Брешь в моем сердце

      Солёный морской воздух вызывал у Мариан исключительно неприятные ассоциации. Даже хуже, чем вид развалин Лотеринга. Сразу вспомнилось, как они беженцами плыли в Киркволл, не зная, что их ждёт впереди. На горизонте показались очертания ненавистного города, и Мариан скривилась от отвращения. Но она должна взглянуть в лицо своему прошлому, а затем отпустить его раз и навсегда, иначе оно так и будет преследовать её. В прошлый раз она трусливо сбежала отсюда, но теперь по доброй воле возвращалась. Киркволл совсем не изменился за это время. Да и что значат четыре года для большого города? Иные и за пару десятков лет несильно меняются.       Мариан сошла на берег и накинула капюшон, чтобы никто не смог её узнать. Вряд ли эти годы полностью изгладили из памяти жителей Защитницу Киркволла. Хоук торопливо прошла через городские ворота, отметив про себя, что теперь это было сделать намного проще, чем в день её первого приезда. Тогда потоки беженцев искали пристанища в городе, и их конечно не могли впустить всех разом. Защитница шла по улицам, поминутно озираясь, однако никто не обращал на неё внимания.       Сначала она хотела навестить дядю Гамлена. Уезжая из Киркволла, она попросила Варрика отдать дяде небольшую сумму с продажи особняка Амеллов. Как-никак он приютил семью Хоук, когда им совсем некуда было пойти. Хотя если подумать, пойти им некуда было именно по его милости. Если бы не его безалаберность и мотовство, они сразу могли бы поселиться в особняке. Но без всех этих невзгод и лишений вряд ли Мариан стала бы той, кем была.       Хоук неуверенно постучала в дверь лачуги Гамлена, однако никто ей не открыл. Мариан подождала минут десять, дядя так и не вышел, и тогда она пошла в Верхний город. Таверну «Висельник» она обошла стороной. Если она объявится там, то о её приезде мигом узнает весь Нижний город, а этого ей совершенно не хотелось. Вскоре она уже была перед особняком Амеллов. Хоук почувствовала укол ностальгии, глядя на тёмные окна дома. Постояв немного на площади, она остановила прохожего и поинтересовалась: — Добрый день. Извините, а в доме Амеллов сейчас кто-то живёт? — Нет, насколько я знаю, не живёт. Хозяин особняка вроде бы уехал в Ферелден, — ответил мужчина. — А вы знакомы с хозяином? — Сам я лично не знаком, но он — довольно известная здесь личность. Это Варрик Тетрас. Раньше он был спутником самой Защитницы, — видно было, что этим знанием мужчина очень гордился.       Мариан было мысленно усмехнулась, однако потом до неё вдруг дошло сказанное, и она не замедлила удивиться вслух: — Дом принадлежит господину Тетрасу? — Да. Вроде бы Защитница подарила ему этот дом, как своему старому другу. — Вот оно как. Благодарю вас, было очень интересно послушать.       Мужчина кивнул с чувством своего превосходства над незнакомкой и степенно направился по своим делам. Мариан озадаченно смотрела на дом и никак не могла взять в толк, как же так вышло. Варрик прислал ей деньги с продажи дома — довольно кругленькая вышла сумма. Он не рассказывал о покупателе дома, да Мариан это и не интересовало. Теперь же выходило, что он сам купил этот дом. Неужели он рассчитывал, что Мариан однажды захочет вернуться? Или он просто не хотел абы кому продавать дом, с которым было столько связано? Так или иначе, узнать это она могла только при встрече с ним. Хоук собралась с духом и направилась к следующему пункту своего путешествия по прошлому — киркволльской церкви. Точнее, к тому, что от неё осталось.       Коленки Мариан дрожали всё сильней по мере того, как она приближалась к этому месту. Развалины церкви были огорожены верёвкой, рядом с которой возвышался обелиск. Хоук подошла поближе, чтобы разобрать надпись на нём.

«В память о погибших невинных душах, этот обелиск будет служить всем напоминанием и уроком о том, что безумие ведёт лишь к разрушению».

