09.03.2003 — 11.03.2003 01:48 pm
31 января 2021 г., 18:36
— Гриффиндор, приподнимаем мантии и топаем ножками скорее, давайте, в темпе! — громко проговорила Адель, ведущая под руку особо шального первокурсника.
Сзади за ней тащилась целая толпа ребят; они опаздывали на Зельеварение, так как один из них — тот, что шёл под руку со старостой — умудрился подраться с сокурсником, которого пришлось отвести к мадам Помфри, а второй сломал свою палочку — его пришлось отвести к МакГонагалл для определения дальнейших действий.
— А какой урок будет после этого? — спросила невысокая девочка с рыжими волосами.
Адель невольно провела аналогию между оттенком её волос и волос Фреда; у неё они были немного более красноватого оттенка.
— Пора бы выучить своё расписание, — фыркнула староста. — Гриффиндор, внимание! К следующему вторнику все должны выучить расписание!
— Но какой в этом смысл? Уже скоро конец года… — прошептал один из первокурсников.
— Конец года, к вашему сведению, только через два месяца, — подметила девочка, ранее спросившая о следующем уроке.
Адель, гордо глянув на неё, согласно кивнула.
— Именно, — сказала она, наклонившись к девочке, — зелья — последний урок на сегодня.
Когда вся толпа оказалась у класса Зельеварения, Адель глянула на наручные часы. 13:35.
«Вот чёрт!»
— Сэ-э-эр… — Блестем боязно заглянула в кабинет, — п-прошу прощения… мы немного опоздали... первокурсники шкодят, словно только выпущенные на волю из клетки пикси, — пробормотала она. Профессор медленно встал со своего кресла, жестом приглашая учеников войти. Адель посторонилась, позволяя первокурсникам пройти и рассесться по местам. — Ничего страшного, мисс Блестем. Благодарен, что Вы довели этих проказников в целости и сохранности, — он поправил свою мантию, — помнится, в их годы я и не такое… — Да, профессор Слизнорт, это моя обязанность… я буду ждать всех у кабинета до конца урока! Ведите себя хорошо, не позорьте факультет, — сказала Адель, глянув на первокурсников, и вышла из кабинета; слушать долгие рассказы Слизнорта о его молодости совсем не хотелось. Адель, как и обещала, присела на лавочку у кабинета; она достала из сумки заранее подготовленную книгу — одну из тех, что ей недавно прислали из дома, и теплую шаль; в подземелье, где находился кабинет Зельеварения, все еще жутко холодно, пусть на улице было уже достаточно тепло. Шаль тут же оказалась на плечах. Адель укуталась в неё, как в одеяло, и даже так по коже пробегались мурашки от холода. Она медленно провела по книге пальцами; золотистые узоры на обложке книги образовывали выпуклости. Материал ощущался приятно. Кажется, отец снова заморочился с выбором издания. — Снова глупые романы? — неподалеку послышался знакомый голос. Адель развернулась в сторону, откуда он доносился — на подоконнике, мотая туда-сюда ногами, сидел Фред. Девушка недовольно цокнула, открывая первую страницу книги, будто его присутствие совсем не волновало её. — И как ты умудряешься так незаметно следить за мной? — не отвлекаясь от книги спросила она. — Преимущества того, чтобы быть мертвым, — он пожал плечами, весело улыбнувшись. — Мертвым, говоришь… — она закинула ногу на ногу, сгорбившись над книгой, лежащей на коленях. — Тебе напомнить о том, что я вижу тебя в любом случае? — Не стоит. Лучше выпрямись, — хихикнул Фред. — Раз так, — он спрыгнул с подоконника, — значит, это отголоски нашей с братом молодости. Годы практики, знаешь? — Следили за бедными девочками? Попахивает статьей, — хмыкнула она. — Статьей? — он с интересом наклонил голову. — Я ведь рассказывала… у маглов есть полиция. Что-то