Barcelona

Говорю со стрелками по ночам, И молчу с тобой на два голоса. Мне б еще хоть раз по твоим плечам.. М.Тишман Сурганова отворачивается к иллюминатору и накидывает капюшон, чтобы остаться неузнанной пассажирами, садящимися в Москве. Из Петербурга в бизнесе она летела одна, тайно мечтая, чтобы дальше полёт продолжился именно таким составом. Люди спорят, стучат, смеются, идут мимо, постепенно оставляя все лишние звуки за плотными шторами, разделяющими салон. Света слышит, как через проход и на ряд дальше от неё кто-то небрежно закидывает рюкзак на багажную полку. Осторожно поворачивается и немеет. Диана поднимает голову, замирая с наполовину снятой кожанкой. Они смотрят друг на друга до тех пор, пока стюардесса не просит сесть и пристегнуть ремень безопасности. Арбенина быстро снимает куртку, отправляет ее к рюкзаку, падает в кресло. Света чувствует, как сначала горит лицо, а потом начинает знобить. С отчаянием хочет, чтобы предполётная подготовка не заканчивалась так скоро, но равнодушная, к человеческим судьбам, птица, быстро набирает высоту. Табло ‘застегните ремни’ гаснет. Они остаются только вдвоём. Под мерный гул турбин, близко — проход и ряд, руку протяни. Арбенина переминается в кресле, сползает вниз, закидывает ноги на пустующее соседнее. Безошибочно вспоминает дату последней встречи, практически год назад, на втором этаже отеля Кемпински в Петербурге. Сумасшедший, до одури прекрасный, секс и пара-тройка скромных фраз, которой они перекинулись. Света снимает очки, трет глаза. Голову сдавливает обруч боли. Первая крупная алая капля оставляет след на футболке. — Ай, черт возьми.. Зажимает переносицу и тянется к кнопке вызова бортпроводников. Просит салфетки, получает, тут же прикладывая к лицу. Становится чуть легче. — Что с тобой? — Все хорошо, банальное давление. Сурганова не сдерживает ироничной улыбки, но колкий вопрос оставляет при себе. А подошла бы Диана, если бы не кровь? — Светка, ты бледная. Может, таблетки какие-нибудь? — Ты просто давно не летала со мной и забыла, что подобное состояние для меня практически норма. Динка осекается, возвращая себе волчью непроницаемость. — Я никогда ничего не забываю. Молчат. Света рассматривает надменный профиль, плотно сжатые губы, отмечая, что морщинки в уголках глаз стали еще четче. Ей ужасно хочется поговорить, просто, без апломба и проклятой бравады, задержать, хоть на мгновение, этот момент. — Странно, да? Даже предположить не могла, что можно вот так встретиться. — Я тоже.. не думала. — У судьбы оказались другие планы. — Нет, Сурганова. Никакой судьбы нет, банально совпадение. Света отводит руку с салфеткой — кровь давно остановилась, и опускает глаза. Фраза сказана слишком жестоко. — Я пойду, а ты.. береги себя. Возвращается на место, оставляя после себя только глухую боль. Самолет садится, пассажиры бизнеса проходят на выход первыми, делая равнодушные виды. Получается плохо. Таможенный контроль. Багаж. Задерживаются на секунду в коридоре перед выходом в зал прилета, обмениваясь голодными сиротливыми взглядами. И не единого слова. Арбенина, первая, нервно дергает ручку кофра, ускоряя шаг. Света медленно идет за ней и когда видит, что Диана останавливается около Инны и Аньки, лишается дара речи во второй раз.