      Ниже перечислялись имена всех, кто погиб при взрыве. Мариан провела рукой по этому списку, задержавшись на имени Владычицы Эльтины. У подножия обелиска лежали небольшие букетики.       Хоук перевела взгляд на развалины, и слёзы навернулись на глаза. Пожалуй, её имя тоже стоило бы выбить на этом камне. Ведь какая-то часть её погибла вместе с Эльтиной и остальными. Могла ли Мариан отказаться от этой части себя, оставить её здесь и забыть навсегда? Она дожна была сделать это, иначе двигаться вперёд было невозможно; иначе эта часть всегда тянула её назад, заставляла оглядываться.       Слёзы всё текли и текли из глаз, которые всматривались в мёртвые камни церкви. Вдруг позади послышались шаги. Мариан обернулась на их звук. К обелиску подошла молодая девушка с букетиком. Хоук отошла в сторону, чтобы девушка могла положить букет к остальным. — Вы тоже принесли цветы? - спросила незнакомка. — Нет, я пришла просто почтить память погибших. — А я часто ношу сюда цветы. Мне очень нравилась Владычица Эльтина, нравилось приходить в эту церковь. В тот день я договорилась встретиться здесь с моим женихом. Я выходила из дома, но на полпути поняла, что забыла деньги для пожертвования, и мне пришлось вернуться. По дороге сюда я и услышала этот взрыв. А мой жених уже ждал меня у входа.       Девушка смахнула подступившие слёзы, громко всхлипнув. — Я очень сожалею о вашей потере, — искренне произнесла Хоук. — Я ненавижу мага, который сделал это, — зло сказала она сквозь слёзы. — Убить столько невинных людей! И куда только смотрела Защитница? Ведь он был её любовником! Пригрела змею на своей шее.       Мариан почувствовала, как во рту пересохло, а перед глазами всё поплыло. — Да. Будь проклят этот маг, — севшим голосом сказала она. — Надеюсь, он получил по заслугам. — Куда там! Защитница отпустила его. Но надеюсь, что он сгинул в какой-нибудь канаве! — Согласна. Простите, мне тяжело здесь находиться. Я пойду.       С этими словами Мариан поспешно направилась прочь с площади. Она сгорала со стыда перед этой девушкой, перед всеми остальными жителями города. Да, сначала она спасла их от толпы кунари, но потом не уберегла от сумасшествия собственного любовника. Нет, она никогда не простит его, как не простит и себя. Как же двигаться вперёд с такой ношей? Но ответ приходил на ум сам с собой. Та Мариан, которая позволила магу совершить это преступление, взорвалась в церкви. А Мариан, которая больше не позволит такому случиться, прогнала этого мага прочь, и больше никогда не попадётся на его увещевания о любви.

***

— Имя? — Мариан Хоук.       Привратник тут же вытянулся по струнке и протараторил: — Миледи Хоук! Как же, как же, проходите! Прошу меня простить, не признал. Эй, Гектор! Проводи-ка миледи до замка!       Мариан хмыкнула. Не признал он. Да откуда этот парень вообще мог знать, как она выглядит? Она ведь ни разу до этого не была в Старкхэвене. Другой стражник, которого назвали Гектором, послушно повёл Мариан по мощёной дороге, ведущей от ворот к замку. — Мариан Хоук к Его Высочеству! — торжественно объявил стражник, и их немедленно пропустили внутрь.       Они двинулись запутанными коридорами, пока не остановились перед большой двустворчатой дверью. Стражник постучал, и двери тут же отворились. Мариан оказалась в небольшом зале, в центре которого стоял массивный стол. За ним сидел юноша с точёными чертами лица и каштановыми волосами, зачёсанными назад. Он обернулся на звук открывшейся двери, в неровном свете факелов рассматривая посетителей. — Хоук! — воскликнул он, вставая с места.       Он быстрым шагом направился к Мариан, остановившись совсем рядом, но не подходя вплотную. Хоть он и с радостью принял у себя Бетани, с Мариан они расстались далеко не на дружеской ноте. Это внесло некоторую заминку в их встречу. Они постояли друг напротив друга, пока Хоук не нарушила молчание: — Ваше Высочество, принц Себастьян! — Обойдёмся без этих формальностей, Хоук, — покачал головой принц. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Наверняка твой путь был долгим. Я прикажу принести еды. — Не откажусь, — согласилась Мариан. — И сообщите Бетани, что я приехала.       Чуть позже, когда они с Себастьяном уже сидели за столом, в зал вошла Бетани Хоук. Она тут же кинулась в объятия сестры. — Бетани, сестрёнка! — Мариан, почему ты здесь? Разве ты не должна помогать Инквизиции? — Просто решила взять отпуск, — улыбнулась Мариан, снова садясь за стол. — Ты сейчас наверное голодна. Поешь, и потом всё-всё мне расскажешь. И не отпирайся! — Даже не собиралась.

