Брешь в моем сердце

      Мариан пристально следила за горизонтом, насколько это позволяла местность, в любой момент ожидая появления отряда Инквизитора. Больше месяца ушло у неё на то, чтобы добраться до лагеря Инквизиции в Ферелдене, оттуда отправить ворона в Скайхолд и дождаться ответа. Мариан написала лично Лелиане с просьбой сообщить ей, где сейчас Инквизитор Адаар. Только об этом письме никто не должен был знать, особенно двое определённых мужчин. К этому своему письму она приложила послание Себастьяна, чтобы советники Инквизиции были в курсе дел. А Инквизитору она и сама всё расскажет.       Отряд Адаар возвращался на равнину из Эмприз-дю-Лиона, что в Восточном Орлее. Мариан решила ждать товарищей у переправы через реку, неподалёку от стоянки долийских эльфов. Наконец она увидела всадников, в которых безошибочно угадывались Инквизитор и её спутники. Те, в свою очередь, тоже заметили Хоук и пришпорили лошадей. — Мариан! Какая встреча! — воскликнула Инквизитор, соскакивая с лошади и заключая Хоук в объятия. — Ничего себе, какие нежности! — рассмеялась Хоук. — Того и гляди кое-кто начнёт ревновать. — Этот кое-кто лучше сам тебя обнимет, — пробасил Железный Бык и по примеру Инквизитора стиснул Хоук своими ручищами. — Я знаю ещё одного человека, который очень хотел бы тебя обнять, вот только он остался в Скайхолде, — подмигнула Адаар. — Тебе лучше было бы сразу пойти туда.       Мариан почувствовала, как щёки её начинают гореть, и отмахнулась: — Не хочу быть там, где нет вас.       Остальные тоже спешились и окружили Мариан. Она по очереди обняла Варрика, Кассандру, Сэру и Коула (хотя он пытался сопротивляться). Солас и Вивьен ограничились лишь приветственными кивками, поскольку не очень-то любили объятия и им подобные проявления дружеской любви. — А где Блэкволл? — спросила Мариан, не увидев Серого Стража.       Инквизитор замялась, переглянувшись с товарищами, а затем смущённо сказала: — Тут такое дело… в общем, он пока не с нами. Позже всё объясню.       Потом обниматься подошёл Дориан. — Ну здравствуй, разбивательница сердец, — сказал он, привлекая к себе Хоук.       На её вопросительный взгляд он тут же поспешил ответить: — Рассказ будет долгим, так что всё потом. — Как ты нашла нас? — спросила Адаар. — У вас хорошая система сообщения между лагерями, Инквизитор, — усмехнулась Мариан, вскакивая в седло. — Ну что, куда едем?

