Стальная тень

      В классе стояла тишина. Этому Наоми весьма удивилась, едва переступила порог комнаты. Не было слышно разговоров, шёпота, перелистывания тетрадей или учебников. Слишком подозрительно, не правда ли?       - Класс… - произнесла девушка, но договорить не успела, ибо все учащиеся сразу поднялись волной, во все глаза преданном смотря в сторону мисс Рато. Что же, это даже немного пугало.       - Что с вами такое? – поинтересовалась она, кладя журнал на столешницу, - Вы словно все приехали с военных сборов!       Один из юношей поднял руку. Что же, это хороший знак. Наоми довольно улыбнулась, кивком головы велела ему говорить.       - Люциус?       - Мисс Рато, сюда прибыли из Министерства. Нам велели тихо сидеть, - смиренно отозвался ученик, сглотнув ком в горле, - Сидеть тихо и дожидаться вас.       Девушка изогнула бровь, скептически поправила очки, что сползли на нос.       - И что с того? – пожала она плечами, - Вы так все всполошились, словно мы занимаемся тут чем-то запретным, не относящимся к учебной программе Королевской Академии. Вы же знаете, что я не люблю всего этого официоза. Садитесь уже, начнём занятие.       Тишина прервалась шумом отодвигаемых стульев. Было видно, что после такого заявления преподавателя, ученики немного расслабились, почувствовали себя более свободно. Наоми радовалась этому, но, в глубине души, невольно задумалась.       Посещения из Министерства не были столь частыми, чаще всего касались проверок учебного процесса и контроля за проведением занятий. Однако, только месяц назад, уже прибывала подобная комиссия: Наоми даже проводила показное открытое занятие, которое получило положительные отзывы. Почему они прибыли снова так скоро?       Учительница невольно замерла около зеркала, что было рядом с доской, оглядела себя. Если было бы важное посещение, то руководство, наверняка, сообщило бы, заставило принять официальную униформу Академии. Наоми же придерживалась более свободного и простого стиля: свободная серая юбка до колен с коричневым поясом, бежевая рубашка с отглаженным высоким воротом и жемчужными пуговицами, что отдельно покупались в ателье, простые туфли-лодочки синего цвета вместо стандартных чёрных. Светлые расчёсанные волосы, в которых виднелась небольшая железная заколка в виде чёрного бантика, аккуратно ниспадали по плечам, закрывали уши, обрамляя милое овальное лицо с аккуратным прямым носиком и подкрашенными красным тонкими губами. Синие глаза были широко открытые, живые, из-за чего Наоми всегда получала комплементы от коллег.       «У тебя такой взгляд, словно ты слушаешь каждого с нескрываемым интересом!»       Это звучало очень мило, но Наоми не любила, когда её считают вдохновлённой, легкомысленной лучезарной плюшкой. Ладно, если это в формате шутки, но, если всё считать действительностью… Это обижало. Многие кавалеры Наоми пострадали от незнания этого факта, считая девушку несерьёзной.       Она всегда относится ко всему, что она делает, с полной отдачей и сосредоточенностью.       - Итак, класс, открываем учебники на десятой странице. Пропустим никому не нужное заглавие и вступление, не так ли? Нас пока интересует совершенно иное, - начала Наоми, беря в руки небольшой кусочек сухого мела, - История. Многие считают её совершенно не важной, однако, именно в прошлом, каким бы он ни было, заключается вся суть, которая окружает нас здесь и сейчас. И, если историю нашего королевства вы знаете хорошо, то прекрасно поймёте меня, - тут она хитро подмигнула, показала рукой в сторону одного из учеников. Паренёк тут же вскочил на ноги:       - Королевство наше зовётся Мидденландом. Ещё известно как Срединное Королевство, проделавшее свой путь с самого зарождения мира…       - Каково население нашего королевства? – поинтересовалась Наоми, - Кто проживает?       - Большую часть нашего населения составляют люди и Дети Ульрика - кивнул ученик, чуть запинаясь при ответе, - Согласно последней переписи три года назад, оно составило почти пятьдесят миллионов, но точная цифра колеблется из-за возросшей многонациональности…       - Хорошо, хорошо, Маркус, садись, - кивнула учительница, делая пометку карандашом в журнале левой рукой, - Ты верно заметил: наш народ многонационален, из-за этого культура начинает меняться. Прошлое показывает нам, что именно такое смешение даёт результат укрепления единства всех проживающих. Единство – это то, что отличает нас от других, оно помогло нам и в Тёмные Времена войн, во времена Интервенции. Поэтому… Какой язык у нас является государственным?       - Общее Наречие! – хором ответил класс.       - Именно, - правая рука Наоми уже вычерчивала мелом слова на доске, - Общее Наречие является ключом к объединению и созданию прочной мировой системы. На Общем мы можем объясниться хоть с аэроном из СКР, хоть с лоурином из Рейха…       По ученикам прошёлся лёгкий смешок, но тут же смолк, когда Рато сурово оглядела всех, предварительно чуть спустив очки на нос.       - Не стоит смеяться. Язык имеет важное значение для каждого народа, является связующим звеном между ныне живущими и здравствующими в прошлом. Общее Наречие имеет свою важность из-за того, что оно стало объединяющим не для одного народа, а для всех… - поправила очки на носу, довольно улыбнулась, - Но, как вы можете знать, не везде Общее Наречие обладает столь чарующей связующей силой. Вы понимаете, о каком месте идёт речь?       Вновь вверх взметнулась рука юноши, которого звали Маркус. Наоми не стала игнорировать его, приглашающе кивнула, ожидая его абсолютно правильный ответ:       - Стальная Империя.       Слова ударили тяжёлым камнем, гулко разнеслись по всему классу. Казалось, что все затихли разом, словно наблюдатели из Министерства стояли за дверями класса. Впрочем, такая реакция была не удивительной.       - Верно. Имперцы – самый закрытый и загадочный из всех существующих ныне людских народов. Их строй и образ жизни кажется странным, невозможным, однако… - учительница сделала торжественную паузу, наслаждаясь произведённым эффектом на своих учеников, - … Однако он продолжает существовать.       - Отец рассказывал мне, что их строй управления никогда не менялся, - заметил кто-то из класса, не подняв руки, но Наоми проигнорировала это нарушение правил проведения урока.       - Совершенно верно. Основа строя имперского народа – фанатичное служение главе государства - Великой Княгине или Великому Владыке, в зависимости от того, кто ступил на престол: мужчина или женщина. Вся жизнь рядовых имперских жителей проходит для государства во всех сферах жизнедеятельности, контроль ведётся государственными органами при полной поддержки армии и флота, - Рато вздохнула, начала чертить стандартную схему распределения ветвей власти на доске, - Власть имперского властителя абсолютна, строится на полном тотальном контроле за всем в стране.       По помещению прошёл легкий шёпот, словно волна тёплого западного ветерка. Наоми прервала своё повествование, сделала небольшую паузу специально для вопросов учеников.       Вот и сейчас не прогадала. Как и всегда.       - Мисс Наоми, разрешите? – прозвучал робкий девичий голос. Получив разрешение, ученица поднялась на ноги, поправляя подол строгого зелёного платья-униформы.       - Да, Милла, слушаю.       - Почему вы в начале сказали, что Общее Наречие не связывает жителей Империи, как нас? Что вы подразумевали под этим?       - Хороший вопрос, садись. Сейчас поясню, - Наоми хлопнула в ладоши, предварительно отложив мел на стол, - Стальная Империя существует в своих собственных рамках, неохотно идёт на контакт с другими народами. Из газет вы, наверняка, слышали, что лишь недавно Великая Княгиня дала разрешение на посещение своей страны извне. И что же выяснилось? Общее Наречие не существует для имперских жителей…       - А как тогда они общаются? С другими? – удивлённо спросил другой ученик. Наоми пальцем поправила очки на носу, повернулась к вопрошающему.       - Общим Наречием владеет командный армейский состав и высшие иерархи – приближённые Великой Княгини. Основной же имперский язык зовётся «импещина», - это слово учительница быстро вывела на доске мелом, отряхнула пальцы от белой пыли, - На импещине говорит всё население. Так что, если захотите посетить когда-нибудь Стальную Империю – вы должны выучить язык хотя бы на начальном уровне понимания, а, раз вы все здесь, у многих есть такое желание. Теперь, думаю, все понимают важность моих курсов?       При этих словах, она повернула деревянную табличку на своём столе, скрытую ранее за кипой ученических тетрадей, где, красивым печатным шрифтом было выведено:       «Наоми Рато, специалист историко-лингвистических наук СИ»       - Так, если вам пока всё понятно, тогда вернёмся к нашему учебнику. Так, мы раскрыли его на десятой странице, тогда…       Фразу Наоми не успела договорить, как вдруг раздался громкий стук в дверь. Он не был робким, не был стеснительным, так что это не мог быть никакой опоздавший ученик. Мельком оглядев класс, не увидев кого-либо отсутствующим, мисс Рато хмыкнула, выждала мгновение.       Стук раздался снова. Всё же не ошиблись помещением.       - Пока начните читать про грамматику импещины, а я отлучусь на пару секунд, - произнесла учительница. Взяв со стола карандаш, машинальным жестом положив его в нагрудный карман рубашки, она подошла к двери и отворила её.       - Мисс Доллинаэр?       Учительница естественной истории Королевства Доллинаэр Вердиккут была низенькой, чуть полноватой женщиной средних лет. Её лицо чуть походило на мышиное, с маленькими серыми глазами-бусинками, которыми она взирала на всех через увеличительные стёкла своих старых очков, что казались всегда слишком большими для её маленького носа.       - Наоми! Тут… Пришли…       В голосе звучала некая тревога. Ну, оно немудрено: среди преподавательского коллектива Королевской Академии всегда были свои паникёры, сходящие с ума при любой проверке извне. Вердиккут как раз относилась к подобным личностям, каждый раз обрывала фонофоны коллег с предупреждениями и советами, едва порог Академии переступала рука проверяющих. Если Люциус не соврал, то сегодня действительно прибыла очередная комиссия, так что поведение Доллинаэр было легко объяснимо. Наоми вздохнула, попыталась аккуратно прикрыть дверь класса.       - Я знаю, что прибыла проверка из Министерства, мне уже сказали мои ученики. У нас всё планово, можете не переживать.       Однако дверь не удалось закрыть, потому что Вердиккут проворно сунула туфлю в зазор, явно не собираясь уходить. В её маленьких точечных глазках плескалось некое безумие и страх.       - М-министерство? Н-нет, не наше Министерство Н-науки. Они пришли за вами. Из М-министерства Обороны.       Вот тут замерла сама Рато, почувствовала холодок, что пронёсся тут же по спине. Как-то неуютно стало в мгновение ока, но вот причину такой неприязни учительница никак не могла понять даже для самой себя.       - Вы точно ничего не перепутали? – приподняла бровь Наоми, - Причём тут я и КМО?       - Я не знаю! Они велели привести вас. Именно вас, Наоми, - Доллинаэр ткнула сухим коротким пальцем в плечо девушки, - Прошу вас, идите, там собрались очень серьёзные люди!       - Серьёзные люди? – Наоми выждала паузу, погрузившись на мгновение в свои мысли. Одна из них пронзила её сознание внезапной догадкой, заставив довольно улыбнуться, - А среди них был такой высокий, крепкий, из Детей Ульрика?       - Да, к-кажется, был… - с некой запинкой в голосе отозвалась Вердиккут, - Почему вы улыбаетесь?       - Потому что нечего бояться, - смело отозвалась Рато, довольно выдыхая и чувствуя, что страх неизвестности сразу уходит прочь, далеко в глубины её души, - Посмотрите за классом? Я буквально минут на пять-десять, не больше. Где они сейчас, не подскажете?

