Princess of darkness

Я выскочила вслед за Хромом, не понимая, что он собирался делать. Мог бы мне все объяснить для начала. Я же ему помочь хочу. Не проронил ни слова, пока Аглае объясняла мне, как добраться до города оборотней, а потом убежал. Ну, просто невыносимый ребенок! Вот где мне его сейчас искать? Я упустила его изведу, и теперь не знала, куда он мог податься. Я знаю, что родители волчонка абсолютно точно мертвы, но возможно в Алсмере остались его родственники. Это объясняет его такое взвинченное состояние. Тогда тем более нужно отправляться в путь. Этих событий не было в каноне игры, поэтому я теряюсь в догадках, что может произойти на неизведанных берегах. — Гарди, нам нужно поговорить, — опять этот козел на горизонте. Разве я не ясно дала понять, что видеть его больше не желаю. — Пожалуйста, выслушай меня, и ты сразу поймешь, что это было не то, о чем ты могла подумать, — мне своим глазам больше верить нельзя? Я отчетливо видела картину поцелуя. Больше мне никаких объяснений не нужно. — Пойми, я люблю только тебя. Эвелейн для меня простая подруга… — с которой ты периодически делишь одну постель. Зашибись, какое дружеское общение! — С подругами не целуются в засос, что я наблюдала! — я повысила тон. Как вспомню ту картину, так и хочется убить обоих. — А если бы я зашла на несколько минут позже… вы бы там еще и переспать успели, — Эвелейн не рассчитывает на дружбу. Она с ним отношений хочет. Сама ведь мне говорила, что будет бороться за него. — Оставайся с ней, коль она тебе настолько дорога, — меня захлестывала ревность. — Это было наше прощание. Я рассказал Эв, что люблю тебя и хочу быть с тобой. Она сказала, что отпустит меня в другие отношения и сохранит при этом нашу дружбу, которой я дорожу. Это был всего лишь поцелуй. Он бы не перерос ни во что большее, — охотно верю. Хорошо предание, но лапшу себе на уши я вешать не дам. — Вот иди и прощайся с ней и дальше, — а мне нужно найти Хрома. — У меня куча дел, в которые ты никак не вписываешься, — благо, что путь до Алсмера не такой большой как я думала поначалу. — Какие у тебя могут быть дела? Ты уже спасла Баленвию от угрозы. Неужели ты не собираешься вернуться с нами в штаб? — с Мико я еще повидаюсь. Просто дни до нашей встречи зачеркиваю. Вернусь, куда я денусь. Мне еще Такару нужно забрать. — Гарди, не уходи никуда. Ты нужна нам… я не смогу без тебя… — сейчас возьму и расплачусь. На слезу, он мне тут давит. Но сказать придется, если Хром не вернется в Эль без уважительной причины, его могут выгнать. — Мы с Хромом отправляемся спасать Алсмер от угрозы. Нас об этом попросила старейшина Баленвии по просьбе своей подруги, которая главенствует в городе оборотней, — лицо эльфа помрачнело. — Там орудуют нзакомбы. Это слишком опасно для тебя и пацана, — я смогу позаботится о себе и защитить Хрома. — Этот город превратился в своеобразную столицу мертвых. Ее жители обречены на погибель. Вы впустую подвергаете свою жизнь опасности. Если там и остались выжившие, то это просто чудо. Мы хотим сбросить туда бомбу и прекратить мучения несчастных в ближайшем будущем, — и почему я не удивлена. Мико всегда готова принести жертвы ради интересов большинства и плевать, что этих людей еще можно спасти. — Вы отстрочите это решение на определенный срок. Пока я не выведу оттуда пленников, — мной они рисковать не будут. Не выгодно им это. — И мне плевать, что об этом думает Мико, — пускай что-то только попробует сказать против. — Тогда я пойду с вами, — и тут я обалдела. Он меня только отвлекать там будет. — Как начальник гвардии я не могу отпустить вас одних на такое опасное задание, — непреклонно заявил он. — Не выйдет. Ты забыл, что в штабе должен оставаться хотя бы один начальник гвардии? Невра, по моим расчетам, отъезжает на свою миссию завтра утром. А Валькион еще не мог так рано вернуться в Эль. Ты обязан быть в гвардии для ее защиты в случае нападения, — в его глазах отразилась печаль. — Тогда будь осторожна и вернись ко мне живой, — на нежности потянуло. Как жаль, что я это уже не оценю. Зря старается. Пускай такие дифирамбы идет петь к эльфийке. — Я обязательно вернусь, но только не к тебе… — со мной ему ловить нечего.

