Ядовитый Наркотик

       Смотрю на фолиант пустым взглядом. Мои глаза здесь. А мысли где-то далеко. В Косом переулке. Недалеко от Поттера. Правильного Поттера. Отец в очередной раз пытается запихнуть мне в голову историю семьи. А я её и так отлично знаю. Выучил, как только сменил место дислокации. Отличается от той, которую я изучал в своём детстве.        Прошлый хозяин тела был не очень далёким. Поэтому Люциус всегда злился на их занятиях. Чадо совершенно не воспринимало информацию. Никакую. Вот и сейчас. Он думает, что я его не слышу. Мне будто больше нечем заниматься за пять часов до рождества.        Резко закрываю книгу. Дежавю. Я яростно смотрю на него. Отец на секунду теряет холодную маску. Открываю рот для своей пламенной речи. Рассказываю. Всё, что надо. От создания рода, до сегодняшних дней.        И ухожу. Под испытывающий взгляд отца. Знаю, он доволен. Может, в этом году будет нормальное Рождество…        Нет. Мы отправляемся на очередной бал. И, удивительно, к Уизли. Малфои общаются с Уизли. Усмехаюсь. Рыжее семейство отличается от своей альтернативы. Хотя бы тем, что все они — военные, а их дети поколениями учатся в Дурмстранге. Сборы идут достаточно быстро. Я привык к таким событиям. Оделся достойно. Глядя на меня, можно сразу определить наследника влиятельной чистокровной семьи. Один нюанс. Совершенно не по-омежьи. Отец обратил внимание, но промолчал. Уже хорошо.        Нарцисса поприветствовала меня кивком головы. Я кивнул ей в ответ. Не представляю, как к ней относиться. Красивая, статная, невероятная. Отец, зачем же ты ей изменил? Она могла стать другой. Не такой фригидной.        Я грустно улыбнулся. В голове всплыла нежная улыбка мамы. Её подбадривающие слова. И холод к чужим людям. Прям как сейчас ко мне. Чужому.        Я вдыхаю полной грудью. Беру летучий порох. Произношу адрес. Это место мало чем отличается от Малфой-менора. Разве что расцветка интерьера больше в шахматном стиле. А так… Золото. Мрамор. Реликвии.        Количество людей впечатляло. Всё же Уизли были бы не Уизли, не пригласи они всех. Отец с Нарциссой приступили к приветствию. Подхожу к одному из столов. Беру стакан белого шампанского. Всё равно ничего не скажут. — Пить в вашем возрасте, — укоризненно послышалось сзади. Хмурюсь. Поворачиваюсь, чтобы едко ответить. И застываю. К горлу подступает раздражение. — Рон Уизли, какая встреча, — надеваю маску. Выгибаю бровь. Бледная аристократическая кожа, шелковый белый фрак. Это ли Уизли? Движения тихие, взгляд хитрый, бесстыдный. Остановите мир. Я сойду. К такому меня не готовили. — Мы знакомы? — он нагибается, аккуратно берёт мою руку в свою ладонь и дарит короткий поцелуй в неё. Сопровождая свои действия всё тем же хитрым взглядом. Чувствую себя женщиной на выданье. — Нет, — отрезаю я. Вырываю руку. Слишком. От его лица и характера поведения у меня когнитивный диссонанс. Хочу уже попрощаться и уйти. Нет желания представляться. Однако неожиданно появившийся отец в компании с каким-то мужчиной всё портит. — Драко, мой сын, — говорит он, укоризненно смотря на меня. Всё видел. — Ты вырос, Драко. Видимо, уже познакомился с моим младшим сыном, — добродушно улыбается мужчина. А я ищу пути отступления. Взгляд отца. Таким он смотрел на всех моих потенциальных невест. Выгодных партий. И брак с нынешним отпрыском Уизли действительно выгоден. — Так тебя зовут Драко… Прекрасное имя, — Рон заглядывает прямо в глаза. Кладя руку на плечо. Чёрт. Не могу при отце столкнуть её. Это будет невежливо. Нарушением сразу трёх пунктов из книги манер. — Спасибо, — отстранённо благодарю я. Не вмешиваюсь в переговоры. Терплю присутствие Уизли. Наконец, троица наговорилась. И оставила меня. Кажется, сегодня будет разговор с отцом. О новой выгодной партии.        До наступления нового года держусь отстранённо. Блейз уехал в Италию. Семья Пэнс не в очень хороших отношениях с Уизли. В этом месте я знаю мало кого. А Младшего Уизли стараюсь избегать. Однако, задумавшись, всё же не заметил появления рядом с собой последнего. Он стоял чуть отдаленно на балконе. Упираясь о стену, скрестив руки. Вздыхаю, приглашаю подойти ближе. — Что ты ко мне прилип, как Снейп к Поттеру? — говорю, не задумываясь. Прям как Гарри, смешно. Оказывается, и такое передаётся специфической инокуляцией. Съеживаюсь. Прохладно сегодня.        Чувствую, как на мои плечи накидывают фрак. А ты заботливый. Оказывается. Я не девушка. Но не откажусь от тепла.        И всё же, зачем я бегаю? Всё же это не тот Уизли. Усмехаюсь. Прям как неправильный Поттер. Ха. Неправильный Уизли. Неправильный мир. — Кто такой Снейп? — спрашивает он. А я махаю рукой. — Твой ночной кошмар, не бери в голову.        Вздыхаю. Снова. Мы молчим. На небе облака закрывают звёзды. Кажется, все наши ночные прогулки с Гарри были безоблачны. Не судьба, Уизли. Небо против. — Наши родители обсуждают брак, — нарушает тишину. Настроение испортилось. Хмурюсь. Когда я закончил Хогвартс, отец женил меня на Астории. А она сбежала через два года. Усмехаюсь. Смотрю на Рона. С ним. Сбежала с Роном Уизли. Родила ему кучку рыжих ублюдков. И это после того, как сделала аборт. Убила нашего неродившегося ребёнка. Я упрашивал ее выносить его. К сожалению. Увы. И ах. Так я потерял ребенка. — К черту, — отрезаю я, собираясь уходить. Но не двигаюсь с места, когда вижу ещё одного посетителя балкона, помимо нас. Гарри, улыбаясь, махал Рону. Не замечая меня. Обидно. — Рон, ты куда пропал?        От его голоса мне поплохело. Этот акцент. Точно его. Не того неправильного Поттера. А моего. Родного. Это же не может быть правдой? Просто фантастика. Обман глухого разума. Во все глаза смотрю на брюнета. Который только-только заметил меня. Видимо, хорошо я проехался по его мозгам. Надо успокоиться. На секунду прикрываю глаза. Перевожу дыхание. В следующее мгновение смотрю уже надменно. С презрением.        Секунда. Его выражение лица меняется. Удивление. Осознание. Грусть. Непонимающе осматриваю эти изменения. Сердце снова затрепетало. А Надежда навалилась горой. Глупо. Передо мной будто бы тот самый. Из снов, воспоминаний, частичка моей души. Пожалуйста, перестань. Глупость. — Поттер, снова ты, — я на публику морщу нос. Обхожу его и возвращаюсь в зал. Надо прочистить мозги. Режим «полной показной неприязни» всегда включался у меня при виде этой неряшливой прически. И надо над этим поразмыслить. Желательно с успокоительным. Иначе мое сердце не выдержит этих чувств.