***

      Отряд остановился на ночлег на одной из стоянок Инквизиции в Священных равнинах. Когда все поужинали и готовились ко сну, Дориан подозвал к себе Хоук. Они сели в стороне от догорающего костра. — Ты что-то хотел рассказать мне? — начала разговор Мариан. — Да, — кивнул маг. — В твоё отсутствие случилось кое-что. Твои мужчины не поделили тебя.       Мариан изумлённо уставилась на Дориана, требуя дальнейших объяснений. — Андерс стащил магический посох где-то в башне и напал с ним на командора, — Дориан на секунду прервался, так как из груди Мариан вырвался возглас удивления. — Он кричал, что это Каллен виноват в том, что ты ушла. Между ними завязалась драка. К счастью, мы с Инквизитором вовремя подоспели. Иначе они бы точно друг друга покалечили. — Поверить не могу, — замотала головой Мариан. — Ведь я ясно сказала Андерсу, что ему не на что рассчитывать, что между нами всё кончено! — Да, я тоже удивился. Мы с ним говорили о том, что он должен забыть тебя и выполнять свои обязанности. Но он словно с цепи сорвался, как узнал, что ты ушла. Говорил, что лучше бы его убили, раз тебя теперь нет в Скайхолде.       Мариан гневно засопела. Ох уж этот маг! Да когда он наконец успокоится? — Дориан, клянусь тебе, я сделала всё возможное, чтобы он больше не искал отношений со мной. Не представляю, почему он так взбесился. Ну, а Каллен? — Если честно, я боялся, что он убьёт Андерса. У него было такое лицо… Мариан, скажи, почему ты ушла? Это правда было из-за командора?       Мариан помедлила с ответом. Ей не хотелось в очередной раз пересказывать причины своего ухода, пусть даже и такому как хорошему другу, как Дориан. — Из-за него тоже, — наконец ответила она. — Ты должна расставить все точки в этом вопросе, — укоризненно покачал головой Дориан. — Не мучай этих мужчин. Выбери одного или откажись от обоих. — Вижу, ты очень переживаешь за Андерса. Похоже, вы сдружились с ним.       Дориан неопределённо кивнул, избегая прямого ответа. Мариан продолжила: — Я должна кое-что рассказать тебе про Андерса.       И она поведала магу о том, что Андерса искал одержимый местью принц Старкхэвена. — Так что, когда всё кончится, Себастьян придёт за ним, я уверена. — Плохо дело. Надо придумать что-нибудь. — Честно говоря, у меня уже есть одна мысль, Дориан. Я конечно очень зла на Андерса и никогда его не прощу, но смерти ему не желаю. Послушай, когда всё это кончится… Когда Корифей будет побеждён, может ты… может ты увезёшь Андерса в Тевинтер? Пусть он назовётся другим именем, и тогда Себастьян вряд ли его достанет.       Дориан устремил изумлённый взгляд на Мариан. — Ну ты даёшь, подруга. А идея-то недурна. Только вот сдаётся мне, что Андерс не согласится. — Я уверена, что ты можешь быть убедительным. Расскажи, как хорошо живётся магам в вашей стране, что для него это шанс начать новую жизнь… Да что уж там, если он будет сопротивляться — усыпи его магией и увези.       Дориан рассмеялся. — Что ж, я обязательно обдумаю такой вариант. — И ещё я попрошу тебя приглядеть за Андерсом, когда мы вернёмся в Скайхолд. Я не хочу, чтобы он искал встречи со мной.

***

— Командор Каллен, вы просили сообщить вам, когда леди Инквизитор будет возвращаться, — с порога выпалил солдат, влетев в башню командира Инквизиции. Каллен резко вскинул голову, отрываясь от дел, и кивнул. Затем он стремительно вышел на крепостную стену, прошёл поближе к воротам, чтобы видеть дорогу, ведущую в Скайхолд.       Он проделывал это каждый раз, как приходила весть о возвращении Инквизитора. Он ждал. Ждал, когда Адаар вернётся не одна. Но всё было напрасно. Вот уже несколько месяцев в отряде не хватало одной женщины. Внутри у Каллена всё сжималось, когда он напряжённо вглядывался вдаль, пытаясь различить очертания всадников, пересчитывая их. Но их неизменно было десять. Когда пропал Блэкволл, всадников осталось девять. Десятая так и не появилась.       Каллен мысленно ругал себя за тот злосчастный поцелуй. И зачем только он решился на него? Может, маг и был прав, что обвинял его, но ведь Мариан поцеловала его в ответ, почему же она так внезапно сбежала? Он сотни раз представлял себе их встречу. Представлял, что Мариан делает вид, будто бы на балу ничего не случилось, или просит его забыть обо всём, говорит, что это было ошибкой и минутной слабостью. А может, он заключит её в объятья и скажет, что больше никогда не отпустит? Что угодно, только бы она вернулась.       На горной тропе Каллен увидел всадников. Трудно было различить, кто именно это был, однако высокие рогатые фигуры Инквизитора и Железного Быка угадывались безошибочно. Каллен по привычке принялся пересчитывать. Десять. Он пересчитал ещё раз, и снова получилось десять. Нет, не может быть! А что, если это Блэкволл вернулся?       Каллен судорожно сглотнул и решил дождаться, пока всадники подъедут поближе. Вот уже стала различимой коренастая фигура Варрика, лысая макушка Соласа, которую он не прикрывал даже в самый холод, широкополая шляпа Коула и… Короткие чёрные волосы развевались на ветру. Сердце Каллена бешено забилось, он до рези в глазах начал вглядываться в силуэт, которому принадлежали эти волосы. Нет, ошибки быть не могло! Каллен со всех ног зашагал вниз по лестнице, к воротам.

