Всего один эфир на Хелоуин

***

— Нет. Я думаю нам есть о чём поговорить, — нагло произносит мужчина и проходит в глубь гримёрки, закрывая дверь. — А я смотрю ты прямо расцвела, да, Танюша? — Я сказала пошёл вон из моей гримёрки, — зло прохрипела блондинка, хотела сказать громче, но голос после 20 минут непрерывных рыданий сел. — И не смей называть меня так. Моя жизнь тебя не касается, убирайся! — Да? А вот мне так не кажется. — Дмитрий подошёл вплотную к дивану и поднял Тину за подбородок. Глаза в глаза. — Вернулась к нему? Думаешь он сделает тебя счастливой? Ты ошибаешься, Тина. Он не тот, за кого ты его принимаешь, ясно? — Что? Да кто ты такой, чтобы рассказывать мне что-то о Дане? Скажи мне пожалуйста, что ты о нём знаешь, кроме его имени? — убрав его руку со своего лица, более уверенно продолжила Тина. — Ты совершенно его не знаешь. И вообще кто тебе дал право давать мне указания как жить, с кем заводить отношения и с кем спать? Я не твоя кукла, Дима, запомни это. Ты мне жизнь испортил, ты это понимаешь? Ты растоптал меня! Унизил! Я ненавижу тебя, убирайся прочь из моей жизни! — Ненавидишь значит? А его любишь? — присев на диван — почти в плотную — он взял её руку в свои холодные ладони. — Прости меня, Тина, я сглупил тогда, но я изменился, понимаешь? Я люблю тебя. — Сглупил? Что ты несёшь? — выдернув свою руку из его цепкой хватки, продолжала блондинка. — Ты вообще в своём уме? Ты понимаешь, что ты со мной сделал? Ты блять, убил моего ребёнка, нашего ребёнка, нашу девочку! Ты это понимаешь, тварь ты бездушная! Я ненавижу тебя всем сердцем! Убирайся прочь из моей жизни, ты никто для меня, ясно? Абсолютное дно! Я презираю таких как ты! У вас нет сердца, вы хуже животных! — Закрой рот, шлюха! Ты понимаешь, что ты несёшь? Я шёл к тебе в совершенно спокойном состоянии! Ты меня сама провоцируешь на подобные срывы! — взяв девушку за горло, рявкнул мужчина. — Ты жалкая, похотливая тварь! Ты пожалеешь о том, что сказала, слышишь меня? Я не дам тебе спокойно жить! Ты никогда не будешь счастлива с кем-то другим, только со мной! — продолжил сжимать шею певицы Дмитрий. — Отпусти меня… Ты меня задушишь, — хрипела Тина и пыталась хоть как-то разжать руки мужчины, но ничего не выходило. Девушка со всей силы впивается ногтями в руку мужчины и это работает, он разжимает пальцы, но ненадолго. Сильная пощёчина остаётся на лице Кароль. — Ты болен, тебе нужно лечиться! Ты понимаешь? — Ты пожалеешь, — он бросает в след всего одну фразу, и скрывается за дверью, оставляя после себя лишь полную комнату страха и отчаянья. Слёзы начинают градом течь из глаз девушки, она даже не может прекратить этот приступ, они текут по инерции. Ещё несколько минут просидев вжавшись в красный кожаный диван она начинает понимать, что Дан скорее всего уже ищет её, а в таком виде она точно не может ему показываться, ибо он моментально сложит два плюс два и последствия могут быть необратимые. — Встань, дура! Встань и приведи себя в порядок! Соберись блять, Кароль! И она встаёт, меняет открытую рубашку Дана на свитер с высокой горловиной и теплый кардиган крупной вязки, который к счастью откопала в гримёрке. За столько лет работы на 1+1 у Кароль появилась постоянная гримёрка в которой накопилось достаточно всякого барахла и куча шмоток, про некоторые она и вовсе забыла. Подошла к зеркалу и дрожащими руками достала из сумки косметичку, в которой на автомате откопала тональный крем и пудру, чтобы замазать опухшие от слёз глаза. Только девушка начинает растирать тоналку по лицу как в гримёрку врывается злой как волк Дан, который явно не в восторге от всего происходящего. От того, что он очень резко ворвался в гримёрку, Кароль от испуга роняет