Вечно в бегах ✔️

Ронни Мартинес.

07.07.2013

— Эх, мама… что же ты наделала? Глупая, глупая твоя голова. Неужели ты думала, что он не убьёт тебя? Поражаюсь, как ты не поняла, что не нужна ему. Сейчас перед моими закрытыми глазами стоит картина того, как ты, мама, впервые в жизни на моей памяти, потеряла маску. Маску всецелого контроля. А ты ведь и вправду была удивлена тем, что он в тебя выстрелил. Мне бы стоило, как твоей дочери, горевать сейчас, но знаешь, что, мама? Ты в этой жизни натворила столько дерьма, что заслуживаешь всего того, что с тобой случилось. Но даже несмотря на всё это, я всегда тебе всё прощала. С самого моего детства ты упрекала меня, управляла мной, требовала большего и изводила за результаты, которые тебя не устраивали. Кого ты хотела из меня вырастить? Принцессу, а, может быть — королеву? Мама, но ведь мы всю жизнь были простолюдинами! Ты не представляешь, как сильно я жалею о том, что слишком поздно начала думать своей головой. Но ведь во всём нужно искать плюсы, не правда ли? Давай начнём с самого главного плюса для тебя? Ты выдала свою дочку замуж и стала очень богатой. И плевать, что в избранники, молодой девушке, достался семидесятилетний дед! Не тебе же ноги перед ним раздвигать! Но тут я сама виновата! Могла же отказаться, либо убежать. Так что с этой стороны нет твоей вины, правда ведь, мама? Почему ты не остановилась на достигнутом? У тебя было много денег, ты могла бы, с комфортом, объездить весь и не один раз. Для чего ты осталась в нашей с отцом жизни? Для чего тебе нужно было вставлять нам палки в колёса? Какая же я была глупая, когда думала, что ты, поддерживая мой развод, всерьёз заботишься обо мне! Не буду скрывать, червь сомнения всё же поселился в моей головушке и где-то в глубине души я догадывалась, что ты делаешь это не просто так. Однако из-за того, что мне катастрофически не хватало твоей любви и одобрения, я решила закрыть глаза на свои сомнения. Дожили! Я начинаю разговаривать в рифму. Возможно ты удивишься, мама, тому, что я разговариваю сама с собой, но поверь мне, за это время я привыкла. Единственный раз, когда я поделилась с тобой своими планами, вышел мне боком. Стоило мне опять поверить тебе и вуаля, я снова в полной заднице. Ты хоть когда-нибудь любила меня, мама? Да хотя бы кого-то из своих детей? Мне кажется, что — нет, не любила. Странно, но даже это я бы могла тебе простить. Была бы ты жива, то сказала бы мне, что я жалкая, правда ведь? С одной стороны, я жалею о том, что не похожа на тебя. Потому что тогда, ты бы получила именно такую дочь, какую заслуживаешь и ох… я бы тебе не позавидовала. Однако, с другой стороны, я безумно горда тем, что являюсь копией отца! А ещё, мама, я очень рада, что не один из трёх детей, которых ты родила, не похож на тебя! Вот мы и подобрались к сути моего с тобой монолога! Я прощала тебе и простила бы в дальнейшем ВСЁ, чтобы ты не сделала со мной. Но никогда в жизни не прощу того, что ты отказалась помочь мне с этим мерзким извращенцем и закрыла глаза на то, что он сделал! Из-за него погиб твой младший сын! Из-за него погиб твой единственный внук! А ты?! Ты решила во всё это не верить! Ты своими глазами видела доказательства, но всё равно не верила?! Как так можно, мама?! Он столько боли причинил юной, ни в чём не повинной душе, а ты решила просто закрыть на это глаза и жить дальше. Ты была единственной, кто оказывал Санчесу поддержку и за это, я не прощу тебя НИКОГДА! Скорей всего сегодня, и я умру, но даже после смерти моя душа не простит тебе этого! Мартинес сидела на полу около кирпичной стены, поджав под себя колени, она раскачивалась взад-вперёд и разговаривала со своей мамой. Но кроме самой Ронни, в подвале, в котором она находилась, не было не единой живой души. Была лишь она, прикованная массивной цепью за руки, и тело пятидесятилетней женщины, лежащее на столе. Брюнетка третий день уже находилась в этом месте и сейчас полностью была опустошена предательством матери. Ведь если бы не Кора, то у Ронни всё шло бы по плану и не она сидела бы сейчас прикованная, а тот, кто этого заслуживает.

Два года назад.

Сегодня Лос-Анджелес радовал невероятно солнечной погодой. Белоснежный Bugatti Veyron 16.4 Grand Sport рассекал ровную дорогу пригорода. Владелица данного авто спешила на день рождение самого любимого человечка в её жизни. Ронни, как всегда опаздывала, но в этот раз был виноват будильник, который не прозвенел вовремя. Подъезжая к нужному особняку, брюнетка загородила выезд старенькому Ford Taurus восемьдесят пятого года. С радостной улыбкой девушка выскочила из авто и направилась быстрой походкой к двум мужчинам, которые стояли возле чёрного форда. — Ронни! Ты как всегда ослепительно выглядишь! Этот голос принадлежал высокому брюнету с очень добрыми глазами и обворожительной улыбкой. Алесандро Мартинес поспешил обнять сестру. — А ты как всегда раздражительно-мил! Эй, хватит меня обнимать, задушишь, — бурчала она по-доброму. — Как ты себе это представляешь? Задушить свою родную сестру на глазах у представителя власти? — Ричард. — Ронни. Брат и сестра с наигранной строгостью поздоровались. — Ну вы хоть обнимитесь, а то совсем как не родные. Повернувшись, Ронни сделала шаг и крепко обняла своего старшего брата за шею. — Я скучала. — Я тоже, Neña! — Как давно ты приехал и почему вы не в доме? — Сестрёнка, может хоть у тебя получится уговорить его остаться? — Я же сказал, что не могу! Не начинай, Сандро. — Ладно-ладно, вы тут пообщайтесь, а я пока пойду и загоню твою машину в гараж. Ронни? Ты ведь на все выходные останешься? — Конечно! Спрашиваешь ещё! Я ведь обещала это своему маленькому принцу! Ричард и Ронни провели взглядом удаляющуюся фигуру младшего брата, затем, расцепив объятия, девушка сложила руки на груди и вопросительно подняла бровь, всматриваясь в глаза брата. Мужчина с карими глазами и природной чёрной подводкой под нижними ресницами не выдержал пристального взгляда сестры. — Что? — Почему ты не останешься? — Потому что у меня работа. — И нельзя отлучиться хотя бы на пару часиков, Ричард? — У меня рейс через полтора часа. — Надолго в этот раз? Заметь, я не спрашиваю куда, ты ведь всё равно не скажешь? — Это работа под прикрытием, я не имею права что-либо говорить, Neña. — Не нравится мне всё это! Ой, как не нравится! Твоя работа опасна, я сто раз предлагала тебе поменять её! Ну почему ты такой упрямый, Ричард? — Потому что мне нравится моя работа, сестрёнка. А упрямый не я один, это семейное. — Это семейное. — Взрослая девушка, а кривляешься, как маленькая. — Ничего страшного, мне можно. Ричард… береги себя, хорошо? Пообещай, что будешь осторожен. — Обещаю, Neña, обещаю. Всё, твоя «развалюха» убрана с моей дороги, так что путь свободен. — Ты ничего не путаешь? Она вообще-то новенькая! Ричард получил тычок острым локтем в бок от сестры, нежно улыбнулся ей и обняв, поцеловал брюнетку в щеку. Затем сел в машину и уехал. Ронни и Ричард были очень близки, всегда поддерживали и помогали друг другу. Во время бракоразводного процесса Ронни жила в небольшой квартирке брата и была под его крылом. А когда Ричард получил ранение, то она выхаживала его и постоянно находилась рядом. Алесандро всегда завидовал такой связи между ними и даже сейчас, видя их тёплое общение, он надул губы и поспешил оставить их наедине. Neña-детка. *** Праздник проходил в очень тёплой обстановке. В день рождения Даниеля собрались лишь самые близкие: мама, папа и крестные мальчика. После праздничного обеда Алесандро, Мариса и Ронни сидели на шезлонгах возле бассейна и наблюдали, как Джереми кружит юного именинника в воде. Джереми Санчес был владельцем фирмы, директором которой является Алесандро, а также крёстным дядей Даниеля. Мужчине было пятьдесят четыре года, но выглядел он лет на пять моложе. Его возраст выдавала легкая седина. Человеком он был образованным и богатым, а что самое главное — очень любил своего племянника, души в нём не чаял и всегда баловал его самыми изысканными подарками. Вот и на этот день рождения он преподнёс мальчику весьма интересную игрушку. Огромный чёрный джип, детский джип, который сейчас был припаркован у бассейна. Это, не считая билетов в Диснейленд, в котором они побывают послезавтра и маленького жеребца, который сейчас был на ранчо Санчеса. Праздничный день прошёл на «ура», все насмеялись и навеселились вдоволь. Ронни, прочитав сказку и уложив мальчика спать, вернулась к бассейну, где, в приятной компании, продолжила празднование практически до самого утра. Брюнетка, вместе с женой брата были увлечены мониторингом сайтов в поиске лучшего отпуска для всей семьи, который должен был быть через месяц, а Джереми и Алесандро занимались планированием поездки в парк развлечений, продумывая всё до мелочей. Вот только побывать восьмилетнему Даниелю в Диснейленде не посчастливилось — мальчика похитили. У родителей требовали выкуп в три миллиона долларов. Алесандро вместе с Ронни быстро нашли деньги, но похитители затребовали ещё пять миллионов. Тут на выручку пришёл Санчес, он дал деньги, но мальчика так и не вернули. Джереми пообещал