Родственные души

Наташка съезжает. Жаль конечно, но я ее так и толком не узнала. Вернувшись домой, по пути думала о том, ехать к тете с дядей или нет. Обычно на выходные ездила к ним, дядя топил сауну, иногда выбирались на дачу в Карский, жарили шашлыки, помогала им собирать виноград, да и вообще по дому. На прошлой неделе мы с ним нажрались в хлам, найдя прошлогоднее домашнее вино. Решив, не ехать, а сходить на выходных лучше в СБС, торговый центр, который находился рядом с домом, я пошла прямиков в Ашан. Накупив еды, вкусной, но такой вредной, заглянула в шаурменную, насладившись ею, пошла домой, раздумывая какой сериал бы посмотреть. Не успела я войти, как услышала смех. Застолье. Точно, вспомнила я о том, что еще утром Наташа сообщила, что вечером она накрывает стол в честь отъезда. Она переезжала в Ростов-на-Дону. - О, ну наконец-то, мы заждались, - воскликнула Ира, - тебе чего наливать? Вино? Пиво? Коньяк? - Пожалуй, не откажусь от пива, - я разложила продукты в холодильник, - а я как раз салаты готовые купила. Ира и Жека были уже красными от алкоголя, настроение их было на высоте, Наташа пригубила вино, держа бокал в руке, чтобы девочки не думали, что она не пьет. - Рит, слушай, мы давно хотели спросить, - переглянувшись с Жекой обратилась ко мне Ирина, - ты лесбиянка? - С чего решили? – ухмыльнулась я. - Ну… короткая прическа, выбритые виски и затылок, и еще мы никогда не видели тебя в платье, - перечисляла синеглазая красавица. - Если я не одеваю платье и юбки, еще ничего не значит. А выбритые виски у половины города, - я томила их ожидание. - В тебе что-то есть, понимаешь? Да, и тетя Зоя сказала! – Жека поддерживала подругу. - Я просто отказалась давать номер телефона ее сыну! Громкий смех. - Да, она и нам его впихивала. А че ее сыну сорокетник почти, маменькин сыночек! Рит, ну Рит, скажи уже правду! - Я же толстая! Некрасивая! Вы с чего решили, что я лесбиянка? Может я просто старая дева! - Но-но-но, кто тебе такое сказал? Вот месяц назад ты была помпушкой, а сейчас у тебя фигура проявляется, да и красивая ты! – воскликнула Ира. Я и правда имею лишний вес, килограмм на двадцать, при своем росте метр шестьдесят вешу почти восемьдесят килограмм, да и невзрачной себя считаю, не люблю фотографироваться например, и улыбаться. Когда улыбаюсь, мне кажется, похожа на чеширского кота. Глаза у меня серо-голубые, нос обычный, высокий лоб, тонкие губы, круглое лицо, - страшная одним словом. - Рииит, ну… я же видела у тебя в вконтакте фотки с девушками, - взмолилась Ирка. - Мои сестры. - Не надо, вы не похожи, а там влюбленные какие-то девахи в тебя, - заявила Жека. - Ладно, ладно! Сдаюсь, вы правы, – подняла я руки, - выпьем за то, что силой вытянули из меня правду! Девчонки расслабились, чокнулись, выпили, снова выпили, покурили, выпили. Говорили обо всем на свете, перебивая друг друга, рассказывая смешные истории из жизни, слушали пьяную Женю, ее слезы вытирались нашими руками, обнимались. Выслушали и мою историю любви. Я встречалась четыре года с девушкой, мы до сих пор общаемся. Поняли, что чувства остыли, разошлись, уже как второй год, но привычка есть привычка, списываемся, иногда созваниваемся. У нее никого так и не было, у меня были мимолетные отношения. Лишь под утро мы разошлись, пьяные в хлам, обнимаясь друг с другом. - Как я вас люблю, мои девочки, Санька бы сюда, - все пыталась нас поцеловать Ирка. Наташа с Жекой пытаясь ее уложить, отмахивались от поцелуев. Я сидела в ванной, прильнув к туалету, тошнило от выпитого, сперва пива, потом