***

      Солнце светило вовсю, было больно смотреть на крепость, выплывшую из-за поворота горной тропы. В груди Мариан заныло. Это место успело стать ей своего рода домом, несмотря на то, что она часто отлучалась из крепости с отрядом Инквизитора. Как встретит её Каллен? Упрекнёт в том, что она сбежала? Хиира сказала, что один человек из Скайхолда хотел обнять её. Если это Каллен, то, пожалуй, он будет рад встрече.       Наконец они подъехали ближе к воротам, и стражники отворили решётку. Мариан тут же увидела, что во дворе стоит Андерс. Она остановила лошадь, дождавшись, пока Дориан поравняется с ней. — Дориан, помнишь что я говорила тебе насчёт Андерса? — Мариан взглядом показала на мага, переминающегося с ноги на ногу. — Понял, беру его на себя. — Именно, — кивнула Мариан. — Уведи его в башню. Нам не нужны сцены ревности у всех на виду.       Дориан пришпорил лошадь и выехал вперёд, чтобы первым добраться до Андерса. Во дворе тем временем собрались и другие встречающие. Конюхи, готовые тут же отвести лошадей в конюшни, Жозефина, которая всегда поджидала их по возвращении из долгих странствий, и просто зеваки, желавшие поглазеть на самого Инквизитора и его приближённых.       Мариан спешилась, принимаясь отвязывать свой мешок от седла. Она украдкой взглянула туда, где стоял Андерс, и заметила, как Дориан уводит его по направлению к башне. — С возвращением, — услышала она голос позади.       По спине побежали мурашки. Собравшись с духом, она обернулась. Каллен пытливо заглядывал в глаза Мариан, ожидая её реакции. Хоук улыбнулась, пытаясь выглядеть непринуждённо. — Здравствуй, Каллен.       Повисло неловкое молчание. Каллен привычным движением потёр шею — он всегда так делал, когда смущался. Мариан почувствовала, как внутри неё поднимается чувство нежности к этому мужчине. Бетани права, он не совершил никакого непростительного преступления. Он просто был слишком молод и требователен: не только к себе, но и к окружающим. — Я так рад, что ты вернулась. Мне… я… я бы хотел поговорить с тобой, — тихо сказал Каллен, переводя взгляд с гривы лошади на Мариан и обратно. — Конечно. Только отдохну с дороги. И ещё вымоюсь. Кажется, на мне осела пыль половины Орлейских дорог. — Тогда зайдёшь ко мне, как освободишься? — Зайду.       Каллен кивнул. — Помочь тебе снять сумки?

