Всего один эфир на Хелоуин

***

Репетиция проходила в очень напряжённой обстановке. Присутствие Димы на репетиции меня очень напрягло, я не могла сосредоточиться на работе, в моей голове постоянно всплывали какие-то воспоминания с ним. Я три раза забывала где мне нужно вступать, была очень скована на сцене и не могла вести себя как обычно. Дан чувствовал моё напряжение, да что там Дан, мое напряжение чувствовали наверное даже звукорежиссёры, которые находились в закрытом, звукоизолирующем помещении на этаж выше. Мне хотелось скрыться из этого места подальше, а точнее мне хотелось скрыться от раздевающих меня глаз Димы. С ним у меня связаны не самые приятные моменты моей жизни, которые я бы совершенно не хотела вспоминать. Около двух часов я была сама не своя, мялась на сцене как девчонка, при любой возможности пряталась за спину Дана, хватала его за руку, старалась как можно плотнее прижаться к его сильному телу и ощутить именно ту поддержку, которая мне была так необходима в тот момент. Я хотела чтобы он понял, что я занята, что я больше не его кукла и у меня есть свои чувства и эмоции. Я всеми силами хотела показать ему, что я не одна, что у меня есть сильное плечо и опора, что у меня, чёрт возьми, есть мужик, который любого порвёт, лишь бы я была счастлива, а мои глаза светились от радости. Что мой мужчина одним только взглядом убьет любого, если с моей головы упадёт хоть волос или в моих глазах он увидит страх или печаль. Я знала, что Дан даже не будет задумываться, он не даст меня в обиду чего бы ему это не стоило. Я была в нём уверенна. Но… Опять это чёртово «но». Страх вселился в меня и я не могла от него избавиться как бы не старалась. Мне уже кажется, что такую реакцию на этого человека мое тело выдаёт автоматически и я не могу выключить эту функцию в настройках. Дан чувствовал, что я пытаюсь спрятаться за ним, что при любой возможности хватаю его за руку, пытаюсь стать за его спиной или прижаться к нему. И он прижимал меня к себе, крепче сжимал мою ладонь, успокаивающе гладил по спине. Он чувствовал, что именно сейчас это мне необходимо. Не до конца понимал причину такого моего поведения, возможно догадывался, но никаких вопросов не задавал. Не место. Я видела взгляд Дана когда он увидел мою реакцию на Диму. Он напрягся и я это почувствовала. Мы с ним чувствуем друг друга, нам не нужно слов, чтобы понять, что именно сейчас нужно: обнять до хруста и не отпускать или дать побыть наедине с собой и своими мыслями. Мы чувствовали друг друга ментально, на другом уровне. И именно это в наших с ним отношениях я ценила больше всего. Даже когда мы ругались и разъезжались каждый в свою нору, я все равно чувствовала насколько ему плохо, точно так же как он чувствовал насколько хреново мне. Я утонула в этом человеке и не хочу его терять из-за моего внезапно всплывшего прошлого. Ужасающего прошлого. А ведь Дан совершенно не знает, что случилось. Я боюсь говорить ему. Он убьет Диму не думая, если узнает всю правду. Мне страшно. Как только объявили, что репетиция закончена, я пулей вылетела из зала в надежде не столкнуться с ним. Я даже забыла о том, что Дан остался стоять в недоумении. Я бежала в свою гримёрку настолько быстро, что со стороны можно было подумать, что за мной гоняться семеро голодных волков. Но именно этот человек в моем подсознании ассоциировался со стаей голодный горных медведей, которые были готовы наброситься на меня и при первой возможности разорвать мое жалкое тело на кучу мелких ошмётков. Как же легко твой старый враг, который в прошлой схватке одержал победу, может загнать тебя в ловушку одним только взглядом. Чёрт, ровно год назад, я была уверена в том, что сбежала от него и что в моей жизни он больше не появится. После того случая я обещала, что залижу раны, наточу когти и обязательно отомщу за всё то, что он со мной делал. С нами сделал. И вот сейчас дикая хищница — Тина Кароль, бежит и закрывается в своём логове от того, кому обещала отомстить самой жестокой местью. Она должна была отомстить не только за себя, а и за то маленькое чудо, их общее с Даном чудо, которому Дима не дал шанса. Ей было больно, невыносимо каждый раз вспоминать это. Нет не всё так просто, она обязательно отомстит. Эта львица никогда ничего не делает на горячую голову, ведь главный закон каменных джунглей гласит: «Решишь мстить на горячую голову — непременно лишишься собственной.» Это правило она запомнила на всю свою жизнь. А вот её противник видимо нет, если решил атаковать сейчас. Как только дверь гримёрки захлопнулась сильная девочка Тина скатилась по стене и выпустила все свои эмоции и воспоминания на ружу. В голове сразу же начали всплывать ужасающие картинки прошлого, которые вогнали Кароль в истерику. flashback

***

— Пожалуйста остановись, — хриплым, сорванным голосом просила блондинка. — Ты же не животное какое-то, остановись прошу тебя. — Что? Остановиться? Нет! Слышишь меня? Нет. Ты будешь страдать до тех пор пока я этого захочу, ясно? — схватив девушку за подбородок, прошипел в её искусанные до крови губы мужчина. — Я же предупреждал тебя? Ты — сучка, Кароль. Пошлая, похотливая сучка. Я же говорил тебе, что я с тобой сделаю если ты хотя бы попытаешься кому-либо рассказать? Говорил или нет? Отвечай, тварь. — снова удар. В глазах потемнело, всё тело свела судорога, а тело начало содрогаться в конвульсиях. — Говорил…- еле слышно прошептала девушка. — Прошу тебя остановись, я больше не могу это терпеть, оставь меня в покое. — умоляла блондинка, которая была на грани, она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание. — Нет. Ты ответишь мне за всё! За то, что попыталась рассказать своему другу, за то, что хотела выносить этого ребенка, за то блять, что ты любила его. Его, а не меня сука, — пощёчина прилетела по щеке девушки и отдалась пекучей болью по всему телу. — Люблю, ясно? — выдавила из себя певица и прикрыла глаза, подразумевая, что сейчас будет. — Что? — Люблю его! Я люблю его, а не тебя, ясно тебе? Сволочь! Тварь ты бездушная! Как тебя вообще можно любить? Да я не представляю даже! Я не полюблю тебя, слышишь? Не смогу! — сорвалась на крик девушка, у неё началась настоящая истерика, после стольких дней в заперти её нервная система благополучно дала сбой. — Я не смогу его забыть, слышишь? И да, это был его ребёнок. Эти слова совсем снесли мужчине крышу. Ещё минут 15 он издевался над беспомощной блондинкой, пока та совсем не потеряла сознание. — Сможешь, тварь. — последний удар в живот который она помнила, а потом только куча капельниц и трубок, белые стены больничной палаты и два месяца реабилитации. Сорванные концерты и разбитое сердце, которое казалось бы никогда уже не склеить. Никогда.

***

Тина настолько погрузилась в себя, что не заметила как дверь в её гримёрку открылась и она услышала столь ненавистный голос. — Привет, любовь моя, давно не виделись. Я скучал. — так противно, каждое его слово наполнилось ядом, от которого нет вакцины. — Пошёл к чёрту из моей гримёрки, — зло прошипела Тина и вжалась в диван, стараясь держаться спокойно, но это ей плохо удавалось, глаза снова наливались солёной жидкостью. — Нет. Я думаю нам есть о чём поговорить…