***

       Я открыто заявил отцу, что в брак с Уизли вступать не собираюсь. И уехал на учёбу. Уже неделю пью успокоительные. Каждый день как в схватке с самим собой. Хотелось встать. И уехать к Поттеру. Сказать, признаться. Во всем. Кто я. Кто он. И как он чуть не умер. Из-за меня. И умер. Из-за меня. А там уже понять, мой ли это Поттер. Правильный ли. Настоящий. Если да, схватить. Обнять. И не отпускать.        Сжимаю брюки. Смотрю на стол. Экспресс. Снова он. Время летит слишком быстро. Резкое торможение. Отрываю руку от щеки. Смотрю в окно. Ночь. Снова дождь. Внутренности сжимает. Прикрываю один глаз. Берусь за живот. Пэнси и Блейз делают точно так же. Мысленно произношу нужное заклинание. Первый раз, второй, третий, четвёртый. На четвёртый сработало. Симптомы резко спали. Тёмная магия против тёмной магии.        Встаю, накладываю то же на друзей. Они удивленно смотрят на меня. Блейз порывается выйти. Узнать, в чем дело. Останавливаю его. Кричу. Срабатывает. Не хватало мне его лишиться и в этот раз. Блокирую дверь сильнейшим заклинанием, которое знаю.        В голове всплывает образ очкарика. Матерюсь, выбегаю из купе. Не давая друзьям рвануть за собой. Один за другим открываю двери в купе. Ученики лежали без сознания. Нужной макушки не нахожу.        Кровь кипит. Сердце разрывает. Стучит в ушах. Давно я так не боялся.        Нужный вагон нашёлся сразу. Просто стало понятно — он. Когда ручка не повернулась, а взламывающее не помогло. Аура заклинания — темная. Он всегда его использовал. Это заклинание. Я выдохнул с облегчением. Поспешил вернуться к себе в купе. С глупой улыбкой. Игнорируя вопросы Забини и угрозы Пэнси.        Через минут сорок поезд сдвинулся с места. А мы так и не выходили из купе. Паркинсон с Забини обещали покарать меня. Если я ещё раз так сделаю.        По приезде нас отправили по комнатам. А на утро выяснилось, что на нас, оказывается, напали. Куча отравленных непонятным тёмным заклинанием. И с Поттером в героях. Он, видите ли, обнаружил нарушителей и передал их Аврорам. Улыбаясь, скрывая горящие глаза. Сомнений не осталось. Гарри. Мой Гарри.        Прижимаю кулак к груди. Слеза скатилась по щеке. Все же, я стал слишком сентиментальным. Чёртов герой. Сердце, не кричи.

