Временно?

Поражаясь собственной выдержке, он беззвучно наблюдал за парой… уже не подростков, уютно расположившихся на широком подоконнике. Им бы следовало уже ровно как два часа находиться в собственных постелях, а не бродить по тёмным коридорам Хогвартса. Но правила, как видно, писаны не для всех. Северус подавил в себе первоначальное банальное желание: снять с их факультета максимально допустимое количество баллов и ткнуть носом в происходящее непотребство Макгонагалл; потому что это было бы глупо и неинтересно, если учесть участников. И собственное любопытство. И то, что собственно говоря, всё было чересчур невинно, чтобы их застукать именно сейчас: между их телами сохранялась дистанция в тридцать сантиметров уже ровно как семь минут, даже третьекурсники позволяли себе больше при свете дня. Снейп откровенно заскучал, наблюдая за столь целомудренной картиной и уже не вслушиваясь в тихий шёпот пары. Зацепить свой взгляд было откровенно не на чем: на Грейнджер были надеты плотно облегающие джинсы и закрытая футболка (кто только так, дементор бери, одевается на ночное свидание?!). Но когда девушка чертовски невинно и чертовски сексуально облизнула пересохшие губы, Снейп слегка приободрился, и не он один, собственно говоря, потому что Рональд неожиданно быстро сократил расстояние между их телами с Гермионой, требовательно впиваясь в те самые губы. Дрожащая рука Грейнджер поползла на плечо парня. Затылок рыжего — это не совсем то, что хотелось бы видеть профессору сейчас, и он чертыхнулся, мысленно умоляя Уизли сдвинуться буквально на пару сантиметров в сторону. В кои-то веки его молитвы были услышаны, и Рональд, соскользнув с подоконника, устроился между ног девушки, углубляя поцелуй. Грейнджер подалась назад, упираясь спиной в стекло, вздрагивая. Карие глаза распахнулись, мерцая. Девушка не отдавалась поцелую всецело; профессор был готов поклясться, что мысленно та витала сейчас где-то далеко, что, собственно, не мешало ей как-то заученно и покорно вторить губам рыжего парня. Уизли, осмелев, стал покрывать быстрыми поцелуями тонкую шею. И Снейп, с немым удовлетворением, отметил, как Грейнджер, воспользовавшись ситуацией, потянулась тыльной стороной ладони к лицу, стирая оставленную Уизли вязкую слюну. И тут же, виновато поджав губы, она запустила другую ладошку в его волосы, одобрительно поглаживая парня. Девочка явно не в восторге от происходящего, но кого и когда это останавливало? Руки Уизли уже задрали серую футболку и, проехавшись пальцами по обнажённому животу, заскользили к груди. Ну что ж, пора выходить, пока они не начали… Северус расправил сдавливающий грудь сюртук и выровнял дыхание. И застыл на месте, потому что женские ладошки вдруг упёрлись в плечи парня, отталкивая. — Герми… Гермиона… Что-то не так? — рыжий тяжело дышал, и с каким-то маниакальным удовольствием Северус отметил, что парнишке явно сегодня понадобится принять ледяной душ перед сном. — Давай… Ну, не сегодня, — еле слышно выдавила она. — А когда? Может… Может, что-то не так? Снейп закатил глаза. Уизли, конечно же, и на занятиях не отличался особой сообразительностью, но неужели всё может быть настолько печально? Даже он сам, как абсолютно незаинтересованное лицо, мог бы назвать с десяток разумных причин как для конкретно её отказа, так и для женского в целом. Но, может быть, в этом-то и его проблема? Слишком много рассуждать? Поттер, который Джеймс, явно не упивался мыслями, когда Лили его раз за разом отталкивала. Ходил следом, пока она не сдалась и не отдалась ему наконец — и душой, и телом. Вот и Грейнджер сейчас лишь молча смотрела на этого недоумка с щенячьими глазками. Интересно, она серьёзно чувствует свою вину? И думает, что должна была раздвинуть перед ним сегодня ноги с воодушевлением на лице и робостью в сердце? Так вот как работает эта схема? Включи слабоумие, не пойми отказа, и рано или поздно девушка захочет тебя?! Ну, или в крайнем случае даст из чувства жалости. А там и свадьба не за горами. — Уизли, Грейнджер? — медовым голосом пропел он, выныривая из-за тёмной ниши. — У вас, наверное, есть уважительная причина, чтобы находиться здесь в час ночи? Пришло время спасать мир? Ребята вздрогнули почти синхронно. Лицо Рональда вытянулось донельзя, словно сам Волан-де-Морт воскрес и предстал перед ним, никак не меньше. Грейнджер же, заливаясь легким румянцем, рассматривала пол, словно не существовало в мире вещи интереснее этой. — По своим комнатам, и… Минус десять баллов. С каждого, — рявкнул Снейп, подавляя зарождающийся удушающий приступ кашля где-то в груди. Девушка легко спрыгнула с подоконника, и это зрелище