Небо Лондона

Весна выдалась на редкость дождливой и промозглой даже для Англии. Только с наступлением лета сквозь пелену туч наконец проглянуло солнце и реки вернулись в свои берега. С одной стороны, долгожданное тепло не могло не радовать, а с другой… Стюарт и Чейз уже предвидели, что скоро заскучают по вынужденному затишью. Именно поэтому Хавьеру не составило ни малейшего труда уговорить любовника провести возможно последний свободный уикэнд с ним на ферме. Не потребовался даже припасенный на всякий случай аргумент, что Тони, как и любой ребенок в его возрасте, будет в полном восторге от такого представления, как стрижка овец. Родители уверились, что наконец установилась сухая погода, и со дня на день готовились приступить к этому увлекательному процессу. Чего Хавьер никак не ожидал, так это того, как сам Цзян вдохновится увиденным. Воскресным утром он тихо выскользнул сначала из-под одеяла, а после и из комнаты. Заинтригованный таким поведением любовника, Хавьер выждал немного и, наскоро одевшись, отправился за ним, теряясь в догадках. Может быть, Чейза разбудил Ангел и тот решил вывести его на прогулку? Фабрикант вышел из дома и почти сразу услышал командный голос бывшего полицейского. – Ангел, ко мне! – требовал он, не догадываясь, что Лань идет на его голос. – Да хватит бегать! Мы же еще даже не начали! Чем раньше ты уймешься, тем быстрее все закончится! Зачем, по-твоему, я подхватился в такую рань? Утро было изумительным! Солнце только-только подсушило росу, иногда налетал ласковый ветерок. Вчера ошалевший от простора терьер не успел набегаться вволю и теперь носился по загону для лошадей вокруг хозяина, игриво припадая к земле. Упущенный поводок волочился следом и никак не давался в руки. – Чейз, не издевайся над собакой, – попросил фабрикант, облокотившись на ограду, хотя не было похоже, что Ангел так уж от этого страдал. – Разуй глаза, Хавьер! – вызверился тот, щелкая в воздухе ножницами, которые, похоже, позаимствовал из корзинки для шитья. – Это не собака, а пугало огородное! Любой баран на вашей ферме выглядит приличнее! Чейз, начиная с середины весны, жаловался, что Ангел с этой погодой ходит совершенно заросший. А вот пса положение дел, похоже, более чем устраивало и расставаться с шубкой он не спешил. Или же все дело было в парикмахере? – Чейз, – Хавьер поманил его к себе и этот невинный жест был понят… не совсем правильно. Хотя, конечно, с какой стороны посмотреть. – Прямо здесь? – Цзян забавно оглянулся, будто из кустов в любой момент мог кто-нибудь выскочить. Но он все-таки подошёл к изгороди и несмело накрыл руку Хавьера своей, не подозревая, как тому нравится видеть его смущенным. Бывший детектив еще немного поколебался, а потом поцеловал. Простое касание губами губ, почти целомудренное, разительно отличалось от того, как он вел себя ночью в одной из хозяйственных построек далеко от посторонних глаз и ушей. Ангел заинтересовался и пролез под нижней жердью забора, чтобы тоже поздороваться по-своему, сунувшись мокрым носом в ладонь. – Доброе утро, – улыбнулся Чейзу фабрикант, без особого труда поймав пса за ошейник. – Приятно, что ты так рад меня видеть, но на самом деле мне хотелось кое с кем тебя познакомить. – Нет, только посмотрите на него, – немедленно заворчал Цзян, по укоренившейся за годы привычке прячась за напускным гневом. – Тебе в руки он, значит, дается. А мне, значит, выслушивать от этого новичка, что у меня стожок на ножках. Интересно, а кто тогда у него? Крыса помоечная… Слушая знакомую песню об одном негодном детективе, Лань направился прямиком к сараю, где ожидал застать мальчишку, что понемногу подрабатывал везде и всюду и старался больше взрослых, чтобы заслужить небольшое поощрение. Если Хавьер хоть немного его знал, тот должен был прийти пораньше и проверить инструменты, чтобы второй день прошел так же продуктивно, как и первый. Лань