вроде наших мракоборцев. Вот… нарушения, за которые твоя чудная задница может быть заключена в тюрьме, называются статьей. — И зачем ты хранишь так много ненужной информации? — он приземлился рядом, легонько чмокнув девушку в щёку. — Чтобы промывать тебе мозги, дорогой, — съязвила она. — Чудненько… Новая книга? — он закрыл её прямо в руках у Ады, чтобы прочесть название. — «Еретик» … Мигель Делибес. Не видел такой в библиотеке. — Верно, Уизли. Отец прислал мне её. Совсем новая, издана в этом году, — похвасталась она, снова погладив обложку. — Мигель Делибес… это не английское имя, — вдумчиво произнес Фред. — Она на испанском. — Испанский? — он удивился. — Ты знаешь испанский? — О-о-о, мой дедуля — Альберто, был испанцем. Неужели мое имя и фамилия не приводили тебя к этой мысли? — Ни разу. — Ты слишком мало пользуешься во-о-от этой штукой, — она тыкнула пальцем в его голову. — Это ты думаешь каждую секунду своей жизни. Так ведь совершенно неинтересно… — Думать — неинтересно? Уизли, ты просто… — она развернулась к Фреду, но он, улыбнувшись, прижал палец к её губам. — Почитаешь мне на испанском, злюка?***
— Адель! — вскрикнул Джордж, когда Блестем открыла глаза. Уже четвертый час она лежала на диване в его гостиной. Они держались за руки, уже обыденно тренируясь в легилименции, и все проходило, как обычно, но… — Ты видела это? Видела! Адель, у нас все получилось! — Боже… — она приподнялась на локтях, — Д-джордж… Она действительно увидела всё. Абсолютно всё, что смог вспомнить Джордж; и этого было вполне достаточно для того, чтобы по её коже пробежались мурашки, а кровь будто заледенела. Сердце билось в до жути ускоренном темпе, когда она видела это; видела всё, рассматривая каждую мелочь, пересиливая собственный страх и боль, чтобы всё подействовало наверняка. — Тише, — он прижал её к себе, позволяя уткнуться в свое плечо, — всё это прошло, Адель, тише, — шептал Джордж, чувствуя, как по её щекам текут горячие слезы. — Ты ведь поможешь ему теперь… это единственное, что важно сейчас, да? — Что случилось?! — Марфа, только поднявшаяся по лестнице в гостиную из магазина, мигом оказалась рядом с крестницей и Джорджем, хватая Аду за руку. — Адель? Джордж! — взволнованно пропищала она. — Почему она плачет? — Марфа уставилась на Джорджа. — У нас всё получилось… — растерянно ответил он. — То есть… она все видела? Марфа обомлела, а Адель начала всхлипывать ещё громче. Её сердце будто разрывалось, превращаясь в безжизненные клочки тусклой материи. Это ощущалось физически больно. Джордж прижал её крепче к себе, успокаивающе поглаживая по волосам. Он сам чувствовал себя совершенно отвратительно, но состояние Ады волновало его гораздо сильнее собственного — она, за такой, казалось бы, небольшой промежуток времени, всё же успела сблизиться с ним настолько, что он начал воспринимать её как родного человека. И в этом случае он был совершенной копией своего брата — плевать он хотел на самого себя, когда его близкому человеку так плохо. Адель не могла сказать ни слова. Огромный ком, вставший в её горле, давил так сильно, что она не могла даже вздохнуть, а тем более — ответить Марфе. Руки и губы тряслись, а левый глаз задергался. Было так страшно и холодно, будто она осталась совсем одна, без всяческой поддержки, без шансов, без права на ошибку; она только сейчас до конца осознала, что именно произошло с Фредом. И это было ужасно. Среди всеобщей, должно быть, радости от того, что всё наконец-таки вышло, она чувствовала жуткий страх от осознания. Джордж чувствовал то же самое. Хотелось скорее оказаться рядом с