Never in a million years

Чонгук всерьёз взялся за мысль поговорить с Чонёном. Если удастся, переманить его на свою сторону. Но перед этим Гук решил промониторить страницы выпускника в социальных сетях. Чон немного удивился, когда увидел в общих друзьях на фейсбуке своего кузена Хосока. Это могло пригодиться. Больше никакой полезной информации парень не извлёк: Нам увлекался танцами, музыкой, любил красивые машины и пацанские цитатки. Судя по фото, он из достаточно обеспеченной семьи, и подкупить его вряд ли получится. Оставалось надеяться на удачу и харизму. Гук подловил свою жертву на школьном дворе после занятий. Сначала заболтал: пытался что-то втереть о танцах, говорил, что Хосок его двоюродный брат, и парни оба восхищались талантом старшего. На этом приятная часть беседы закончилась. - Ты же не просто поболтать хотел. Что нужно, выкладывай, - рыбка не клюнула на приманку. Понимая, что отступать нельзя, Чон рассказал ситуацию со своей точки зрения и ждал ответной реакции. - И что ты от меня хочешь? Ждешь, что я своих друзей сдам? – с насмешкой спросил Чонён. - А вы разве друзья? - Друзья не друзья, но уж знакомы подольше, чем с тобой. Слушай, парень, я не горжусь тем, что записал это видео, окей? Я удалил его. А Исыль нет. Если подозреваешь меня, забудь. Я вообще в то время в Пусане был. И даже если знал бы, кто в этом замешан, тебе не сказал бы. Мне от этого никакой выгоды. Чонгуку этот парень не по душе. Сначала нормальные вещи говорит, а потом как вылетит из его рта фраза, так сразу его подозрительная душонка наружу выглядывает. Но всё же надо попробовать копнуть глубже. - А если бы была выгода? Могу я что-то для тебя сделать? - Ты? – засмеялся Чонён. – Да что ты мне можешь предложить? – Он на несколько мгновений затих, а потом будто вспомнил что-то, - хотя есть одно дело… «Не к добру это», - подумал Гук. – «Надеюсь, это не что-то противозаконное или подлое». - Тут так звёзды сложились, мне нравится твой брат. Мы с ним коллеги по танцам, но он звезда, алмаз среди нас всех, а я лишь стекляшка рядом с ним. И привлечь его внимание будет крайне сложно. Если подсобишь с этим, может что и вспомню. Чон в ярости. Это не вне закона, но очень даже подло. Его откровенно шантажировали. - Ты правда считаешь, что я продам собственного брата? Тебе? - Ой, ну зачем так категорично, Гукки! Я будто деньги за него предлагаю, - пошёл на попятную Нам. – Да и Хосок не ангел, часто меняет девчонок и парней. Просто намекни ему, скажи, какой я хороший хен, какой добрый и внимательный, и как давно пора посмотреть в мою сторону и сходить на свидание. Чонгук молчал в замешательстве. В нём словно боролись две сущности: одна хотела узнать правду об обидчиках Юнги любой ценой, а другая орала, что этот Чонён – явно не тот, кому стоит доверять Хосока. Видя растерянность младшего, Нам выложил последний козырь: - Всего одно свидание, а ты так сомневаешься? Видимо, не так уж тебе и дорог твой Юнги! – и повернулся, будто собираясь уходить. Знал, что зацепил болезненную струну в душе Чонгука. Ждал. Одну секунду, вторую, пятую… - Ладно, ладно! Я поговорю с ним! Только одно свидание, а дальше сам справляйся. Только с одним условием: ты мне всё расскажешь. - А ты ни слова Хосоку про видео. На том и разошлись.

