Заказ на Ведьмака

Вечерело. Двое ведьмаков неспешно следовали по тракту. Мира не смела ни о чём спрашивать своего спутника, боясь, что тот вот-вот передумает и потребует, чтобы нежданная попутчица оставила его. Геральт же размышлял лишь о том, что ему делать с этой девушкой и зачем он вообще согласился взять её с собой. Но пути назад всё равно не было, не привык он отказываться от собственных слов, а потому прогнать девчонку уже не мог. По крайней мере до тех пор, пока она сама не вынудит. — Сойдём с дороги, устроимся на ночлег, — нарушил, наконец, молчание ведьмак. Девушка лишь согласно кивнула. Очень скоро они развели костёр и приготовили для себя спальные места. Геральт хотел уже отойти ко сну, когда заметил, что его спутница неотрывно смотрит на пламя и совершенно не шевелится уже по крайней мере полчаса. — Надо поспать, Мира. Но ведьмачка даже головы в его сторону не повернула. Тогда Геральт подошёл к ней и положил свою тяжелую руку на её плечо. Будто вырвавшись из транса, Мирана вздрогнула и схватилась за рукоять кинжала на бедре. Нос защекотал знакомый терпкий запах. Девушка повернула голову, и, увидев своего спутника, тут же расслабилась. — Прости, я что-то совсем выпала из реальности, — тихо произнесла она. — О чём ты задумалась? — Да так, обо всём и ни о чём. — Ложись спать. — Что-то мне подсказывает, что я не смогу уснуть. — Без отдыха тебя надолго не хватит. — Я знаю… А можно вопрос? Как давно ты этим занимаешься? — Достаточно, чтобы хорошо выполнять свою работу. А теперь спи. Не хочу снова латать твои раны, когда ты упадёшь с лошади. Только сейчас ведьмак убрал свою руку и устроился на лежанке напротив Миры. Девушка послушно легла и закрыла глаза. Но сон никак не хотел приходить. Она взглянула на мирно спящего Геральта, чьё лицо освещал тускнеющий костёр. Белоснежная прядка волос непослушно лежала на его лице, и Мире так хотелось убрать её, что чесались пальцы. Но она бы не посмела нарушить сон ведьмака. Чувства благодарности и страха перед будущим переполняли её. Никогда раньше она ничего подобного не испытывала. Девушка невесело усмехнулась. Собственными руками сделала этого человека частью своей жизни и тем самым разрушила всё, что имела. Но, после всего произошедшего, хотела бы она вернуться назад и сделать всё так, как ей приказали? Нет, Мира искренне считала, что поступила правильно. Всё внутри буквально кричало – Геральта убивать нельзя. Только вот почему? Этот вопрос не давал ей покоя. Едва знакомый ей мужчина, по воле случая оказавшийся не в то время и не в том месте, полностью перевернул всё с ног на голову. Прикрыв лицо ладонью, она всё же смогла уснуть, но ненадолго. Привычно проснувшись перед рассветом, девушка подняла глаза на ведьмака. Он притягивал взгляд не общепринятым, но каким-то хищным, кровавым очарованием. Она смотрела на него так, как смотрит воробей на поймавшую его кошку. Или на ядовитую змею. Смертельно красив. Даже сейчас, когда на вечно хмуром лице разгладились морщинки, а напряжённые мышцы расслабились, ведьмак буквально излучал опасность. Но в то же время и надёжность, некое спокойствие. Тряхнув копной чёрных волос, чтобы выбросить ненужные мысли, девушка поднялась. Тренировки всегда хорошо расчищали голову. Ведьмак проснулся вскоре после рассвета. Наскоро перекусив водой и хлебом, они вновь отправились в путь. Дорога была длинной и однообразной, так что спустя какое-то время Миру начало клонить в сон. Веки становились тяжёлыми, руки уже едва держали поводья, а мерный шаг Мистраля совсем не помогал проснуться. В конце концов, как бы