ВТЯНУТАЯ В...

Эмма забрала книгу к себе в гостиничный номер и читала не отрываясь — делала перерывы только на еду, короткий сон и посещение уборной. Но книга не отпускала и во сне — Эмма видела происходящее словно многосерийный фильм или сериал, пропускала через себя — чувствовала всё гораздо острей, чем обычный зритель. Боль Регины, когда мёртвый Дэниел падал под ноги женщины, между пальцев которой струился прах, что какой-то миг назад был живым сердцем, Белоснежка, наивная, глупенькая девочка так радовалась торжествам, свадьбе любимой подруги и горячо любимого отца, а в это время сердце самой Регины словно резали ножом и кололи тупой иглой, как Белоснежка обижалась за то, что мачеха так холодна и не видела глаз юной Королевы, то, что было в них — любовь, ненависть, разочарование, боль. И Тьма, как поиск спасения, избавления от боли, отчаяния. И Эмма хорошо понимала эту женщину, Королеву, которая осталась одна — глупенькая, ничего не понимавшая, Белоснежка, холодная, как глыба льда Кора и любящий отец — но слюнтяй и тряпка. Регину сломали, растоптали её любовь, а любимый отец не смог ничего сделать, ничем помешать. Королева отгородилась ото всех, её цинизм, сарказм были только защитой, маской. А в новом мире появился Генри, который смог растопить это чёрное сердце, вернуть немного света в этот, почти непроглядный, мрак… Страшная боль, когда Королева превращала в прах сердце единственного, кого она любила по настоящему — отца, Принца Генри. С какой любовью и болью смотрели Прекрасный Принц и Белоснежка на свою долгожданную, новорожденную дочь, свою малышку… Эмма не знала сколько часов пролежала лицом в подушку — наволочка промокла насквозь, хоть выжимай, хотелось выть в голос. — Слишком много и сразу для моей бедной головы… — проворчала Эмма. — Мне необходимо выпить. … Руби удивлённо приподняла брови — тёмные очки, Эмма говорит тихо и хрипло, горбится, красный нос… — Ты плакала?! Эмма хлюпнула носом: — Книжка больно жалостливая… Фолиант лежал на смятом одеяле. Руби кивнула: — А, Генри. Его любимая книга. Он и мне её показывал. — Ну да. Ты у нас Красная Шапочка и волк-оборотень. — Хочешь посижу немного с тобой? — Сиди, — Эмма вздыхает и начинает прибираться — заправляет постель, собирает мокрые комочки салфеток. — Хотя я привыкла пить одна, но ничего не имею против хорошей компании. — У меня не так много времени, — улыбается Руби. — Но минут десять есть. Расскажи мне о Бостоне. Это немного отвлекает Свон от грустных мыслей и Руби с Эммой болтают, как лучшие подружки. — Я так мечтаю вырваться, наконец, из этой сонной дыры! — выдыхает Руби и даже мечтательно закатывает глаза. — Большой город… — И ни одного знакомого лица вокруг. Никому нет до тебя дела. Если ты стремишься к одиночеству, то большой город это твоё. Чтобы спрятаться ото всех. Но тебе мало понравится в большом городе, Руби. Затоскуешь. Иногда мечте лучше оставаться только мечтой. Руби смотрит на часы, извиняется и подрывается с места не забыв забрать поднос — пока они с Эммой болтали, Свон немного успокоилась и умяла все Бабулины блинчики и мясной пирог. Руби ушла, покачав головой с удовлетворённой улыбкой любящей бабушки на губах — Эмма окончательно пришла в себя и уселась перед телевизором. … — Мне надо в Бостон, — объявила Эмма Регине. Свон заглянула к мэру вернуть сыну книгу и сразу же была усажена за стол и получила от «бабушки» чашку прекрасно приготовленного кофе и божественно благоухающий яблочный пирог. — Что вдруг, мисс Свон? — Регина вопросительно приподнимает бровь, а Генри смотрит с тревогой на биологическую мать. — Я человек ответственный, моя безалаберная юность в прошлом, — Эмма откусывает чуть ли не полпирога за раз и с огромным трудом его проглатывает. Регина сердито хмурится, а Генри едва удерживается от смеха. — Мне надо оплатить счета, привести квартиру в порядок — Генри сорвал меня с места практически внезапно, прихватить кое-что из