Харлин засыпает, просыпается Харли

– Что за, – подойдя к столу, девушка увидела кроваво-алую розу. – Откуда она здесь? Подарок в честь пополнения? Лучше бы прибрались тут, вот это был бы подарок! А то ощущение, будто тут не было людей лет сто, – девушка окинула взглядом кабинет, затем снова перевела взгляд на стол. – А это еще что? – на деревянной поверхности лежала маленькая записочка: «Приятно познакомиться. J» – «J»? Кто это? – Харлин нахмурилась. – Наверное, коллега какой-нибудь, – девушка хмыкнула, взяла розу, и, взяв ключи, вышла из её нового «убежища»

***

– Ты передал мой подарок? – Да, сэр – Отлично, малышка Харлин, наверное, уже испугалась, – улыбнулся молодой человек. – Сэр, но есть одна проблема, – замямлил шестёрка. – Проблема? Даже не открывай свою пасть, иначе ты, псина, лишишься своей драгоценной дочки. – Понял. Ухожу, – не успел мужчина пройти и два шага, как пуля прилетела ему в затылок. – Надо было поручить это Кайлу, – парень протянул руки через клетку, вложив пистолет в ладонь убитого. Утром, обнаружив тело, всё списали на самоубийство. – Бедный парень! Не выдержал давления со стороны этого психа! Гореть тебе в аду, окаянный! – причитала пожилая уборщица, пригрожая больному пальцем. Тот лишь хмыкнул, а затем начал яростно шипеть, корча рожи. Старушка отскочила от решетки, перекрестившись. Парень лишь рассмеялся. Скрипуче, словно человек, который впервые взялся за скрипку, начал пытаться что-то сыграть на ней.

***

      Утро. Как же Харлин ненавидит утро. Просыпаться, покидать мягкую постель – это не для неё. Она бы предпочла принять ванну, выпить чашечку кофе и так далее. Но, работа зовет! Надо же как-то на жизнь зарабатывать, верно?       Приняв освежающий душ, девушка позавтракала и надела свою новенькую белую блузку и красную юбку-карандаш, затем сделала нюдовый макияж. – Нет, так нё пойдет, – Харлин взяла салфетку и стерла персиковою помаду с губ, нанося красную. – Во, самое то, – улыбнулась себе девушка и, «запрыгнув» в свои черные лодочки, вышла из квартиры.

***

– Добрый день, – Харлин приветливо улыбнулась охраннику. – Вы Харлин Квинзель, новенькая, так? – мужчина лет сорока пяти остановил девушку. – Да, все верно, а в чем проблема? – Нет, все хорошо, просто мне сказали передать вам пропуск. Без него не пущу, – отшутился мужчина. – Хорошо, спасибо, – улыбнулась Квинзель, взяв пропуск и направляясь в свой кабинет. Все было бы прекрасно, если бы не имя «Jacob» на бейдже того мужчины.       Открыв дверь кабинета, девушка удивилась: в нём было чисто. – О! Замечательно! Не придётся самой убираться, – Харлин прошла внутрь, закрывая за собой дверь. – До сеанса с Джокером еще сорок минут, я успею хоть взглянуть на его дело, – девушка подошла к стеллажу с папками и, найдя нужную, села за стол. – Ого, какая потрёпанная, – удивилась та. – Ну что ж, приступим-с, – Харлин открыла папку, потирая ладошки. «16/05/14. Дело № 1 поступил: 13/05/14 Джокер(имя и дата рождения не известны) Пациент не реагирует на слова, отказывается говорить. Слишком спокойный – это пугает. Скорее всего слабоумие тотальное и прогрессивный паралич. Сегодня пациент очень активен. Это так странно. Сегодня, 25/05/14, Джозефф Аккерни скончался. Диагноз - ошибка. » – пишет мужчина и подчерк меняется. Дописала женщина. «8/09/15. Дело №2 Джокер(имя и дата рождения не известны) Заговаривает зубы, обещает порезать всю мою семью, если я не помогу выбраться ему отсюда. Бред. Наблюдается аффективный психоз. 12/11/15. Зарезал. Диагноз - ошибка.» – пишет девушка. – Че за приколы? Это не смешно, – Харлин сердито закрыла папку, и, взглянув на время, подметила, что ей пора. Положив этот, как она считает, лишний пылесборник на место, девушка накинула халат, взяла ключи и вышла из кабинета, закрыв его.       По одиноким коридорам больницы раздавадся громкий цокот каблуков, говоря стенам о том, что идет новая жертва этого зверя. Стенам плевать, что там с ней будет, им интересно, как это будет. Они знают уже много секретов и узнают не меньше, но всех их они унесут с собой, в могилу.       Дверь со скрипом открывается и лучи искусственного света пробиваются в темную комнату. – О-о, я ждал Вас, доктор, – еле заметная тёмная фигура передвигается по комнате, бурча себе что-то под нос. – Как вы тут живёте, ничего ж не видно, – Харлин подошла к окну, приоткрыв жалюзи, а затем, подойдя к столу, включила настольную лампу. Посмотрев на противоположное от себя место, девушка увидела пустоту. – Так, и где вы? Выходите. – Не боишься меня? – Джокер подошел к ней вплотную, а та съежилась. – Так и думал. Вы такие одинаковые и с вами та-ак скучно, кто б знал, – парень на секунду сгорбился, закатив глаза, а потом вернулся в нормальное положение. – Эм, Вы не могли бы отойти? Не очень комфортно, когда твоё личное пространство нарушают, – Харлин смотрела ему прямо в глаза. В них не отражалось ни капли страха. – А ты забавная! Ты мне нравишься! Чувствую, мы подружимся! – весело пролепетал Джей, садясь на свое место. – Итак, Джокер, почему вы свободно разгуливаете? – девушка спокойно села за свое место. – О, зови меня просто мистер Джей, крошка! Зачем такие фор-маль-но-сти? – хихикнул король, размахивая руками. – Вы не ответили на вопрос, – отрезала Харлин. – У-у, какая бойкая! Хах, все так просто, глупышка! Я вел себя себя просто отлично и мне позволили охранники. А у тебя, кстати, как дела, доктор..доктор...док.. Напомни-ка свое имя, солнце, – захлопал глазками Джей. – Харлин Квинзель. Доктор Харлин Квинзель. Итак, как ваше самочувствие? – докторка опустила глаза в бумаги, что-то высматривая. – Просто замечательно, – надул губки Джокер. – Не считая того, что мне каждый день колят эту дрянь и пичкают таблетками! – начал вскипать он, но быстро остыл, заметив, что девушка что-то пишет. – Резкая смена настроения, – подумала Харлин, записывая свои мысли. Ему до её записулек было глубоко фиолетово, поэтому он просто сидел и разглядывал её: светло-русые локоны нежно расплывались по хрупким плечам, черные крупные очки придавали строгости, но выглядело это так, будто котенок пытается быть злым тигром, а белая блузка, с небольшим вырезом – как отдельный вид искусства. Вся она была какая-то хрупкая, фарфоровая. – М-да, будет жалко тебя убивать, – как будто ни в чем и не бывало, мистер Джей сидел и ковырялся пальцем в зубах. – В смысле? – девушка подняла голову на пациента. – Да так, мысли в слух, – причмокнув, парень залился смехом.       Дверь открывается и оттуда показалась голова: – Хей, Харлин...