***

      После того, как Мариан соскребла с себя грязь и пот, она собралась с мыслями и отправилась в башню Каллена. Встретив её, он предложил прогуляться по стене. Мариан выругалась про себя. И что это за закономерность такая: разговаривать с бывшими, гуляя по стене? Но сказать по правде, в Скайхолде это было самое безлюдное место, где не было ненужных глаз и ушей, не считая солдат в дозоре, бродивших туда-сюда. — Так о чём ты хотел поговорить со мной? — Мариан остановилась, давая понять, что пора покончить с прогулкой и приступить к разговору. — Я… думаю, мне нужно извиниться перед тобой. Тот танец… и поцелуй… Должно быть, я поторопился. Прости, я не хотел огорчать тебя. — С чего ты взял, что огорчил меня? — вскинула бровь Мариан. — Разве ты не поэтому ушла? — удивлённо спросил Каллен.       Мариан шумно выдохнула. Ну сколько можно каждому повторять одно и то же? — Давай опустим момент с извинениями. Ты только за этим позвал меня? — Нет, — Каллен приблизился к Хоук. — Я думал, что ты злишься, но если это не так, то… Я хотел бы решить всё между нами. Здесь и сейчас. Окончательно. — И ты готов к любому окончательному? — Да. — Даже если этим окончательным будет отказаться от меня? — Мариан прищурилась, ожидая реакции командора.       Каллен несколько секунд ошарашено глядел на Хоук, не в силах вымолвить ни слова. Видимо, к такому развитию их отношений он был совсем не готов. Но затем он взял себя в руки и произнёс: — Мариан, я никогда не смогу отказаться от тебя. — Тогда скажи мне, почему ты не вернулся тогда, в Киркволле?       Вопрос наконец прозвучал. Это всё Бетани надоумила её. Сама она не додумалась бы спрашивать подобное спустя столько лет, ведь это уже не имело особого значения. Но после того, как сестрёнка задала ей этот вопрос, Мариан и сама задалась им. Каллена, казалось, ничто не смутило. Наверное, он уже и сам обдумывал это и знал ответ. — Я злился на тебя, Мариан, — честно признался Каллен. — Злился, что открыл тебе душу, на всё был готов ради тебя, а ты… Я был слишком молод и категоричен. Думал, что это пройдёт, что я забуду тебя, и всё будет как прежде.       Каллен вздохнул. — Но ничего не стало прежним. Время шло, я всё не забывал тебя, а потом вообще узнал, что ты теперь вместе с отступником… И знаешь что? Даже это не помогло мне выбросить тебя из головы. Когда я приходил к тебе после смерти твоей матери и перед твоим отъездом, я хотел… хотел рассказать тебе о своих чувствах, попросить прощения. Но было уже поздно. Ты была так опустошена, что я не осмелился ничего сказать тебе. Самое большее, что я мог сделать — помочь тебе вызволить Бетани из Круга. Мариан, я хочу чтобы ты знала: я вовсе не горжусь тем, что сделал. Я был таким дураком… — Это уж точно, — подтвердила Мариан.       На самом деле этот рассказ очень тронул её. Все те годы, проведённые с Андерсом, она считала, что Каллен не жалеет о принятом решении, что он спокойно вернулся к прежней жизни. Но оказывается, это было не так. Однако слабину рано было показывать, и Хоук решилась высказать Каллену ещё одну мысль. — Возможно, эти слова тебе будет больно слышать, но вы с Андерсом похожи. В том, что думаете только о себе и своих чувствах. Но вам обоим всё равно, что чувствую я. Тебе было всё равно, когда ты ушёл от меня. — Ты права, Мариан! — горячо воскликнул Каллен. — Ты права, я жуткий эгоист! Был им тогда и, похоже, остаюсь им и сейчас! Потому что сейчас этот эгоист слишком сильно хочет быть с тобой. И ничего не может с этим поделать.       Последние слова Каллен произнёс почти шёпотом. Несколько секунд они молчали, затем он заговорил. — Расскажи мне, что ты чувствуешь? Я хочу это знать.       Каллен подошёл вплотную к Хоук. Ну вот, опять он взялся за своё! Очень трудно сопротивляться, когда он так близко, что можно ощутить его дыхание, что можно было бы услышать стук его сердца, если бы не доспех. Мариан попыталась шагнуть назад, но упёрлась в крепостной зубец. — Каллен, я… — Командор! — послышалось где-то за спиной Каллена, который тут же замер от неожиданности. — Вы просили копию доклада Лелианы…       Каллен резко повернулся к солдату, которому не повезло прервать их уединение, и гневно рыкнул: — Что?!       Мариан попыталась скрыть улыбку при виде выражения, которое появилось на лице солдата. — Копию доклада… Ах, да, конечно. Я отнесу его в кабинет!       Парень стремглав кинулся прочь, а Мариан не смогла сдержаться от сарказма: — Теперь бедный паренёк…       Но Каллен не дал ей договорить. Он так резко привлёк её к себе, что Мариан не успела опомниться, как жадные губы командора уже требовательно искали её губы. Поцелуй был таким страстным, таким горячим, что Хоук мигом забыла то, что хотела сказать минуту назад. Похоже, сопротивляться больше не было смысла. Она хотела Каллена, хотела быть с ним, хотела не отпускать его больше ни на миг. Руки Мариан помимо её воли обвились вокруг пояса командора, и она потеряла счёт времени. Когда они отстранились друг от друга, Хоук сразу же почувствовала себя как-то одиноко. Ей хотелось продлить этот сладкий миг единения. — Прости, я перебил тебя, — тихо сказал Каллен. — Хотя такой ответ меня более чем устраивает. — Да, я именно этого и хотела. — Хорошо, — Каллен издал лёгкий смешок и снова припал к губам Мариан.