личных вещей. И ещё — один мой старый «клиент» опять ударился в бега, нарушил условия залога, а я им долго занималась, хорошо изучила и меня попросили помочь в поисках. Не за красивые глаза, конечно. Деньги лишними не будут. — Ты не сбежишь? — Генри озвучивает мысль, которая сразу пришла в голову Регине. — От такого кофе и таких пирогов? — Эмма изображает на лице крайнюю степень возмущения — «Как ты мог такое подумать обо мне?!». — Нема дурных! Если твоя мама решит открыть собственное кафе, я ради таких завтраков устроюсь к ней простой официанткой! — Ловлю на слове, Свон, — ухмыляется Регина. … Они провожают Генри вместе — приёмная мать и биологическая. Эмма не может удержаться и содрогается от смеха прикрыв рот рукой. Глаза, что таращатся на них сквозь стёкла, расплющенные носики, кто-то из малышни не удержался и высунулся из окна автобуса. Эмма и Регина едут следом. … — Тебе стоит познакомиться с Мэри Маргарет Бланшар, Свон, — Регина произносит это таким тоном, что Эмма понимает — это приказ, а не любезный совет от Регины. — Есть, командир! — салютует Эмма с набитым ртом. — Что вдруг? — Подозреваю, что ты тут надолго, — Регина подкладывает Эмме ещё пирога. — Ты и Мэри Маргарет должны познакомиться поближе. Она учительница Генри и… — И ещё она моя мама. Поэтому? — Да, — кивает Регина и ставит перед Эммой вторую чашку кофе. — Но учти, Свон, Белоснежка и Мэри Маргарет Бланшар это два абсолютно разных человека. Когда Проклятие падёт тебе придётся со всеми знакомиться по новой. В чём то они остались прежними, но далеко не во всём. Рул Горм почти не изменилась — Голубая Фея «строила» своих подопечных не менее жёстко, а Бабуля никогда не была милой бабушкой-божий одуванчик. Её арбалет совсем не игрушечный и всегда заряжен. А Белоснежка более суровый человек, чем Мэри Маргарет. Её растили как принцессу, наследницу трона, а потом лесная разбойница, вождь повстанцев. Она совсем не похожа на Белоснежку из дурацкого мультика. … И поэтому Регина берёт Эмму с собой и к воротам школы они подъезжают сразу за школьным автобусом. Генри обнимает Регину на прощание, а потом строго («взгляд, как у Миллс!» — качает головой Эмма) и требовательно смотрит на Эмму. Так что она тоже обнимает сына и Генри идёт к дверям. Один. — У него мало друзей, — Регина с печалью смотрит сыну вслед. — Я мэр и со многими родителями одноклассников сына у меня сложились довольно напряжённые отношения, а потом эта чёртова книга… Генри никто не поверил, его высмеяли… — Может устроить детишкам экскурсию? — ухмыляется Эмма. — В подземелье под Башней. Они сразу поверят. У самых дверей Генри оборачивается и машет рукой мамам, что идут следом. Он улыбается и выглядит совершенно счастливым. — Хотелось бы понять, какое место я занимаю в идеальной и гармоничной картине мира, которую нарисовал себе Генри, — вздыхает Эмма. — В вашей семье. Что он хочет от меня? Помимо всей этой метафизики. — Чтобы ты стала неотъемлемой частью его мира, Свон. — они уже у дверей учительской. — Это всё треклятая магия. Он сам не знает зачем и как, но так надо. Мэри Маргарет они перехватывают на выходе из кабинета. Эмма неожиданно для себя чувствует странную робость, почти лепечет: — Эмма, Эмма Свон… Биологическая мать Генри Миллс. — Я знаю, — улыбается Мэри Маргарет. — Маленький город и очень трудно держать что-то в секрете достаточно долго. — Вам надо поговорить, — Регина понимает, что Эмма сейчас немного не в себе — встреча с матерью на неё подействовала слишком сильно. Гораздо сильней, чем Регина ожидала. Она надеялась, что у Свон нервы крепче, но видно ошиблась. — Мисс Свон пробудет в городе некоторое время. Ей следует поговорить с вами о Генри. Ну вы понимаете… — Мне сейчас надо бежать на занятия, — виновато улыбается Мэри Маргарет. — Но после занятий… Вы остановились в гостинице у Бабули, мисс Свон? — Ага, да-а, — с усилием выдавливает из себя Эмма. — Но завтра собиралась уехать по срочному