Наследие Баратеонов

       — Насколько же тупы бывают эти высокородные бараны, — подумал Петир Бейлиш после побоища на Черноводной, бессмысленного и беспощадного. Он поднес Тиреллам победу на золотом блюде, но из-за идиотского нежелания Мейса Тирелла делиться будущей славой, в атаке на Станниса участвовали лишь его хайгарденцы во главе с Гарланом и Лорасом. Лорда Тайвина и Беса Мейс не стал предупреждать.       Атака Ланнистеров все же состоялась, но не тогда, не так и не там, а когда запаниковавший Бес решил превратить Королевскую Гавань в пылающее пекло, все пошло наперекосяк. Вместо победы малой кровью получилась бессмысленная бойня, закончившаяся смертью ложного Ренли. То, что Оберин Мартелл тоже погиб в том бою, нисколько не утешало Бейлиша.       Теперь Хранитель Юга пал духом и отрешившись от всего, молится в замковой септе. Гарлан мёртв, но судьба Рыцаря Цветов остаётся неизвестной. Бейлиш не удивился бы, узнав о том, что в обмен на любимого сына Жирный Розан покорно склонится перед Станнисом, забыв о прежних амбициях. Другое дело, лорд Драконьего Камня скорее добьет Тиреллов, чем станет позволять вновь выйти сухими из воды.       Рендилл Тарли со всеми своими войсками остался на юге, охранять рубежи Простора от дорнийского вторжения. Поговаривали о пятидесяти тысячах дорнийцах, сам же Мизинец считал, что южнее Красных гор не наберется и тридцати тысяч мечей. Лорд Рогова Холма приходился зятем Алестеру Флоренту и как бы Тиреллы не уверяли в лояльности Тарли, Мизинец не был столь уверен на сей счет,       В любом случае, Тарли не станет покидать Марки, когда на горных перевалах стоят войска знаменосцев Солнечного Копья. Гарлан Тирелл и Матис Рован расправились в Горьком Мосту с теми, кто вздумал присягать Станнису, но теперь после того, как лучшие силы дома Тиреллов были отброшены с тяжелыми потерями, боевой дух южного воинства был ниже некуда.       Из тех, кто не давал войску разбежаться по замкам, самым могущественным, без сомнения, являлся Матис Рован, лорд Золотой Рощи и Маршал Северной Границы, сюзерен обширных земель на порубежье с Западом и Речными землями. Он был старым другом Мейса Тирелла и единственным человеком в Тамблтоне, кто мог хоть как-то влиять на убитого горем лорда Хайгардена.       К облегчению Мизинца, лорд Матис согласился переговорить с ним в старой гостинице «Кровавый водяной орех», помнившей ещё дни знаменитого заговора Анвина Пика и его сторонников. Рован прибыл в сопровождении вооруженной охраны, но это скорее было связано с тем, что подобной ему персоне не пристало разгуливать без сопровождения.       Сам Мизинец, к своему сожалению, оставался лордиком с Перстов, выслужившимся благодаря умению проворно наполнять казну деньгами. На самом деле он был богат, побогаче того же Рована, но в Вестеросе золото само по себе значило меньше, чем в Вольных Городах. Звучный титул, обширные земли, большой замок — вот что было здесь атрибутами действительно могущественного человека.       Бейлиш не оставлял надежду на то, что он все же получит Харренхолл, можно даже без сюзеренитета над Речными землями. Лиза готова выйти за него, будь он хоть межевым рыцарем, но Петир устал быть тем, чье лордство было самым мелким и ничтожным в Вестеросе. Ради этого придётся повозиться, выталкивая Мейса Тирелла из той ямы, в которую он сам себя блистательно столкнул.       Лорд Рован оказался куда более толковым, чем его друг детства. К концу разговора, происходившего в просторном винном подвале, мастер над монетой был уверен, что остатки сил Утеса и Хайгардена вскоре соединяется и дадут Станнису бой прежде, чем с юга подоспеют дорнийские подкрепления. Лорд Матис сообщил, что Тирелл передал командование армией ему, так что дело это почти решенное.        — За победу короля Томмена и разгром узурпатора Станниса, — с улыбкой провозгласил лорд Матис, будущий мастер над законами в Малом Совете Томмена. Аппетиты Рована этим не ограничивались, доблестный лорд мог легко заглотить все земли Крейнов. Договариваться с подобными людьми одно удовольствие, не то, что с помешанными на чести бессребрениками вроде Неда Старка…        — Отлично сказано, милорд мастер над законами, — отозвался Мизинец. — Но если вы не против, самое время покинуть этот винный подвал. На мой взгляд, тут несколько холодновато…        — Да, тут довольно холодно, — Рован встал из-за стола, на котором была расстелена подробная карта Вестероса. Над картой возвышался серебряный подсвечник, отбрасывавший длинную рогатую тень.       Бейлиш, сворачивавший карту и взявший со стола подсвечник, внезапно почувствовал резкий порыв холодного ветра. Он с удивлением увидел, как задрожали огоньки свечей, а тени заплясали, как марионетки у ловкого кукольника. От этого зрелища лорда Петира посетило весьма нехорошее предчувствие.       «Какой еще, разорви меня Иные, ветер в погребе?»       Мизинец пораженно наблюдал, как тень лорда Матиса сперва раздвоилась, а потом сотканный из черноты клинок пронзил белый дублет Рована. Лорд открыл рот, пытаясь что-то сказать, но вместо слов изо рта полилась кровь. У него подкосились ноги и мгновение спустя он упал на пол лицом вниз. Матис из дома Рованов, лорд Золотой Рощи и Маршал Северной Границы, был убит какой-то колдовской дрянью.       «Бьюсь об заклад, тут не обошлось без ведьмы Станниса. Я ещё поквитаюсь с ними обоими.»        Наверху были гвардейцы лорда Матиса, встреча с которыми не сулила ничего хорошего, но Мизинца им не поймать. Он ведь не просто так выбрал для встречи «Водяной орех», принадлежавший ему целиком и полностью. Из Тамблтона придётся бежать, но остаются ещё Долина и Лиза, не говоря о счетах в банках за Узким морем и Славных Кавалерах. Оставалась Мирцелла, наконец. У него ещё далеко не все потеряно.