***

Чон знал, что делать. В его голове быстро созрел план. Ещё во время разговора с Чонёном Гук решил, что всё честно расскажет Хосоку. Про нападение на дом Юнги, про видео, про шантаж. Так и сделал. Позвонил хену и выложил всё как есть. Какой бы выбор не сделал Хосок, Чонгук поймёт и примет. Даже если хен откажет. - Я правильно понял, ты хочешь, чтоб я сходил с ним на свидание? И тогда он тебе всё расскажет, - Хо, как и всегда, рубил с плеча. - Я не могу тебя заставить, хен, лишь попросить. Тебе решать, как поступать. Взгляни на ситуацию трезво и прими решение. Я знаю, оно будет верным. Старший задумчиво потёр рукой подбородок и ответил: - Ты же знаешь, Гукки, я тебя никогда не брошу. Я схожу с ним на свидание. - Я знал, что ты так скажешь, хен, но ты уверен? Хорошо подумал? Я не хочу, чтобы ты шёл с тем, кто противен тебе. - Я не пойму, ты хочешь узнать имена виновных или нет?! – воскликнул старший. – К тому же, Чонён мне вовсе не противен. Он нормальный парень, симпатичный, всегда хорошо ко мне относился… - Тебя вообще все любят… - Возможно, - с улыбкой признал Хосок, - но я и раньше подозревал, что нравлюсь ему, а теперь знаю наверняка. Расслабься, Чонгуки, я же не под венец его зову, это всего лишь свидание. Мы пообщаемся, поедим или посмотрим фильм. А ты получишь необходимую информацию: все в плюсе! - Ладно, - согласился Гук, - уговорил. Но не забудь, ты не в курсе всей этой истории! - Гук-а, - добавил хен, - а ты не говорил, что тебе нравятся парни! - Как и ты мне! – Чонгука переполнял праведный гнев, - я только что узнал это от какого-то левого чувака! - Чонгук-а, а скинь мне фотку Юнги-хена, - заискивающе попросил Хо. А у младшего полыхало: - Ещё чего! Клешни свои распустил! Старший засмеялся, а его тонсен… ну, что сказать, он собственник. И делиться не намерен.

***

План сработал. Всё прошло как по маслу: Хосок пошёл на свидание с Намом (и даже остался доволен, намекая на продолжение их отношений), а Гук получил необходимую информацию. - Ты помог мне с хеном, а я взамен помогу с твоим, - Чонгук и Чонён встретились через пару дней после их с Хосоком рандеву. — Это был Сону и два его дружка. Они не из нашей школы, не знаю, как их зовут. Но он вломился в дом Мина, пригрозил Чондылю слить видео, тот обвинил тебя. Дальше ты сам знаешь. Это было намного легче, чем Гук ожидал. Чон был почти уверен, что Чонён будет увиливать и не скажет ничего дельного, а тот взял и так просто сдал своего товарища. - А Джихен и Минсон? Они не участвовали? - Нет, они может и знали, но сами оставались в стороне. Чонгук, ты вроде неплохой парень, поэтому дам совет: не лезь к Сону. Я понимаю, почему ты так хотел найти виновных, но лучше остановись. Ким Сону очень мстительный парень, у него много приспешников, и тебе его не запугать. - Спасибо за совет, но я сам как-нибудь разберусь. Чонгук не просто так всё это затеял. И он не собирался останавливаться.