делу, но сегодня ещё буду у себя… — Тогда я загляну к вам, — Мэри Маргарет пожимает руку Эммы. — Была счастлива познакомиться. Регина придерживает Эмму за талию: — Пошли, двигай ножками, Свон, быстрей! Только не грохнись мне тут в обморок прямо в школьном коридоре. Окончательно Эмма очнулась в кабинете Регины. Хозяйка кабинета протянула гостье стакан с тёмно-янтарной жидкостью: — Пей, Свон. Я думала мне придётся искать для тебя нашатырь — ты так побледнела… — Она моя мать. Она… — Эмма опускает стакан на стол. — Я всю жизнь искала родителей, но вот эта девочка… Моя мать?! — Успокойся, Свон. Дыши. Время в городе остановилось и ты выросла, а она осталась такой же, какой была в тот день, когда родила тебя. Семнадцатилетней. — Сколько ей?! — Эмма от шока пришла в себя. — Семнадцать. Ты старше собственной матери на одиннадцать лет, Свон. — Уффф. С ума сойти. — С ума сойти ты всегда успеешь, Эмма. Реальность оказалась прекрасней и удивительней, чем ты думала. Прими это и живи дальше. Эмма делает ещё один маленький глоток из стакана: — Я его убила. — Кого? — Своего приёмного папашу, когда он стал руки распускать. И не испепелила, а скорее распылила. От него только пыль и осталась. На всех горизонтальных поверхностях в прежде вылизанной до блеска гостиной. Очень мелкая, как в песочных часах. Меня начало тошнить и я вылетела наружу из дома, уделала этому подонку его идеально подстриженный газон, а потом просто упала на мокрую траву (он её за полчаса до полил) и закрыла глаза пока меня не потревожил этот тип… — Кто? — Чистильщик. Так он себя назвал. Он и его напарник подчищают «хвосты» за неопытными магами в тех случаях, когда чьи-либо упражнения в волшебстве выходят наружу, чтобы магглы не узнали о том, что магия реально существует. Не знаю как, но власти всё оформили, как сердечный приступ. Один из полицейских случайно нажал одну из кнопок ноутбука, что стоял на кофейном столике… Это было громкое дело. Регина хмурится: — Дело? — «Синяя роза». Целая организация педофилов. Съёмка и распространение детской порнографии через сеть только между «своими». Конспирация, пароли, все дела и тут такой подарочек — включённый компьютер и этот сайт во всей красе, а мой «папаша» оказался не последним человеком в этой организации. Подозреваю, что Чистильщики поспособствовали этому разоблачению. Меня не сильно трогали — «папочка» просто не успел со мной ничего сделать. Так я стала Свон. Сменила фамилию после этой истории. — Что-то такое припоминаю. Несколько известных фамилий мелькало. Даже парочка прокуроров слетело с постов и угодили в тюрьму на приличные сроки. Почему ты про это вспомнила, Эмма? Эмма пожимает плечами: — Не знаю… Я ни черта не помнила. Только он ко мне полез, я этого гада оттолкнула, а потом сижу рядом с телом и набираю 9-1-1. Теперь подозреваю, что мне заблокировали и немного подчистили память. — Вполне возможно, — соглашается Миллс. — Скорее всего так и было. — Там ещё одна странность, когда он ко мне полез, то стал походить на свинью. То есть всё как надо — уши, пятачок, маленькие глазки. Руки остались, как у человека и насчёт хвостика не знаю. — Не знаю, что это было, Эмма, но я никогда о таком не слышала, — Регина внимательно смотрит на Свон. — Получается, что ты применяла магию задолго до Сторибрука, а это значит, что ты должна держать себя в руках, Эмма. Под строгим контролем. — Я уже поняла, — Эмма допивает виски. — Ладно, иди отдыхай. Вечером тебе предстоит непростой разговор с матерью, которая не помнит, что она твоя мать. Эмма сразу предложила мисс Бланшар провести переговоры в кафе и вечер прошёл в тёплой и дружеской обстановке. Ничего нового про сына Эмма не узнала — умный мальчик, друзей мало, точнее практически нет, книгу он получил от Мэри Маргарет — та надеялась, что Генри надо дать надежду на то, что всё кончается хорошо, «и жили они долго и счастливо». — Не у всех и не всегда, мисс Бланшар, — грустно