Фредом, уткнуться в его шею и обливаться слезами, чувствуя, что он всё-таки рядом. Старшая Блестем прекрасно видела, что Джордж чувствует себя ужасно, как и Адель, сдерживаясь из последних сил; в красках вспоминать смерть собственного брата — в миллионы раз больнее, чем сыпать соль на открытую рану. Но он держал себя в руках. Она не знала, что сказать им обоим, чтобы успокоить; совершенно очевидно, что это едва ли возможно — разве существуют слова, которые подойдут для того, чтобы каким-то образом отвлечь их от этого? Они оба только что увидели смерть до жути любимого ими обоими человека. Сердца троих буквально разрывались по одной причине — бессилие. Марфа накрыла своими теплыми руками их — такие холодные — ладони и старалась не заплакать, глядя на то, как из глаз её крестницы вытекают слезы, которые она сама даже не чувствовала; мысли Ады были где-то уж очень далеко.***
— Нам остается ждать первого апреля, — заключила Ада, немного успокоившись после того, как Марфа напоила их с Джорджем горячим чаем, — тогда мы сможем сделать это… — Я все ещё не понимаю, как ты собираешься говорить ему об этом, — тихо сказала Марфа, заставив Джорджа злобно глянуть на неё. Старшая Блестем тут же опустила взгляд, поникнув. Её вопрос сейчас был вполне ясным, но навряд ли уместным, когда Джордж и Адель находятся в таком состоянии. Сейчас хотелось только тишины. — Кто сказал, что я собираюсь...? — отстраненно ответила Адель. — Я всё ещё не могу поверить в то, что это всё реально, — ошеломленно произнес Джордж, всё глядя в одну точку. — Неужели он… он правда будет снова всегда здесь… — Ты — волшебник, Джордж, разве подобные явления должны так сильно удивлять тебя? — спросила Марфа, пытаясь хоть немного снять напряжение, повисшее в атмосфере. — Да будь я хоть кентавром, это, черт возьми, что-то невероятное! Адель, — он наклонился к креслу, на котором она сидела, поджав к груди колени, — тебе лучше? — Наверное… — безразлично ответила она. — О чём ты думаешь? — спросил Джордж. — О том же, о чем думаешь ты, — ответила она, чуть приулыбнувшись. Последний месяц они тренировались почти каждый день, и теперь она, хоть и смутно, но всё же могла читать мысли других людей. Она много раз пыталась прочесть мысли своих друзей, не говоря им об этом, и в большинстве случаев это выходило. Особенно хорошо — с Джорджем. Но вовсе не выходило с Поттером — как он сам рассказывал, один из профессоров Хогвартса, погибший во время войны, какое-то время учил его окклюменции. — Мы создали монстра, — хмыкнул Джордж, косясь на Марфу.***
— Ну пожалуйста, Фред! — в очередной раз пропищала Ада, пытающаяся не запинаться о собственные ноги, пока оббегала кругами весь замок за Фредом. — Не-е-ет! — вскрикнул Фред, ускоряясь в своем побеге от Ады. — Да-а-а! У тебя нет выбора, Уизли! — Выбор есть всегда, дорогая! И эта ситуация ни в коем случае не исключение! — он на секунду развернулся, остановившись, и Адель смогла догнать его, чтобы повиснуть на его руке. — Не-а, — она отрицательно качнула головой, — даже Джордж едет с нами! Ты не можешь так отличиться, Фредерик, иначе вся моя семья запомнит тебя редкостной задницей! — Я лучше побуду полным мудаком в глазах твоей родни, чем позволю тебе опять вредить самой себе! Ты что, не помнишь, в каком состоянии вернулась в Хогвартс после свадьбы Поттера и Джинни? А тут ты хочешь отправиться на все выходные?! Ну уж нет, дорогуша, — он вырвал свою руку из её хватки, снова быстро зашагав прочь.«Ну, без меня из школы ты не выйдешь, а тут я тебя, в любом случае, когда-то да поймаю», — подумала она, улыбнувшись своим мыслям.
