4.
29 октября 2019 г., 23:47
Кромешную тьму разбавлял оранжевый свет от фонаря. Шел сильный дождь и по моей куртке до сих пор стекали его остатки. Я стоял в подъезде на самом высоком этаже этого дома. Задевал локтями побелку на стенах. Было грязно, но не грязнее, чем в голове. Время от времени можно было услышать скрежеты замков, но я спокойно реагировал на любые звуки, хоть и знал, что он идет за мной. Он уже очень близко. В руках медленно задымилась сигарета в предвкушении расплаты. Я был бесстрашен и одновременно смущен. Будто бы мое тело и мои действия вовсе не я. Даже не помню хотел ли я действительно этого или все происходящее просто игра и у меня в запасе еще с полсотни жизней.
Когда-то я так же неуверенно закуривал, находясь рядом с Ней. Я смутно мог припомнить ее имя, да и это не было для меня чем-то жизненно важным. Она лежала передо мной обнаженная и счастливая. Я очень хотел разгадать ее улыбку, в которой читалось, что она никогда не обнажит мне свою душу, как бы я этого не хотел. А хотел ли? Вот вопрос всего моего существования.
Странное воспоминание, но почему-то эмоции слишком схожи. Что тогда, что сейчас я ощущал, что это конец. Конец чего-то определенного, а дальше пустота. Неизвестность. Неизбежность.
Я позволил ему выбить из меня всю накопившуюся дурь, ибо я это заслужил. С каждым ударом боль отрезвляла меня, и уже спустя какое-то время не я, а он молил о пощаде у меня под ногами. Я вновь сорвался и даже выбитый палец не привел меня в сознание.
Вернуться в реальность мне помогла Хейзел. Я даже не помнил дороги туда и как оказался перед ней. Я заметил, что ее губа была немного разбита, а на руках виднелись синяки. На мгновение я подумал, что уже окончательно спятил, но ее слова о том, что она запнулась и сильно упала по пути сюда меня успокоили. Я, конечно, мудак, но в ее сторону не мог позволить себе подобные выходки. По спине пробежала дрожь даже просто от мысли об этом.
Нахождение рядом с ней каждый раз было подобно исповеди. Такой наивной и молчаливой.
Освобождение. Вот чего я всегда ждал от Хейзел. Серые глаза принимали меня, не ожидая каких-то слов или оправданий. Мне, на удивление, это нравилось. Нравилось чувствовать себя немного нужным.
Она понятия не имеет какой я на самом деле и сколько дерьма успел наворотить за всю свою никчемную жизнь. Все, что она видит — это разбитые руки, синяки под глазами, рваные джинсы, вечно растрепанные волосы и ложь. Ах, да, еще одну и ту же пачку сигарет, из которой я дымлю, только находясь рядом с ней. С момента, как я купил ее, она стала какой-то бесконечной, хоть мне и кажется, что прихожу в эти развалины часто.
До поздней ночи мы сидели с ней на бетонном блоке и время от времени обменивались какими-то репликами. Я пытался выправить свой палец на место, а Хейзел говорила что-то о том, как ей стыдно за свои порезы и шрамы от них. Пару раз она пыталась заговорить еще о чем-то, но резко прерывалась и переводила тему едва дрожащим голосом. Было странно, но ведь это явно не мое дело. К тому же, запнувшись один раз невозможно получить столько синяков, только ссадины.
Она уснула, упав на мое плечо, сама того не заметив. Я завернул ее в свою куртку, прежде чем уйти. Возможно, я мог бы и остаться, но, если я еще день не появлюсь в университете, то меня просто выпрут оттуда и у меня отнимется еще один смысл вставать по утрам, а их уже и так осталось слишком мало.