улыбнулась Эмма. — Чудеса случается, мисс Свон, — улыбнулась Мэри Маргарет в ответ. — Вы ещё найдёте своих родителей. Эмма не нашлась, что на это ответить. … Джош Николс. Очередное «верное дельце» и очередное фиаско. Он опять попался. Сбежал из-под залога. Единственный близкий родственник жил в Портленде. То есть остался из родичей кто к себе пустит пройдоху на порог. Остальную родню он успел «нагреть» на немаленькие суммы и Джош сам держался от бостонских родных и близких как можно дальше. … — Вот чёрт… — Эмма сделала шаг назад и выбросила правую руку вперёд. Преобразившегося Николса отбросило назад и он спиной вышиб раму окна вместе со стёклами. Второй этаж. Но проныра в очередной раз остался жив каким-то чудом и даже вроде не сильно пострадал. На ногах, во всяком случае, держался. Эмме ещё не приходилось работать в Портленде и искать его в этих закоулках… С воем к дому подлетел патрульный автомобиль. … — Так что вы делали в этом доме, мисс Свон? — Хэнк, несмотря на свою комплекцию, был за «доброго» следователя. Ник Бёрхард явно за «злого». — Я залоговый поручитель, а мистер Джош Николс нарушил условия освобождения под залог. Я уже ловила этого парня на горячем и догадывалась, что он рванёт сюда. В Бостоне он слишком многим подгадил. Его даже родной брат готов убить. Джош и его развёл на несколько «кусков». Очередное «верное дело», которое оказалось таковым только для Джоша — своего брата он чуть без штанов не оставил. — Как я понимаю, разговора у вас не получилось, — уточняет Ник. — Мы немного не поняли друг друга, — ухмыльнулась Эмма. — Второй этаж, выбитое окно… — Не так высоко на самом деле, — Эмма пожимает плечами. — Я не знаю Портленд достаточно хорошо, а так бы продолжила погоню… Ву, который собственно и привёз Эмму в участок, заглядывает в допросную: — Эти пальчики есть в базе. Не только Джоша Николса у которого есть родственники в городе, но и нашей гостьи. — В молодости наломала дров, — разводит Эмма руками. — Трудное детство. Ву сочувственно и понимающе кивает. В допросную заглядывает незнакомая девушка в кожаной куртке: — Наш человек. Николс был в «Чёрном когте». — В банде? — удивлённо спрашивает Эмма. Она не слышала, чтобы этот мелкий жулик входил в группировку. Даже в самую захудалую. Слишком скользкий и подлый тип. — Можно сказать и так, — подтверждает незнакомка. — Нам нужно всё о вашем парне, — говорит Ник. — Я, между прочим, не за красивые глаза его разыскиваю, — ощеривается Эмма. — Если не забыли — я залоговый поручитель и это мой хлеб с маслом. — Вы поможете нам — мы поможем вам, — вступает в разговор Хэнк. — Вы получите свои деньги. И сами говорите, что плохо знаете Портленд. Эмма вздыхает, но не может не согласиться с Хэнком — к тому же она неоднократно обращалась за помощью к полиции, а полиция просила о помощи её. И не только полиция. — Ладно, — Эмма поднимается со стула. — Договорились. С чего начнём? — С того, что вы скажете всю правду, — говорит Ник. — Что там произошло, в доме. Джош не сам в окно выпрыгнул — на полу остались следы волочения. Будто его силой вытянуло в окно. Он проехался на каблуках и стёкла разлетелись так словно он не прыгал из окна, а его оттуда буквально вышвырнуло на хорошей скорости. Не по собственной воле. Эмма недовольно вздыхает: — Вы мне всё равно не поверите… Ву, который вернулся с какой-то папкой, девушка в куртке, Ник и Хэнк, все с интересом уставились на Эмму так, что она себя почувствовала немного неуютно. — Проверьте нас, — говорит Хэнк. — Джош стал походить на дикого кота, — Эмма внимательно смотрит на собравшихся. Никакого удивления на лицах. Хэнк недовольно вздыхает, Ву качает головой, Ник и девушка смотрят на Эмму с гораздо большим интересом и у них выходит хором: — Ты Гримм?! — Как эти собиратели сказок из Германии? — переспрашивает Эмма. — Нет. Определённо нет. — Может ты Гримм и даже не подозреваешь об этом? — спрашивает девушка. — Прости, что сразу не