тюбик на пол и испуганно поворачивает, боясь снова увидеть в дверном проёме Диму. — Кароль, какого чёрта происходит, — начинает Балан, но застав Тину в таком состоянии, тут же замолкает. — Тина? — Мне просто срочно нужно было найти одну вещь в гримёрке, — на ходу начинает выдумывать Кароль, но все её попытки проваливаются с треском, после того как молдаванин подходит ближе и видит её красные от слёз глаза, опухшую губу и дрожащие ладони. — Мне нужно было… — Стоп. Успокойся, Тина, ты что плакала? Что случилось? — по взгляду Дана было понятно, что задачка в голове брюнета решается довольно быстро и он, сложив два плюс два, понял в чём дело и кто причина такого состояния его маленькой девочки. — Тина скажи мне правду, это наш новый работник так на тебя повлиял? Вас что-то связывает, да? Тина, прошу расскажи мне. — Дан, я не хотела, он сам пришел сюда, я просто растерялась, — судорожно начала говорить певица, теребя в руках тюбик с тональным кремом. — Просто не очень хорошие знакомые, был небольшой рабочий конфликт, вот и всё, нет поводов для беспокойства. — Рабочий конфликт? Тина, ты правда думаешь, что я поверю в эти бредни? После рабочего конфликта девушка не стоит с заплакаными глазами и не издевается над тюбиком тоналки, что ты скрываешь? — забрав из её рук тональную основу, начал напрягаться Дан, ему совершенно не нравился такой поворот событий. Конечно в голове он давно понял, кто является причиной такого поведения Кароль, но хотел, чтобы она сама рассказала об этом. — Ну тише, девочка моя, не плачь, чего ты? Всё хорошо я рядом. Боже, да, что же ты так дрожишь? — Дан, я тебя очень люблю, просто поверь мне, я не хотела, чтобы так всё закончилось, понимаешь? — нервно начала тараторить себе под нос Тина. — Я правда сопротивлялась, он просто мужчина и он сильнее меня. — Тина, что он с тобой сделал? — более громко сказал брюнет, он конечно подозревал, что у них произошли какие-то разногласия, ведь Тина очень ранимая душа, но слова Кароль начинали напрягать его больше и больше. — Тина, маленькая моя, что он сделал с тобой? Что произошло? Ты слышишь меня? Она была похожа на маленького запуганного котёнка, голубые глаза были полны слёз, руки дрожали, а голос охрип. Она пыталась что-то мне рассказать, но была настолько запугана, что начала просто напросто заикаться. Я понял, что нужно её успокоить и привести в чувства, так как в таком состоянии она мне ничего не скажет. Я взял её на руки и понёс в машину, она всю дорогу к дому молчала и не издавала ни звука, а лишь сидела и плакала. Что он мать твою с ней сделал? Я сотру его с лица земли, если он причинил ей боль. Когда мы стояли на светофоре я хотел положить руку на её колено, что бы немного успокоить, но она дёрнулась и отскочила от меня, а потом подняв глаза и будто бы убедившись, что это я прижалась ко мне всем своим хрупким тельцем. Меня это начинало настораживать. Хотя, что я несу? Я был нереально зол. Это была настоящая ярость, я не видел ни разу Тину такой, видеть мою маленькую девочку, в таком состоянии было просто пыткой. Когда мы зашли в квартиру она смотрела на меня взглядом полным вины, я уже не знал, что думать, я начал накручивать себя так, что запутался где мои фантазии, а где реальность. Я отнес Тину в ванную, набрал горячей воды и начал раздевать её, слёзы перестали течь из её глаз, наверное, только потому что просто напросто закончились. Сначала я снял с неё кардиган, потом джинсы, а когда пришло время снимать свитер с высоким горлом, до меня дошло, что с ней произошло и только в тот момент я понял, что она переоделась и было очевидно почему. На её шее красовался огромный синяк от пяти мужских пальцев. Этот мудак её душил. До меня