***

Это был отличный вечер, даже идеальный. Погода за окном была отвратительная: хлёсткие капли дождя стучали по крыше, отскакивали от сырого грязного асфальта, а упрямый ветер завывал изо всех сил. Но в душе Чонгука царили покой и умиротворённость. Родители уехали в кратковременный отпуск, и парень собрал у себя самых любимых хенов. Чимин и Тэхен наконец-то познакомились с Юнги, а также с Джином. Последний был в восторге от младших (это была обычная его реакция). Тэ, разумеется, тысячу раз извинился перед Юнги чуть ли не на коленях, а Чимин, как никогда молчаливый, стоял рядом и поддакивал. Мин сказал, что не держит на них зла, и к концу вечера ребята общались так свободно, будто давно знали друг друга. Они заказали тонну вредной еды, пересмотрели Интерстеллар (Тэ плакал, а Юнги еле сдержался, сидя с каменным лицом), а затем Сокджин предложил попеть в караоке. Блистательно исполнив под всеобщие овации песню G-dragonа, Чонгук вывел Юнги на крыльцо (дождь уже едва накрапывал, не грозя намочить их насквозь). - Я пару дней собираюсь сказать тебе хен, я нашёл тех, кто проник в твой дом. Это Ким Сону и два его дружка, - оставшись наедине со старшим, выдал Чон. - Не нужно было этого делать, Гук-а. Я бы соврал, если бы сказал, что не держу на них зла, я не святой всепрощающий человек. Но я не хочу, чтобы ты вмешивался. Что бы ты не сделал, это лишь повлечёт новые действия с его стороны. Всем будет только хуже, - Юнги решил не упоминать, что и раньше подвергался нападкам Сону. Если сказать об этом Чонгуку, младший точно ввяжется в огромные неприятности. Чону не обязательно это знать. - Я могу позаботиться о тебе, хен, могу защитить тебя. И я это сделаю. Я разберусь, можешь мне верить. - Я никогда не сомневался в тебе, Чонгуки, - с улыбкой сказал хен. - Ну ладно, быть может немного поначалу. Но потом, когда узнал тебя ближе, понял, что могу всегда положиться. И не нужно размахивать кулаками, чтобы мне это доказать. Чон пристально смотрел на старшего, делая шаг навстречу. Слова Юнги грели душу и придавали смелости. - Хен, я… То, что я писал тебе тогда по-пьяни, не было вымыслом. Ты мне действительно очень нравишься, - и, не давая Мину время на ответ, Гук прижался губами к мягким, изящным губам Юнги, нагло утягивая того в поцелуй. Старший не оттолкнул, но и не ответил. Через несколько мгновений Гук оторвался и вопрошающе посмотрел на хена, и в глазах у него было столько надежды, что Мин просто не смог выдержать этот взгляд и отвернулся. - Гукки, я не знаю, что мне делать, у нас такая большая разница в возрасте, и ты несовершеннолетний… - Хен, скажи мне честно, я тебе хоть капельку нравлюсь? – подрагивающим от напряжения и тревоги голосом спросил младший. Юнги вновь встретился глазами с Гуком. Ну не мог он разбить сердце своего тонсена. Мин сдался: - Да… Я думаю да. - Тогда поцелуй меня! – и не дожидаясь реакции, Чон сам поцеловал, и в этот раз Юнги не медлил: открыл рот, впуская язык младшего, позволяя прикусывать губу, обхватил лицо Чонгука ладонями. Мин не знал, сколько длился поцелуй, три секунды или же вечность, но он уверен, что это был один из самых прекрасных поцелуев в его жизни. Целовать семнадцатилетнего Чон Чонгука просто умопомрачительно. От этих воспоминаний у Чонгука становилось тепло на душе. После того дождливого, но счастливого вечера они ещё несколько раз встречались с Юнги и даже сходили на свидание. Точнее это был сюрприз: Юнги утром, ещё затемно уехал в офис и вернулся, когда солнце уже почти село. Во дворе дома его ждал Чонгук, приготовивший самгёпсаль на гриле, а сам двор был украшен разноцветными огоньками. Мин был растроган. Он встречался с парнями раньше, но никто не делал таких романтичных жестов по отношению к нему. Почему-то все считали, что Юнги острый как нож и холодный, как ледяная глыба, но на самом деле внутри внешне безэмоционального парня сидел кто-то, готовый лить слезы над мультфильмами и умиляться при виде щеночков. И сейчас эта часть восторжествовала. - Спасибо, Гуки. Это потрясающе! Ты потрясающий! – и Юнги нежно поцеловал тонсена сначала в щёку, а потом, поразмыслив секундочку, в губы. Чонгук чувствовал себя по-настоящему счастливым рядом с хеном. Их совместные вечера всегда слишком быстро заканчивались: время будто насмехалось над Чоном, утекая сквозь пальцы как песок. Когда уже близилось время расставания, Чонгук скромно спросил: - Юнги-хен, ты будешь моим парнем? Нет, Мин не был шокирован. Он много думал об этом и понимал, что всё к этому идёт. Видел ли он Гука как своего парня? Спросили бы у него месяц назад – он бы точно ответил нет. Но сейчас всё кардинально изменилось: старший больше не видит лишь школьника Чон Чонгука. Юнги видит сильного, смелого и заботливого парня. Кто виноват, что судьба посмеялась над ними, разделив их двенадцатью годами? Уж точно не один из них. И портить жизнь им обоим Юнги не хотел. - Да, Чонгук-а. Уговорил, - со смехом ответил Мин. Младший, не веря собственному счастью, бросился на шею Юнги, сжимая его в объятиях. Надо отметить этот день в календаре как самый счастливый в его жизни. Гук надеялся, что они будут вместе в этот день через год, через пять лет и двадцать пять… Не зря Чонгук так усердно готовился. Он окружил хена заботой, и готов делать это снова и снова – лишь бы Юнги был счастлив. Чёрт, да Чон даже стих написал! Но в последний момент не стал его зачитывать: Гук не был уверен в своих писательских навыках. Лучше бы нарисовал портрет… Уже придя домой, парень достал из кармана смятую бумажку и перечитал. Я помню этот странный день: Ты с лампой на меня кидался, Тебя я жутко испугался, И скрылся спешно в ночи тень. Кто знал, что это зов судьбы Меня к тебе привёл в тот вечер? И сердца тихие мольбы Меня просили вновь о встрече! Сначала ты был груб ко мне, Но быстро гнев сменил на милость И без тебя я, как в огне, Жизнь в одиночестве – унылость! Прошу, дай шанс мне быть с тобой И голос слышать по утрам. Лишь позови - я за тебя горой, И брошу всё к твоим ногам! Я буду верен до конца И не позволю никому Стереть с любимого лица Улыбку, что рассеет тьму. Да уж, хорошо, что он не показал этот «шедевр» хену. Чем больше Чон перечитывал, тем более примитивным ему казалось собственное творение. Гук хреновый автор, хотя ему нравилась последняя строчка – у Юнги действительно ослепительная улыбка, которая делала каждый день Чонгука светлее.