представилась. Тереза Рабл. Друзья зовут меня Беда. — Эмма Свон, — Эмма чувствует к этой девушке странное доверие и решается. — Я не Гримм и не могу иметь никаких родственных связей с ними потому, что родилась не в этом мире. В иной реальности. В этот мир попала грудным младенцем, но это долгая история, а нам, я так думаю, пора. — Вот так история… — Ву смотрит на Эмму с любопытством, а Ника интересуют вопросы, которые ближе к их делу. — Так что произошло в том доме? — Джош стал походить на дикого кота и кинулся на меня, а я применила магию, — Эмма внимательно следила за реакцией на её слова и опять никакого удивления. — Оттолкнула его, но я неопытный маг и немного перестаралась, но наш приятель живуч, как кошка и вроде не сильно пострадал. Смог убежать, во всяком случае. На своих двоих. — Ты ведьма? — спрашивает Беда. — Маг, Светлый маг, — поправляет девушку Эмма. — Вы разобрались с этим делом? — в допросную заглядывает капитан Ренар. Эмма успела прочитать имя на табличке и разглядела сквозь стекло самого капитана. — Джош Шустролап и состоял в Чёрном Когте, — сообщает Беда капитану. — И он наследил не только в Бостоне, — Ву заглядывает в свою папку. — В Портленде тоже. — Шустролап? — По словам Эммы, — говорит Беда. — Вы существо? Или Гримм? — спрашивает капитан у Эммы. — Кто?! — Она маг, — поясняет Ник. — И по её словам — попала в наш из другого мира. — Через магический портал, — поясняет Эмма. — Но новорожденной. Об этом узнала совсем недавно, что мои родители — Белоснежка и Прекрасный Принц. Теперь на неё все таращатся. Больше всех Ву. — Я не чокнулась, — у Эммы выходит так легко, скорее от злости на этих недоверчивых типов, чем намеренно и она взмывает воздух, переворачивается вниз головой и несколько секунд так и плавает под потолком. — И не помнила о своей внезапно пробудившейся магии из-за Чистильщиков. — Кто это? — спрашивает Ник, но отвечает Бёркхарду Ренар: — Те, кто подчищает за магами, когда всё выходит из-под контроля и не-маги могут узнать, что магия реально существует. Разбираются с последствиями применения некоторыми неумехами заклинаний. И что вы натворили, мисс Свон? — Обратила в облако пыли приёмного папашу, когда он стал приставать ко мне. Он оказался педофилом и одним из основателей сайта «Синяя роза». Громкое дело было в своё время. Но благодаря Чистильщикам всё стало выглядеть, как внезапная смерть от сердечного приступа. Как будто у этой свиньи было сердце… — В баре «Три стрелы» драка, — сообщает Ву, пряча мобильный в карман. — И вроде наш парень один из зачинщиков… … — Кинем монетку? — ехидно улыбается Эмма. — Этого типа очень хотят видеть в Бостоне. — Я сообщу нашим, — говорит Беда. — Они не спустят с него глаз. — Забирайте это добро себе, мисс Свон, — улыбается Ренар. — Заслужили. … Эмма привела свою квартиру в порядок и наконец вспомнила, что вроде, где-то в штате Мэн существует город в котором живёт с приёмной матерью её, Эммы, сын. — Привет, милый, а где мама? — У неё совещание. Что-то насчёт водогазо… — Я скоро буду, — Эмма улыбается представляя, как Генри морщит нос пытаясь произнести длинное и трудное слово про водогазоснабжение. Бедная бывшая Королева — такие пошлые материи… — Дня через два. — Обещаешь? — Клянусь. … — Как поездка, мисс Свон? — Этот мир ещё более странен, чем я подозревала… — Эмма страшно соскучилась по Бабулиным блинчикам и сейчас она и Регина сидят в кафе. — То есть? — Тот, мой покойный отчим перед смертью стал походить на поросёнка, а парень, которого я разыскивала, когда попытался на меня напасть, на кота. Голова. Как на египетских фресках. Тело человеческое, а голова звериная. Я тогда применила магию и, когда рассказала об этом, не сильно удивила местного капитана полиции — он сам оказался сыном ведьмы и колдуном. И слышал про Чистильщиков. Думаю, что ещё не раз навещу Портленд. Мне стало любопытно. — Мне тоже, — кивает Регина. — Расскажете, мисс Свон? — Куда я денусь…