передумать и быть с нами. Как только мы устраним детей солнца, ты станешь моей преемницей. Конечно же, в роли супруги моего сына. Я скрипнула зубами. Ну почему каждый обязательно хочет получить мою руку и сердце? Неужели я без кольца им не нравлюсь? Александр продолжил распинаться, а я со вздохом положила телефон на столик. «Пусть птичкам о своих грандиозных намерениях рассказывает», — и пошла в кухню, где меня ждал остывающий кофе. — Так он тебе звонил, говоришь? Я кивнула. Джейк вздохнул. — Все это, конечно, не так уж и страшно, но, видишь ли, одно меня волнует. Он в задумчивости барабанил костяшками пальцев по краю столешницы. — И что же? — А то, что неясно, каким способом они собираются наделять людей способностями. Я тоже задумалась. В мире миллионы людей, и каждый из них должен побывать на грани. Что же сделают агентства? Может, будут изменять людей поодиночке? От далеко не радостных размышлений меня отвлек голос Джейка. — Не забивай себе голову глупостями. Как только Диана поправится, мы уедем отсюда, и нас с Москвой будут разделять километры. Впрочем, так же, как и с агентствами. Он ласково обнял меня, и я поняла, что, пока Джейк рядом, — бояться нечего. Вечерело. Над заснеженной Москвой начали сгущаться не предвещающие ничего хорошего темные тучи. Снег взмывал в воздух, поднимаемый усиливающимся ветром. Любопытные голуби столпились у окна, за которым происходило доселе им, спокойным птицам, не известное действо. Я подошла к кровати, возле которой уже почти час сидел Джейк, помогая брату, как он сказал сразу, в бессмысленной авантюре. Если смотреть взглядом иных, то барьер прекрасно чувствовал нити силы, которые Карл отдавал мне, а я, в свою очередь, — Диане. Совсем мало, крохи, которые должны будут поддержать ее жизненную силу. Это занятие уже порядком утомило всех. Но ни я, ни тем более Карл сдаваться не собирались. — Это бесполезно. Джейк встал. — Почему ты так думаешь? — спросила я, не поворачивая головы в его сторону. — Да потому, что ты уже похожа на зомби, а она как трупом лежала, так трупом и лежит. Я нехотя прервала канал. — Ладно, продолжим завтра. Джейк кивнул и подал руку брату, который выглядел самым выжатым. Руки немного тряслись, и я почти не могла держаться на ногах. Внезапно стая голубей, наблюдавших за нами, встрепенулась и бросилась в россыпную. Тут же жалобно звякнуло выбиваемое стекло, и резкий силовой удар сбил меня с ног. Повернув голову, я увидела, что Карл тоже лежит, придавленный упавшим при полете парня шкафом. В разбитое окно по одному начали залетать иные. Десять, двадцать... «Да сколько их там?» Джейк сжал кулаки, и я зажмурилась. Ярко-бирюзовый свет отразился на стенах, но тут же угас. — Джейк! Я вскочила и бросилась к заваливающемуся набок парню, но натолкнулась на ехидную улыбочку Смирновой и провалилась в забытье. — Ты в порядке? Я с трудом разлепила веки. Надо мной склонилось обеспокоенное лицо Джейка. — Да, кажется, да. Слова давались с трудом. Я попыталась встать, но тут же почувствовала слабость и головокружение, так что жесткий и местами бугристый матрац снова принял в объятия мою тушку. — Что вообще здесь произошло? Джейк вздохнул с облегчением. По выражению лица парня я сейчас примерно могла понять его мысли. «Ну, если начала задавать вопросы, значит, точно жива». — Как тебе сказать — я даже сам мало что понял. У нас побывали сборные представители двух агентств. — Зачем они приходили? — перебила я парня. — Не знаю. Но, судя по тому, что забрали, можно понять, что за Дианой. Я снова поднялась на локти. — К-как?! Зачем им Дианка?! Джейк положил руки на мои плечи, укладывая на место. Я резко дернулась, высвобождаясь из его сильной хватки, и опять попыталась встать. — Почему мы еще сидим здесь? Меня снова впечатали в постель. — Кристина, успокойся. — Успокойся?! Я опять вывернулась — откуда только силы взялись? — Успокойся! Джейк почти придавил меня, дабы избежать новых попыток нежелательного подъема. — Да, успокойся. — Как я могу успокоиться, если Диана в руках Смирновой?! — А что мы должны делать, по-твоему? — Ну, не сидеть сложа руки, это точно! Почему такие могущественные дети солнца сидят, не высовываясь? Почему не спасают че-ло-ве-ка! Джейк тоже начал закипать. — Да потому, что эти могущественные дети солнца сейчас слабее обыкновенного человека! Да потому, что эти могущественные дети солнца сначала должны восстановиться, а не бросаться сломя голову в самое пекло всего лишь затем, чтобы спасти человека, которого и в живых, возможно, нет. — Так