подключить все свои связи и найти ребёнка, чего бы это ему не стоило, и он сдержал слово. Спустя восемь месяцев Даниель был найдет, но, к сожалению — мёртвым. Его изувеченное тело нашли на заброшенной стройке. Экспертиза показала, что мальчик подвергался насилию. Мариса Мартинес — мать Даниеля — сошла с ума от горя, её пришлось положить в лечебницу. В то время, как Алесандро, не сумевший смириться с участью сына, покончил жизнь самоубийством, врезавшись на большой скорости в бетонную плиту. Ронни перебралась к брату в его маленькую квартирку, она была убита горем. Старший брат из-за работы не мог быть рядом всё время и ей приходилось справляться самой. Она долго и упрямо доставала следователей по поводу дела её семьи, пока в один прекрасный день не осознала, что дело стоит на мёртвой точке. У них не было ни одной зацепки. В свою очередь Ричард, так же пытался что-то сделать. Он сам работал над делом и пришёл к выводу, что его намеренно пытаются запутать. Вот только весомых доказательств у него не было, до определённого момента. В понедельник утром он вновь поцапался с Ронни и злой отправился на работу. Детектив Мартинес составлял рапорт, как вдруг увидел белый конверт в своих бумажках. Записка в конверте гласила: «Если хочешь узнать кто виноват в смерти твоего племянника, советую присмотреться к Джереми Санчесу». На фотографии, которая прилагалась к записке, были запечатлены Джереми и Даниель, стоящие возле маленького чёрного жеребца. Фотография не вызвала бы подозрений, если бы не одно «но». Даниель не успел увидеть свой подарок, они только собирались, в ближайшие выходные, поехать на ранчо. В этот же день детектив, схватив фотографию, поехал домой к Джереми. Ярость, злость и путаница в голове давили с неимоверной силой. Но не доехав всего пару километров, он попал в аварию и полтора месяца пробыл в коме. Когда Ричард очнулся в больничной палате, он увидел того, кого и ожидал — Ронни спала на диванчике. Хоть они и поругались накануне, он всё равно был очень рад её видеть, но, не захотев будить девушку, нажал на кнопку вызова медсестры. Сначала мужчина не обратил внимания на роскошную палату, но как только, боковым зрением, зацепил камеру в углу, принялся разглядывать своё временное пристанище. Медсестра пришла в течении минуты, проверив всё и дав попить, вышла и негромко, но всё же стукнула дверью, тем самым разбудив спящую девушку. Ронни подскочила на диване и начала непонимающе хлопать ресницами. Увидев, что брат пришёл в себя, она бросилась к нему на шею и, крепко обняв, расплакалась. — Я так боялась, что ты никогда больше не откроешь свои глаза! — Прости, что со мной случилось? — Ты попал в аварию, на перекрестке в тебя врезалась машина и ты чудом оказался жив. Что ты последнее помнишь? — То, как мы с тобой утром поругались, и я закрылся на балконе, а затем выкурил четыре сигареты. — Странно… ты не помнишь, как уехал на работу? — Нет, голова… — Ричард схватился за голову и Ронни нажала на кнопку вызова персонала. Врач пришёл быстро и, проверив своего пациента, посоветовал отдыхать. — Не сиди возле меня, Neña, иди тоже поспи… но, для начала… обними меня?! Брюнетка с радостью выполнила просьбу брата и, когда её ухо находилось возле губ Ричарда, услышала тихий шёпот. — Держись подальше от Санчеса, я ему не доверяю, — после этих слов, детектив прикрыл глаза. Поцеловав брата в лоб, она легла на диван и укрывшись с головой, отвернулась к спинке дивана. Тихие слова брата звучали в голове громким эхом. «При чём здесь Джереми? Что Ричард имел ввиду? И почему он притворяется, что не помнит тот день? Что там произошло?» — эти мысли долго не давали брюнетке уснуть, но всё же под утро сон взял верх. *** В следующий раз Ричард пришёл в себя спустя три месяца. Для него это было так, как будто он вечером лёг спать, а утром проснулся. Но не для его сестры. На следующее утро после того, как брат сказал ей про Джереми, Ронни отправилась в участок. Там она поговорила с лучшим другом Ричарда — Пайком Соломоном. Девушка знала, что если Ричард кому и доверяет, то точно ему. Высокий, широкоплечий афроамериканец выглядел не старше двадцати пяти лет, хотя ему было тридцать пять. С Ронни они всегда ладили, Пайк считал девушку и своей сестрой, так как Ричард был ему как брат. Он передал ей рюкзак Ричарда, который успел спрятать до того, как рабочее место и компьютер его напарника подчистили. Всё было изъято для расследования, потому что Мартинес, уехал непонятно куда в рабочее время. Соломон был надёжным человеком и, когда наткнулся на записку, которая лежала поверх всех бумаг на столе Ричарда, сразу смекнул, что дело «пахнет жаренным». Взяв рюкзак друга, он спрятал туда записку и убрал его в надежное место. Ронни он заставил пообещать не лезть в это дело, а дождаться, когда её брат очнётся, чтобы они втроём могли во всём разобраться. Девушка, конечно, пообещала, но не будь она Мартинес, если бы не была настолько упрямой. Единственный, кто мог ей помочь со всем справиться, находился в коме, и она, по своей глупости, решила обратиться к матери, с которой не общалась очень давно. Конечно можно было бы и к отцу прийти, но не хотелось рисковать его сердцем, ведь горе, произошедшее в их семье, очень сильно отразилось на здоровье Генри Мартинеса. Однако ужин в компании матери не принёс ничего, кроме скандала. В который раз, женщина пыталась навязать своё мнение и убедить дочку в том, что ей просто необходимо вновь выйти замуж. А самым главным аргументом было то, что Ронни не молодеет и скоро вообще никому не будет нужна. Мать даже нашла мужчину, который сейчас свободен и не прочь познакомиться с младшей Мартинес. Кора наотрез отказалась слушать бредовые идеи того, что Джереми Санчес как-то замешан в смерти Даниеля. Она уверяла дочку, что этот мужчина любил мальчика, как своего родного сына, и что он горюет до сих пор. А Ронни просто неблагодарная дрянь, раз смеет думать так об этом человеке, после всего того, что он сделал для их семьи. От чего весь вечер и проходил в жарких спорах и закончился тем, что Кора Мартинес разбила бокал, после того, как её дочь ушла, сказав пару десятков неприличный слов в адрес матери. Ронни, как можно быстрее отъехала от особняка и помчалась в больницу. Ей нужно было выговориться. Пусть её брат и находился в коме, но после того, как она с ним поговорила, стало немного легче. А вот если бы она немножечко задержалась, то непременно бы столкнулась с Джереми Санчесом на пороге дома её матери. Мартинес старшая как-то забыла упомянуть о том, что с Джереми их связывают отношения, которые длятся уже полтора года. Да и зачем Коре это говорить? Тогда бы пришлось рассказывать и то, что он предложил ей пожениться. Произошедшая трагедия заморозила этот статус и теперь они просто встречаются. Кора как могла утешала Санчеса, скрипя при этом зубами. Выхода другого у неё не было, ведь если она не будет подстраиваться, тогда не сможет женить его на себе и продолжать жить богатой жизнью. Женщина рассказала своему избраннику про визит дочери и о причине ссоры, попросив его не обижаться на Ронни, аргументируя это тем, что Мартинес младшая «убита» горем и что к девушке нужно присмотреться, возможно, её стоит отправить на лечение туда же, где находится Мариса Мартинес. Джереми был полностью согласен со словами своей женщины. А как только покинул её дом, сразу же приказал своему охраннику установить слежку за Ронни. Сам же, приехав к себе домой, закрылся в кабинете, достал дорогущий портвейн и открыл свой ноутбук. Перемотав запись из палаты Ричарда Мартинеса до того момента, как сегодня вечером к нему зашла Ронни, он нажал на пуск и начал слушать монолог девушки, которая изливала душу брату. По окончанию просмотра видео, Санчес отметил для себя следующее: Ронни не знает ничего. Кроме записки у неё нет ни единого доказательства, и она не знает, верить ли этой самой записке. В общем, было ясно, что девушка запуталась и у него есть шанс, которым он обязательно воспользуется. На следующее утро мужчина отправился в больницу и застал Ронни врасплох. Санчес пригласил её пообедать в ресторане, в котором и попытался всё объяснить. Он сказал, что Кора ему всё рассказала, но он не держит зла, так как сам пребывает в глубочайшей скорби и проверил бы любую зацепку, которая попалась бы ему на глаза. Также он рассказал, что у него сейчас большие проблемы финансового характера. Конкуренты вставляют палки в колёса и не чураются играть грязно. Из-за этого, он, с вероятностью в восемьдесят процентов, скоро станет банкротом. У него была цель, вбить в голову брюнетки понимание о том, что его подставляют недоброжелатели. План бы даже увенчался успехом, если бы не одна мелочь, которая убедила Ронни в том, что записка не врёт. Когда она рассказывала матери о записке, то сказала, что Пайк отдал ей чёрный конверт, она тогда просто запуталась из-за переизбытка эмоций, но точно знает, что сказала именно чёрный. А уже в больнице, рассказывая всё брату, она говорила о белом конверте. Таким образом, подпитанная своей паранойей, она решила, что в палате есть прослушка. Но подавать