***

      За ужином Хоук-старшая обменялась с Себастьяном лишь общими новостями, не вспоминая подробностей их последней встречи. Мариан чувствовала некоторую натянутость разговора, но решила пока не мутить эту воду. После трапезы Бетани заявила, что вынуждена похитить Хоук у принца, и увлекла её за дверь. — Пойдём, тебе уже должны были приготовить комнату!       Комната была довольно просторной, но скромно обставленной, хотя после комнатушки в Скайхолде это были поистине королевские хоромы. Бетани тут же плюхнулась на кровать, провалившись в мягкой перине, и подозвала сестру. Хоук решила последовать её примеру и тоже с разбегу прыгнула в постель. — Блаженство, — она вытянулась и прикрыла глаза. — Уж и не помню, когда в последний раз спала на такой мягкой кровати. — Рассказывай, зачем ты проделала такой путь? Это что-то важное? Поручение Инквизитора? Ну, говори же!       Мариан сделала глубокий вдох, шумно и протяжно выдохнула, а затем повернула голову, глядя на сестру: — Долго придётся рассказывать.       Бетани слушала, раскрыв рот от удивления. Кто бы мог подумать, что, приехав в Скайхолд, её сестра встретит там обоих мужчин, с которыми она была близка и которые причинили ей столько боли. Более того, эти мужчины утверждали, что их чувства к Мариан не остыли — вот уж удивительно! — После Киркволла я решила, что должна повидать тебя, раз уж оказалась поблизости, — закончила свой рассказ Мариан. — Я бы присвистнула в этом месте, если бы только умела, — засмеялась Бетани. — Но скажи мне, что же ты в итоге надумала? Не зря же ты отправилась в это путешествие. — Я точно знаю, что Андерса я не прощу никогда. Но чего уж там, он довольно смазливый. Удивляюсь, как я могла столько времени не замечать его в Киркволле. Хотя нет, ничего удивительного, он ведь только и делал, что бесил меня своей чрезмерной меланхоличностью. Вечно нудел об этом своём духе… — Думаешь, его и правда удалось изгнать? — Если честно, меня это мало волнует. Я решила, что Андерс для меня умер. — Ты то же самое говорила, когда мы уплывали из Киркволла, — Бетани хитро посмотрела на сестру. — Но теперь уже окончательно, — упрямо сказала Мариан. — Ну а как же Каллен? Про него ты что думаешь? Знаешь, я никогда не забуду, как пришла к нему в Казематах… Ну да я уже рассказывала тебе. Он был такой несчастный… — Почему же он не вернулся, Бетани? — Почему же ты не спросила его, Мариан? — передразнила Бетани.       Мариан застонала, спрятав лицо в ладони. Бетани подняла их, заглядывая сестре в глаза: — Признай уже, что он достойный тебя мужчина. И этот мужчина любит тебя вот уже… да, кажется, уже восемь лет. — Если верить магу, он любит меня намного дольше, — скривила губы Мариан. — Но Каллен не совершал такого тяжкого преступления. Он просто ошибся. Прости ему эту ошибку, сестрёнка. Помнишь, ведь это он помог мне сбежать из Круга?       Конечно, Мариан помнила. Она просто не представляла, как бы вытащила сестру, если бы не Каллен. Хотя после гибели Мередит в Круге и среди храмовников царила некоторая неразбериха, наверняка ей бы представился шанс самой увести Бетани. Однако Хоук-старшая была настолько разбита и подавлена, что просто не смогла бы спланировать подобный побег. — Мариан, я возможно скажу банальную вещь. Но после гибели Карвера, а потом мамы я вот что поняла: всё плохое, что было с нами, лучше оставлять в прошлом и помнить лишь уроки, которые мы из этого извлекли. Когда мы снова и снова прокручиваем в голове какие-то трагические события, они начинают съедать нас изнутри. Но ведь эти события уже нельзя изменить. Остаётся только отпустить их и жить дальше. Со временем обязательно случится что-то хорошее, и тогда плохое точно изгладится из памяти. Забудь, что Каллен причинил тебе боль. Тем более, что ему тоже было больно. Если хорошенько подумать, ничто сейчас не мешает вам быть вместе.       Мариан внимательно посмотрела на сестру. И когда это она стала говорить такие разумные и логичные вещи? Где же та легкомысленная младшая сестрёнка, какой она всегда была? — Возможно, ты и права, — нехотя признала Хоук. — Но хватит обо мне. Расскажи лучше о себе. Как у вас дела с Себастьяном? — Всё очень хорошо, — на щеках Бетани появился лёгкий румянец. — Мы обручились. — Что?! — Мариан резко села. — И когда же свадьба? — Себастьян сказал, что правителю не стоит играть свадьбу в такое смутное время, когда по всему миру открываются эти разрывы, а сумасшедший магистр собирает армию. Он попросил меня подождать, пока всё уляжется. Потом будет его коронация, а уже после — свадьба. — Бетани, ты ему веришь? — осторожно поинтересовалась Хоук. — Возможно, ждать придётся долго. Как бы он не передумал. — Не хочу об этом думать. Да, я верю Себастьяну. Я успела хорошо узнать его. Да ведь и ты тоже его знаешь. — Я знаю, что в гневе он склонен принимать необдуманные решения. Не забывай, что он обещал найти Андерса. Если он узнает, что Инквизиция укрывает его, и что я знаю об этом — нам всем не поздоровится. — Тогда скажи ему. — Бетани, ты с ума сошла? Он отправит в Ферелден свою армию возьмёт в осаду Скайхолд! — Уверена, ты сможешь его переубедить, — Бетани взяла сестру за руки. — Давай пока не будем об этом, сестрёнка. Лучше расскажи, чем ты ещё занимаешься в Инквизиции, кого ещё там встретила?

