Его гувернёр

Обед проходил как обычно. Мы сидели друг перед другом и не произнесли ни слова. Переговариваться за столом является дурным тоном, поэтому я предпочёл держать свой язык за зубами. Однако эту прекрасную тишину прервала моя мать, сидящая напротив меня, задав свой вопрос. — Я заметила, что недавно у тебя возникли какие-то разногласия с учителем. — Если ты думаешь, что так продолжается и по сей день, то ты ошибаешься. Мы давно с господином уладили всё. Конфликт исчерпан. — оторвав взгляд от куска мяса, я посмотрел на неё. — Я знаю, что сейчас у вас всё отлично, Гарет. У меня глаза были всегда. — взяв бокал с белым вином, мама глянула через него на меня — Интересно узнать у своего любимого сыночка, что же случилось, что ты с таким нежеланием играл на скрипке в тот день. Подобного вопроса я не ожидал. Никогда не думал, что эта женщина сможет когда-то да задать подобный вопрос. Она всегда замечала мелочи, поэтому я должен был подумать о том, что мне когда-нибудь придётся отвечать на них. Лично бы я ей ответил на него, сидя где-нибудь в её покоях попивая чай, но не сейчас, когда вокруг несколько служанок кружит. Им бы узнать что-нибудь интересное, а потом пообсуждать это между собой. Моя мама заметила мой недовольный взгляд, поэтому приказала всем выйти из столовой, чтобы она могла побеседовать со своим любимым и единственным сыном. Я отодвинул тарелку в сторону и, осознавая то, что у меня нет выхода, решил всё ей рассказать. — Дискуссия была с господином Уордом из-за книги, которую я прочёл недавно. А скрипку я никогда не любил, поэтому последняя игра далась мне крайне сложно. Извини, что не оправдал твоих ожиданий и говорю нечто подобное только сейчас. — Мне тоже этот инструмент не нравился, однако не я отдавала тебя на скрипку, поэтому извиниться должна я. — Не стоит, мама, ты желала для меня как лучше. Хотя бы сейчас правда всплыла и я спокойно могу заявить о том, что скрипка ужасна. Я спокойно выдохнул, вернувшись к своей еде. Больше вопросов задавать мне не собираются, поэтому я мог спокойно поесть, но как бы не так. — Гарет, мой милый мальчик, ты же знаешь, как мы с твоим отцом относимся к тому, что ты врёшь. Почему ты в очередной раз нас разочаровываешь? — Я? Не подумай ничего плохого, но я не..... — Тогда почему ты не можешь рассказать своей родной матери о том, какие ужасные вещи ты вытворяешь с этим учителем? Я подавился своей же едой из тарелки. Хорошо откашлявшись, я снова глянул на свою мать, которая всё так же продолжала сверлить меня взглядом. Хотел задать вопрос, который крутился у меня в голове в этот самый момент, но не успел, так как услышал от неё три тех самых слова. «Мама всё знает.» — именно эти слова знакомы мне с самого рождения. В этот момент мне действительно показалось, что у этой женщины глаза по всему дому и она слышит каждый шорох в самой дальней комнате на втором этаже. — .. Я бы всё равно всё рассказал вам с отцом, честное слово.. Просто я не хочу, чтобы у Эрика возникли какие-либо проб... — осознав, что я только что назвал учителя по имени при маме, быстро прикрыл свой род руками. — Я всё понимаю и закрываю на это спокойно глаза. Но твой отец терпеть этого не будет, ты понимаешь?.. — увидев мой неуверенный кивок головой, она продолжила. — Скажу так, как есть. Вокруг да около ходить не буду. Предлагаю вам разойтись без проблем. В пятницу последнее занятие, сам скажешь всё. Надеюсь, мне не придётся повторять. Вот и всё. Всё то хорошее, что у меня было попросту исчезло из-под ног. Если отец ещё узнает, то жди ещё больших проблем. То, что я сейчас сижу перед мамой и краснею от стыда – цветочки и я ещё легко отделался. Неужели это будет мой последний урок с господином? Я даже не знаю, как скажу ему обо всём этом. Думал, что слёзы отчаяния польются рекой из моих глаз, но от этой мысли меня отвлекла моя мать, которая не закончила свою речь, видимо, заранее подготовленную. — Пойми, что ты ещё ребёнок, Гарет. Ты найдёшь человека гораздо лучше, чем господин Уорд, не печалься. Будет намного лучше, если именно ты расскажешь ему всё. Если этого не случится, то в следующий раз будешь разговаривать с отцом. Ты меня понял? — Да, конечно...

***

Все эти дни ожидания тянулись неимоверно долго. Я долго готовился перед тем, как прямо в лицо сказать гувернёру о том, что его работа закончена и мы больше не можем видеться. Сильное волнение переполняло меня, я не находил себе места. В голове всплывали всевозможные исходы нашего разговора. Каждый раз, когда я закрывал глаза, я представлял лицо господина. Какова будет его реакция я не знал. Печаль или гнев? Было известно одно – это точно не радость. Настал день наших занятий и учитель явился вовремя. Он всегда был пунктуален. Когда он зашёл в комнату, то я уже стоял его и ждал возле своего стола. Кинув своё пальто на кровать, господин Уорд подошёл ко мне и коснулся своими губами моей щеки, от чего мои щёчки покрылись лёгким румянцем. — Я скучал по вам, господин Митчелл. — приобняв меня за талию, в этот раз господин поцеловал меня в лоб. — Но я понимаю, что наш урок математики стоит на первом месте, а уже потом всё остальное. — Да. Кстати, насчёт урока.. — оттолкнув гувернёра, я отвёл взгляд куда-то в сторону и, скрестив руки на уровне груди, сказал еле слышно — Думаю, что нам стоит прекращать это дело.. — Простите?.. Что прекращать? Может, чуть громче скажете мне, а то я не понимаю вас. Уорд старался посмотреть мне в глаза, но я продолжал мотать головой в разные стороны, избегая зрительного контакта с ним. Я думал, что сказать о том, что его «помощь» больше не требуется будет не так сложно, что не является правдой. Просто не хочу расстраивать его и себя заодно. Однако господин всё-таки сумел сосредоточить мой взгляд на нём, повернув мою голову прямо на него. Погладив меня по голове, из моих глаз невольно потекли слёзы. Осознание того, что это был последний раз, как этот человек гладит меня по голове, несомненно печалило меня. Набравшись какой-никакой смелости, решился сказать о том, что терзало меня, а то по непонимающему взгляду учителя было видно, что он не понимал, почему я вдруг начал реветь, как маленькая девчонка. — Моя мама всё знает. Всё, Эрик. Она сказала, чтобы мы прекратили всем этим заниматься и вы ушли.. а-а я не хочу этого! Вдруг я почувствовал, как гувернёр прижал меня к себе и обнял. Уткнувшись лицом в его белоснежную рубашку, я старался успокоиться, но не получалось. На вопрос о том, что этот урок является последним, я не мог здраво ответить, однако учитель понял, что это так и есть. Мы постояли так ещё чуть-чуть, пока господин в очередной раз не посмотрел на меня и не вытер мои мокрые глаза. — Всё хорошо, вы не должны плакать из-за такого пустяка. — Н-Но это же даже не пустяк..! — Знаю. Других слов в этой ситуации я подобрать не могу, извини.. Если так нужно, то ты сможешь отпустить меня и жить дальше в своё удовольствие, верно? — выдавив из себя некое подобие улыбки, я в последний раз почувствовал прикосновение его губ, после чего он проговорил. — Прощайте... После этого я больше никогда не видел его.. своего учителя и любовь всей моей жизни.