вина, а после коньяка. На следующий день, проснувшись только к вечеру, и то от звонка мамы, поговорив с ней, я пыталась встать. Голова болела, кости болели, хотелось пить. Спустившись, обнаружила Иру и Жеку сидящих друг против друга за столом. - Голова болит? – Ира выглядела не лучше нас с Женей. - Ага… есть таблетка? Махнув на стол, увидев аспирин, я потянулась, зажевала, чтобы быстрее подействовало, запила водой. Курить не хотелось. Сходив в душ, я достала с холодильника вчерашний салат, поела. С девчонками не разговаривали, уж сильно трудно было говорить, поднялась обратно в кровать. Сегодня у меня день рождения. 25 октября, Боже, мне сегодня двадцать четыре. Я поплелась на работу в плохом настроении, не люблю день рождения. Еще и в середине недели, только вошла на склад, как выскочили ото всюду мои ребята в дурацких бумажных колпачках, с трубочками противно издавающих звук, с тортом и конвертом. Танька поднесла ко мне торт. - Загадывай желание! Я загадала, задула, улыбаясь всем, поблагодарила, приятно, конечно, но зачем отмечать праздник, который тебя делает старше еще на один год. Я не успеваю за временем, я молода еще, в душе мне семнадцать лет. В обед мы собрались в комнате отдыха, чтобы съесть подаренный торт, и мой, который я купила вчера в Ашане, понимая, что нужно проставляться. Дома тоже ждал сюрприз. Никого не было, я обрадовалась, хоть спокойно приму душ, никто не будет торопить. Не успела я насладиться тишиной как в дверь позвонили. Открыв, стоял парень в кепке. - Распишитесь, - он подал мне бумагу, - с днем рождения вас! Букет. Шикарный букет из алых роз. В цветах нашла записку. «Риточка! С днем рождения! Желаем счастья, здоровья, любви и богатого жениха! На выходные ждем в гости! Отметим!» Дядя постарался, позвонив ему, поблагодарила, яростно обещав, что приеду на выходных. Дядя с тетей живут вместе уже тридцать лет, правда у дядьки есть любовница, которую тот даже не скрывает от жены, и даже познакомил ее со мной, так странно ее зовут также как жену Катей, и внешне они очень похожи. Зачем он на старости лет ее завел, тоже не понимаю, ведь ему шестьдесят, той сорок. Катя – его жена нравится мне больше, только благодаря ей дядя Ваня не потерял бизнес, а удерживал на плаву, благодаря ей построил три дома, имел недвижимость в городе в виде трех квартир, в общем, если бы не ее мудрость, он бы ничего не добился. Катюша – чистоплотная, экономная, гостеприимная, доброй души человек, и чего ему не хватает? Она знает о любовнице, много плачет, но все равно прощает дурака, пускает его в дом, кормит, стирает и гладит его вещи. А любовница знает только слово «дай». Я б на месте тети прогнала бы его взашей, не пуская на порог, отобрав все имущество, путешествовала, развивалась, завела молодого любовника. Но она пожимает плечами, со слезами на глазах, отвечает: - Мала ты. Я же его люблю, столько лет вместе. Нагуляется – придет. У них есть сын, один единственный, живет в Москве, легкомысленный, избалованный, не умеющий зарабатывать, сидящий на шее у родителей. Пытался открыть очередной бизнес, то клуб, то кальянная, то ресторан. Прогорал. Винил во всем родителей, что не помогли. Он прекрасно умеет делать детей, женится и разводится. Бог ему судья! На следующий день на работе разгорелся скандал, Креветка рвала и метала. - Да чтобы я еще раз вам кому-нибудь помогла! Да, пошли вы нахрен все тут! Ненавижу вас! Дело было так, ее сделали моей помощницей, переспала с начальником, тот постарался. Я была недовольна, мало того, что она не работала, так еще начала