почти не ошибся. При виде сына хозяев фермы парнишка переполошился, поняв, что его застали не за работой, а подкрепляющимся сэндвичем с яйцом. Чтобы как-то исправить положение, он разом запихнул остатки улики в рот, так что поприветствовал их крайне невнятно. Зато искренне. – Чейз, это – Салли, – Хавьер сделал вид, что ничего не заметил, и как ни в чем не бывало порекомендовал его: – По-моему, он научился стричь овец раньше, чем ходить. – Салли это в честь бабули, – мальчишка проглотил и щербато улыбнулся. – Все думали: уж на этот раз родится девчонка! Ага! – Ангел – не баран, – на всякий случай напомнил Цзян, с сомнением посмотрев на любовника. – Да хоть лысый черт, – хихикнул мальчуган. – Если он полежит спокойно несколько минут. Чейз посмотрел на юного стригаля крайне скептически. Даже после увиденного накануне он сомневался в успехе предприятия. Не говоря об озвученных сроках. Только что он больше времени потратил на игру в догонялки. С такими успехами можно было стричь терьера хоть целый день и не добиться желаемого результата. Кажется, он и сам это понимал. – Ну, хуже-то не будет? – Цзян недоверчиво хмыкнул. Ангел обнюхал стригаля, слизнул у того с пальцев пару капель вытекшего из давешнего сэндвича желтка и явно остался доволен тем, как мальчишка принялся трепать его отросшую шерсть. Он даже перевернулся на спину, подставляя живот. Вот тогда-то и замелькали ножницы. Так быстро и ловко, что за ними было сложно уследить. – Свой, – запоздало скомандовал Чейз. – Только не отрежь что-нибудь нужное! Предосторожности оказались лишними. Команда едва ли сработала бы, попробуй Салли действительно оскопить Ангела, но Цзян зря об этом волновался. Двигаясь от хвоста к голове по заученной до автоматизма траектории, мальчишка не причинял псу никакого дискомфорта своими действиями. Терьер под его руками, как по волшебству, становился гладким и красивым, как картинка. – Какая воспитанная собака, – восхитился между тем стригаль. – Сроду таких не встречал. – Это потому что Ангел служил в Скотланд-Ярде, – с неподдельной гордостью ответил Чейз, все еще немного тревожно наблюдая за ходом стрижки. Прошли и правда считанные минуты, и Ангел, явно почувствовавший разницу между мастерством Чейза и Салли, без возражений подставил морду, позволяя освободить уши и глаза, а в качестве заключительного штриха подровнять бородку. – Теперь он похож на джентльмена, – хихикнул Салли, погладив Ангела. – Одолжите, пожалуйста, расческу, мистер. Чейз протянул ему инструмент, с интересом наблюдая, как и без того отличную, на его взгляд, стрижку доводят до совершенства и заодно счищают приставшие срезанные шерстинки. Лань незаметно встал к нему вплотную, касаясь плечом в знак поддержки. – Вот бы моим братьям так же нравилось стричься, – мечтательно протянул Салли, не подозревая, что еще недавно терьер упрямился. – Думают, раз я малой, значит, постригу тяп-ляп. – Думаю, я буду обращаться к Вам по мере надобности, молодой человек, – решил Цзян. – Ангелу Вы понравились. Судя по тому, как щедро были вознаграждены старания стригаля, тот понравился не только терьеру, но и его хозяину, упрямо не желавшему этот факт признавать. Впрочем, паренёк и так это смекнул. – О, спасибо, сэр, премного благодарен! – обрадовался Салли, пряча деньги. – И Вам, мистер Лань! Я могу быть еще чем-нибудь Вам полезен? – Ты молодец, но мы, пожалуй не будем больше отвлекать тебя от работы, – улыбнулся Хавьер. – У меня тут возникла одна идея… Не договорив, он направился к дому, обдумывая и взвешивая ее. Ангел оббежал мужчин кругом и повалился на траву, катаясь с боку на бок. Должно быть, он таким образом привыкал к новой причёске. Стоило пройти мимо, как пёс в последний раз дрыгнул лапами в воздухе и снова обогнал их. – Знаешь, Чейз, – начал Хавьер, с улыбкой наблюдая за резвящейся собакой, – сэндвич нашего юного друга навёл меня на мысли