***

И где его только носит? Я обошла в поисках Хрома практически весь город, так и не обнаружив своей пропажи. В лучшем случае нам уже нужно седлать чокобо и отправляться в путь. Мне не хотелось задерживаться в месте, которое в любой момент могут подорвать. До него еще доехать нужно и придумать план по эвакуации населения не зараженного нзакомбами. — Ты меня ищешь, Гарди? — волчонок вышел из ближайшей подворотни, где видимо от меня прятался. — Прости, мне нужно было побыть одному и переварить все это дело. Нелегко принять тот факт, что место, в котором ты рос с рождения в скором времени превратиться в руины, — видимо он умудрился подслушать наш с Эзарэлем разговор. — Слышал… — теперь Хром знает всю историю наших взаимоотношений с эльфом. — Да, — кивок. — Мне хочется плюнуть в лицо этому мачо, который так с тобой обошелся. Но знаешь, я хочу тебе сказать, что не видел на его лице и тени сомнений, когда он говорил что любит тебя, — я удивленно посмотрела на волчонка. — Возможно, он ошибся в этом решении, позволив себе вот так попрощаться с Эвелейн. Я не оправдываю его, но ты хорошенько подумай над этим вопросом. Не натвори дел сгоряча, о которых будешь жалеть всю свою жизнь. Если ты его любишь, что я вижу по твоему лицу, то попробуй дать ему второй шанс. Каждому свойственно ошибаться и всякий имеет право на прощение. Если я правильно его понял, он хотел сохранить дружеские отношения с нашей медсестрой. Не становиться врагами после расставания. Эзарэль чувствует себя виноватым перед Эвелейн и старается всячески примериться с ней. И именно она попросила его о поцелуе, а не он ее. Это могло быть подстроено Эвелейн и Силеной. Может быть, они хотели, чтобы вы поругались и разбежались. А у Эвелейн появился второй шанс. Ты не думала об этом под таким углом? — если признаться честно, то нет. Я была так ослеплена ревностью, что не слышала ничего вокруг себя. Но если предположить, что Хром говорит правду и Эзарэль в действительности не врал мне, то я сыграю по правилам этих двоих лахудр. Эльф настойчиво продолжает говорить мне о своей любви. Зачем ему это? Что-то здесь в действительности нечисто. Нужно разобраться. Если это и правда был прощальный поцелуй, то это резко меняет дело. Отказываться от своих чувств из-за такого будет неразумно. Я могу утратить куда больше чем свои задетые амбиции. — Поцелуй — это малость. Будет гораздо хуже, если ты потеряешь его насовсем, не разобравшись до конца. Если он решит, что не нужен тебе и уйдет к Эвелейн, где его всегда ждут, — Хром прав. А я ведь так и сказала эльфу, что отдаю его другой. После возвращения нас с Эзарэлем ждет серьезный разговор. — Спасибо, Хром, — кто бы мог подумать, что наш оборотень настолько мудр на свои лета. Можно сказать, что он прочитал лекцию взрослой тетеньке. Говорят же, что дети иногда могут быть разумнее, чем мы, взрослые. — Так я и сделаю. По возвращению я обязательно поговорю с Эзарэлем, — теперь я выслушаю его до конца, не поддаваясь эмоциям. Я не хочу терять возможность быть счастливой, ведь мое сердце выбрало лишь его одного. Я увижу, если он солжет. Почувствую — уверена в этом. И если это все было подстроено этими двумя, они хорошо получат по заслугам. — А теперь пошли паковать вещи. Нам нужно выдвигаться немедленно, — я последовала за оборотнем. — И будь готова принять тот факт, что возможно спасать будет некого, — насколько я поняла, город заполнили полчища зомби и мирным жителям пришлось разбить своеобразный штаб в одном из жилых зданий. Кто знает, сколько они продержатся? — Мы возьмем одного чокобо, чтобы не привлекать лишнего внимания мертвецов и привяжем его в лесу. Они не должны узнать, что мы приехали вызволять горожан, — а они могут мыслить?