виду не стала, а извинилась. Не заметив подвоха, Санчес был доволен собой и отправился в приватный клуб, ему нужно было расслабиться. А вот Ронни пошла к брату в больницу. Девушка решила подыграть и поделилась с Ричардом информацией, обвиняя себя за то, что была так ослеплена горем и даже смела подумать о таком бреде. Впредь, Мартинес всегда думала перед тем, как что-либо сказать в палате брата, ведь камеру она всё-таки заметила. И, приняв решение дождаться, пока Ричард очнётся, а в том, что он очнётся, она была уверена, брюнетка занялась продажей своего имущества. Дома и машины, её любимой беленькой машины. То, что этот человек причастен к произошедшему, сомнений с каждым днём становилось всё меньше. Ронни была уверена, что для борьбы с таким типом, как Джереми Санчес, ей потребуется много денег и немало терпения. Также она знала, что правосудия придётся ждать долго, но она будет готова! Ведь месть — это блюдо, которое подаётся холодным. *** Открыв глаза спустя три месяца, Ричарда окутало чувство дежавю. Он вновь проснулся в палате и также, как и в прошлый раз, на диване спала его сестра, которая проснулась, как только услышала писк приборов. И каково было его удивление, когда ему сказали, что прошло три месяца. После ухода врача, Мартинесы, немного поговорив, легли отдыхать. Вот только никто из них долго не мог уснуть. Ричард заметил, как сильно изменилась его сестра. Раньше она болтала без умолку и обо всём, а сейчас девушка подбирала каждое слово. Если бы кто-то наблюдал со стороны, то подумал бы, что она просто устала или без настроения. Но Ричард почувствовал что-то неладное и, если бы не его слабый организм, который хотел отдыхать, то он надолго бы увяз в своих мыслях. А вот Ронни распирали противоречивые эмоции. Она была безумна рада тому, что больше не одна и что теперь они точно придумают как вывести Санчеса на чистую воду. Но также ей было очень грустно из-за того, что она не может ничего рассказать брату. Это был бы очень необдуманный поступок, а как оказалось: «Любые действия в этой жизни имеют свои последствия». Брюнетка достаточно быстро училась на своих ошибках. *** Ричарда выписали из больницы спустя двадцать один день. Всё это долгое время разговор о самом запретном не поднимался. Если бы не частые визиты Пайка, то Ронни «разорвало» бы из-за невозможности что-либо сказать. Она ощущала себя ребёнком, перед которым положили сладости, но не разрешали их есть. И как же была рада выговориться брюнетка, когда они втроём ужинали в небольшой гостиной Ричарда. — Ты молодец, сестрёнка, что решила не копать без меня! — А я тебе вообще говорил не лезть к Санчесу! — Сейчас это не важно! Что мы будем делать? — Ты — ничего! Мы с Пайком всё сами решим, а ты будешь держаться от всего этого как можно дальше! — Нет! Он и мой племянник! И если вы не хотите моего участия, то я сама во всём разберусь! — Ронни психанула и кинув вилку на стол, собиралась уйти, но рука брата на её бедре задержала девушку. — Прости, Neña, ты права. Но мы должны быть очень аккуратны. Решив взять под контроль свои эмоции, брюнетка села обратно на своё место. — Я и так была предельно аккуратна, и между прочим, не подавала виду, что знаю, что за мной следят! — Умничка! Теперь, скорее всего и за мной будет слежка, не думаю, что он поверил в то, что я ничего не помню. Пайк, ты проверил квартиру? — Да, сегодня утром! Как мы и договаривались, приехал сюда за твоими вещами и всё проверил. Никаких приборов не обнаружено, да и соседка сказала, что никто, кроме Ронни, сюда не приходил. Можно считать это место чистой зоной. — Отлично! Солнышко, как часто ты общалась с Джереми за эти три месяца? — Два раза. Одни раз, когда он приезжал тебя навестить и второй раз, когда я обедала с ним… Тогда он мне и посоветовал своего адвоката. Потому что я сказала, что хочу уехать после того, как ты очнёшься. — Замечательно. Но, нужно чтобы ты с ним стала общаться чаще. Нам необходимо попасть на это ранчо, чтобы расспросить работников и осмотреть территорию. — А толку, Ричард? Думаешь, они что-то скажут? Я считаю это бесполезной тратой времени, — возмутился мулат. — Наоборот, Пайк! Я уверен, что никто ничего не скажет. Но разве ты меня не знаешь? Если кто-то врёт, я это замечу. Нам нужно хотя бы крошечное доказательство того, что Санчес причастен. Ведь, согласись, записку с фотографией могли, действительно, подбросить его конкуренты?! Выслушав брата, Ронни собрала тарелки и ушла на кухню. Можно было сколько угодно храбриться, но воспоминания о недавней утрате давили на девушку. Стоя у раковины, она мыла посуду и пыталась остановить неуместные сейчас слёзы. Даже детективам, которые были «тёртыми калачами», это дело давалось не просто. Разговор возобновился тогда, когда брюнетка вернулась, спустя пять минут, с тремя бутылками пива. — И как сделать так, чтобы мы попали на это ранчо? Ронни с ним не общалась толком, а сейчас резко начнёт? — Это можно списать на мою усталость и заботу о брате. Можно устроить ужин в честь выписки Ричарда из больницы и пригласить его. Это будет нормально смотреться? Или я ошибаюсь? — предложила брюнетка. — Нормально! Этим мы с тобой и займёмся, Neña. А ты, мой друг, просмотри ещё раз записи с камер наблюдения. На чём там застряло следствие? — Чёрный джип, без номеров, остановился у школы в то время, когда няня забирала мальчика. Двое неизвестных забрали их и скрылись. Нянечку выкинули за два квартала от школы. Она, да и её показание — бесполезны. По камерам дорожного движения машину не получилось отследить. Это похищение было очень хорошо спланировано. Они явно знали, что нужно делать. — Может стоит ещё раз проверить все контакты Алесандро? Я уже проверял, но вдруг что-то упустил? — Ричард! Я, конечно, понимаю, что наш брат мог перейти кому-то дорогу, но не до такой же степени. Ты сам знаешь, что случилось с нашим мальчиком…и…это явно человек, у которого не все дома… — Тш-ш, успокойся, Neña, успокойся. Сейчас не время давать свободу эмоциям. Ронни шмыгнула носом и попыталась сосредоточиться на злости, а не на жалости. — Прости, ты прав. Так что… мне готовить праздничный ужин? — Да. Пайк? Ты всё-таки проверь камеры, вдруг, нам повезёт больше. И в следующий раз, когда будешь идти к нам, захвати цветы. Сделаем вид, что у вас с Ронни роман. Попробуем усыпить его бдительность. *** Так они и поступили. Пока Пайк, безрезультатно, пытался найти новую информацию о машине похитителей, Ронни пригласила Джереми Санчеса на ужин, вот только Санчес их удивил. Он пришёл не один, а вместе с Корой и рассказал, что именно Кора является его поддержкой и опорой в этот нелёгкий час. Брюнетка была удивлена настолько, что чуть не запорола весь план, но брат вовремя привёл её в чувства. После вкусного ужина, Ронни сидела рядом с Джереми. Они просматривали фотографии, которые были сделаны на дне рождении, за пару дней до похищения. Девушка обратила внимание Санчеса на фото, на котором красовался большой, игрушечный джип. Вот так незаметно и перенеслась тема обсуждения к нужному руслу. В разговоре она вспомнила о своём подарке. А Санчес вспомнил о жеребце, которого подарил мальчику и рассказал, что назвал лошадку — Дани. Как же тяжело было брюнетке сдержаться, у неё даже слезинка скатилась по правой щеке. Кора и Джереми приняли это, как за скорбь, а вот Ричард знал в чём дело, его выдержки и опыта было достаточно для того, чтобы скрыть свои эмоции. Когда Санчес говорил про жеребца, он намеренно следил за реакцией детектива, но не учёл то, что Ричард Мартинес — человек с большим опытом. И если бы сейчас они играли в покер, то Ронни вылетела бы первая, а игра была бы за Ричардом, даже несмотря на то, что за столом оказались действительно сильные соперники. Обнимая Ронни за плечи, Джереми предложил им с братом приехать к нему на ранчо. Ричард сразу открестился, аргументируя это тем, что он ещё похрамывает и ему нужно восстанавливаться, а не на лошадей смотреть, а вот девушка согласилась. В итоге план Ронни и Ричарда сработал как механизм на швейцарских часах. Они хотели, чтобы инициатива посетить ранчо была от Джереми, так и получилось. ***

«Segunda vida» — «Вторая жизнь»