ты собираешься оставить Диану у них?! — я снова дернулась. — Я не могу сейчас иначе. — Да, конечно, такой могущественный и всесильный резко поджал хвостик — и в кусты сразу, как только на горизонте забрезжила опасность! Где же ваши хваленые сверкающие глазки?! Джейк скривился, как будто съел что-то, даже не обязательно лимон. — Не работают! Я осеклась и перестала дергаться. — Подожди, почему? — Сразу бы так. Мне просто в глаза воды налили. Слава богу, немного, но тоже неприятно. Мне стало стыдно. Я почувствовала, что к щекам прилила краска. — Прости. Джейк машинально перехватил мою руку, думая, что я снова пытаюсь вырваться. Я провела пальцами по его волосам и одернула себя. Парень может подумать все что угодно. Поняв, что вырываться я не собираюсь, он наконец дал мне дышать спокойно и даже помог встать. Я быстро оценила состояние своих энергетических запасов. «Да, негусто, но могло быть и хуже», — пронеслось в голове. — А где Карл? — С Кэт. — Как он? — В порядке. Просто оглушен. Я подошла к окну. — Что мы будем делать дальше? Джейк приобнял меня за плечи. — Обеспечим твою безопасность. Я описала еще один круг по квартире и остановилась точно посередине, бессильно опустив руки. — Ты не можешь оставить меня здесь! Алекс закатил глаза. По-моему, истерика его утомила. — Джейк сказал, что ты должна быть в безопасности. — И ты, конечно же, сразу решил закрыть меня в клетку! — Ну почему же сразу в клетку? Я оставляю тебя дома, ты ни в чем не нуждаешься. И к тому же у тебя здесь масса дел, которые бы ты могла сделать за время нашего отсутствия. — Нет, Алекс, я как раз нуждаюсь. Он поднялся с дивана и почти вплотную приблизился ко мне. — И в чем же? Я снова принялась нарезать круги, бросая на парня гневные взгляды. — В свободе действий, в вольном передвижении, в непосредственном участии в освобождении Дианы. Алекс хмыкнул. — И в роли кого? В роли пушечного мяса? Я скрипнула зубами. — Потом разберемся! — Кристина, если ты сейчас не прекратишь эту истерику, мне придется связать тебя барьером и оставить в гордом одиночестве думать над своим поведением. Я тяжело вздохнула, понимая, что такая перспектива нравится мне не больше, чем возможность быть запертой. Алекс неуверенно коснулся моего плеча. — Кристина, ты тоже должна его понять. Он волнуется за тебя. Ему небезразлично то, что с тобой может произойти. Я резко обернулась, сдерживая гнев. Конечно же, в словах Алекса был смысл, но я старательно его отвергала, пытаясь убедить себя и окружающих в обратном самым привычным способом. — С чего бы это?! Алекс снова начал закипать. — Да потому, что он любит тебя, идиотка! — Да! Конечно! Любит! Я почти выплюнула последнее слово в лицо парню. — А по-моему, он просто пытается удержать в руках понравившуюся игрушку! — Это не... — Помолчи и послушай, — я перебила Алекса, чувствуя, что истерика перетекла в новое русло, превратившись в неконтролируемый водопад эмоций. Слишком задели меня слова парня, — если бы твой брат любил меня, он бы подумал о моих чувствах! А так он просто ломает их, ломает! Ты это понимаешь?! Из глаз брызнули предательские слезы. Я бросилась в ванную, а до ошеломленного парня донесся щелчок закрываемого замка и тихие всхлипы, которые я постаралась заглушить, включив воду. Конечно же, Алекс мог бы зайти. Щеколда не помеха для дитя солнца, но он, понятливый парень, не стал. Честь ему за это и хвала. Я опустилась на холодный кафель, подтянув к себе колени. Слезы лились из глаз. В такие моменты, как этот, люди стремятся побыть в одиночестве. Эти слезы не должны быть видны. Кажется, что вместе с такими слезами уходит частичка души, растерзанной и разбитой. На смену ярости пришла тупая пустота, в которой настойчивым колоколом бились слова: «Он любит тебя. Он любит тебя». «Да неужели? Неужели он действительно может полюбить меня? Хотя как же глупо задаваться такими вопросами. Конечно же, может. Вне зависимости от уровня силы, на котором мы находимся. Это все ерунда». Я резко встала и брызнула ледяной водой себе в лицо. «Если Джейку будет лучше, чтобы я посидела дома, — я сделаю это. А поговорим и объяснимся потом. Только без истерик. И еще нужно будет извиниться перед Алексом. И что на меня нашло?» В квартире никого не было, не считая бродячей кошки, тихо дрожащей за стеклом закрытого окна. «Ей там так же одиноко, как и мне. Надеюсь, барьер пропустит животное?» Я открыла окно. Мне сейчас действительно нужен друг, пусть даже пушистый и хвостатый. Все лучше, чем бездушный экран телевизора.