пришло осознание того, какой же я идиот, что оставил её тогда одну. Я смотрел на неё через зеркало, а она просила прощение, её глаза просили. И она снова начала плакать, проводя своими тоненькими, изящными пальчиками, по столь грубым синякам, которые «красовались» на её шее. Во мне моментально вся ярость умножилась на энное количество раз. Я хотел разорвать его на части, закопать заживо, стереть с лица земли, за то, что он сделал с моей девочкой. Но снова посмотрев на Тину, я понял, что сейчас необходим именно ей. Я должен быть с ней рядом и не отходить от нее ни на шаг, а с этим уродом разберусь немного позже. Избавив мою маленькую девочку от нижнего белья, я помог ей опуститься в ванную, горячая вода расслабляла, а дрожь и паника постепенно уходили. Она смотрела на меня, а из её глаз продолжали течь слёзы. Я больше не мог смотреть на то как она непрерывно плачет. — Ну тише, я рядом, успокойся. Слышишь меня? Я больше никому не дам и пальцем тебя тронуть, прости меня, маленькая. — переплетая наши пальцы твердил я, и прижимал её сильнее к себе. — Тебя больше никто и никогда не коснется против твоей воли, слышишь меня? Я не дам этого сделать. Ты только верь мне. — За что ты просишь прощения? — очень тихо спросила Тина, а у меня всё сжалось внутри. Я не мог слышать такой её голос, я любил её до безумия и вся боль которую чувствовала она, отражалась во мне в разы сильнее. — Тебе не за что извиняться, ты не виноват, это просто обстоятельства. А сейчас просто будь рядом, я хочу уснуть в твоих крепких объятиях. — Моя девочка, всё будет хорошо. Я помог ей выбраться из ванной и укутав в махровое полотенце, быстро перенёс в спальню, чтобы она не замёрзла. Переодел её в свою футболку, она в ней выглядела до невозможности милой и маленькой, и уложил на кровать, пристроившись сзади и до хруста обняв за талию. Я накрыл нас одеялом и уткнулся в её волосы, а она повернулась ко мне лицом и уткнулась мне в шею, закидывая на меня свою ногу и прижимаясь настолько сильно, будто бы я сейчас исчезну. — Сладких снов моя маленькая девочка, я рядом. И уже через несколько минут она мирно сопела на моей груди, а я любовался ней, вскоре тоже уснул. flashback

***

— Ты, грязная шлюха! Ты думала, что я не узнаю, что ты залетела? — третья пощёчина нашла свое место на щеке Тины, сейчас её щёки пылали красным не от смущения, а от боли. — Какой срок? Поедешь и сделаешь аборт, ясно? — Да пошёл ты в пень! — огрызнулась девушка, но тут же получила удар по рёбрам, от которого согнулась пополам. — Никакого аборта не будет, я не убью моего ребёнка. — Его ребенка, ты хотела сказать, да? Конечно ты залетела от него, ведь мне ты грязная сучка, ни разу не дала. Как же я тебя ненавижу, Кароль, но точно так же сильно я тебя и люблю. — Дима поднял певицу и усадил на диван, сев перед ней на корточки, сжал её запястья с такой силой, что через несколько часов на них появляться синяки, продолжил. — Ну ничего, моя девочка, ты сделаешь аборт, а потом мы с тобой заживём долго и счастливо. Вдвоем. — Нет, ты слышишь меня? Нет! Не будет никакого аборта, ни нашей «счастливой» совместной жизни, понятно? Я не люблю тебя! Ты болен, ты слышишь меня? Бо-ле-н. Тебе нужно лечиться, Дима! — она смотрела на него глазами побитого котёнка, которым в принципе сейчас и являлась. — Отпусти меня! Тебе не надоело издеваться надо мной? — Не любишь? Ну ничего полюбишь, а насчёт аборта не переживай, я тебе его прямо сейчас организую, — после этих слов, он швырнул девушку на пол и минут тридцать, непрекращая бил её по всему телу, но главной его мишенью был живот блондинки. Последней каплей для него стал охрипший крик девушки, по ногам которой текла кровь. Он своего добился.