***

      Мариан провела несколько дней в замке Старкхэвена. Они с Бетани болтали без остановки, гуляли по городу, который своей красотой просто поражал воображение. Впрочем, подобное великолепие Хоук видела и в Зимнем дворце. Она наслаждалась беззаботной жизнью, откладывая разговор с Себастьяном на потом, пока однажды случайно не услышала разговор двух стражников. — Да точно тебе говорю, своими ушами слышал! — Неужто этот отступник и правда там прячется? — Вот Его Высочество и узнает. — Не нравится мне эта затея, ох, не нравится.       Мариан решила попытать удачу и выяснить, о чём это они говорили. Очевидно, речь шла об Андерсе, но вот где его собрался искать Себастьян? — Добрый вечер, господа, — сказала она бархатистым голосом, подходя к стражникам.       Те сразу насторожились и прекратили разговор. — Я случайно вас подслушала и мне стало интересно, кого же это собрался искать Его Высочество? Не бойтесь, я никому не скажу, что узнала это от вас, — поспешила добавить она.       Стражники переглянулись, и один решил заговорить: — Особого секрета тут нет, миледи Хоук. Его Высочество собирается с войском идти в Киркволл. Он хочет найти отступника Андерса, который скрывается в городе.       Мариан словно громом ударила эта новость, но она попыталась справиться с нахлынувшими эмоциями и как можно спокойней ответила: — Вот как? Что ж, надеюсь, он его поймает.       Не дав стражникам опомниться и начать задавать вопросы, Мариан поспешно ретировалась в свою комнату. Захлопнув дверь, она перевела дух. Сердце бешено колотилось в груди. Этого ещё не хватало! Теперь из-за этого мага снова будут гибнуть невинные люди. Если Себастьян и правда нападёт на Киркволл, это обернётся никому не нужным кровопролитием, тем более, что мага в городе не было. Похоже, выбора Мариан не оставалось — надо было всё рассказать Себастьяну.       Поздно вечером она подошла к комнате принца и осторожно постучала в дверь. Прозвучало глухое «Войдите», и Мариан осторожно перешагнула порог королевских покоев. — Себастьян, это я, — тихо сказала она, стараясь унять дрожь в голосе. — Хоук? Уверен, ты по важному делу, раз пришла в такой час. Проходи, садись, — принц указал на одно из кресел возле стола, но Мариан покачала головой. — Выйдем на балкон? Здесь что-то душно.       Мариан сделала несколько глубоких вдохов, впуская в лёгкие свежий ночной воздух, а затем повернулась и посмотрела Себастьяну прямо в глаза. Они были чем-то похожи на её собственные: такие же льдисто-голубые. Только взгляд у Себастьяна был серьёзным, пытливым. Мариан никогда в его присутствии не хотелось отпускать неуместные шуточки, или же флиртовать с ним. Принц был довольно красив, однако Мариан никогда не удавалось как следует рассмотреть эту красоту, ведь они не были особо близки. К тому же, принц сразу приглянулся Бетани, и она не могла посягать на чужое. Они с Мариан были просто приятелями, просто спутниками, которые оказали друг другу несколько услуг. — Себастьян, тебе нет нужды нападать на Киркволл, — наконец выдохнула Мариан.       Несколько мгновений принц непонимающе смотрел на Хоук, а затем сказал: — Не буду спрашивать, как ты узнала. Но может, объяснишь, что это значит? — Андерса нет в Киркволле.       