***

      Несмотря на сближение с Калленом, Мариан не торопилась бегать к нему каждый день. Она хотела как следует прочувствовать изменения в их отношениях и решить, по душе ей это или нет. В крепости полным ходом шли приготовления к выступлению в Арборскую глушь, где должен был объявиться Корифей со всей своей армией. Мариан помогала в этих приготовлениях, и времени на личные дела было не так много.       В этот вечер она всё же решила навестить Каллена. Накинув лёгкую куртку поверх простой рубахи, она вышла на мост, соединяющий главное здание крепости с башней, и тут же пожалела, что не надела меховой плащ: порывистый ветер пронизывал до костей. Она прибавила шаг, чтобы побыстрей оказаться в помещении.       Зайдя в кабинет Каллена, она сразу же поняла, что что-то было не так. Он лежал на полу, а над ним склонилась Кассандра, теребя его и повторяя «Каллен! Каллен!». — Кассандра! Что случилось? — Мариан подбежала и увидела, что Каллен лежит без сознания, но при этом прерывисто и тяжело дышит. — Я не знаю! — беспомощно отозвалась Искательница. — Мы разговаривали, и вдруг ему стало плохо. Скорее, позови на помощь! — Хорошо! А ты пока расстегни этот его панцирь!       Мариан стремглав бросилась в башню магов. Мысли метались в её голове, но она не давала им тормозить себя. Подбегая к башне, она чуть не столкнулась с Вивьен. — Как удачно! Вивьен, скорее! Калену плохо!       Колдунья торопливым шагом направилась вслед за Хоук. Увидев Каллена, она тут же сказала: — Нужно освободить его от доспехов, чтобы ему было легче дышать!       Все вместе они принялись за дело. Затем Вивьен сделала какое-то движение руками, последовала вспышка, и в следующее мгновение все четверо оказались на втором этаже башни.       Каллена переложили в кровать, и Вивьен с сосредоточенным видом начала водить над ним руками. Дыхание Каллена немного выровнялось, однако он по-прежнему не приходил в себя. Он вздрагивал, капли пота выступали у него на лбу. Когда Мариан попыталась их вытереть, она обнаружила, что он весь вспотел, тело его было словно раскалённым. — Вивьен, что с ним? — Мариан умоляюще посмотрела на колдунью. — Это результат отмены лириума, — уверенно сказала она. — Предполагаю, что это не первый подобный приступ. — Можно ему как-то помочь? — подала голос Кассандра. — Всё, что я могу сделать — облегчить боль и погрузить его в сон. С остальным его тело должно справиться само.       Вивьен ещё некоторое время творила над Калленом заклинания, и мало-помалу его приступ прекратился. Теперь Каллен спал, хотя по-прежнему вздрагивал. — Пусть он спит. Лучше пока не беспокоить его, — сказала Вивьен, вставая с места. — Вы идите, а я присмотрю за ним, — отозвалась Хоук.       Вновь сверкнула вспышка, очевидно, перемещая Кассандру и Вивьен на нижний этаж. Мариан придвинула стул к кровати Каллена и принялась наблюдать за ним. Этот приступ не на шутку испугал её. Она наивно полагала, что отказ от лириума не особо сказался на здоровье Каллена, ведь они мало общались, и он никогда не жаловался. Теперь же она со всей остротой поняла, насколько тяжело ему было.       Хоук протянула руку и откинула влажные волосы со лба Каллена. Он всё ещё был горячим. Нет, она не может его оставить, ведь она была нужна ему. Все свои приступы он переживал в одиночестве, некому было присмотреть за ним. Но теперь она будет рядом. Мариан сняла куртку и повесила её на спинку стула. Похоже, ей придётся провести здесь всю ночь.       Она снова устроилась поудобней и долго рассматривала лицо спящего Каллена. Мариан провела ладонью по его щеке, коснулась большим пальцем губ. Несмотря на долгую разлуку он казался ей таким родным. Она вспомнила их вечера в поместье верхнего города. Он приходил после службы, и они ужинали вместе, обмениваясь новостями. Потом они шли в ванную комнату, где служанкой была приготовлена большая кадушка с горячей водой. Мариан помогала Каллену оттереться от грязи, поливала его из ковша. Тогда она не осознавала всю ценность этих уютных моментов, а сейчас они казались ей какими-то нереальными. Хоук положила голову на грудь Каллена и закрыла глаза.