девушка не пыталась побороть сонливость, глаза её закрылись. — Мира! — рявкнул ведьмак. — А? Что? Я не сплю! — Я вижу. Если свалишься с лошади, я тебя поднимать не стану. — Со мной всё в порядке. Геральт лишь отвернулся от неё и вновь уставился на дорогу. Девушка продолжила клевать носом, но всё же держала себя в руках, чтобы не получить новую порцию ядовитого ведьмачьего недовольства. На какое-то время такое резкое пробуждение придало ей сил, но в конце концов она вновь заснула и начала медленно опускаться на сильную шею Мистраля. — Да она издевается, — произнёс белоголовый, когда заметил мирно спящую ведьмачку. Глубоко вздохнув, мужчина перекинул поводья коня вперёд и закрепил их к седлу Плотвы. Очень скоро Мира обхватила чёрную крепкую шею своего скакуна и даже слегка улыбнулась во сне. — Ну вот на кой чёрт я с тобой связался? Геральт взглянул на спящую ведьмачку и даже слегка улыбнулся своим мыслям, продолжив путь к уже маячившим на горизонте домикам. Изредка он поглядывал, не свалилась ли девушка с лошади, но та крепко держалась за своего коня и нежно чему-то улыбалась. В очередной раз бросив взгляд через плечо, он заметил, что ведьмачка нахмурилась и, наконец, проснулась. — Выспалась? — язвительно бросил Белоголовый. — Я уснула? — голосок после сна оказался совсем мягким, почти детским, и это немного остудило его пыл. До этого Геральт ни разу не мог застать её едва проснувшейся. — Ну что ты, наверняка это был обморок. — Не издевайся. — Слушай, если хочешь и дальше за мной таскаться, то будь добра, хотя бы на ходу не засыпай. — Слушаюсь и повинуюсь, мастер ведьмак. Но "мастер ведьмак" лишь покачал головой. — Мы приближаемся к деревне. Если найдём заказ, будь добра, помалкивай. — Как я уже сказала, слушаюсь и повинуюсь. — Мира, завязывай. Девушка в ответ лишь тихо хихикнула. — Что смешного? — Ты забавно раздражаешься. — Неужели? Геральт отвязал поводья её коня от седла и кинул прямо девушке в руки. Она успела заметить, как дёрнулась его верхняя губа, и тихо хмыкнула. Дальше двигались молча. Ведьмаки въехали в посёлок немногим после полудня. Проезжая по единственной улице этой деревеньки, Мирана обратила внимание на поведение людей. Женщины стали загонять детей домой, а мужчины смотрели на них с вызовом, сжимая в руках топоры, вилы, палки или просто разминали кулаки. Воздух был буквально пропитан ненавистью. Девушка поёжилась и плотнее закуталась в плащ. И легонько прижала каблуки к лошадиным бокам. Мистраль прибавил шаг и догнал гнедую на полкорпуса. На всякий случай. Доска объявлений обнаружилась у таверны. Геральт спешился, а когда Мира собиралась сделать то же самое, он прикоснулся рукой к её коленке и отрицательно покачал головой. Девушка послушно осталась в седле, озираясь по сторонам. Проведя в ожидании несколько безумно долгих минут, она услышала, как её спутник сорвал с доски какую-то бумажку. Затем развернулся к ней и кивнул головой, призывая спуститься. Мира осторожно спрыгнула с Мистраля и вместе с ведьмаком отвела лошадей в стойло у таверны. — Слушай, — почти прошептала она, — а люди всегда так реагируют? — Бывает хуже. Привыкай. Девушка нервно сглотнула и направилась в таверну вслед за белоголовым. Едва путники вошли в хиленькое здание, как все взгляды были устремлены на них. Мира инстинктивно пряталась за широкую спину ведьмака, стараясь не привлекать к себе внимания, но ещё не решаясь навести морок. Они спокойно подошли к трактирщику. — Здравствуй, где мне деревенского старосту найти? — А зачем он тебе? — хрипло, не переставая протирать тарелку, спросил мужчина