Поездка на ранчо «Segunda vida» должна была быть через две недели после ужина, но так и не состоялась. У Санчеса действительно возникли проблемы в бизнесе и причём большие. Ему пришлось улететь в Европу, а вернулся только спустя месяц. Однако он не забыл о своём приглашении и ждал Ронни у себя в ближайшую субботу. И каково было его удивление, когда вместе с девушкой он увидел и Ричарда. Джереми не верил в то, что Мартинес ничего не помнит с дня аварии, поэтому он был начеку с этим мужчиной. Экскурсия по ранчо проходила только для младшей Мартинес, так как у Ричарда разболелась нога и он предпочёл посидеть в кресле-гамаке, у входа в конюшню. Проводив взглядом две отдаляющиеся фигуры, которые были верхом на лошадях, Ричард принялся общаться с работниками, но его расспросы не принесли результатов. Никто, ничего не знал и никто ни разу не видел здесь маленького мальчика. Суперспособность мужчины молчала, давая понять своему владельцу, что люди не врут. Его настроение скатилось к самому плинтусу. Мало того, что Пайк не смог найти ничего нового, так ещё и тут по нулям. По возвращению Мартинесов домой, в маленькой квартире собралась уже привычная компания из трёх человек. Пиво, сигареты и жаркие дискуссии — этот вечер был таким же цикличным, как и все предыдущие за прошедший месяц. Вот только одно изменение, теперь у них опустились руки. Не было ни единой зацепки, и они не знали в каком направлении двигаться дальше. Поэтому было принято решение оставить Санчеса в покое. *** Ричарда восстановили быстро, и он начал работать со своим напарником, а вот Ронни не сдавалась. Она попросила копии из камер дорожного движения. Сутками на пролёт, брюнетка пересматривала материалы, в надежде на то, что сможет что-то заметить, лишь иногда отвлекаясь на кофе или сон, и реже — на приём пищи. Но такой образ жизни был до определённого момента, до звонка матери. Кора сообщила, что они с Джереми планируют пожениться на Карибских островах. Она приглашала своих детей на бракосочетание, но получила отказ. Ронни даже немного расстроилась из-за звонка матери, но гениальная идея о том, чтобы посетить ранчо в отсутствие Санчеса, перекрывала любые эмоции. Да и с доступом на территорию проблем не будет, так как Джереми дал, своему персоналу, указание, пропускать эту девушку в любое время. Он даже подарил ей лошадь: чёрного, арабского жеребца, имя которому — Чемпион. Мартинес дождалась, когда будущие молодожены покинут страну и запланировала визит к своему «подарочку» на следующий день. Но брату девушка не стала ничего рассказывать, потому что в последнее время они начали ругаться из-за того, что Ричард не верил в причастность Санчеса, в то время как брюнетка была уверенна в обратном. Пайк хоть и был на стороне Ронни, но и ему она ничего не рассказала, ведь он был не её лучшим другом, а Ричарда. *** Полдня девушка провела на ранчо и с каждым часом её настроение падало всё ниже и ниже. Она не нашла ничего, что указывало бы на причастность Санчеса. Ронни никогда не имела дел с поиском или сбором информации, поэтому делала что могла. Осмотрела территорию, ища то, не зная что. Пыталась разговорить людей, но не преуспела и в этом, практически все работники не понимали о чём идёт речь. А некоторые делали вид, что не понимают языка, хотя она слышала, как они разговаривали между собой на чистом английском. С каждой минутой в ней разгоралась злость, направленная в сторону брата. Мартинес винила его за то, что он, больше разбираюсь во всём этом, отказался с ней ехать. На мнение брюнетки, вместе они бы точно, что-то нашли. Девушка полностью отчаялась и решив, что пришла пора уезжать, зашла к жеребёнку, который предназначался Даниелю. Зайдя в конюшню, она направилась к нужному стойлу. Лошади в нём не было, зато по центру, на небольшой кучке сена, лежала дворняжка с чёрной шерсткой. Лапка у собаки была перебинтована, и она даже не сделала попытки встать, только грустно смотрела на свою гостью. Со дня похищения прошло чуть больше года, а воспоминания давили всё также. Сердце щемила боль, а в глазах отражалась жажда отмщения. Девушка зашла и села на пол рядом с дворняжкой, подгибая под себя коленки. Собака с любопытством наблюдала за её действиями. Протянув ладонь, она начала медленно гладить животное по голове. Слёзы катились по щекам, но брюнетка этого не чувствовала. Левой рукой Ронни перебирала сено на полу и вдруг почувствовала что-то прохладное, под подушечками пальцев. Её взор устремился в пол, а руки судорожно стали разгребать сено. Слёзы мешали распознать что же она нашла. Быстрым движением обеих рук, Мартинес вытерла глаза и ринулась вновь разгребать пол. Кусочек серебряной плетённой цепочки был узнан сразу. Ведь она потратила не один день, выбирая именно этот подарок. Серебряная цепочка и кулон с гравировкой: «С любовью от Ронни», вот что получил юный Даниель на свой последний день рождения. Брюнетка так и продолжала сидеть на коленях. Пальцами она ухватилась за часть цепочки, но дальше дело не продвигалось. У неё хоть и были тонкие пальчики, но они не пролазили в тот зазор, который был в полу. При попытке расковырять деревянный пол, был поломан не один ноготь, а на двух пальцах ногти были сломаны даже до крови. Но брюнетка упорно продолжала свои действия, пока не смекнула достать ключи. Она настолько боялась, что это может быть не по-настоящему, что, доставая ключ, крепко держалась левой рукой за цепку. Связка ключей значительно помогла, и цепочка была полностью на свободе, но не кулон. Положив телефон на серебро, таким способом, не давая цепочке упасть в дырку пола, Ронни поднялась и взяла лопату, которая находилась за перегородкой. Пару минут и дело в шляпе. Мартинес прижимала подарок, который принадлежал её мальчику и рыдала. Тяжело было сказать, что это, слёзы радости или слёзы печали? Потому что ей было горько от того, что случилось с ребёнком и одновременно её переполняла радость. Радость за то, что она оказалась права, а ещё за то, что она сможет вывести никчёмного ублюдка на чистую воду и отомстить. Приехав домой, девушка металась по квартире взад-вперёд. Она вымыла все углы, вычистила всё до блеска. Её трусило от переизбытка эмоций, и она не могла дождаться, когда же сможет рассказать всё ребятам. А дождавшись, она ликовала, ведь оказалась права. Ричард долго извинялся и пообещал, что впредь будет верить до последнего верить в её слова. На «семейном» собрании, на троих, они решили действовать аккуратно. Ронни было поручено не высовываться и ждать. Пайка отправили на больничный — ОРЗ, и у него появилось свободное время для того, чтобы установить слежку за Санчесом. Ричарду так же, как и его сестре оставалось только ждать. Тяжелее всего приходилось Ронни, её брат работал, Соломон был занят делом, а она просто ждала. Так мучительно долго прошло две недели. За это время новой информации не нашлось. Пайку пришлось выйти на работу и его место заняла Ронни. Парни не хотели отпускать её, но запретить что-то, кому-либо из Мартинесов — невозможно. Вот так Ронни Мартинес, из светской львицы, превратилась в «частного детектива». В последний ночь слежки она сидела в стареньком форде брата и наблюдала за домом Джереми Санчеса. Ничего особенного не происходило в его особняке. Ронни видела в бинокль, как хозяин дома сидит в кабинете и что-то смотрит на своём планшете. Мартинес считала, что это занятие намного лучше, чем сидеть дома и изнемогать от ожидания новостей. Также она была полна решимости подловить Санчеса. Её энтузиазм не давал заскучать. Знала бы девушка, что Джереми занимался тем же. Он сидел в своём кресле и пересматривал файлы, которые прислал его личный охранник. Пайка Соломона заметили на третий день слежки, Ронни была обнаружена — в первый же день. Мужчина, размеренными глотками, пил свой алкоголь из гранёного стакана и планировал дальнейшие действия. Этот человек был богатым, умным и имел в своей жизни всё что хотел. И, казалось бы, да что тебе ещё нужно? Живи, наслаждайся тем что у тебя есть, но нет, он решил, что вправе распоряжаться чужими жизнями. Вот и сейчас он думал каково это будет, убить Ронни Мартинес. До этого он имел дело только с маленькими и никогда прежде не убивал взрослого человека собственными руками. С каждым глотком виски, извращённый мозг, подбрасывал новые идеи для пыток и новые варианты того, как можно разделаться с телом. Он, зная, что машина офицера припаркована неподалёку, специально не закрыл шторы. Также он знал кто сидит за рулём. Из-за того, что стекла были затемнённые он не видел человека в машине. Но дело в том, что Джереми Санчес основательно взялся за всех троих и его люди отслеживали передвижения каждого из них. Пайк Соломон и Ричард Мартинес сейчас находились в участке, у них ночная смена. Соответственно, остаётся один вариант того, кто мог бы быть в этой машине. Слегка превышенная доза алкоголя в крови, придала Санчесу развязности в его действиях, и мужчина решил поиздеваться. Он сходил в свою комнату, достал вещь, которая была на Даниеле в день его похищения и вернулся в кабинет. Потому что только эта комната просматривалась с улицы. Откатившись на кресле, он принялся жадно нюхать синий свитер с изображением красной машинки. Затем расстегнул ремень на штанах, пролез рукой под трусы и принялся совершать ладонью знакомые действия. Его больное сознание всегда заводилось от такого, а сейчас, зная, что за ним наблюдают, а тем более не простой человек, а Ронни, его эрекция поднялась моментально. Ведь он возбуждался и получал моральное удовольствие от того, что причиняет боль девушке. Понадобилась минута, для того чтобы он пришёл к своему финалу. Кончив на свитер, мужчина откинул вещь на стол, сделал большой глоток виски и закурил сигару. Когда Ронни увидела, что в руках у старого извращенца, она от неожиданности открыла рот. Руки, которые были на бинокле, сжались с такой силой, что кровь перестала поступать в пальцы, обескровливая и делая их белого цвета. Поменяв бинокль на фотоаппарат, она сделала снимок. Спустя пару секунд девушка побледнела