***

Гук точно решил: сегодня он положит конец издевательствам над Юнги. Путём наблюдения и преследования Чон выяснил, где живёт Ким Сону, и сегодня он собирался наведаться в гости. К сожалению, не удалось скрыть это от зорких глаз Чимина – старший заметил, что после занятий Чонгук вместо того, чтобы направиться домой, двинулся в другую сторону по пятам за Кимом. Чим тут же догнал тонсена, прихватив с собой Тэхена, и попытался отговорить младшего от необдуманных поступков. Но тщетно. - Я уже всё решил, Чимин-хен, - решительно ответил Чон. – Он обидел Юнги, я этого так просто не оставлю. - Ты своим поступком можешь только разозлить его, и он навредит Юнги ещё сильнее! – вступил в диалог Тэхен. – Подумай об этом! Сону больной на голову, с ним разговоры не помогут. - А я и не говорить с ним иду, - похрустел костяшками Гук. - Ой как страшно! Сону таким не напугать, знаешь ли, - язвил Пак. – Прости, Гукки, я не уверен, что из этой драки ты выйдешь победителем. Мы идём с тобой. - Ну уж нет! Спасибо за поддержку, но это моё дело! И я не дерусь трое на одного! — Вот это рыцарство! А вот Сону и его друзья втроём вломились в дом твоего хена. Повезло, что его не было, потому что они явно не такие джентльмены, как ты. Чонгук понимал, что от Чимина так просто не отделаться. Старший ни за что не отпустит его одного. В голове Чона созрел план. - Ладно, мы подумали, и я решил, будь по-твоему, Чимин-а. Ну его, этого Сону, разберусь с ним потом. Пошли домой, ребята. - Быстро же ты переобулся! – воскликнул Чимин, но, видя возмущённое лицо младшего, быстро добавил. - Идём скорее домой! Можем порубиться в мою новую приставку. Но Чон отказался, ссылаясь на кучу домашки, чем немного насторожил Пака. Хен решил для себя зайти к Чонгуку через часок, чтобы проверить, дома ли тонсен. Парни попрощались, и Гук честно пошёл домой. Он догадывался, что Чимин мог следить из окна своего дома, поэтому выждал пятнадцать минут и чуть ли не бегом бросился в сторону дома Сону. Чимин же, зайдя через час к младшему домой, его там не обнаружил. Чонгук всё же сделал по-своему и пошёл разбираться к Сону. Пак впопыхах отправил Тэхену сообщение с просьбой разузнать, где живёт виновник заварушки. Уже на ходу Чим позвонил Юнги: - Юнги-хен, это Чимин. Тут такое дело… Чонгук, кажется, нашёл приключения на свою задницу. Быстро пересказав, куда и зачем отправился упрямый тонсен, Пак попросил: - Пожалуйста, позвони ему. Попытайся его отговорить. Может тебя он послушает. Сону отбитый, он много раз участвовал в уличных разборках. Гук может серьёзно пострадать. На другом конце Юнги почти сходил с ума от волнения. Он дал обещание Чимину сделать всё возможное и поспешно набрал номер Чона. В ответ лишь бесячие гудки, один за одним – Чонгук в первый раз за всё время их общения не брал трубку, когда звонил Мин. У Юнги сердце ушло в пятки. В воображении возникали самые разные картинки: Гук лежит в луже собственной крови, а его бьют ногами обозлённые подростки; Чон корчится от боли, получая удары в живот снова и снова… Сюжеты сменяли друг друга, но смысл один: страдал его милый Чонгук. И Мин просто не мог оставаться в стороне, он оделся, накинул капюшон толстовки (день, как будто назло, выдался солнечный) и поспешил на улицу, набирая сообщение Чимину с просьбой скинуть адрес Сону. Ответ пришёл почти мгновенно, и Юнги на всех парах полетел в нужном направлении, срываясь на бег. Но физическая подготовка подвела его: в силу болезни и низкой двигательной активности Мин совсем не отличался выносливостью. Задыхаясь и хватаясь за правый бок, парень продолжал ковылять, постепенно сокращая расстояние между собой и Гуком. Через десять минут ходьбы он уже увидел нужный ему дом и одинокую фигуру Чимина, стоявшего возле калитки. - Ты чего ждешь? –накинулся на него Юнги. – Так и будешь стоять здесь? Надо помочь ему! – старший схватился за ручку двери, уже собираясь вломиться. - Постой, хен! Дома никого. Походу, мы опоздали, - уныло произнёс Чим, помотав головой. – Возможно, Сону вышел из дома, а Гук проследовал за ним, чтобы разобраться в другом месте. - Мы должны найти его! – от отчаяния Юнги схватился за волосы. Ему было очень страшно, и он ничем не мог помочь Чонгуку. — Это бред, ты сам понимаешь, - Пак был хладнокровен, как никогда. – Он мог отправиться куда угодно. Мы не сможем найти его. Остаётся лишь ждать. Пойдём, посидим у меня, тебе ведь нельзя находиться на солнце. Юнги снова и снова набирал знакомый номер, его уже воротило от звука гудков. Ненависть к себе и собственной беспомощности разрывала изнутри. За что судьба так посмеялась над ним, сделав жалким, слабым и больным? Юнги – ошибка природы, странно, что он вообще жив. Когда им осталось пройти пару кварталов до дома Пака, из переулка резко вывернула фигура мужчины в чёрном. Тот резко остановился, замирая. - Юнги-хен? Что ты делаешь на солнце, ты с ума сошёл? Мин повернулся и увидел перед собой Чонгука. Целого и невредимого. Тот отказался что-либо объяснять до тех пор, пока они не укроют Юнги в безопасное место, коим является дом Чона. Стоило только переступить порог, Мин набросился на младшего: - Где ты был? Мы так волновались! Зачем ты вообще попёрся туда?! Я же тебя просил! – старший смотрел на тонсена взглядом, полным горечи, обиды и осуждения. Но Чонгук глаз не отвёл, ему было что ответить хену: - Как ты мог так безответственно поступить, зачем ты вышел на солнце? – предъявил свои обвинения Гук. – Будто ты не знаешь, как плохо тебе может стать! - Ооо, поверь, уж я-то знаю! – злился Мин, но потом чуть более спокойным голосом продолжил. – Гукки, я чуть с ума не сошёл… Навыдумывал себе всякого. Чонгуку стало стыдно от слов хена и от его тоскливого перепуганного взгляда. Чон не сделал ничего плохого, но в очередной раз подвёл старшего. - Со мной всё в порядке, как видишь. Я хотел разобраться с Сону, выбить из него всю дурь, но по дороге задумался о твоей просьбе и словах Чимина, что тебе станет лишь хуже, что я подвергну тебя опасности. И я изменил своё решение. Хен, ты для меня важнее всего, и, если есть даже крошечный шанс, что Сону захочет отомстить тебе, я не могу подвергнуть тебя такому риску. Поэтому я не стал заходить в его дом, просто прошёл мимо. Гулял и много думал обо всём. - Я звонил тебе тысячу раз! - Я специально телефон дома оставил, прости. Ты злишься? - Нет. Конечно, нет. Спасибо, что не зашёл к нему, что не подрался. Это очень взрослый поступок, - Юнги обнял Гука, прижимаясь ближе, а тот положил подбородок старшему на плечо. - Я же сказал, хен, что не подведу тебя. - Спасибо, Чонгук-а. Просто будь собой и будь со мной. - Всегда.