угрожать мне тем, что если кому пожалуюсь, меня выкинут. На что я просто пошла к начальству. - Выкидывайте меня! Я увольняюсь! - В чем дело? – Оксана Сергеевна строгим взглядом буравила в меня. - Креветка! То есть Анна Висельникова грозит, что если я не буду работать за нее, меня выкинут! Если она переспала с начальством, не значит, что мной можно управлять. - Рита, успокойтесь, - вызвав по телефону Анатолия Алексеевича, - может кофе? - Да, пожалуйста, - я уселась на стуле напротив нее. Анатолий Алексеевич вошел в кабинет легким шагом, кидая бумаги на свободный стол, шумно садясь в кресло. - Что Оксан? У меня столько дел, а ты тут своими звонками…- Оксана Сергеевна оборвала его. - Говорят, ты с подчиненными спишь? - Кто такое сказал? – покраснев, он выпрямился. - Маргарита Владимировна. Он тяжело на меня смотрел, пытаясь будто выстрелить в меня глазами. - Что ты несешь Рит! - Анатолий Алексеевич, это я у вас хочу спросить, что несет ваша любимица, - спокойным тоном я начала наш диалог, - во-первых, на каждом шагу она вас называет никак иначе как Толичка, во-вторых, угрожает мне увольнением под вашим руководством, дословно повторяю ее слова, переданные через моих коллег «Толичка мигом выкинет эту лесбиянку с организации, если та хоть прикажет мне, она боится меня, потому как Толичка ее ненавидит». В-третьих, она не выполняет свои обязанности, находя кучу причин для их не выполнения, а это «нужно покрасить ноготочки, потому как Толичка любит красивый маникюр на своем члене, нужно сходить в бутик купить нижнее белье, чтобы Толичка вечером не смог от меня глаз оторвать», продолжать? - Маргарита Владимировна, я все приняла к сведению. Можете быть свободна! – Оксана Сергеевна была зла. И вот уже почти полчаса как на нас всех кричала Креветочка. Так как при ней подошли ко мне люди, хлопая по плечу, благодаря меня. С каким-то злорадством, ухмылялись ребята, поглядывая на нее. Аню два понизили в должности, все вернулось на круги своя. Мимо прошел Толичка, взглядом мне показав на его кабинет, я прошла за ним. Он открыл дверь своим ключом, прошел в комнату, открыл холодильник, достал виски, лимон и два стакана. - Садись! Выпей со мной. Я покачала головой, отказываясь. Он шумно присел за свой стол. - Ты че не могла ко мне подойти сама? - Я подходила. На что вы мне отвечали «учи ее, и не беспокой по пустякам». Я много раз пыталась вам все объяснить, но вы не слушали меня. - И ты сразу пошла к начальству. Молодец! Что еще сказать. По головам идешь. Свободна. Нет, я не стукачка, и не тварь последняя. Просто не люблю людей, которые пытаются строить из себя черт-те-что! Мама учила меня не терпеть, не унижаться, не бояться быть услышанной. Я не считаю, что поступила плохо, и совсем не иду по головам. Ему стоило обратить внимание на ситуации, которые происходили у него перед носом. Работа – это работа, если ты устроился, то должен четко выполнять свою обязанности, не можешь, ищи другую. А терпеть такое, когда она получает зарплату почти такую же как у меня, практически ни за что, такое не позволительно, когда другие пашут, а одни машут! И я совсем не разделяла радость других, которые подходили ко мне, поздравляя и хваля. За что хвалить? За то, что поставила на место их коллегу? Просто не могла иначе, не из тех я людей, которые будут терпеть издевающееся начальство, грубое и хамское поведение к себе, нужно сразу такое истреблять на корню, чтобы другим неповадно было. Не потому я родилась на свет, чтобы терпеть унижения, и позволять по отношению к себе «плохое настроение».