***

       Сажусь на своё место. На завтраке его не было. Он же не пропустит пару? Надеюсь. Хочу видеть его. Всегда. Постоянно.        Устало кладу голову на парту. Штудирую дверь. Каждый зашедший — нож по надежде. Моей шаткой надежде. Даже Макгонагалл уже зашла. Дверь открывается в последний раз. Усмехаюсь. Герои не опаздывают. Герои задерживаются. Да, Поттер?        Он смотрит на меня. Всего пару секунд. Тут же отворачивается. Прячет глаза. Так же я смотрел на неправильного тебя. Немного неприятно. Вызывает азарт. Давай сыграем? В старые-добрые времена. Когда ты в меня влюбился. Ревновал к Астории. И познакомил её с влюблённым Роном. И как успокаивал. Извинялся. Когда девушка сделала аборт. Вставал на колени, утыкался в живот носом. И я всё тебе прощал.        Воспоминания вызвали небольшое возбуждение. Щеки немного покраснели. Гормоны. Снова вы подводите. Хотя, о чём я? Рядом с ним всегда вёл себя как подросток. В самом центре пубертатного периода.        Паркинсон дёргает за рукав. Говорит не пялиться. Я подмигиваю ей. И принимаюсь рисовать поскользнувшегося на банане Героя. А потом отправляю его журавликом.        Вижу, как руки брюнета дрогнули. Как развёрнутый журавлик полетел на парту. Гарри не обернулся. И, кажется, словил дежавю. Довольный, прислушиваюсь к объяснениям Минервы. Но ничего не слышу.

***

— Драко, что это было? Мне казалось, ты ненавидишь Поттера, — Забини остановил меня на полпути на следующий урок. Схватил за предплечье. Паркинсон куда-то ушла. — В том журавлике был рисунок его, поскользнувшегося на банановой кожуре, — пожимаю плечами. Блейз отпускает мою руку. Широко улыбается. Говорит, что я слишком жестокий. И мои действия поспешны. Сейчас Поттер — герой для всего Хогвартса. Мне же захотелось пуститься в хохот. Я издевался над ним даже тогда, когда он был героем для всей магической Британии.

***

       После трёх недель моих анонимных издевательств и безучастности со стороны Гриффиндорца, тот вёл себя как ни в чем не бывало. Даже не смотрел в мою сторону. Это удручало. Поэтому сейчас я сажусь рядом с ним. И смотрю в упор. Получая удивлённый взгляд.        Он молчит. И я молчу. А Марволо странно на нас поглядывает. Продолжая рассказывать про очередное новое заклинание.        Мини-дуэль. Между ним и Наром Сквари из Гриффиндора. Парень, увы, в ничью не ушёл.        А на зельях я снова сел рядом. И снова мы молчим. Профессор Сквирт просит приготовить зелье анти-сыпь. Легкое. Но, знаю, не для него. Вздыхаю, смотря на его нелепые попытки нормально порезать корень Шалфея. Забираю нож. — Поттер, даже война тебя не заставила, наконец-то, научиться делать нормальные зелья, — говорю я. И затыкаюсь. Чувствую удивленный взгляд. Спалился. Кладу нож на доску. Смотрю прямо в зелёные глаза. Виновато приподнимаю уголки губ. А на душе тепло. Зря не сказал раньше.        Его дрожащая рука ложится мне на щёку. Я прикрываю глаза. В следующую секунду оказываюсь в его объятьях. Крепких. Как утренний чай. В животе бабочки скоро всё съедят. Такой родной. Привычный. Я ведь ждал тебя одиннадцать лет. Дождался.