***

Через пару дней они вновь проводили время вместе в доме Юнги. Старший называл это встречами, Чонгук – свиданиями. Юнги не сильно пострадал от пребывания на солнце, получил лишь небольшой ожог кисти и кончика носа, но Гук всё равно сердился. Хорошо, что поцелуи Мина имели удивительный умиротворяющий эффект, чем хен бесстыже пользовался. Юнги смотрел «Чародеек» по телику, а Чон смотрел на Юнги, положив свою голову старшему на колени. Мин длинными пальцами перебирал тёмные прядки Чонгука, переплетя другую руку с рукой парня. Когда закончилась очередная серия, Чон потянулся наверх, ближе к губам Юнги за поцелуем. Мин улыбнулся – он думал, что Гук уже заснул от мерных поглаживаний и монотонного звука телевизора – и двинулся навстречу, захватывая в плен губы Чонгука своими. Постепенно поцелуй становился из нежного и дразнящего страстным и распаляющим желанием. Гук почувствовал, что ещё немного, и его тело выйдет из-под контроля, поэтому отстранился, уткнулся в шею хена и мягко поцеловал её. - Хен, скажи, ты хочешь меня? - скороговоркой произнёс младший. Благо, в комнате было темно, и Мин не видел румянец на его щеках. - В смысле? – Юнги оказался не готов к внезапному вопросу. - В прямом. Я привлекаю тебя в сексуальном плане? – Гуку хотелось от стыда сквозь землю провалиться, но он решил не отступать. Поздно идти на попятную. - Конечно! Боже, почему такие вопросы? – голос Юнги взлетел на октаву выше. - Просто мы никогда не говорили об этом, и я подумал, может для тебя я всё ещё милый тонсен, с которым ты никогда не займёшься сексом. Может, тебе нравятся мужчины постарше. - Голос Чонгука плавно стихал, а голова опускалась. Мин взял его за подбородок и аккуратно заставил посмотреть в глаза. - Какие глупости! Если мы об этом не говорили, не значит, что я тебя не хочу! Вообще-то я нахожу тебя очень горячим! Ты привлекательный, Гук-а, но это не главное в тебе, главное то, что у тебя здесь, - Юнги аккуратно приложил ладонь к груди парня в районе сердца. – Так что никогда не сомневайся в моих чувствах к тебе, понял? - Понял, понял, - пробурчал младший, - ты тоже очень сексуальный, хен. - Пожалуйста, доверься мне, Гук-а. Мы можем обсудить с тобой что угодно! Скажи честно, у тебя уже был секс? - Нет, - скромно, но твёрдо произнёс Чон. - Тебе не стоит стесняться этого. И не нужно бояться. У нас с тобой всё будет хорошо, только не будем спешить, ладно? Всему своё время. Звучало отлично. Чонгук покорно кивнул. - Хен, я сделаю всё, чтобы не разочаровать тебя, чтобы не причинить тебе боль. - Боль? Хочешь разбить моё сердечко? – удивился Мин. - Нет, другую боль. Знаешь, когда парни занимаются сексом, того, кто снизу надо тщательно подготовить, чтобы не было больно… - Чон Чонгук! – возмущённо перебил Юнги. – Ты ещё, птенец неоперившийся, будешь меня поучать?! И вообще, с чего ты решил, что я буду снизу?! - Ну не знаю, просто ты такой… - Какой? Слабый? Хрупкий? Если я ниже и мельче тебя, ещё не значит, что я пассив! Вообще-то я универсал! И к тому же твой хен, имей уважение! –показушно злился Мин, ожидая реакции младшего. - Прости, хен, я не знаю, почему я так решил! Клянусь, я не хотел обидеть тебя! – тараторил Чон. – Просто в своих фантазиях я всегда представлял тебя снизу, вот и всё. Будь ты самым активным активом, мне всё равно! Я могу быть снизу, главное, чтобы с тобой! От этой откровенной тирады Юнги стало очень стыдно. Он чувствовал себя последней тварью: так накинулся на парня, обвинил во всех грехах. А Гукки на всё ради него готов. Нет, всё-таки Мин не заслуживал этого мальчика. - Чонгука, успокойся, я не сержусь, - мягко поглаживая тонсена по голове, мурлыкал Юнги. – Просто некоторые парни предвзято ко мне относились из-за моего роста и худобы. Я не хотел срываться на тебя, прости. Ты ни в чём не виноват. – Хен с любовью смотрел на младшего, поднёс его ладони к своим губам и поцеловал каждый пальчик. Этим простым, но таким интимным жестом Юнги хотел выразить все свои чувства к Чонгуку. Это было молчаливым признанием в любви. – Я постараюсь воплотить все твои мечты, обещаю. Надеюсь, ты не разочаруешься во мне. - Ты идеален для меня, хен, - улыбнулся Гук, - чтобы разочаровать меня, тебе придётся очень сильно постараться! - Ну уж нет, ни за что! – хмыкнул Юнги. – Never in a million years! - Да ты у меня полиглот, хен! – сквозь смех произнёс младший. - Ещё какой! - Главное, мой. - Твой.