и была на грани потери сознания, потому что увидела куда спускалась его рука. Она перестала смотреть и закрыв лицо ладошками, постаралась собраться. Злость, шок, ненависть и агрессивный настрой растекались вместе с кровью по венам брюнетки. Она с большим трудом остановила себя от ошибки, которую могла совершить, пойдя сейчас туда. С пьяной, победной улыбкой, Джереми Санчес наблюдал, как авто «частного детектива» неспешно скрылась в ночной темноте. Мартинес направилась домой в замедленном режиме. Она всегда была аккуратным водителем, а сейчас старалась быть ещё внимательней. Не хотелось на эмоциях попасть в аварию. Нет она этого не допустит, ведь Санчес должен заплатить, и он обязательно заплатит. Поднявшись в квартиру, брюнетка поставила бумажный пакет на стол и скинув обувь, достала содержимое. Ни о каком стакане или закуске не шло и речи, горький алкоголь вливался в горло большими порциями. Полбутылки было выпито за один раз. Скинув куртку, оставаясь в чёрной майке с каким-то принтом с заумными словами, она села за компьютер брата. Спустя десять минут в квартире раздался звук принтера. Фотография была распечатана. Оставалось только убрать следы, что она и сделала. Очистила карту памяти на фотоаппарате и удалила всю информацию на компьютере. Пока брюнетка ехала домой, она приняла решение. Решение, которое изменит всю её жизнь, но после увиденного она была готова к этим изменениям. Изначально, Пайк, Ричард и Ронни собирались доказать причастность Джереми Санчеса к делу и посадить его в тюрьму на пожизненное, но после сегодняшнего, всё изменилось. По крайней мере для Ронни. Санчес не заслуживал тюрьмы, он заслуживал смерти. Впутывать брата и друга в это дело и портить им жизнь она не хотела. В этот вечер в душе девушки что-то изменилось. Раньше она никогда не задумывалась над тем, чтобы кого-то убить. Сегодня же, она сидела, смотрела на фотографию, пила алкоголь с горла и пыталась продумать план. План убийства. Хоть Ронни и была опьянённая крепостью напитка, это не помешало ей найти дом, на окраине неблагополучного района и договориться об аренде, завтра в обед её будут ждать. Осталось подписать контракт и отдать деньги. Дело будет за малым, оборудовать одну из комнат специально для того, чтобы держать в ней Санчеса и купить всё необходимое. С этими мыслями была допита бутылка, сама же девушка не заметила, как провалилась в сон. По утру, на удивление брата, она созвала собрание. Парни как раз завтракали, а Ронни в это время говорила им о своих дальнейших планах. Девушка сообщила детективам, что, по её мнению, это всё бесполезно. Они три недели следили за Джереми и ничего не смогли узнать. Также она признала, что Ричард был прав, с вероятностью в девяносто девять процентов — это всё конкуренты Санчеса. Парни хоть и неохотно, но согласились с её доводами. Младшая Мартинес удивилась тому, насколько хорошо у неё получилось утаить правду и лгать в глаза близким людям. Арендовав дом, она купила крепкие цепи, ошейники, кляп, феназепам и оборудовала дальнюю спальню под нужную ей комнату. Посреди комнаты располагался стул на четырёх ножках. Перед стулом был кофейный столик, на котором лежала, та самая фотография и цепочка с кулоном. А перед столом, на расстоянии двух метров, находилось большое, кожаное кресло. Так же она купила незарегистрированный пистолет с глушителем. Когда девушка всё это подготавливала, в её голову пробирались мысли о том, что она не имеет права забирать человеческую жизнь, но Мартинес упорно их откидывала. Спустя три дня случилось неприятное происшествие. Пайк с Ричардом выехали на вызов, который оказался ложным. Соломон погиб в перестрелке, Мартинес отделался царапинами. Ронни удивлялась тому насколько она изменилась. Казалось, что с каждым тычком судьбы она становилась восприимчивей к утратам. А может быть дело было в том, что она прекрасно знала, кто за всем этим стоит. Так же брюнетка думала о том, что пора приводить свой план в действие, ведь следующим будет либо Ричард, либо она, а этого Мартинес позволить не может. Пока Ричард помогал семье Соломонов с похоронами, Ронни решила обратиться за помощью к человеку, к которому клялась себе, что и на пушечный выстрел больше не подойдёт. Встретившись с Корой, Ронни умоляла маму о помощи. Она показала женщине фотографию, на которой Санчес держит свитер Даниеля, и рассказала, что мужчина делал с одеждой. Мать была в явном шоке и согласилась помочь. От Коры требовалось приехать с Джереми в новый дом дочери, без охраны. Женщина пообещала, что сделает это и даже сдержала своё обещание. В восемь часов вечера супружеская пара прибыла на «новоселье» младшей Мартинес. В качестве подарка, Санчес принёс дорогое вино, тысяча девятьсот шестьдесят второго года. Ужин протекал в спокойной обстановке, в основном разговаривала Кора. Ронни и Джереми перекидывались притворно-милыми взглядами. Закончив трапезу, компания переместилась в гостиную на диван. Они выпили пару бокалов и посмотрели фотографии с отпуска. Затем Ронни, под предлогом отлучиться в уборную, пошла в комнату и достала препарат, от которого Санчес должен будет вырубиться в течении пятнадцати минут. Но она ничего не успела сделать. В глазах стало темнеть, а тело переставало слушаться. Вихрь, который кружился в голове девушки, унёс её в глубокий, крепкий сон. *** Когда она открыла глаза, то не сразу смогла понять где находится. В комнате был приглушенный свет, да ещё и голова болела. Минуту спустя она поняла, что не одна и напротив неё кто-то сидит и этот кто-то, был никто иной, как Джереми Санчес. Кора не поверила дочери и рассказала всё своему мужу. Он спокойно рассказал супруге о случае с кофтой. По его словам, он выпил лишнего и предался воспоминаниям. Он сказал, что всего лишь прижимал к сердцу вещь, принадлежащую дорогому человеку и не считал, что это является чем-то незаконным. Поэтому миссис Санчес и не увидела в этом ничего плохого. Её стало беспокоить поведение Ронни и Джереми пообещал, что отправит девушку на лечение. Вместо этого он усыпил обоих и отправил Кору в подвал, связав женщину цепью и одев ей кляп, который Ронни приготовила для него. Девушка купила не один комплект «Хозяина» разных размеров, она боялась ошибиться, поэтому и перестраховалась. Это как нельзя кстати было на руку мужчине, он сидел в кресле и любовался. Мартинес младшая была надёжно связана, а её шея фиксировалась ошейником. На разговоры он был сегодня не настроен, но и просто так не желал уходить. Поставив стакан с напитком на пол, он достал из своей сумки шприц и подошёл к брюнетке, которая пыталась понять в чём дело и увидеть хоть что-то. Джереми дал ей хлёсткую пощечину и схватив за подбородок, повернул её лицо на себя, показывая, что у него в руке, но это было бесполезно. Мало того, что у неё голова шла кругом, после снотворного, так ещё и этот удар добавил звёздочек, которые и так были перед её глазами. Она отключилась моментально, а Санчес расстроился, ведь он хотел видеть её глаза, когда будет вводить препарат. Но ничего не поделаешь, он воплотил свой план в действие, и на будущее сделал себе заметку, что стоит бить её послабее, если хочет, чтобы она была в сознании. В следующий раз, когда Ронни открыла глаза, ничего разительно не поменялось, только стало ещё темнее. Вот только осознание того, что она в другом месте ворвалось в голову. Поменялся запах, который окружал её. Сырость, вонь, было чувство что рядом с ней лежит что-то, что давно уже испортилось. Также ощущался неприятный привкус во рту, рвотный рефлекс и обоняние подсказывали, что в этом помещении кто-то разлагался, возможно животное. Трупный запах отзывался спазмами в животе, и если бы не кляп во рту, то, с большой вероятностью, содержимое желудка оказалась бы на полу. Раздался щелчок выключателя, и яркий свет пронзил карие глаза, заставляя зажмуриться. Оказалось, Ронни находится в подвале дома, который снимала, но там она была не одна, на полу, у левого угла, лежала связанная Кора. А в другом углу лежала тушка мёртвой собаки — это были игры Джереми. Санчес включил свет и поставив стул в центре, сел на него, закидывая ногу на ногу. Он долго молчал и заговорил лишь перед своим уходом. Сказав Ронни о том, как же хорошо, что она нашла такой уединённый дом и что ближайшие соседи никак, в случае чего, не помогут. Мужчина достал пистолет, и пригрозив, предупредил, что будет стрелять, если девушка сделает хоть одно движение без его разрешения. Руки и ноги Ронни, были крепко связаны — верёвки на ногах позволяли делать только маленькие микро-шажочки, а руки были плотно прижаты друг к другу. Джереми вышел и вернувшись, спустя десять секунд, поставил на пол ведро и бутылку воды. Также он предупредил, что если она попробует развязать мать, то он спустится и убьёт обоих. Указывая дулом пистолета на потолок, где были две камеры, он неприятно оскалился и вышел, закрывая за собой дверь на засов. *** Много часов девушка сидела на холодном полу, в тёмном помещение и пыталась придумать план. Но как назло в голову ничего не лезло. Ближе к ночи её сморило, и она уснула. Пока младшая Мартинес