было бы почти завораживающим, если бы её маленькая ладошка в этот момент не зацепилась за стопу книг. Те, предсказуемо, с грохотом рухнули на пол. Недовольное шептание портретов разрушило мимолётную тишину. Уизли, пристыженный их рокотом, ни с того ни с сего начал приглаживать спутанные рыжие патлы; словно это действительно могло бы ему помочь. И если конечной целью его телодвижений было нарушить и так уже неустойчивое душевное равновесие профессора, то это определенно сработало. — Мисс Грейнджер, пожалуй, к ближайшей лабораторной работе я вас не допущу… С вашей-то исключительной грациозностью я рискую оставить школу без единой целой колбы. Грейнджер тяжело выдохнула, но промолчала. А вот Уизли рыкнул что-то неразборчиво в ответ — в общем-то, поступил именно так, как и рассчитывал Снейп. — Уизли, вас ждёт неделя отработок… у Филча, — не дай бог допустить это недоразумение до своей лаборатории. — И, кстати, разве я не говорил вам, что каждая дополнительная минута вашего нахождения вне стен своей комнаты — минус один балл? Рональд соизволил ретироваться только после короткого одобрительного кивка Гермионы и, наверное, в этот момент почувствовал себя рыцарем без страха и упрёка. — Мисс Грейнджер, никогда не думал, что буду должен напоминать вам об установленных правилах поведения, — продолжил профессор гневную тираду. Студентка не испытывала сейчас животного страха, а должна была бы, — и это отчего-то подогревало кровь Северуса. Рональд Уизли сейчас вполне серьёзно мог отобрать её заслуженное звание «мозгового центра Золотого трио», потому что в кое-то веки поступил мудрее своей девушки. Догадался вовремя скрыться. — Или вы считаете, что после того, как ваша колдография оказалась в паре выпусков низкопробной газеты, правила теперь не для вас? Так, смею, окунуть вас в жестокую реальность: через пару лет вас даже никто не вспомнит, и все ваши подвиги канут в лету, так что не советую привыкать к привилегиям. Их не будет. Особенно в Хогвартсе. Уж я позабочусь об этом. Гермиона, отвернувшись от мужчины, быстро вытерла проступившие солёные капли; причиной их стали отнюдь не слова Снейпа, и потому она не хотела доставлять ему радости лицезреть их и слепо решать, будто студенты содрогаются ужасом от одних его недовольных ноток в голосе. Хотя, если быть до конца откровенной, после полученной им травмы, эти самые обжигающие саму сущность, нотки померкли. И остался лишь ласкающий душу низкий бархатный тембр. — Сэр, это был единичный случай. Мы не специально нарушили комендантский час, просто я задержалась у профессора МакГонагалл, а Рональд… — девушка предсказуемо опустила взгляд, рассматривая мужские туфли, — Он просто хотел, чтобы я дала ему конспект по… — Мисс Грейнджер, я конечно не очень сведущ в человеческих взаимоотношениях, но тем не менее и имеющихся крупиц знаний достаточно, чтобы понимать, что Уизли хотел добиться от вас отнюдь не конспекта. Или это такой оригинальный способ для просьбы? Девушка замерла, чувствуя, как по телу предательски расползаются леденящие мурашки. Ну, почему именно он должен был наткнуться на них сегодня? И как много успел увидеть? Ладонь тем временем скользнула от скулы девушки к ушку, заправляя выбивающиеся волнистые пряди волос. Грейнджер, погруженная в нерадужные размышления, даже не заметила чужое прикосновение. — Вы действительно считаете ваше поведение допустимым? Дурманящий мятно-травяной аромат вдруг проник в легкие девушки, завладевая её сознанием; но когда обжигающее мужское дыхание коснулось мгновенно вспыхнувшей мочки уха, Гермиона, наконец вздрогнула. И неосознанно подалась вперед, коснувшись лбом чёрного сюртука. Хватило доли секунды, чтобы понять абсурд ситуации и отскочить от мужчины, как ошпаренной. Расфокусированным взглядом она посмотрела на темноволосого мужчину, и готова была поклясться, что стала свидетелем его мимолётной самодовольной режущей ухмылки. Но привычная холодная маска беспристрастности тут же осела на его лице. Профессор Снейп сделал пару шагов назад и замер, внимательно рассматривая лицо студентки. — Я надеюсь, что данная ситуация больше не повторится, — коротко молвил он; а Гермиона, наконец-то, тоже услышала приближающиеся шаги за своей спиной. — Северус, — устало начала разговор подошедшая к ним профессор МакГонагалл, — загляни, пожалуйста, к миссис Помфри. Мисс Грейнджер? А вы-то что тут делаете? — Я… Грейнджер непроизвольно ссутулила плечи, не осмеливаясь взглянуть в глаза директрисе. Разочарование в глазах МакГонагалл почему-то всегда больно било по самооценке. — Не утруждай себя расспросами, Минерва, я уже решил этот вопрос с мисс Грейнджер.