И снова понеслась за ним, нелепо придерживая руками длинную мантию. — Я отдохну, Фред! Я буду много спать, а? — оказавшись рядом с ним, прерывисто протараторила она, пытаясь отдышаться. — Фред! — она повисла на его шее, чуть ли не заставив парня упасть. — Ты мне позвоночник сломаешь, — прошипел он, все же не сдержав мимолетной улыбки, — … и нет! Я никуда отсюда не выйду. — Тогда мне придется вытащить тебя отсюда за эти дурацкие патлы, — она вцепилась в его волосы, потянув за них вниз. Фред недовольно зашипел, но, как только оказался на уровне Ады, сам потянулся к её губам. Почувствовав его теплые губы на своих, она замешкалась, расслабив руку, в которой сжимала его волосы. Она прижала его ближе к себе за шею и провела языком по его губам, пытаясь заставить его приоткрыть их, но в ответ лишь услышала его тоненький, звонкий стон, от которого по всему телу будто прошелся ток, заставляя расслабить и ту руку, которой она держалась за его шею. … и Фред Уизли не был бы Фредом Уизли, если бы не воспользовался выдавшимся моментом слабости Ады; как только она расслабилась, он вырвался и побежал вперед. Старосте Гриффиндора понадобилась одна секунда для того, чтобы понять, что произошло, и две для того, чтобы вытереть влажные губы рукавом.«Вот ведь слизняк противный…»
— Стоя-я-ять! — вскрикнула она, снова затевая погоню за ним. Несколько часов назад, когда Адель и Фредерик проводили время за… уроками… в её комнате, в окно нежданно-негаданно постучала птица. И, Господи, как же оба взмолились, чтобы это была сова от Джорджа, Гермионы или семьи Ады, лишь бы не… Корвин.«Ох, Корвин, Корвин…»
С прискорбием выдохнув, Адель открыла окно и впустила птицу. Как и ожидалось, ничего хорошего его появление не предвещало — ворон принес письмо от бабушки Аделаиды. Уже второе за недолгое время. В письме она рассказала, что родители Адель рассказали о том, как она познакомила их с Фредом — на этих строчках дыхание старосты совсем сбилось — парень произвел на них хорошее впечатление, и теперь она хотела бы познакомиться с ним лично. Она пригласила их к себе домой на эти выходные — так же, как и Альву с её новоявленным мужем и Марфу с Джорджем.***
— Напомните мне, почему мы, черт вас подери, не воспользовались камином? — фыркнул Джордж, недовольно уставившись на Марфу. Уже минут так двадцать они взбирались по горе к домику бабушки Аделаиды. Все поголовно устали, да еще и денёк выдался неожиданно жарким для марта — в этом году погода страшно менялась, так что никто особо не удивлялся, но то, что к усталости прибавлялась еще и духота… ох. Братья Уизли изнывались о своей усталости хлеще всех; пожалуй, с ними по недовольству ситуацией могла сравниться лишь Альва, злобно поглядывающая на Марфу, которая затеяла это все для того, чтобы «сблизиться» всей компанией молодых людей до того, как они попадут в дом её матери. Старшая из её племянниц жутковато косилась то на Фреда, то на Джорджа, очевидно сравнивая их; несколько раз парни уже успели подшутить над ней, ставя стервозную девчонку в нелепое положение, и этим хорошенько порадовали её сестру и Марфу. — Почему я на это согласился? — хмыкнул Фред, шедший рядом с Адой. — Потому что ты очень сильно любишь меня и готов на все, лишь бы порадовать свою любимую, — весело ответила Адель. И её, и Марфу, как казалось остальным, совсем не волновало то, что они уже многие десятки минут шагают в крутую гору; им обеим так сильно хотелось скорее встретиться с бабушкой, что они не замечали совсем ничего. — А ты так безжалостно пользуешься моей любовью, что заставляешь меня скакать по горам как осла, ага? — недовольно ответил он. — На твоем месте, Фредди, я была бы только рада, — вмешалась Марфа. — Вот уж точно. Просидел столько лет в Хогвартсе наедине с МакГонагалл и миссис Норрис, — присоединился Джордж, — радовался бы, что наконец-то в люди вывели. — В Хогвартсе просидел? Ты что, еще школу не закончил? — спросила Альва. — Подслушивать чужие разговоры — нехорошо, — фыркнула в её сторону Марфа. — И Фред у нас вообще-то — помощник директрисы, — выдумал Джордж. — Точно, — подметила Ада, — мы ведь так и познакомились. — Ага, — подхватил настроение друзей Фред, — МакГонагалл поручила Аде прибраться в библиотеке после нападения пикси, и вдруг (!) на неё начал падать огромный стеллаж. И тут появляюсь я… — Ох, Господи, Фред… — весело хмыкнула Ада, закатив глаза. — О, а вот и дом-милый-дом! — Марфа, ткнув Джорджа, указала пальцем чуть влево; там виднелся небольшой дом из белого камня, из трубы которого уже шел пар — наверняка бабушка решила подготовить баню. — Становится страшно, — прошептал Фред. — Подожми булки, Фредди, — хмыкнул Джордж, — то-то ещё будет. Ричард, муж Альвы, посмотрел на них двоих, неприязненно нахмурившись. Адель, заметив это, одним лишь злобным взглядом заставила его отвернуться от парней.«И почему они с Альвой не могут вести себя нормально?»
— Эй, — Ада тихонько толкнула Фреда, — всё будет хорошо, не волнуйся. — Привет, ма! — вскрикнула Марфа, когда все подошли к дому. Уизли в этот момент выглядели совсем неважно, а когда увидели на пороге бабушку Ады — и вовсе, казалось бы, едва на ногах устояли. Адель схватила Фреда за руку, крепко сжав его ладонь и тепло улыбнувшись. Она хотела, чтобы он чувствовал себя как можно уютнее. — Привет, бабуль, — поздоровалась Адель, скинув с себя рюкзак на порог дома. — Ох, крашеная ты стерва, — прокряхтела миссис Блестем, вставая с соломенного кресла-качалки, — я ведь просила тебя не называть меня так! Оба Уизли неловко переглянулись, услышав это. Адель же только посмеялась, глядя на то, как бабушка вставляет сигарету в мундштук и прикуривает. — Привет, Агата, — Альва нехотя обняла бабушку. Эта женщина всегда настаивала на том, чтобы внучки называли её по имени, чтобы лишний раз не вспоминать о том, что много лет назад она уже стала бабушкой. — Э-э-эм, мам, это Джордж, — Марфа представила Джорджа. Бабушка и Джордж, весело переглянувшись, пожали друг другу руки. — Это твой, как я понимаю? — она обратилась к Марфе. — Ага, это её, — ответил за неё Джордж, выхватывая из её рук тяжелую сумку. — А это, Делия… твоё? — бабушка натянула очки, чтобы рассмотреть сначала Фреда, потом Джорджа, — Господь помилуй, вы, случайно, не путаете их? — Да, это моё, — Адель притянула Фреда к себе, потянувшись, чтобы поцеловать его в щеку, но, как всегда, без его помощи дотянулась только до шеи, — и нет, не путаем, Агата. По крайней мере, надеемся на это…***
— Будешь? — Агата протянула Фреду пачку сигарет, пока Адель по её приказу начищала пол. — Не думаю, что он планировал в ближайшее время обзавестись раком легких и помереть, — фыркнула Ада, смахивая с лица прилипшую прядку волос.«...и помереть... иронично вышло...»