спала, Санчес перенёс Кору в комнату, которая предназначалась ему. Его жена была для него балластом, но пока он не придумал, что будет с ней делать. В подвале оставлять женщину не хотелось, так как ему нужно было уединение с Ронни. Мужчина продолжал приходить каждый день в одно и тоже время, он просто садился на стул, который приносил с собой и молча смотрел на Ронни. Санчес ждал, когда же наконец-то она сдастся и сорвётся, но брюнетка упорно молчала, прожигая его своим взглядом. Так прошла неделя. С каждым днём Джереми раздражался и терял терпение всё больше и больше. Мужчину выводило из себя её упрямство. Кормил он девушку раз в день, иногда только фруктами, воды давал маленькую бутылку, которую она растягивала на сутки. Спать ей приходилось на холодном полу и лишь тонкое, старое покрывало, которое она нашла в углу, служило ей матрасом. По логике вещей, она должна была ослабнуть и упасть духом, по крайней мере, этого ожидал Санчес. Но брюнетка не думала этого делать. С каждым днём она становилась морально сильнее. Злость накапливалась, эмоции брались под контроль. Благодаря ежедневным визитам Санчеса, девушка тренировала свою силу воли. Ей безумно хотелось высказать всё что она думает, прямо ему в лицо, ей хотелось разорвать его голыми руками, да ей много чего хотелось. Но в мыслях она вела диалог сама с собой и уговаривала себя молчать, ведь если она сорвётся, это будет означать, что он добился своего. Так прошло ещё четыре дня и всё-таки срыв случился, но сорвался Санчес. Он избил девушку, а так как Мартинес была слишком восприимчива к боли, после двух ударов по лицу, она потеряла сознание. Санчес всё равно не перестал наносить удары. После действий Джереми, губа и бровь Ронни, были рассечены, правая скула опухла и окрасилась в неестественный цвет, а на рёбрах имелись микротрещины, ссадины и гематомы. После того, как мужчина выпустил пар, он поехал к себе на ранчо. Лошади всегда придавали ему гармонии и ему нужно было почувствовать это спокойствие. Однако вечер был испорчен, когда на его частную собственность вломилась полиция. У них был ордер, поэтому они заглядывали в каждый уголок, не имея на своём пути препятствий. Ричарда Мартинеса там не было, оно и понятно почему. Джереми Санчеса обвиняли в похищении Ронни Мартинес, соответственно Ричард не мог присутствовать при этом по закону. Но обвинения были притянуты за уши, и адвокаты Санчеса не дали даже возможности увезти своего подопечного в участок. Тем не менее, Джереми был не против чтобы его собственность обыскали. И когда полиция, не найдя ничего, уехала, его самоуверенное ЭГО раздулось до неприличных размеров. Ричард попытался пробраться на ранчо, но у него не получилось, охрана даже близко его не подпустила. Спустя несколько дней, люди, которые работали на Санчеса, навели полицию на ложный след. Кредитная карта девушки была замечена в Сан-Диего. Детектив Мартинес отправился именно туда, таким образом оставляя в покое Джереми. На Санчеса работали безнравственные люди, которые выполняли задания любой сложности. Два брата близнеца Густаво и Николас Эскудэро, были родом из Мексики. Они успели отбыть наказание в тюрьме строгого режима и выйдя из неё, после десяти лет заключения, они иммигрировали в Америку, где устроились работать в охранное агентство. При первой встрече с Джереми Санчесом, между ними было заключено соглашение, в котором братья обязуются делать всё, что им будет сказано, не задавая лишних вопросов, а взамен будут получать высокую прибыль. Их тандем хорошо сработалась, ведь деньги были хорошими, а люди плохими. В ночь, после того, как Ричард Мартинес отправился в Сан-Диего, к ранчо «Segunda vida», в пол одиннадцатого ночи, подъехал фургон. Ворота открылись, запуская автомобиль на территорию. Чёрный PEUGOT EXPERT заехал в амбар для хранения зерновых культур, под которым находился большой, обустроенный подвал. В амбаре имелась небольшая кладовая, в которой и была та самая дверь, ведущая в низ. Всё самое приватное располагалось за потайной дверью, включая в себя небольшой коридор и две комнаты. Дверь справа, скрывала за собой импровизированное помещение для сна, размером два на два метра. Большая звуконепроницаемая дверь, стены из серого кирпича, бетонный пол, железная кровать с потрёпанным, грязным матрасом и стул в углу. Вот что из себя представляла «детская спальня». А за дверью слева, была обустроена комната для пыток. Те же стены, тот же пол, вот только не было никаких кроватей. Боковая стена была похожа на фотографический фон, либо же хромакей, только это была кирпичная кладка, выкрашенная в ядовито-красный цвет. На полу перед самодельным фоном лежал старый, выцветший, рваный ковёр, в одной из дыр которого виднелась массивная, железная цепь, уходящая креплением в пол. Благодаря тому, что цепка была полметра в длину, жертва не могла выйти дальше дозволенного. Также рядом стояли два ведра, одно с водой, второе — пустое. А в центре комнаты был большой, деревянный стол с нержавеющим покрытием. На нём были закреплены железные цепи с кожаными напульсниками, длина которых регулировалась на каждом из углов. Под самим столом находились различные деревянные ящики, с нужным инструментом. Эту комнату также скрывала большая шумоподавляющая дверь. В «невидимости» своего подвала Санчес был уверен, потому что если кто-то посторонний всё же зайдёт в кладовку и спуститься вниз, то он увидит не то, что есть на самом деле. С виду это был роскошный винный погреб. Стен в нём видно не было, всё закрывали собой встроенные, винные стеллажи из красного дерева. Каждое отделение которого было заполнено эксклюзивными бутылками. Единственное место, где не было шкафов, находилось между стеллажами по центру. Там, во всю стену, красовалась картина, которая была вырезана из дерева. Джереми Санчес верхом на Булонском тяжеловозе жемчужного цвета, свысока смотрел на всех входящих в винный погреб. По центру комнаты располагался круглый стол ручной работы, а справа и слева от него были деревянные стулья. Мягкие сидения контрастировали с грубым рисунком на спинках стульев. Интерьер завершала кованная люстра на одну лампу, свисающая с натяжного потолка на железной, чёрной цепи. Винный погреб, который на первый взгляд казался отдушиной владельца ранчо, на самом деле скрывал за собой гнилую душу Санчеса. Стоит только вытащить нужную бутылку и взору откроются «Врата в преисподнюю» Придя в себя, Ронни первым делом почувствовала острую боль в рёбрах. Затем боль начала ощущаться и на лице, но понять, что именно болит было трудно. Попытавшись дотронуться руками к щеке, девушка увидела, что прикована. Она медленно начала открывать глаза, но из-за засохшей крови это давалось нелегко. Помогая себе руками, она всё же справилась. С трудом приняв положение сидя, брюнетка осмотрелась. Её взгляд наткнулся на стол, посреди комнаты, на котором лежала Кора. Руки и ноги женщины были разведены в позе «звезды» и туго натянуты цепями. Ронни пришлось встать, чтобы всё это увидеть. Она не успела позвать мать, потому что в комнате появился Санчес. Мужчина был облачён в длинный, кожаный фартук. В руках он держал детский рюкзак, который положил под стол. Он с насмешкой посмотрел на Ронни, когда та, скрестив руки на груди, села на пол и высоко подняла подбородок. В этот момент в себя пришла Кора, она начала умолять мужа, отпустить их. Когда мольбы не подействовали, женщина начала угрожать. Получив в ответ смех, наполненный презрением и жесткостью, Кора замолчала, готовя пламенную речь. Но когда Санчес начал снимать кандалы, удивлению не было предела. Он освободил ей руки и отошёл, становясь сбоку от красного «хромакея», опираясь о него спиной. Добрых три минуты женщина разбиралась с кандалами на ногах, затем с трудом поднялась со стола и повернувшись встретилась глазами со своей дочерью. К слову сказать, на Ронни больно было смотреть: перепачканное грязью и засохшей кровью лицо, опухшая щека и бровь — всё это отвращало Кору. Ведь неизвестно, что он может сделать с ней, раз такое сотворил с её дочерью. Быстро сообразив, Кора попыталась сказать о том, что она ему поможет и что это болезнь, которую можно вылечить. Подойдя к дочери и мужу, миссис Санчес подняла руки, чтобы попытаться прикоснуться к мужчине, но не успела. Три выстрела подряд не дали возможности сделать что-то ещё. Две первые пули пронзили сердце, а последняя устремилась в лоб. Ронни была свидетелем смерти матери. Как только раздался первый выстрел, она интуитивно дернулась по направлению к Коре, а после третьего выстрела застыла в ожидании. Отойдя от шока, девушка отползла к стене, села удобней, подгибая ноги под себя и посмотрела в глаза человека, которого ненавидела всем сердцем. Она не собиралась говорить, она просто смотрела и презирала его. Санчес скептически поднял бровь, и на доли секунды удержал взгляд, после чего посмотрел на мёртвое тело. Он не мог долго пересматриваться с Ронни, потому что не видел в её глазах страха и это выводило его из себя. Около минуты он просто стоял и смотрел, затем поднял тело мёртвой жены и уложив её обратно на стол, вышел.