***

      Проснувшись, Каллен увидел мирно сопящую у себя на груди Хоук. Он совершенно не помнил, как оказался в своей постели, однако его вполне устраивало, что Мариан была рядом. Каллен так и лежал, прикрыв глаза, пока Мариан не подняла голову. — Ты проснулся, — сонно пробормотала она. — Что случилось? Как я здесь оказался? — У тебя был какой-то приступ, ты потерял сознание. Вивьен подлечила тебя и перенесла сюда. Скажи, с тобой часто бывает такое? — Такое — совсем не часто, — тихо сказал Каллен. — Обычно я не теряю сознание. — Каллен! — укоризненно воскликнула Мариан. — Ты хотя бы принимаешь обезболивающее? — Да, когда всё совсем плохо, — сознался он. — Теперь этим займусь я! И не спорь. Это ж надо, такие приступы, и ты ничего мне не говорил. Сейчас я схожу на кухню, принесу что-нибудь поесть. Тебе нужно набраться сил. — Мариан, мне уже намного лучше. Особенно, пока ты здесь. Не уходи. Каллен умоляюще взглянул на Мариан, и сердце её болезненно сжалось. — Ну хорошо, попрошу сходить какого-нибудь солдата. Я недолго, правда.       Как и обещала, Хоук вернулась довольно быстро и снова села рядом с кроватью. — Тебе нужно переодеться — вчера ты очень сильно вспотел. Где у тебя чистая рубашка?       Каллен указал Мариан на сундук, где лежали рубашки и чистая постель. Пока он переодевался, Мариан меняла простыни, стараясь не подглядывать за обнажённым командором. Он сейчас был ещё слаб, нельзя этим пользоваться. Вскоре дверь внизу отворилась, и её окликнул солдат, который принёс еду. — Сегодня у тебя выходной, — торжественно объявила Хоук, поднимая на верёвке большую корзину с едой. — Я заперла все двери и велела солдату охранять их, чтобы никто тебя не побеспокоил. — Я теперь твой пленник? — улыбнулся Каллен. — Да, если только так тебя можно удержать в этой комнате, — ответила Мариан и принялась раскладывать еду на столике возле кровати. — Я такая голодная! «Ты точно знаешь как минимум ещё один способ, как удержать меня в спальне», - подумал Каллен, принимаясь завтракать.       Он наотрез отказался, чтобы Мариан кормила его из ложки. Он медленно пил горячий бульон, чувствуя, как силы возвращаются. Когда с трапезой было покончено, Мариан забралась в кровать к Каллену, уютно устроившись у него под боком. — Мне очень нравится сидеть с тобой вот так, — сказал Каллен, поглаживая её плечо. — Чувствую себя так спокойно. — Лично мне ужасно трудно просто сидеть, когда ты так близко, — бросила на него хитрый взгляд Мариан. — А уж мне-то как трудно.       Каллен заглянул ей прямо в глаза. Этого было достаточно. Она приподнялась и поцеловала командора. Его руки скользнули под её рубашку, поглаживая спину. Сдерживаться больше не было сил. Мариан ловко перекинула ногу и устроилась на Каллене сверху. Он тут же обвил руками её бедра, в нетерпении сильней прижимая к себе.       Каллен потянул вверх рубашку Мариан, она вскинула руки, рубашка полетела на пол. Возобновив прерванный поцелуй, Каллен продолжал жадно гладить её спину, талию, грудь. Она была такой тёплой, а его руки — прохладными. Изнывая от желания, Хоук почувствовала, что Каллен тоже уже готов.       Освободившись от штанов, она помогла сделать то же самое Каллену и снова запрыгнула на него. Мариан начала двигаться, испустив вздох наслаждения, которому вторил Каллен. Она обнимала его шею, гладила его плечи, а затем ускорила темп, уперевшись в изголовье кровати. Снова они торопились, жаждая близости, прямо как в первый раз в кабинете Каллена. Спустя столько лет их тела наконец нашли друг друга, блаженно слившись в одно целое и быстро дойдя до пика. — Мне определённо нравится такой выходной, — нежно проговорил Каллен, прижимаясь к Мариан поближе. — Когда победим, станем устраивать их чаще, — мурлыкнула Мариан, вдыхая аромат его тела.       Весь день они провели в его комнате, лишь изредка отвлекаясь на разговоры и перекус.