За этот вечер она на пару с Альвой успела отмыть весь дом совершенно без помощи колдовства — так наказала бабуля. Марфа тем временем хоть и рвалась помочь племянницам, была отправлена к дальним соседям по поселку — маглам, чья дочь училась в Хогвартсе — за молоком. — А я не думаю, что тебя кто-то спрашивал, — весело хмыкнула бабушка. — Так будь добра спросить, перед тем как станешь в следующий раз пытаться убить моего парня. Уже успел чем-то так сильно не понравиться? — Ох, Адель! Хватит позорить мою фамилию! Я столько раз объясняла тебе, что сигаретами делятся только с теми, кто очень даже нравится! — Миссис Блестем… — начал Фред, посмеиваясь. — Агата! Просто Агата! — перебила его бабушка. — Агата… я не курю, но то, что я смог понравиться такой прекрасной женщине, как Вы, мне очень приятно. Есть ещё порох в пороховницах, — он подмигнул ей, боковым зрением наблюдая за реакцией Ады, которая недовольно фыркнула и кинула в него грязную тряпку. — Вот же ревнивая стерва, — хихикнула бабушка. — Домывай полы, дорогая, и шуруй показывать Фреду сеновал. Я там все прибрала к вашему переезду. — Сеновал? — удивленно спросил Фред, отряхиваясь от тряпки. — Чего там делать? — Фредерик, не разочаровывай меня, ну, дорогой… неужели ты не способен придумать, чем можно заняться со своей девушкой в уединенном местечке? — бабушка закурила, а Адель увидела, как Фред краснеет. — А вообще, твоя мисс Блестем очень любила это место лет так до четырнадцати. Каждое лето, когда она приезжала, проводила там девяносто процентов всего времени. Остальные десять уходили на походы в туалет и пожрать, разумеется… — Баб! — вскрикнула Ада, хихикнув. — Ну разве это не так? Мы с Альберто так волновались, когда она залезала туда по этой шаткой лестнице! Он так и не починил её, даже когда сдох… — О-оу… это ваш муж, верно? Мне очень жаль, — прошептал Фред. — Брось! — вскрикнула Агата, импульсивно затушив сигарету. — Я каждый день благодарю Бога за то, что этого проклятого мудака больше нет!***
— ДА КТО ТАМ?! — вскрикнула Адель, когда пена уже стекала по её лицу. В душ, находящийся на улице, кто-то постучал. — Фред? — Да. — Ну так входи, чего стучать? — раздраженно промямлила она. — Твоя бабушка успела намылить каждую мою извилину, пока ты тут намыливаешь свою задницу, — выдохнул он, присаживаясь на небольшую скамейку, находящуюся в душе. — Брось, милый, — Адель смыла пену с глаз и развернулась к нему, прикрыв руками грудь, — у тебя их не так уж и много. Фред недовольно фыркнул, уставившись на Аду; он рассмотрел все её тело, но без доли пошлости — во взгляде было лишь восхищение. — Достаточно, чтобы не мыться перед тем, как я пойду на пыльный и грязный сеновал. — Но недостаточно, чтобы вспомнить, как бабушка говорила, что всё там убрала, — фыркнула Адель, — по тому, как тщательно она заставляла меня намывать полы, ты мог заметить, что к чистоте она относится о-о-очень скрупулёзно, — она развернулась в поисках полотенца. Оно оказалось прямо около Фреда. — Швырни в меня, пожалуйста, во-о-он тем розовым полотенцем. Фред, хихикнув, скомкал полотенце и действительно «швырнул» им в Адель, которая тут же обернула его вокруг своего тела. Пожалуй, она еще никому не доверяла так сильно, как Фреду; даже при своих подругах она навряд ли могла бы так спокойно стоять совсем обнаженной. — Так и что мы будем делать на сеновале? — подделав уж слишком игривый тон, спросил Фред. — Складывать сено в стоги, конечно, — съязвила она, натягивая домашние штаны, — а вообще… Бабушка, как мне помнится, тебе поручила думать, чем мы будем там заниматься, — напоследок подмигнув Фреду, она упрятала лицо в теплой кофте. Когда они вышли из душа, Адель глубоко вдохнула прохладный ночной воздух. От дуновения ветра по коже приятно пробежались мурашки. Фред мигом снял с себя кофту и накинул её на всё ещё влажные плечи Ады. — Нам туда? — спросил он, кивнув в сторону небольшого гаража, на крыше которого и находился сеновал. — Да, — ответила Ада, с улыбкой рассмотрев любимое место детства, — как догадался? — По той самой лестнице, — он хихикнул и взял её за руку, — пошли. Неподалеку послышались весёлые голоса Джорджа и Марфы, когда они уже