за стойкой. — Он ведьмака искал. Только после этой фразы трактирщик взглянул на своих гостей. — Ну, допустим, ты ведьмак. А это что за девка? — Ты от темы не отходи. Где старосту искать? — Как выйдешь из таверны, налево третий дом. У него одного розы у хаты растут, не ошибёшься. Геральт кивнул и покинул заведение. Найти избу старосты и правда было нетрудно. Сложности начались, как только они обнаружили самого старосту. Сухонький старик, сидевший перед тем самым домом, внимательно осмотрел путников с ног до головы и только после этого решил заговорить. — Только пущай девка твоя не встревает. — Так что за бестия у вас кур таскает? — Ежели только кур, так оно и бог с ней. Она за людей взялась, милсдарь. Давеча Димьяну от неё шибко досталось. — Поговорить с ним можно? Дед криво усмехнулся. — Не ответит он вам, милсдарь. Помер. — Тогда нужно будет тело осмотреть. А кто-то вообще видел эту вашу бестию? — А как жишь. Марьянка видала, как ночью тварь эта курей из сарая тащила. — Где мне найти эту Марьяну? — Так на кладбище. Померла она. — Её тоже бестия убила? — Сама она померла. Старуха была, не ходила почти. Бестия только Димьяна на тот свет отправила. — Значит из живых её никто не видел. — Не, видать не видали, только слышали. Ночами воет так, что… Ох, милсдарь, зарубили бы вы её. — А как она выла? — Как, как? Как волк почти что. Но не волчий это вой, точно вам говорю. — Скорее всего, это волколак. Давайте теперь с оплатой определимся. — Ох, ну, денег у нас не много, но на ведьмака мы, как Димьян помер, с каждого дома собрали. — Я предпочитаю знать точную сумму. — Сто двадцать крон. — За волколака? Да я на компоненты масла для меча больше потрачу. — Милсдарь, вы поймите, мы люди бедные. — Я меньше чем за двести пятьдесят и с места не сдвинусь. — Ох, ну ладно. А девка с вами потащатся? Вы б её одну в деревне не оставляли, а то у нас мужики таких сроду не видывали. Старик мерзко облизнулся, глядя на Миру, от чего её передёрнуло. — Она сумеет о себе позаботится. — Постой, — тихонько встряла Мирана, — ты пойдёшь один? — У тебя ещё рана не зажила. Девушка было открыла рот, что бы возразить, но одного взгляда в янтарные глаза хватило, чтобы понять – сейчас не время и не место, чтобы это обсуждать. А лучше вообще сидеть и помалкивать в тряпочку. Геральт обсудил ещё что-то со старостой, затем ведьмаки направились в хату, чтобы осмотреть тело того парня, что пал жертвой неизвестной бестии. Дом, как назло, оказался на другом конце деревни, так что Мира плотнее куталась в плащ под жутковатыми взглядами селян. А внутри закипала злость. Первым, что бросилось в глаза, был разворошенный двор. На ровных когда-то огородных грядках можно было сеять – взрыт был каждый уголок. Девушка повела носом и опустилась на корточки, не рискуя прикасаться к перепаханой земле. — Он защищался. — Кто? — Димьян. Твари напали на него. Вон, около домика лежат вилы с обломанным черенком. И человеческая кровь по всему полю. И это явно не волколак, те смердят псиной. — Ты закончила? — холодно поинтересовался Геральт где-то у неё над головой. — Если да, то я бы предпочёл зайти внутрь и осмотреть тело. И, развернувшись, направился в хату. Мира показала язык ему в спину, на что мужчина поднял сжатый кулак. Закусив изнутри щёку, девушка последовала за ним. Димьяном оказался мужчина лет сорока, с обрюзгшим лицом и шрамом, наискось пересекающим лоб до разорванного левого уха. Штанины ниже колен отсутствовали, будто их кто-то сжевал, а ноги были покрыты жутковатыми порезами. Излохмаченную одежду усеивали крупные маслянистые пятна, засохшие и порядком задубевшие. Под ними обнаружились покрытые коростами и волдырями ожоги, будто крестьянина несколько раз облили крутым кипятком. — Ну что, следопыт, есть идеи? — усмехнулся Белоголовый, оборачиваясь к спутнице. Девушка сидела на коленях, прикрыв глаза. Из-под полуопущенных век жутковато поблёскивали белки, а верхняя губа слабо дёргалась. Когда ведьмак снова окликнул Миру, всё её тело будто мгновенно расслабилось. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула, прежде чем ответить. — Эндриаги-рабочие. Пришли в деревню искать пропитание. Димьян работал в огороде, попытался насадить их на вилы. Не смог пробить панцирь. Упал, эндриаги попытались утащить его в гнездо. Он отбился, скорее всего черенком от вил. Спрятался в доме. На следующий день умер от отравления их ядом. Колония эндриаг крупная, но молодая. Королева родилась южнее и пришла сюда в поисках новой территории. Большая часть солдат воюет с кикиморами на южной границе. Гнездо на северо-западе отсюда. Ну и как тебе работа следопыта, мастер ведьмак? Геральт хмыкнул. — Лучше, чем ожидалось. Может от тебя и будет толк. — Значит я могу пойти с тобой? — с надеждой в голосе произнесла Мирана. — Твоя рана… — Ой, да знаю я, — фыркнула она. — У тебя каждый раз один ответ. Девушка поднялась с колен и вышла из хаты. Ведьмак нехотя последовал за ней. — Ты сейчас серьёзно? — окликнул её белоголовый. — Что? — Ты на меня злишься. — А что прикажешь делать? Ты не даёшь мне тебе помочь! — Ты помогла. — Да брось, всё, что я сказала, ты и сам прекрасно знал. Это была лишь проверка. — И ты с успехом её прошла. К тому же я не знал границ их территории. Прекрати злиться и сними нам комнату в таверне. Если, конечно, не хочешь спать на улице. — Комнату? Одну? — Попроси отдельные кровати и не напрягайся так. — С тобой это не так-то просто. Ведьмак приблизился к девушке, скрестившей руки на груди. Глубоко вздохнув, он сократил расстояние между ними до считанных сантиметров. Глядя прямо ей в глаза, он одним лёгким движение расцепил её руки. — Не злись. Когда рана окончательно затянется, я возьму тебя с собой. Его голос, низкий, с хрипотцой, казался таким бархатным, гипнотическим и полностью обезоруживал Мирану. Сопротивляться этому она была не в силах. Её дыхание едва заметно сбилось, но она старалась сохранить внешнее спокойствие, глядя в его нечеловеческие глаза. Он притягивал её, словно магнит, но она каждый раз останавливала себя. А сейчас он был так близко, что казалось ещё секунда и... — Ты меня поняла? — чуть громче произнёс он. — Да, затянется рана и снова в бой. Мира пошатнулась и тряхнула головой по привычке. — Я вообще-то не об этом. Ты опять уснула? — Наверное, — рассеянно бросила девушка. Не рассказывать же ему об истинных причинах своего поведения. — Я попросил тебя не выходить из комнаты в таверне, пока я не вернусь. — Это ещё почему? — О, проснулась, надо же. Местные могут попытаться напасть на тебя или присвоить наши вещи. А лишние проблемы нам не нужны. — Ладно, я поняла. Пойду в комнату. Ведьмак поймал её руку, от чего девушка вздрогнула, а затем вложил ей в ладонь мешок монет. — И купи поесть, я скоро приду. Кивнув, Мирана неровным шагом направилась к таверне. Понаблюдав за дёрганой походкой, Геральт покачал головой и направился к огороду. Слова ведьмачки о направлении гнезда стоило проверить. И поискать кладбище. Оставалось только надеяться, что за время его отсутствия девушка не найдёт приключений на свою упругую задницу. Перед дверью таверны Мира остановилась, резко выдохнула, как перед прыжком