07.07.2013

Ронни была прикована в подвале уже три дня с телом матери, которое начинало вонять, вызывая порывы рвоты и головокружение. Девушка смирилась с тем что умрёт, но для себя решила, что не скажет ни слова. Не достоин он даже буквы, которая могла бы вырваться из её рта. Ей было безумно обидно за то, что этот человек останется безнаказанным и за то, что она всё испортила. «Столько всего было сделано и всё напрасно» — она могла думать только об этом. Ни ужасная вонь, ни боль во всём теле, ничего не отвлекало от «самопожирания». Ближе к вечеру пришёл Санчес. Зайдя в комнату и закрыв за собой дверь, он сморщился и недовольно посмотрел на Кору, а после и на Ронни. — Что вы тут, не скучали без меня? — девушка не реагировала, она сидела и смотрела в одну точку. — Так и будешь молчать? — ответа не последовало. Джереми может и начал бы закипать, но у него был план. Достав из-под стола ящик, он открыл его и вытащив чёрные мешки, кинул на труп. Затем достав детский рюкзак, он медленно потянул за молнию. — А ты знаешь, всё-таки Даниель был очень похож на тебя, он тоже молчал… — Ур-р-род! Звук цепей разнесся по комнате. В считанные секунды Ронни оказалась на ногах и пыталась отцепиться от своих оков. Её руки плотно сжимали кожаные напульсники, которые были присоединены к цепи, а сама цепь была крепко прикреплена к полу. Брюнетка дергала руками, хваталась за основание у пола и пыталась тянуть, но безуспешно. Сил у неё было немного, потому что она очень давно не питалась нормально, а последние три дня, не ела и вовсе. Вот только упрямая натура не хотела сдаваться. Спустя пару минут, она обессиленная, упала на колени, но не прекращала дёргать цепь. Руки переставали слушаться, сил не было даже для того, чтобы крепко взяться за железные кольца цепи. Отчаявшись освободиться, девушка застыла и посмотрела на напульсники. Джереми принял это за победу, он видел опущенную голову и сгорбленную спину Мартинес, и обрадовавшись, подумал, что наконец-то сломал её. — Это бесполезно, у тебя ничего не получится. Ронни молчала, она подняла руки на уровне своих губ и начала грызть кожаные изделия. Санчес рассмеялся и отодвинув окоченелую ногу Коры, уселся поудобней, ведь ему было интересно, понаблюдать за её попытками. Брюнетка пробовала прокусить напульсник в разных местах, но это ей не удавалось. Зубы хоть и были крепкими, но кожаное изделие оказалось очень плотным. Десять минут она пыталась, честно пыталась, собрав последние силы, но итог был печален. За это время, напульсник был покусан, подран и поцарапан, но прогрызть его удалось всего на полсантиметра. «Это бесполезно! Это всё бесполезно!» — в голове у девушки созревала настоящая истерика, которую она пыталась держать под контролем. «Мне нужно успокоиться, мне срочно нужно успокоиться! Соберись мать твою! Нельзя показывать свои слёзы! Он столько всего сделал, а я, вместо того, чтобы отомстить, сейчас расплачусь! Нельзя этого допускать! Точно! Нужно попытаться вывести его на эмоции» Ронни повернулась и заглянула Джереми в глаза. — Ты жалкий…больной ублюдок… Мне тебя жаль. Санчес гадко улыбнулся. — Не я сейчас на цепи! — Тебе повезло, что я не могу до тебя дотянуться… Иначе… — Иначе, что? Глупая, глупая Ронни. Даже когда ты была на свободе, я контролировал каждый твой шаг! И ты не смогла ничего мне сделать. Тогда какой толк от твоих слов?! — Значит это не Кора тебе рассказала? Ронни была удивлена. — О, нет! Твоя матушка преподнесла мне твой план, на блюдечке. Но я и до этого всё знал! — Ответь на один вопрос? — Это твоё последнее желание? — Почему Даниель? Он ведь был совсем ребёнком! За что ты с ним так? Джереми настолько взбудоражился из-за упоминания мальчика, что когда он начал говорить, слюна брызнула из губ. А его глаза впервые в жизни были такими, какие есть на самом деле — глазами душевнобольного извращенца. — Это его вина! Он сам ко мне лез постоянно! Всегда садился ко мне на коленки и тёрся об мой член… — Прекрати! Однако крик девушки, не смог остановить Санчеса. — Ты сама спросила! Вот и слушай правду! — Нет! Нет! Не буду! Не надо! Я не хочу слушать этот бред! — из последних сил, она крепко закрыла уши руками. Достав конверт из рюкзака Санчес подошёл поближе и открыв его, продолжил: — Ему нравилось! Ему самому всё это нравилось! Вот смотри! — мужчина начал закидывать её фотографиями, на которых было изображено разного вида насилие над мальчиком. Он кидал одно фото за другим, в голову, в лицо, в тело Мартинес и кричал как сумасшедший. — Вот посмотри…посмотри…посмотри…смотри же! Он сам всего этого хотел! Увидев один из снимков, у Ронни случилась истерика, она зажмурилась, и начала рыдать, и крутить головой из стороны в сторону. Раскидав фотографии и слегка усмирив своё безумие, мужчина заметил, что на его творения не смотрят. Он ринулся к столу, нагнулся, достал ключи и подбежав к рыдающей девушке, расстегнул ей напульсники. Этого она не заметила, так как не могла остановить истерику. Санчес одним рывком поднял её на ноги и начал тащить девушку к столу, на котором всё также спокойно лежала Кора. Прижав брюнетку к столу, он нагнул её так, чтобы животом она касалась стола, а лицом упиралась в холодную руку матери. Джереми прислонился к ней всем телом, дрожащими руками положил фотографию напротив глаз Ронни и прошептал на ухо: — Посмотри какой он был красивый… Я сожалею лишь о том, что он так быстро умер… Это было сказано зря. Так как Мартинес перестала рыдать и со всей своей злостью ударила его головой. Санчес выпрямился, а Ронни, развернувшись, ударила его головой ещё раз, только в этот раз акцентировано и с размаху. Ломая при этом нос обидчику. Мужчина схватился за нос, из которого хлестала кровь, обеими руками. Недолго думая Ронни подняла деревянный ящик с пола и огрела им Санчеса по голове. Он упал и начал стонать, пытаясь подняться. С раскрытого рюкзака виднелось оружие. Быстрым движением брюнетка достала ствол и нацелилась на рыдающего Джереми. — Это тебе за Даниеля! Первый выстрел пришёлся в колено. Дикий рёв, который вырвался из уст мужчины, радовал слух девушки и с каждой секундой придавал больше сил. — Это тебе за Алесандро! Второе колено было также прострелено. Крик Санчеса превратился в нытье и обречённые стоны. — А это тебе, ещё раз, за моего маленько принца! Последовали два выстрела, один за другим, пробивая левое плечо, а затем и правое. — За Кору я мстить не буду. Вся та боль, что ты испытываешь сейчас, ничто по сравнению с тем, что ты сделал с моей семьей! Я хочу, чтобы ты истёк кровью, в своем подвале. А эти фотографии, что ты тут разбрасывал, увидят все! И твой образ филантропа будет развеян! Все в этом мире будут знать, какой ты никчёмный кусок дерьма! Никто даже не будет тебя оплакивать! Ронни выстрелила ещё один раз, в правую руку чуть ниже локтя, и убрала пистолет за пояс своих штанов. Мужчина лежал на полу прерывисто дыша, из его груди слышался хриплый, гортанный скулёж. Ронни не обращала на это внимания, она хотела, чтобы он страдал и это сбылось. Важнее было выбираться отсюда. «Телефон! Нужно поискать телефон… Он наверняка взял с его собой.» Мартинес толкнула истекающее кровью тело ногой, и начала обыскивать карманы. «Бинго!» Пальцы интуитивно набрали знакомый номер. — Да? — Ричард. — Ронни! Ронни где ты? — Н-н-а… «Стоп! Нельзя говорить где я, его телефонные звонки могут прослушать и тогда я его подставлю…думай, думай, думай!» — На набережной, где нашла кулон Даниеля. — Понял, выезжаю. Договорив с братом, Ронни, пошатываясь, села на пол возле лужи крови и устремила пустой взгляд на медленно поднимающуюся и опускающуюся грудную клетку мужчины. Она настолько погрязла в своих мыслях что не заметила, как сердце Джереми Санчеса перестало биться. Телефонный звонок вернул её в эту реальность. Подняв трубку, она не промолвила ни слова, просто ждала. — Ронни?! — Да. — Я в конюшне, куда идти дальше? Брюнетка безразлично пожала плечами, но вспомнив что брат её не видит, произнесла: — Я в какой-то комнате. Скорее всего подвал. — Хорошо, поищу. При выходе из конюшни, Ричарда встретил Николас с наставленным на него дулом пистолета. Но блюститель закона был настроен серьёзно и мгновенно опередил охранника, выхватив у него пистолет, он, выстрелил тому между глаз. Хорошо, что, был одет глушитель, иначе громкий выстрел услышала бы остальная охрана. Проверив практически все здания, на наличие подвала, он наткнулся на амбар. Большие ворота были заперты, поэтому он зашёл через задние двери, взломав замок. Внутри не было ничего такого, что могло бы подсказать, где его сестра и Мартинес начал уже было переживать, как тут наткнулся глазами на чёрный фургон. «Ему определённо здесь не место!» Обыскав помещение ещё раз, он обнаружил дверь, ведущую в небольшую кладовку, вот