***

      Ганс Прохвост. Полный неудачник в любовных похождениях, но отличный следователь и оперативник, а, по совместительству, хороший друг Наоми, с которым она вместе училась ещё в начальной школе. Ещё сызмальства в Мидденланде воспитывались терпимость и уважение к другим расам и народам, поэтому дружбе Дитя Ульрика и человека никто не удивлялся, это не являлось чем-то предрассудительным. Ганс всегда был деятельным пареньком, но всегда куда-то торопился, из-за чего часто случалось непоправимое в самых разных вещах, в особенности – в ухаживании за противоположным полом. Наоми сама испытала на себе в прошлом любовный пыл со стороны самца с волчьей кровью, который постоянно пытался перевести их устоявшуюся дружбу в нечто большее. Тем не менее, каждый раз получал отворот-поворот, совершая ужасно глупые и обижающие вещи, из-за которых Наоми чувствовала сильнейшую обиду. Но, тем не менее, дружить с Гансом продолжала, проникаясь к нему симпатией, которую пронесла через года.       Дети Ульрика похожи на людей. Точнее, их можно назвать людьми, но с некоторыми особенностями. В древности, предки современных мидденландцев считали, что Дети Ульрика были потомками волчьего бога пантеона Королевства: люди с волчьими ушами, хвостами или же шерстью. Такие патологии не считались уродством, а, наоборот, благословением главного бога на земную жизнь. На сегодняшний же момент, со снижением влияния теологического учения в обществе, Дети Ульрика считаются не людской, а отдельной расой из-за больших появившихся различий в поколениях: современные представители отличаются большей физической силой, выносливостью, даже размером по сравнению со среднестатистическим мидденландцем-человеком.       Ганс как раз работал в представительстве Королевского Министерства Обороны Мидденланда, название которого в разговорах часто сокращали до аббревиатуры КМО. И Наоми не сомневалась, что искать её может только он, а не какой-либо другой Дитя Ульрика.       Что же привело его к ней? Дружеский визит? Но тогда почему у Доллинаэр волосы встали дыбом от появления столь неожиданных гостей? Ничего, сейчас всё выяснится. Делегация КМО дожидалась Рато в преподавательской, куда учительница и отправилась. Поправив волосы, девушка быстрым шагом направилась к двери, но пришлось остановиться, когда из неё показалась знакомая крупная фигура.       Ганс Прохвост был на две головы выше Наоми, широк в плечах, зелёная военная униформа КМО сидела на нём аккуратно, но Рато, совершенно без стеснения и боязни помять её, подпрыгнула, обхватила здоровяка за шею, повиснув на нём.       - Ганс! Вот так сюрприз!       - Наоми! – пробасил Дитя, обнял учительницу необъятной пятернёй, - Рад тебя видеть.       Ноги девушки коснулись пола, она отпустила Прохвоста, оглядела его с головы до ног.       - Ты посмотри, как вымахал! – довольно произнесла она, - Такое ощущение, что ты продолжаешь расти до сих пор.       - Что есть – то есть, - вздохнул Ганс, улыбнувшись в ответ, но можно было понять, что улыбка у него была какая-то вымученная, словно бы он был чем-то недоволен. Наоми заметила, что взгляд друга бегает туда-сюда, избегает контакта прямого, да и в общем, после радостных объятий, как-то сторонится.       - Ганс. Что-то случилось?       - Ну, как сказать… Я даже не знаю, как объяснить, - начал сбивчиво говорить мужчина, - Просто, ну… я…       - Просто ты опять влез в какую-то историю? – скептически заметила Наоми, скрестив руки на груди, - Что, опять самочка перед тобой хвостом помахала, а ты не смог её покорить?       - Нет. Влез не я в историю, - ответил твёрдо Ганс, - Влезла в неё ты, Наоми. Брови девушки поползли вверх.       - В каком смысле? Какая история?       По спине прошёлся знакомый холодок, проникающий в самое нутро. Гансу не было смысла лгать, но он явно был переполнен какими-то сомнениями, что терзали его. Наоми скрестила руки на груди.       - Выкладывай, - сухо потребовала она, переходя на деловой тон, но тут из преподавательской появился человек, при виде которого девушке стало ещё больше не по себе. Высокий, худой, как спичка, абсолютно лысый, от чего голова походила на большое яйцо. Зелёная униформа КМО, подобная той, что была у Ганса, но вот с другими знаками отличия, которые чётко обозначали его статус.       - Вы – Наоми Рато?       - Да, это я, - сглотнув ком, отозвалась учительница, взглянув на этого худого лысого представителя службы маршалов – Службы Секретного Производства под шефством КМО. Мужчина прищурился, смерил взглядом Рато, а затем медленно достал из кармана фотограмму с чьим-то изображением. Смотрел на Наоми, потом обратно на фотограмму, снова на Наоми…       - Сэр? – девушка невольно задержала дыхание от волнения и нарастающего градуса волнения от этого молчания, ибо её до сих пор тщательно оглядывали, сравнивали с кем-то. Ничего хорошего от этого визита уже не ожидалось, потому что ССП обычно занималась серьёзными делами.       Такими, как шпионаж.       По крайней мере, ходили именно такие слухи, доподлинно ничего сказать было нельзя.       - Что же, Прохвост, ты был действительно прав, - маршал поднес фотограмму выше к носу Ганса. Тот, вильнув своим большим пушистым хвостом, горестно вздохнул.       - Я думал, что всё же ошибся.       - Погодите, прошу, может кто-то объяснит мне в чём дело?! – возопила Наоми, но тут лысый ловко схватил её за руку и дернул к себе. Девушка здорово испугалась, захотела вырваться, но её уже завели в преподавательскую, заперли дверь. Ганс, с самой грустной миной на лице, встал перед входом, закрывая его своим грузным крепким телом.       - Садитесь, мисс Рато, - ледяным голосом велел маршал, показывая на любимый мягкий стул мистера Голбома – учителя практической механики. Чувствуя, что ноги вот-вот подкосятся, Наоми, ни жива не мертва, подчинилась. Только сейчас заметила, что, помимо лысого и Ганса, в кабинете были ещё два маршала: они дежурили у закрытых окон.       - Тут есть что выпить, мисс Рато?       - В шкафчике… - пробормотала Наоми, - Лавандовый кефирлэндский чай.       - Мм? Не пробовал такой, - отозвался мужчина, раскрывая створки указанного шкафа таким тоном, словно бы не было сейчас никакого накала ситуации. Бесцеремонно извлёк искомый пакетик на свет, понюхал.       - Прекрасный аромат. Это ваш?       - Нет, это общий, мистер… - произнесла учительница, нервно постукивая пальцами по столешнице, запнувшись на полуслове. Лысый усмехнулся, вернул пакетик на место, закрыл створки.       - Мистер Джеф. Джеф Орнбон, маршал Его Величества.       - О-очень приятно, - выдохнула Наоми, - Так понимаю, вы и так всё обо мне знаете?       - Всё, да не всё. И можете так не дрожать: я пришёл просто поговорить с вами. Просто поговорить? Поэтому ещё два агента дежурят в комнате, а также ещё и предатель Прохвост у двери?! Паника начала невольно затапливать сознание девушки.       - Сколько вам лет, Наоми? – произнёс Джеф, садясь напротив учительницы, раскрывая большую пухлую папку из бизоньей кожи. Перед его лицом был ворох пергаментных и бумажных листов печатного и рукописного текста.       - Двадцать три. Родилась в третьем дне месяца года Гордеи.       - Хм, занятно, - произнес Орнбон, проведя рукой по своей лысине, - Как зовут ваших родителей?       - Барбара и Джон Рато, - чуть облизнув губы, произнесла учительница, - Они живут в…       - В деревне Брисборн, под Мидденхеймом, - ответил за неё Джеф, подняв взгляд бесцветных тусклых глаз на девушку, - Земледельцы?       - Папа земледелец. А мама на механических мельницах Фостона работает.       - Хм, точно-точно… И как же вы, девушка из деревни, смогли стать лингвистом высокого уровня?       Наоми нахмурилась.       - Историком Стальной Империи и лингвистом импешины, - поправила она маршала с вызовом, - Нет ничего удивительного в этом: родители помогли оплатить обучение начального курса после школы, а затем я попала на бюджетную основу. Закончила Королевскую Академию с отличием, между прочим.       - О, да, совершенно верно, - задумчиво произнёс Орнбон. Складывалось такое ощущение, что он скучал, лениво перебирал листы папки, что лежала перед ним на столе, - Неужели вам хватило образования начальной и общей школы?       - Я много работала над собой, просиживала ночами в библиотеке. Сперва в школьной, потом уже в Академии.       - Неужели в школьной деревенской библиотеке были книги об истории Стальной Империи? – поднял бровь Джеф, в его голосе промелькнула искра интереса.       - В Академии я пошла на курсы лингвистики импещины, потому что это был единственный курс с недобором желающих, - отозвалась девушка, скрестив руки на груди, - Потом втянулась, самостоятельно изучала материалы, что могла найти. Не со школьной скамьи начала интересоваться, если вы об этом.       - А, точно, точно, - Орнбон довольно улыбнулся, ткнул пальцем в печатный лист перед собой, - Всегда был недобор по этим курсам, не то, что сейчас, верно?       - В последнее время интерес к импещине возрос ввиду событий, о которых вы, наверняка, знаете больше меня, мистер Орнбон, - фыркнула учительница, - Скажите честно: вы меня в чём-то подозреваете? Из-за того, что я преподаю импещину?       В последний момент Наоми прикусила язык, побоявшись своих дерзких слов, но маршал лишь загадочно улыбнулся. Папка закрылась.       - Подозревали. Но вы, либо, кристально чисты, либо превосходно знаете свою легенду.       - К-какую л-легенду? В-вы о чём? – пролепетала девушка, вжавшись в кресло мистера Голбома, чувствуя, что от этих елейных и мягких слов, ей становится дурно.       - Легенду заброшенного в Мидденланд вражеского агента.       - Я не вражеский агент! – выпалила в страхе Наоми, - С чего вы взяли?!       - С этого.       Джеф положил фотограмму на столешницу, двинул в сторону Наоми. Перед её глазами было чёрно-белое изображение сухой худощавой девушки с чёрными волосами, уложенных в растрёпанном каре. И, что самое страшное, в этой девушке Наоми узнала… себя. Учительница даже не подумала кем она может быть: её пугал сам факт того, что эту фотограмму сунули ей под нос.       - Это не я. Она… Похожа на меня, но это не я.       - Вы уверены? Посмотрите повнимательнее, - надавил Орнбон. В голосе маршала звучала сталь, - Неужели все, кто смотрел на эту фотограмму, ошибались? Страх полностью захлестнул Наоми. Пальцы дрожали, изображение выпало на коленки. Последнее, что запомнила учительница импещины – злобный торжествующий взгляд маршала Джефа Орнбона, сидящего напротив неё.

***

      - Вы… Вы…       - Прошу прощения, мисс Рато, но это моя работа, - отозвался Джеф, аккуратно протягивая Наоми чашку с заваренными кефирлэндским чаем, - Я не мог поступить никак иначе.       - Вы запугали меня до обморока, очернили мою репутацию, между прочим, - слабо заметила девушка, поднося чашку к губам и делая глоток приятно обжигающей жидкости, - Что теперь про меня будут говорить? Ох, а Вердиккут разнесёт обо мне слухи, ой-ой-ой…       - Не волнуйтесь вы так: мои люди поговорят с мисс Вердиккут, уверят, что произошла ошибка. Впрочем, она действительно произошла. Вы чисты: мы проверили вас досконально, встретились с вашими родителями, проверили все данные о вас в Академии. Потом вы успешно прошли и очный допрос.       Наоми приподняла бровь недовольно, покосилась на радостно улыбающегося Ганса, что был рядом с её креслом, довольно виляя хвостом.       - Уйди, - потребовала она, делая ещё глоток чая.       - Эй, почему?! А я что не так сделал? – возопил тут же Дитя Ульрика, поставив уши торчком. Девушка поморщилась.       - Мы знакомы с детства. Неужели ты не мог сказать об этом?! Тебе то могли поверить! Какой я шпион?!       - Одного свидетельства Ганса Прохвоста не было достаточно для вашего алиби, потому что случай, с которым мы столкнулись, действительно беспрецедентный, - ответил за Ганса Джеф, - К тому же, он проявил гражданский долг и своевременную бдительность.       - О чём вы говорите? – Наоми скептически покосилась на притихшего друга, - Ганс. Что ты сделал?       - Ну, я просто сказал, что ты… похожа… на неё. Ляпнул просто так вот… - тихо произнёс Прохвост, пытаясь прикрыться своим большим пушистым хвостом, действительно походя при этом на большого волка, - Поторопился чуть-чуть.       - Ганс. Ты олух Ульрика, а не Дитя, - вздохнула девушка, потирая переносицу левой рукой, - Вот у тебя с детства, вечно что-нибудь да не так. И как ты вообще мог решить, что она… - ткнула пальцем в фотограмму с черноволосой, - … похожа на меня? Точнее, я на неё похожа?       - Что самое странное, это действительно так, - произнёс Джеф, - Вы на одно лицо, поверьте.       - Кто она вообще такая?       - Сбежавшая из Стальной Империи.       Джеф едва успел забрать фотограмму быстрым и резким движением, прежде чем Наоми выплюнула горячий чай на столешницу перед собой, едва не забрызгав своё досье, лежавшее рядом с Орнбоном.       - Вообще, я не должен вам об этом говорить, однако… Ситуация располагает. Да, вы с этой сбежавшей на одно лицо, повторюсь. Есть, конечно, некоторые отличия в вашей внешности, но они ничтожно малы. Неужели столько специалистов могут ошибаться одновременно. Вы как сёстры, которых разлучили в детстве. От осознания этого факта сразу возникли нехорошие мысли относительно вас, мисс Рато.       - Вы подозревали меня в шпионаже в пользу Империи только из-за того, что я похожа на какую-то сбежавшую имперку? Вы серьёзно сейчас? – прохрипела Наоми, ставя чашку на стол. На лице Джефа не дрогнул ни единый мускул.       - Вы ещё превосходно говорите на импещине. Ещё объяснения нужны? Вполне резонно. Учительница вздохнула, поправила очки на своём носу, понимая, что с логикой тут всё в полном порядке, в особенности у военных.       - Вы решили, что я могу быть её сестрой или родственницей? – неуверенно сказала она, - Вам не кажется, что это глупо?       - Глупо было проигнорировать всё это, - твёрдо произнёс Орнбон, - В Министерстве в игрушки не играют, а занимаются делами государственной важности. Стоит обращать на все детали, какими глупыми бы они ни были.       Наоми вздохнула, прикрыла глаза. Тепло кефирлэндского чая растекалось по каждой клеточке её тела, успокаивало, давало умиротворение. Что же, эта проверка явно прибавит седых волос на голове к старости.       - Она действительно из Империи?       - Действительно, - кивнул Джеф, протерев свою лысину платком. Ганс поддакнул:       - Конечно имперка, Наоми! У неё тут татуировка в виде их герба, - он показал на предплечье, - А ещё она даже на Общем Наречии не говорит, а у нас никого нет, чтобы с ней побалакать! Я, как только узнал об этом, сразу о тебе вспомнил, а потом ещё и фотограмма-а-аАААА!       - Прохвост! – злобно рыкнул на него Джеф, сильно топнув ногой, наступив при этом на длинный хвост Дитя Ульрика. Ганс тут же взвыл, заскулил волчьим голосом. Маршал побагровел, взгляд его метал молнии. Гнев этого сухого худого человека мог напугать кого угодно. Рато вздрогнула.       - Мистер Орнбон! Прошу, отпустите Ганса!       - Он не может держать язык за зубами! Что же, на этот раз, объяснительной и штрафом не отделается! – продолжал рычать Джеф, всё так же надавливая сапогом на чувствительный хвост, - Распространяет конфиденциальную информацию, идиотский бульбинс…       - Мистер Орнбон! Прекратите сейчас же! – взмахнула руками Наоми, нахмурившись, - Он ничего такого мне не сказал!       - Аууууу... – протянул Ганс тонким голоском, молящим взглядом смотря на своего начальника. Маршал пробормотал ещё что-то малоразличимое, но ногу потом всё же убрал.       - Мисс Рато, вам придётся написать расписку о неразглашении секретной информации. Относительно всего, что вы услышали в этой комнате, - выдохнул он, - Что же, я сам виноват в том, что произошло, что допустил подобное, - гневно зыркнул на скулящего Прохвоста, снова протёр лысину отточенным движением.       - Давайте вы все успокоитесь, хорошо? – вздохнула учительница, - Ганс, ты можешь повторить что ты там говорил про Наречие? Мистер Джеф, не препятствуйте, раз он и так мне сказал всё. Но, если будет что-то важное – разрешаю снова надавить ему на хвост.       - Разрешаете? Ох, спасибо большое! – желчно заметил мужчина, но спорить не стал. Они оба с Гансом вели себя как дети, не скажешь, что они оба работали на серьёзную правительственную организацию Королевства. Зато с ними можно было работать, словно они ученики. Наоми скрестила руки на груди, повернулась к Прохвосту.       - Слушаю.       - Ну как… Она пришла к нам, но мы ничего о ней не знаем, потому что… Нашего переводчика с импещины сейчас нет на месте, - осторожно начал Ганс, косясь на своего начальника, пышущего гневом, - А на Общем она ничего не говорит. Ну или не понимает… - задумался, - … или не хочет говорить. Ну я так про тебя и вспомнил, а когда взглянул на неё… Сболтнул, что вы как две капли воды. Вот, как-то так.       - Значит, частично, по твоей милости, я чуть не умерла от страха на рабочем месте, - подытожила девушка, - Ладно, герой, хоть не посадили, и то хорошо.       - Ага. Только мне от этого всё равно теперь не лучше, - пробормотал бедняга. Джеф Орнбон до сих пор хранил уничтожающее молчание.       А в голове Наоми родилась идея. Подобные моменты происходят часто, в особенности после того, как ты получаешь свою порцию адреналина в кровь. Мозги прочистились, заполнились необходимой новой информацией, заставляя её анализировать и предлагать необходимое решение возникшей проблемы.       - Мистер Орнбон, если вы пообещаете снять взыскание и штраф с этого дурака, я могу вам помочь, - отозвалась девушка.       - Что вы имеете ввиду? Чем помочь? – прищурился тут же маршал, насупился. Было видно, что идея его пока не впечатлила, но он ещё не слышал главного. Чувствуя себя так, словно была на лекции, выдержав драматическую малую паузу, Наоми довольно улыбнулась.       - С переводом. Знаете, у меня никогда не было практики с настоящими носителями импещины. Это будет полезно как для вас, так и для меня. Вы узнаете всё, что вам нужно, а я лишний раз поработаю над собой. Как вам такое предложение?       Брови Орнбона поползли вверх, губы расплылись в лёгкой улыбке. Кажется, он сразу понял то, что до него желали донести.       - Кстати, а я ведь даже не думал о подобном. Это действительно может сработать. Не будет терять и минуты - произнёс он, встал из-за стола, покосившись при этом на притихшего Ганса, - Хорошая у тебя знакомая, Прохвост. Сегодня твой счастливый день. Чтобы обязательно сделал мисс Рато подарок, понял?       - Так точно! – козырнул здоровяк, махнув при этом хвостом, также здорово насмешив этим Наоми. Учительница ощущала облегчение, словно с плеч упала гора. Да, ситуация выглядела странной, непонятной, но, от этого, не менее захватывающей. Подумать только: беглая имперка, которая покинула свою родную страну, а ей, простой учительнице, позволят пообщаться с ней! Такой шанс бывает, наверное, раз в жизни, так что упускать его совсем не стоит. Быть может, это откроет новые перспективы в её будущем?       Маршалы собирались, спешно покидали преподавательскую. Наоми поправила очки на носу, вернулась к мыслям о загадочной имперке. Она действительно сама сбежала? В такое слабо верилось: имперский строй всегда казался монолитным и нерушимым. Но, кажется, появилась первая трещинка, раз первые люди побежали прочь из страны, которая не может существовать.