в воду, и, не давая себе времени на раздумья, вошла. Обеденный зал встретил её мрачной тишиной и сальными взглядами, скользящими по лицу за ворот плаща. Старательно игнорируя желание надеть капюшон, навести морок и сбежать, девушка направилась к стойке. — Здравствуйте, уважаемый, — улыбнулась она трактирщику. — Я бы хотела снять комнату, желательно с двумя раздельными кроватями. Есть такая возможность? Из зала послышались пьяные свисты, и ведьмачка прикрыла глаза, чтобы не выдать наполнившего их света. Нужно успокоиться. — Двухместных комнат нет, — пожал плечами трактирщик, кидая злобные взгляды куда-то в зал. — Я попробую найти лавку, но ничего не обещаю. — Буду благодарна. Сколько стоит за ночь? Мужчина прищурился. — Девяносто. — Грабёж, — фыркнула Мира. Глаза под прикрытыми веками вспыхнули ярче. — Восемьдесят и ни монетой меньше! — разгорячился владелец заведения. Его куда больше захватывал азарт торговли, чем действительно волновала цена. — Мы ведь можем и отказаться от заказа. А бестии вас по одному в лес перетаскают. Через месяц платить будет уже некому. — Угрожаешь?! — в отличие от тихого и ровного голоса девушки, мужчина повышал тон, чем привлекал ненужное внимание. — Предупреждаю. Почувствовав на себе сальные взгляды, Мира под плащом сложила слабенький Аксий. — Пятьдесят и бесплатный завтрак. Я остаюсь в этом клоповнике только потому, что рана до конца не затянулась. А теперь проводи меня в комнату. — Деньги вперёд! — попытался возмутиться лишённый воздействия мужчина. Девушка вздохнула и принялась отсчитывать монеты. Вскоре на стойке возвышалось пять ровных стопочек. Трактирщик сгрёб монеты в кошель одним лёгким движением и кивнул в сторону, призывая следовать за ним. В маленькой комнате оказался добротный дубовый засов, неплохая кровать, окованый сундук… и всё. Ни стульев, ни шкафов, ни полок. Сбросив плащ, Мира опустилась на кровать. Тонкий матрас зашелестел соломой и почти не прогнулся. Вряд ли будет намного удобнее, чем спать на земле, подстелив лошадиный потник и положив под голову один из вьюков. Но по крайней мере теплее – ночами всё ещё стелился промозглый туман. Открыв сундук, ведьмачка сняла броню и портупеи, оставшись в рубахе и штанах. Вещи и оружие опустились на дно, а крышку прикрыл аккуратно сложеный плащ. Оставалось только заказать ужин и дождаться Геральта. А для этого вернуться в зал. От воспоминаний скользящих по фигуре взглядов Мирану передёрнуло. Всё же заставив себя покинуть комнату, девушка закрыла дверь и, повинуясь интуиции, наложила на неё Квен. Трактирщик ожидаемо снова был за стойкой. Зал наполняли пьяные голоса, и мужчина морщился на особо громких моментах. — Спасибо за комнату, — начала девушка, привлекая к себе внимание. — К сожалению, не могу устроить ещё одной постели, — ответил хозяин таверны. И снова поморщился на громкий пьяный хохот, сопровождавшийся ударом о стол деревянной кружки. — Ничего страшного, — как можно доброжелательнее улыбнулась Мира. — Я бы хотела заказать ужин. Сытный, на двоих. — Сделаем в лучшем виде, милсдарыня! — воодушевлённо откликнулся трактирщик. Где-то под ключицами клокотала ядрёная смесь страха и злости, так что ведьмачка даже не заметила, что использовала свойственный бруксам гипноз-очарование. Окинув зал беглым взглядом, девушка обнаружила свободный стол в самом углу, около боковой двери в конюшню, и направилась к нему, оставив на стойке монету. Однако долго сидеть в одиночестве ей не позволили. Кто-то подошёл к столику и грузно приземлился напротив. В чуткий нос ударил стойкий запах перегара. Ведьмачка, едва