Небо Лондона

Карета с гербом

Чейзу следовало заподозрить неладное, когда Хавьер заехал за ним не на обычном кэбе, а в карете, принадлежащей, судя по гербу с облаками, семье Ланей. Однако он начал задавать вопросы, лишь когда почувствовал, что поездка затянулась. Стоило отметить, что такой рассеянности немало поспособствовали страстные поцелуи и объятья. В последний месяц, если не два, они виделись до безобразия редко. – С новой работой ты совершенно разучился расслабляться, Чейз, – заметил Хавьер, руку которого бывшему полицейскому пришлось вытащить из своих штанов, чтобы хоть немного настроить их обоих на серьезный разговор. – Разве не ты говорил, что все утряслось и… – Вовсе нет, – немного невпопад возразил Цзян. – Утром после пробежки я играл с Ангелом. Лань совершенно не выглядел впечатленным. Тогда бывший полицейский попробовал привести более убедительный пример, но не смог припомнить хоть что-то. Может быть – но только отчасти! – Лань и был прав, однако доставлять любовнику удовольствие, соглашаясь с ним, Чейз не собирался. – Благодаря сотрудничеству Чаттеров мы почти взяли Циклопа, – сказал он и тут же почувствовал упрек во взгляде Хавьера или это была только игра теней? Окна были наполовину задернуты, и сейчас отсутствие мелькающего света газовых фонарей ощущалось особенно остро. – Поэтому я решил еще раз перетряхнуть все дела отца. Он не стал говорить, что одной из причин для этого послужил бывший Карп. Кое-кому не давала покоя картинная галерея, понемногу исцелявшая гнойный нарыв на карте Лондона. А закрытые мероприятия, случавшиеся там два-три раза в месяц, пока лишь подстегивали тех, кто желал «вернуть старые деньки». Приходилось усиливать охрану для каждой выставки. – Я думал, ты решил оставить службу, – резонно заметил Хавьер. – Не так уж это и просто, да? Чейз заерзал. Возразить было нечего. Лань легко докопается, что Цзян сам настоял, чтобы Жэнни привлекла его в качестве консультанта и познакомила с этим новым инспектором с натурой редкостной паршивости. Ян Сюрэй из графства Суррэй. А самое неприятное – суперинтендант приказала не мудить Чейзу, хотя ясно же, что новичок первый начал! И назвать его крысоловом Чейз считал не оскорблением, а констатацией факта, потому что его мерзкая шавка с отвратительно напыщенной кличкой своей вытянутой мордой и привычкой нападать исподтишка действительно напоминала крысу. И эта тварь понимала команды только на немецком! – Сегодня я провожал во Францию одного старого друга, и он был так мил, что передал мне ключи от своего дома в Чатэме, – пришлось отдернуть штору, чтобы полюбоваться выражением гордости на лице любовника. – Вам будто мало целого особняка, – упрекнул его Чейз, хотя изначально и не хотел напоминать о том, что близнец Хавьера уехал со своим хуедожником в романтическое путешествие. Тут пейзаж за окном заставил его встревожиться: – Куда мы едем, Хавьер? – Мы скоро будем на месте, вот увидишь, – тон Ланя ему сразу же не понравился. Определенно, Хавьер хотел отправиться не на загородную прогулку… – Кстати, ты любишь качаться на качелях? – Лань, блядь! – воскликнул Чейз, зная любовь Хавьера ко всяким заковыристым подвесным конструкциям. – Я никуда с Вами не поеду! Он не узнавал Хавьера… Вернее, отлично узнавал Ланя, и ему это совсем не нравилось. И этот опасный блеск глаз, да что на него нашло?! Чейзу стало не по себе от мысли, что он рискует обзавестись такими же шрамами, как у любовника. Парные округлые следы, оставленные стальными крюками. За одно это Цзян убил бы Мэйсона ещё столько раз, сколько понадобится, чтобы стёрлась сама память об этом выродке. – Значит, я зря попросил мистера и мадам Цзян присмотреть за Тони и Ангелом? – притворно огорчился Лань, похоже, собираясь подняться со своего места. – Хотя Ангела можно было и взять с собой. Ему точно понравилась бы поездка. Цзян уловил упрек в свою сторону. Они не виделись черт знает сколько, а он вместо того, чтобы наслаждаться присутствием Хавьера, снова недоволен. Как раз в тот момент, когда он подался вперед, их слегка тряхнуло. Впрочем, не исключено, что фабрикант с самого начала задумал оказаться у него на коленях. Чейз забыл обо