Себастьян удивлённо вскинул брови. Уголки его губ опустились, и когда он заговорил, в голосе принца скрежетнул металл: — А где же он тогда есть?       Мариан не отводила взгляда от глаз принца, которые сейчас, казалось, прямо-таки замораживали её своим холодом. — В Скайхолде. Он теперь служит Инквизиции.       Ноздри принца затрепетали, шумно втягивая воздух. На щеках заходили желваки, а ледяное пламя глаз стало почти нестерпимым. Видно было, что он изо всех сил пытается совладать с собой. — И давно он там? — Пару месяцев.       Себастьян сжал кулаки. — Объясни, как такое произошло? — сдавленно сказал он сквозь зубы.       Мариан вкратце описала ему, как Андерс попал в Скайхолд, как его избавили от одержимости и как Инквизитор помиловала его на суде. Хоук сделала шаг к Себастьяну. Он тут же отпрянул, но Мариан взяла его за плечи. — Откажись от своей мести, Себастьян Ваэль. Эта ненависть только разрушит тебя. Так же, как она разрушила душу Андерса.       Принц замер, не зная, вырываться ему или остаться на месте. Он был так поражён словами Хоук, что просто не в силах был пошевелиться. Мысли лихорадочно плясали в его голове, он был совершенно потерян. Как же так? Инквизиция пригрела этого преступника, и теперь, чтобы достать его, нужно было напасть на самую влиятельную организацию во всем Тедасе. Словно прочитав его мысли, Мариан продолжала: — Не надо портить отношения с Инквизицией. Она очень сильна. Сейчас у нас всех общий враг, и он собирает свою армию. Мы должны общими силами сокрушить его. Сейчас нет времени на личные разборки. — Ты так легко говоришь об этом, — принц наконец вышел из оцепенения. — Эльтина была мне как мать. Если бы этот маг убил твою мать, что бы ты тогда сказала? — Я понимаю твои чувства, поверь. Я тоже смотрела в глаза убийцы своей матери. Но я не принц. Я не несу ответственности за жизни сотен людей, а сейчас на кону именно они. Когда враг будет побеждён, попроси леди Инквизитора выдать тебе Андерса. — А если я попрошу сейчас? — Из этого ничего не выйдет. Сейчас идёт война, и он служит на благо общей победы. К тому же, авторитет Инквизитора будет подорван, если она выдаст тебе человека, которого сама недавно помиловала. Но потом, когда все будут думать только о победе над Корифеем, ты сможешь предьявить свои права.       Себастьян внимательно посмотрел на Хоук. — А ты рассудительна. Впрочем, как и всегда.       Он наконец высвободился из рук Мариан и оперся на перила, глядя куда-то в ночную темноту. Хоук молча наблюдала за ним, позволяя обдумать всё сказанное. — Ты могла бы ещё тогда отдать мне его. — Ты прекрасно знаешь, что не могла. Мы ведь были вместе.       Себастьян потёр лоб, собираясь с мыслями. — Твоё предложение не лишено смысла. Ещё пару лет назад я, возможно, рассердился бы на тебя и прогнал прочь. Но теперь я и правда чувствую ответственность за своих подданных и не могу напрасно рисковать ими. Пожалуй, сейчас и правда не время личных счётов. Да и тягаться с Инквизицией выйдет себе дороже. Я доверюсь твоим словам, Хоук. Благодари наше совместное прошлое, когда ты помогла найти убийц моей семьи. Я никогда этого не забуду.       Мариан с облегчением выдохнула, поняв, что выиграла эту схватку.