о небольшом пикнике. Позавтракаем на природе? Нужно только взять корзину. На лице Чейза возникло мечтательное выражение. Что он вспомнил? Явно ведь что-то хорошее. Приятное совместное воспоминание или может что-нибудь из детства? С тех времен, когда все Цзян проводили время вместе в маленьком летнем домике. – Только ты, я и, может быть, Ангел, – добавил Лань, прикидывая, чем лучше соблазнить любовника. – Я бы проверил лодочный сарай на озере… – Что Вы за человек, Лань? – Чейз по старой привычке откинул челку, хотя та и не должна была лезть в глаза. – А что я такого сказал? – притворно удивился Хавьер, под убийственным взглядом черных глаз вспомнивший и перевернутую лодку, и все остальное. – Поедем верхом, так что переоденься! Он не стал говорить, что, если дорога и просохла, то у воды может быть довольно топко – Цзян мог и заупрямиться. А когда они на собственном опыте убедятся, что под ногами чавкает, поворачивать будет поздно, и придется положиться на добротные сапоги для верховой езды. *** Казалось, Хавьер учел все… Погода из прекрасной стала просто восхитительной. Чейз вспомнил о том, что он может нарочно придерживать свою лошадь, чтобы полюбоваться чужими тылами, только на середине пути. Наконец в корзине лежала объемистая бутыль домашнего яблочного сидра, того самого, который они приготовили вместе прошлой осенью. Упустил он только одну вещь… – Не-ет, – протянул Чейз, когда из кустов выглянула перемазанная морда. – Это не моя собака. Ангел, где ты? Ангел! Пёс озадаченно приподнял ухо, непонимающе глядя на хозяина. Это выглядело до того уморительно, что Лань решил немного подыграть. Он тоже сделал вид, будто высматривает кого-то и даже посвистел. Терьер окончательно уверился, что его не видят, и гавкнул, пытаясь привлечь внимание. – Ангел? Куда ты пропал? – продолжал издеваться Чейз. – Лань, это все Вы и Ваша затея утопить нас в этом болоте! Хавьер совершенно не чувствовал угрызений совести, для этого ему было слишком весело. Чумазый терьер выглядел совершенно сбитым с толку, как будто и правда потерялся. Он прибег к последнему средству сделать так, чтобы хозяин его заметил и похвалил, – решил поделиться с ним добычей. – Ангел, – Чейз сбился, когда терьер наклонил голову и поднял что-то с земли, – сукин ты сын, а ну выплюнь дохлятину немедленно! Но пёс только помотал головой, еще больше помяв торчащие из пасти крылья какой-то незадачливой пичуги. Потом вприпрыжку подбежал к хозяину, чтобы тот отнял сомнительную добычу. При этом он, не переставая, вилял хвостом, радуясь, что Чейз его наконец увидел. – Стоять, – Цзян отступил, не дав терьеру испачкать лапами его штаны. Потом все же сменил гнев на милость и слегка почесал пса в единственном месте, которое осталось относительно сухим – между ушами. – Только не смей отряхиваться! Лань не был уверен, что Ангел знал такую команду, но своими глазами увидел, как тот потрусил вперед, чтобы не испачкать одежду хозяина. Подняв впечатляющую тучу брызг, он направился к сараю, угол которого был слегка подтоплен. А вот причал совсем скрылся под водой. На противоположном берегу деревья, которые раньше стояли у кромки воды, теперь росли прямо из нее. – Кажется, Ангел сейчас искупается, – понял Лань, увидев утиный задок, поплавком торчащий из воды. И действительно. Стоило селезню расплескать воду, как терьер промчался по воде как посуху и, оттолкнувшись лапами от края невидимых мостков, растянулся в длинном прыжке. – Ангел! – успел рявкнуть Чейз до того, как пёс обрушился в воду, притопив перепуганную птицу и подняв на крыло всех ее товарок. – Живая птица мне тоже не нужна! – Почему же не нужна? – удивился Хавьер, наблюдая, как пёс тащит трепыхающуюся добычу к берегу. – Молодец, Ангел, неси ее сюда! – Что ты будешь с ней делать? – не понял Чейз и вздрогнул, когда Лань забрал птицу и с хрустом одним выверенным движением свернул ей шею.