унявшая в глазах потусторонний огонь, злобно зыркнула на незванного гостя. Им оказался широкий бородатый мужик с лысой макушкой, похожий на откормленного борова. За его спиной стояли ещё двое – щуплый индивид с огромным носом картошкой и чубастый парнишка с жиденькими усиками. Осоловевшие от количества принятого за кадык глаза не сулили ничего хорошего. — Эй, красавица, — завёл Боров, — бросай своего упыря, идём с нами. — Упыри, они же низшие и переходные вампиры, часто разрывают своих жертв когтями или выпивают кровь с помощью длинных клыков, — как можно спокойнее ответила Мира, хотя от страха и злости её уже порядком потряхивало. — Разве были у моего спутника длинные клыки или когти? — Ишь, какая умная выискалась, — фыркнул Картошка. — Идём с нами, мы повеселим тебя куда лучше этого мутанта. Ярость пересилила. Верхняя губа девушки дёрнулась, обнажая острые, чуть длинноватые клыки. Девушка уже не замечала повисшей в зале тишины, все её силы уходили на самоконтроль. — Похоже, её борода смущает, — вклинился осмелевший Чубастый. — Эй, красотка, сколько за ночь возьмёшь? Мы дадим больше, чем этот выродок. Глаза заволокло алой пеленой. Мирана нарочито медленно поднялась, вышла из-за стола и почти ласково улыбнулась воодушевившимся мужикам. И без размаха зарядила Борову под подбородок, сбив его с лавки прямо на товарищей. Опрокинутая скамейка гулко грохнула о каменный пол. На удивление быстро оклемавшись, пьянчуги бросились в атаку. Первым ожидаемо был всё тот же Боров. Отсупив с его дороги, Мира в догонку прописала оскорбительный пинок под массивный зад. И чуть не пропустила хук в ухо от Картофелины. Почти одновременные блок и удар в основание челюсти ненадолго отправили его в нокаут. На спину тут же упал Чубастый, пытаясь то ли придушить локтем, то ли собственным весом прижать к земле. Только вот рассчёт был на хрупкую девушку, а не на подготовленную ведьмачку. Кувырок, и в каменный пол впечатался уже он сам. Оклемавшемуся Картошке достался удар ребром ладони под кадык и хлёсткая подсечка по икрам. Упав, встать он уже не смог. Снова разогнавшегося Борова Мира пропустила сбоку и на инерции засадила оба кулака снизу вверх под лопатки, практически поднимая здорового мужика над полом. Под собственным весом замершая туша насадилась затылком на подставленное колено. Боров стёк на пол и больше не шевелился. Пошатывающийся, с перекошенным от ярости лицом Чубастый бездумно бросился на девушку, удобно наклонившись вперёд. В следующую секунду он оказался прижат к занозистым доскам за шею, на вытянутой руке. Так, что его ноги едва касались пола. Парнишка в панике водил пальцами, не в силах зацепить сжавшую горло маленькую руку. Ведьмачка стояла, опустив голову, и беззвучно шевелила губами. И только когда в глазах Чубастого потемнело окончательно, лёгкие горели огнём, а мозг уже готов был отключиться от недостатка кислорода, ладонь исчезла, и парень мешком упал на пол, судорожно глотая спасительный воздух. Мира схватила бессознательных мужчин за шкирку, как котят, и волоком потащила к двери в конюшню. Третий под пинками поковылял сам. Две головы с размаху опустились в корыто с помоями, распугивая стоящих в загоне лошадей. Следом там же искупался так и не оклемавшийся Чубастый. Двоих закашлившихся мужчин снова макнули в воду и только потом поволокли назад в таверну, парнишка всё так же тащился следом. Выйдя на середину зала, Мира оттолкнула обидчиков, словно прикоснулась к чему-то омерзительному. В повисшей тишине скрип дверных петель казался почти оглушительным. — Что здесь происходит?