всем, когда тот властно запрокинул ему голову и поцеловал. – Хавьер, – простонал он в губы любовника. – Ты невозможен… – Мы непростительно редко трахались весь последний месяц, – выдохнул Лань, наверняка почувствовав, что Чейза пробрала дрожь от того, как откровенно он говорил об их общих желаниях. – Надо это исправить! Ну и что он мог на это возразить? Пришлось промолчать в знак несогласия, к тому же рот у него был занят сейчас другим, а голова постепенно заполнялась мыслями о том, что до Чатэма еще больше двух часов езды и за это время он, черт подери, выебет Ланя прямо в этой карете. Справедливая компенсация за все те лекции, которые Хавьер ему устраивал в последнее время. Он не мог отрицать, что такой метод обучения премудростям бизнеса был эффективен. Пожалуй, запоминался даже лучше, чем наставления родителей, но что за идиотская манера вести долгие разговоры за минетом, растягивая удовольствие до безобразия?! Чейз предпочитал не думать о том, что с такими тренировками не только разобрался в тонкостях управления семейным делом, но и научился сосать как заправская блядь. Он вообще ни о чем не думал, расстегивая пиджак фабриканта, затем жилет и рубашку со ссаным миллионом маленьких перламутровых пуговиц. Захотелось посмотреть, как они сочетаются с холодным серо-хрустальным цветом глаз Хавьера, однако в окно проникало слишком мало света и, даже привыкнув к полумраку, было не разглядеть таких нюансов. Только неприкрытое вожделение, отразившееся на лице фабриканта. Он потянулся, чтобы заплести волосы, однако Чейз остановил его. Хавьер сам не осознавал, как великолепно выглядит в такие моменты. Зацелованный, в сползающей с одного плеча рубашке, в наполовину снятых штанах и потерявшем свою пару ботинке. Небрежно растрепанная темная шевелюра, в которой Чейз с неудовольствием заметил несколько седых прядок, прекрасно дополняла образ. – А тут довольно просторно для ебаной колесницы, – заметил Чейз, оценив то, как им удалось разместиться. – Чего-то не хватает, – Хавьер сунул ему пузырек. Помнится, доктор Джеймсон разливал в такие свои микстуры. – Например, пары твоих пальцев для начала. Чейз тихо фыркнул. С каких пор и, главное, от кого, Хавьер скрывался? Он привычно выдернул тугую пробку зубами. Аромат черной мяты стал для него приятной неожиданностью. Хавьер между тем уже начинал терять терпение. – Легче, Лань, – попытался осадить его Чейз, когда тот насадился на его пальцы. – Разве это не должно охладить Ваш пыл? – Не терпится попробовать? – угадал Хавьер. – Это продлит удовольствие. Чейзу и правда хотелось оказаться в нем, ворваться, надавить на бедра, насаживая до упора. Он не имел ничего против того, чтобы сделать это горячо, быстро и бурно, а потом покурить и повторить более обстоятельно. Медлил Цзян только потому, что не хотел, чтобы с непривычки любовнику было больно. Он чувствовал, как Хавьер сжал его пальцы, когда карету тряхнуло. Масло холодило пальцы и на контрасте с обжигающим жаром тела Хавьера это заводило ещё сильнее. Настолько, что он не сумел как следует подготовить любовника, которого, похоже, не заботила легкая боль и теснота. Даже наоборот, это лишь подзадорило его. Сначала Цзян не почувствовал ничего особенного, кроме необходимости посильнее стиснуть Хавьера, давая им обоим время приспособиться друг к другу. А потом… Он нахмурился – легкий холодок вызывал противоречивые ощущения. – Как тебе? – горячо выдохнул в ухо Хавьер, вызвав небольшой озноб. Мужчина промычал что-то неопределенное. Он и сам не знал, как это. Необычно. Он ожидал испытать что-то вроде онемения, однако эта штука скорее слегка покалывала, сбивая с толку. От этого он даже ярче ощущал малейшее движение. – М-м? – вопросительно протянул Лань. – Нужно было остановиться на обочине, – он слегка ослабил хватку и фабрикант воспользовался этим, чтобы приподняться, почти соскользнув с члена. В этот раз пробрало до мурашек. Эта штука и правда здорово освежала. Хавьер тихонько хихикнул, должно быть, разглядев, какое у него было глупое лицо в этот момент. Чейз мстительно стиснул его бедра, снова втискиваясь туда, где можно было немного погреться. – И нанять глухого кучера, – добавил он.