***

Pov Tina Я резко распахнула глаза, которые снова были наполнены слезами. В моей голове всё чаще и чаще начинают всплывать картинки из прошлого. Это было невыносимо терпеть и вспоминать. Я обхватила себя руками и металась глазами по комнате, пытаясь сообразить где я нахожусь. Моя паника прекратилась также быстро, как и началась, когда я обнаружила возле себя, мирно спящего Дана. Невольно я улыбнулась. И осознала, что нахожусь в его квартире. Приняв решение пойти в душ, я как можно аккуратнее встала с кровати, чтобы не разбудить его. Поняв, что на мне одета футболка Дана, я начала вспоминать события вчерашнего дня. Я хорошо помню наш диалог с Димой в моей гримёрке, но после этого все события смешались в моей голове и расставить их в хронологической последовательности было крайне сложно. Зайдя в ванную, я первым делом увидела свое отражение в зеркале. Футболка была с широкой горловиной, а значит моя шея была полностью открыта и за счёт этого на ней не напрягаясь можно было увидеть все мои синяки от рук Димы, которые за ночь стали более выразительными. Я поняла, что Дан все это видел и как только проснется захочет закопать Диму заживо. Первой мыслью было сбежать, но на удивление я быстро отогнала от себя подобные предположения так как понимала, что если останусь наедине, то не смогу себя контролировать. Мне нужна была поддержка Дана. Да и его сейчас тоже нельзя было оставлять одного ведь у молдаванов вообще нет преград. Ему ничего не стоит подорваться в восемь утра, найти адрес Димы и прикончить его не проронив ни слова. Но такой исход событий меня не совсем устраивал, я переживала за Дана, ведь на горячую голову он может натворить много глупостей, который в дальнейшем будут нам не на руку. Облокотившись об раковину, я открыла струю горячей воды и начала умываться. Вода приятно согревала кожу и помогала забыться. Закончив с утренними процедурами я отправилась на кухню, чтобы приготовить что-то на завтрак. Открыв холодильник, я обнаружила там пакет молока, муку, пачку масла и фрукты и решила приготовить блины. Как только я начала месить тесто, за моей спиной раздался голос. — Вау, что я вижу сама Тина Кароль стоит на моей кухне, в моей футболке и что-то готовит? Это что? Восьмое чудо света? — с иронией произнес Дан. — Доброе утро, маленькая. — Доброе утро, Дан, возможно ты прав и это действительно какое-то чудо света. — воодушевлённо говорила я, ведь была рада хорошему настроению Дана. — На завтрак у нас блины с фруктами и кофе. — Устроим пир на весь мир? — он в миг оказался за моей спиной, а его руки по хозяйски заняли место на моей талии. Брюнет медленно откинул мои волосы назад и хотел поцеловать шею, но синяки на ней моментально испортили ему настроение и он напрягся. — Тина, насчёт этого. Говори мне его адрес. — О чём ты, Дан? Чей адрес? — решила косить под дурочку да, Кароль? Ну удачи с ним такой номер не пройдет. — Не включай дуру, Тина, адрес Димы. Ты, что реально думаешь, что после того, что он с тобой сделал я оставлю его в покое? — немного повысив тон, говорил Дан. Я чувствовала, что он на пределе, но обязана была его сдержать, понимая то, что он не знает всей правды. — Или ты мне рассказываешь, что между вами произошло или я убью его сейчас же. Хотя, что я несу? Я в любом случае сотру его с лица земли, за то, что он с тобой сделал. — Дан, послушай… — Что слушать, Тина? Посмотри, что он сделал с тобой! Тебе этого мало? Я чувствую, что ты что-то скрываешь от меня. Расскажи мне, — он сел на барный стул, а следом усадил меня на свои колени и пронзительно смотрел в глаза. — Ты же знаешь мое отношение к тебе. Я пойму. Верь мне, маленькая. Быстро посмотрела по сторонам, почувствовала, как напряглись у него мускулы, и затаила дыхание. Мы, в сущности, были одни, и такого случая могло больше и не представиться. И даже если судьба будет снова так же ко мне благосклонна, в следующий раз я вряд-ли осмелюсь на этот шаг. — У нас с ним не совсем приятно прошлое. Хотя, кото я обманываю, у нас с ним ужасное прошлое. Он зверь, Дан. — как только я начала свой рассказ, услышала хлопок входной двери, мы с Даном одновременно повернули головы. На пороге кухни стояла высокая брюнетка с чемоданом в руках. Только немного позже до меня дошло кто эта персона и в какой неловкой ситуации мы оказались.