***

      «Надеюсь, вы хорошо поживаете, рыцарь-капитан Каллен. Точнее, теперь уже командор Каллен — никак не привыкну, простите.       Недавно я получила письмо от Мариан. Она рассказала мне о том, что судьба сыграла с ней злую шутку и свела её в Скайхолде с вами и с этим магом.       Простите, что скажу это, но вы, конечно, оба одинаково сильно любите мою сестру, просто каждый на свой лад. Однако мы с вами знаем, кто по-настоящему её достоин. Я поняла это ещё там, в Киркволле, когда увидела, как вы страдаете после расставания с ней. Хотя мне и непонятно, почему вы не попытались вернуть её. Если бы только вы перешагнули через своё уязвлённое самолюбие, то Мариан никогда не пришлось бы искать утешения у этого отступника. А значит, он не причинил бы ей той боли, через которую она прошла. Так что считайте, что я в некотором смысле виню вас в том, что произошло с Мариан.       Однако сейчас у вас есть шанс всё исправить, не упускайте его. Не сердитесь на сестру за то, что она сбежала. Уверена, она скоро к вам вернётся. И когда это произойдёт, будьте готовы вновь завоевать её сердце. Я верю, у вас всё получится.       P.S. Воспользуюсь этим случаем и ещё раз поблагодарю вас за то, что вы сделали для меня. Именно поэтому я и решила написать это письмо. Такая вот маленькая благодарность от меня. Б. Х.»       Дойдя до конца письма, Каллен перечитал его снова. А потом ещё раз, и ещё. Он никак не мог поверить, что Бетани написала ему. И зачем — чтобы приободрить его и подтолкнуть к завоеванию сердца своей сестры. Что же такого написала ей Мариан? Неужели упоминала о своих чувствах к нему?       Он снова зацепился взглядом за слова «…я… виню вас в том, что произошло с Мариан». Он никогда не думал об этом в подобном ключе. Но ведь младшая Хоук была права. Если бы только Каллен не играл в обиженного и оскорблённого, он и правда не потерял бы Мариан, она не связалась бы с этим магом. Проклятье!       Но что толку теперь укорять себя в этом? Он должен приложить все силы, чтобы сердце Мариан наконец растаяло. Только бы она вернулась!

***

      В этот раз Мариан Хоук покидала Киркволл с лёгким сердцем. Дни, проведённые рядом с сестрой, вдохнули в неё новые силы. Вдобавок к этому разговор с Себастьяном избавил её от ещё одной тяжкой ноши. Тот вечер стёр все недомолвки, сделав их с принцем немного ближе.       Мариан подумала о письме, которое Себастьян передал для Инквизитора. Как представитель Инквизиции она, разумеется, прочла его. Принц Старкхэвена выражал Инквизиции своё уважение и просил помощи в восстановлении церкви Киркволла. Также он предлагал прислать людей для битвы с Корифеем, надеясь в будущем на ответную услугу. Конечно же, речь шла о том, чтобы ему выдали Андерса, но пока он благоразумно не стал об этом упоминать.       В этот раз Мариан Хоук не смотрела, как Киркволл остаётся далеко позади. Она смотрела вперёд, туда, где её ждало будущее.