дошли до гаража. Фред и Ада заговорщически переглянулись. — Быстрее! — прошептал Фред, подпихивая под задницу Аду, пытающуюся забраться по лестнице, — давай, давай, я держу её… — О-о-ох, бли-и-ин, — проворчала гриффиндорка, забираясь по шаткой лестнице. — Отличная задница, староста, — хихикнул Фред, подпрыгнув, чтоб шлепнуть её. — Ты только сейчас заметил? — недовольно фыркнула она, ударив его по руке. — Залезай! — Они уже тут! Ада, наконец забравшись по лестнице, придержала её сверху, чтобы та не шаталась, пока Фред, оглядываясь, карабкается по ней. Когда оба оказались наверху, Фред чуть ли не свалился на Аду; ему так не терпелось глянуть на своего брата и его девушку «свысока». Адель тут же спихнула его с себя, переворачивая и его, и себя так, чтобы их не было заметно за досками сеновала. Оба выглянули в одну из громадных щелей между досок, почти синхронно оглянули весь сад, и наконец-то нашли Джорджа и Марфу в весьма интересном положении. — Ва-а-ау… — тихонько протянула Ада, глядя на сложившуюся картину; Джордж был вплотную прижат к большому дубу у забора совсем рядом с гаражом, над которым находились Фред и Адель, и Марфа быстро целовала его губы, оттягивая рыжие волосы. Глаза Фреда расширились, когда Марфа начала расстегивать рубашку его брата, попутно целуя его шею и плечи, из-за чего Джордж застонал, а Ада пискнула от вырывающегося смеха. Фреду пришлось быстро заткнуть Аду своей ладонью. — Тс-с-с, — прошипел он. Адель вцепилась в его ладонь, чтобы хоть немного успокоиться. Фред и сам пару раз тихо хихикнул, уткнувшись лицом в её шею. Его теплое дыхание немного успокоило Аду, но она всё равно не прекращала держаться за живот. Когда движения их родственников стали намного упорнее и интенсивнее, Фред решил сохранить ещё подростковую психику Адель в (весьма относительном) порядке и развернул её от щели, не позволяя смотреть на это дальше. — Но это нечестно! — прошипела Адель, попытавшись вырваться. — Думаешь, я позволю тебе смотреть на своего голого брата? — Я не туда смотреть буду! Просто для научных познаний, — она раздраженно хлопнула рукой по своему бедру. — Такому будешь учиться у меня, — наигранно строго произнес Фред. Аду слегка передернуло от его слов, и она сжала его руку, лежащую теперь на её животе, плотнее укутываясь в кофту Фреда. Он притянул её к себе, усаживая между своих ног, и крепко обнял. Она откинула голову на его плечо, чувствуя спиной, как бьется его сердце. И это ощущение значило для неё безумно много. Вскоре послышался голос Джорджа; они с Марфой коротко договорились о том, что продолжить им стоит в выделенной для них комнате. Они достаточно быстро удалились, не прекращая мило хихикать от неловкости. Фреда потряхивало от попыток не заржать, когда Джордж и Марфа скрылись в дверях дома. До веселья полная смятения ситуация быстро сменилась вдумчивым молчанием; чувствуя тепло любимого, Ада невольно вспомнила обо всем, что предстояло им совсем уже скоро, и сердце жутко больно защемило. Как бы спокойно ей ни было рядом с ним, жестокая реальность все никак не отпускала её на долгое время. Она, недовольно хмыкнув, повернулась в его руках, чтобы буквально лечь на него, обернув руки вокруг его шеи. Фред тоже не мог избавиться от жутких мыслей; он внимательно рассматривал Аду, прижимая её к себе так близко, накручивая на пальцы её мягкие и всё ещё влажные волосы. Сердце билось совсем беспорядочно, когда он задумывался о том, что она делает для него… и как он может позволять ей? Длинные пальцы нервно сжались на его же кофте, которая сейчас служила для них двоих своеобразным одеялом, когда он в очередной раз задумался о том, что она, должно быть, не понимает всей серьезности происходящего — так он любил утешать самого себя. Фред искренне надеялся на это. Но нет.«Нет, нет, нет… она слишком умная для этого…»
И она шла на это с полным пониманием ситуации, со всей своей серьезностью и с твердой уверенностью:Она любит его.
Примечания:
ВАУ ЭТО ЧТО СЛЕДУЮЩАЯ ЧАСТЬ)0))) не бейте пожалуйста я сейчас оч стараюсь быстрее работать над вторым фанфиком потому что его мне ОЧЕНЬ СКОРО нужно будет сдать в универ. но и этот я забрасывать пока не собираюсь!