только открывалась она по ключ карте. Вернувшись к телу охранника, он, обыскав его, нашёл карту. Открыв дверь, Ричард обнаружил спуск в подвал, а когда спустился по лестнице, оказался в винном погребе. «Может потайная дверь?» Детектив принялся вытаскивать одну бутылку за другой и в конечном итоге нашёл заветный рычажок. Открыв дверь и зайдя в узкий коридор, он наткнулся на две комнаты. Толкнул ногой сначала одну дверь и не обнаружив ничего, толкнул другую. Картина, которая предстала перед его глазами, повергла в шок: на столе лежало тело его матери, на полу возле стола был труп Джереми Санчеса в луже крови. А рядом с трупом сидит его сестра, гипнотизируя пол стеклянными глазами. — Neña! — Ричард стоял и почему-то боялся подойти. — Ронни, это я. Ронни подняла взгляд и горько улыбнулась. — Ты пришёл. — Да, пришёл, — он сел рядом с ней на колени и крепко обнял. Времени у них было совсем мало, поэтому включив своё хладнокровие, Ричард взял всё в свои руки. Им нужно было стереть все признаки того, что Ронни была здесь. Ведь у Джереми Санчеса была очень противная мать, которая наняла бы самых дорогих адвокатов и сделала бы всё, чтобы посадить Ронни. А зная всю «кухню» изнутри, детектив не сомневался, что его сестра может сесть. Найдя в одной из коробок тряпку, он принялся мыть всё, на что указывала сестра. Точнее показывала, где она была и чего касалась. Перчатки, в которых он пришёл сюда, он даже не стал снимать, чтобы и свои отпечатки потом не убирать. Ронни предложила сделать так, чтобы полиция подумала, что на цепи держали Кору. Ричард отцепил напульсники от цепи в полу, на которой держали Ронни и прицепил на руку матери, цепляя его на последнюю защёлку, чтобы создать эффект давления. — Ты думаешь в это поверят? — Neña, а у нас есть другой выход? Будем надеяться, что поверят. Ты видела эти фотографии? Там не только Даниель! Там минимум четыре разных ребёнка! — Не напоминай мне про них больше, никогда! — Прости, я постараюсь. Я разложу фотографии вокруг его тела, пусть следствие думает, что его убил кто-то из родственников мальчиков. Нам главное, недельку переждать, а там я уволюсь, и мы с тобой уедем! Сделав всё как планировали, они покинули серый подвал и оказались в винном погребе. Когда Ричард вытаскивал бутылки со стеллажа, он нечаянно открыл и картину. Оказывается, это был сейф, в котором была большая спортивная сумка, набитая деньгами. Без зазрения совести Ронни взяла сумку и пошла на выход. По приезду в квартиру, Ричард вызвал знакомого хирурга к себе домой. Мужчины были товарищами и когда-то очень давно, детектив помог ему, поэтому отказать врач не смог. Оказав помощь, он настоятельно рекомендовал Ронни приехать в больницу и сделать снимок, но девушке было всё равно. Она была опустошена. Ричард объяснил знакомому, что это невозможно. Взяв с того слово о неразглашении, он попросил выписать обезболивающее и проводил его. *** Тела семейства Санчесов нашли спустя три дня. Не о каких фотографиях не шло и речи. Детективы расследовали зверское ограбление. Пожилую пару убили и украли два миллиона долларов. Видимо, мать Санчеса не захотела пятнать репутацию семьи. Деньги решают в этом мире практически всё, благодаря им, она смогла скрыть тайну своего сына. У Ронни была истерика, когда брат рассказал подробности, она очень долго смеялась и это были её первые живые эмоции за эти дни. Ричард очень переживал за сестру, но не мог не ходить на работу. Как оказалось, это было и к лучшему. Во вторник, ближе к обеду, его вызвал начальник к себе в кабинет. Почуяв что-то неладное, он, сделав один звонок, достал симку из старого телефона и разломав её, выкинул. Капитан Джерси отстранил Мартинеса от работы. Ричарда долго допрашивали, а он твердил одно и тоже. Он повторял, что его сестра объявилась в городе и позвонив ночью, сказала, что находится на набережной и попросила забрать её. Что он и сделал. Как выяснилось, Ронни Мартинес единственная подозреваемая в смерти матери и отчима. Её ДНК обнаружилось на теле Джереми и сейчас девушку должны привезти в участок. Ричарда также взяли под арест. С «гордости участка», он превратился в подозреваемого, в причастности к убийству. В этот день, Ронни, открыв глаза лежала на кровати и искала причину для того, чтобы встать. Девушка была разбита, в голове прокручивались события последних недель и заволакивали её в пучину депрессии. Но сегодня её отвлёк настырный стук в дверь. Даже не взглянув в глазок, брюнетка щёлкнула замок. Перед ней стоял невысокий, короткостриженый бездомный. — Собирайся! Меня Ричард прислал. Только вчера вечером, за ужином, они с братом строили догадки о том, что может произойти и планировали пути отхода. Как раз это, был один из вариантов развития событий, вещи они собрали ещё ночью. Недолго думая, брюнетка одела спортивный костюм, взяла сумки и захлопнув дверь, ушла. Оставляя после себя в квартире, лишь аромат своих духов. *** Калифорния, Невада, Юта, Колорадо, Вайоминг, Айдахо, Вашингтон и Орегон — это те штаты, в которых почти три года, скрывалась Ронни, каждые два-три месяца меняя место жительства. Благодаря связям Ричарда у неё появились поддельные документы на четыре разных имени. Правда после Вайоминга и Вашингтона пришлось два паспорта выкинуть. Она чуть не попалась, но чудом унесла ноги. С братом они общались крайне редко. Ричарда восстановили на работе, так как не было никаких доказательств того, что он причастен к преступлению, которое совершила его сестра. Когда Ронни собирала вещи чтобы уехать из Сиэтла, ей позвонил человек работающий на Ричарда и сообщил, что её брат тяжело ранен, и он находится в больнице, в Санта-Монике. Достав паспорт на новое имя, она перекрасила волосы, изменила себя с помощью макияжа настолько, насколько могла и поменяв цвет глаз, с карего на голубой, отправилась обратно в Лос-Анджелес. Её было очень трудно узнать, практически невозможно, но Ронни не рискнула заходить в больницу днём. Дождавшись вечера, она пробралась в палату брата и закрыв дверь, тяжело выдохнула. Ричард лежал и читал книгу, держа её одной рукой. Как только он увидел зашедшего, сразу же расплылся в широчайшей улыбке. — Neña! Ты пришла! — Я пришла. Брат с сестрой общались на протяжении часа, рассказывая о том, что случилось с ними за это время. — Канада? — Да! Я устала быть постоянно начеку, хочу почувствовать себя свободной. — Но почему Нью-Брансуик? Это же через всю страну нужно будет ехать. Зачем? Если можно отправиться из Сиэтла в Ванкувер, это намного быстрее будет. — Насчёт быстрее — ты прав… — Но? — Но в чём тогда всё веселье, братец? — Я рад, искренне рад, Neña, видеть тебя прежней! — Я и сама рада вернуться… жизнь не стоит на месте, Ричард. — Хорошо, что ты это поняла! А сейчас тебе пора уходить, не хочу, чтобы ты так глупо попалась. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю, Neña! Попрощавшись с братом, Ронни вышла из палаты. В коридоре она столкнулась с человеком в форме и поспешила скрыться. Офицер долго смотрел в спину уходящей девушке, её внешность показалась ему знакомой, поэтому он бросился ей вслед. Но безуспешно, девушка словно провалилась под землю. Ронни не стала ждать приезда полиции, она остановила машину и направилась вон из города. Автостопом девушка предпочитала передвигаться крайне редко, ей больше нравились поездки на автобусе. В Альбукерке терпение Ронни лопнуло. Очередной «альфа самец» который её подвозил, начал грязно к ней приставать, но после отказа, высадил девушку ночью на пустой трассе. Два часа она шла в темноте и как назло, за это время не проехала ни одна машина. Спустя восемь миль, стали видны дома, пройдя ещё три мили, она оказалась в центре провинциального городка. Так как рассвет только начинал своё восхождение, все здания были закрыты, кроме круглосуточного магазинчика. Выйдя из уборной, которая находилась за магазином, девушка увидела «раритетного» ЖУКА ядовито-жёлто-лимонного цвета, припаркованного возле небольшого, домика. Недолго думая, она прокралась к машине и на её удивление ей даже не пришлось взламывать замок. ЖУК был открыт, но без ключей. Сидя в авто, она достала листок и смастерив из него конверт, положила туда приличную сумму денег, с запиской: «Извините, надеюсь это покроет ваши расходы». Сунув конверт с деньгами под дверь, она вернулась на водительское сидение, завела мотор и отправилась в путь. Даже не догадываясь, какие приключения ожидают её в дальнейшем. Поутру, владелец машины обнаружил пропажу. Открывая двери, он был полон решимости позвонить в полицию. Однако наступил на конверт, открыв который сильно удивился. Пожилой мужчина не понимал, зачем кто-то украл его старенькое авто, если за эти деньги можно было купить десяток таких машин. Подумав немного, он решил не заявлять о краже.