***

Это будет самой опасной миссией, которую я только выполняла в этом мире. У каждого из нас есть опасения быть укушенным. Стать бездушным мертвецом, бесцельно снующим повсюду без определенной цели, определенно ужасно. Я отгоняла от себя мрачные мысли, которые лезли в голову с нарастающей силой, не давая сосредоточиться на сборах. Я боюсь туда ехать — честно призналась себе. Но мысль о том, что Хром может не вернуться оттуда живым, преобладало над ужасом. Нельзя оставлять это без внимания. Поселение оборотней надеется на мою помощь. — Ты уже готова? — в дверях стоял волчонок. — Угу… — он тоже боится, но не думает отступать от задуманного. Нас уже ждал оседланный чокобо, уже готовый к поездке в неизвестность. Хром запрыгнул на ездовое животное первым. Управление берет на себя. Хорошо, я не против такого. Я заняла привычное место пассажира и приготовилась к сильной тряске. Натянув поводья, оборотень слегка стукнул ими страуса, и он пошел спокойным шагом по городу. Видать перейдем на галоп, как только покинем пределы Баленвии. — Возвращайтесь оттуда живыми! — я обернулась, заметив отдаляющийся силуэт эльфа. — А вот это мы гарантировать ему не можем, — мрачно произнес Хром, не отрывая взгляда от дороги. — Ты уверена, что в действительности хочешь туда поехать? — естественно. Его одного я туда не пущу. — Пока есть возможность, ты можешь отступить от этого. Когда мы выедем за пределы города, отступать будет поздно, — за кого он меня принимает? Я уже пообещала помочь. Нужно придерживаться принятых решений. — Я не отступлю, — тоном, не подлежащим сомнения, ответила я. — Меня учили, что необходимо всегда сдерживать свое слово, — и какая из меня спасительница мира, если я испугаюсь подобного.

***

Чем ближе мы приближались к Алсмеру, тем отчетливее я ощущала ауру опасности вперемешку с запахом смерти. На небе уже засияли первые звезды, но даже небесные светила не могли отвлечь меня от плохих предчувствий. Как и было оговорено ранее, мы привязали нашего чокобо в лесу. Вторгаться в город нужно было именно ночью. Под покровом темени было легче оказаться незамеченными. — Войдем в город через главные ворота, — я удивленно уставилась на Хрома. Не лучше ли зайти с обхода? Так будет гораздо незаметнее. Привлечем же лишнее внимание мертвецов. А оно нам надо? — Не волнуйся, нзакомбы слишком тупые, чтобы охранять проход в деревню. Их мозгов хватает лишь на то, чтобы выслеживать уже увиденную жертву. На такую умность, как поставить охрану на входе, они не способны, — раз ты так говоришь. Какое запустение было на улицах этой деревеньки не передать словами. Это походило на картину из фильмов ужасов. Разрушенные дома, выбитые стекла окон, валявшиеся по земле. На некоторых осколках прослеживались капельки крови. Не хочу даже думать, кому она принадлежит. Чем дальше мы шли вглубь, тем больше ужасов нам мерещилось. — Смотри… — волчонок указал мне на лужу крови и лежащего в нем фамильяра. Его тело уже давно начало разлагаться, поэтому определить к какому виду он относился, я не смогла. — Это они его еще не доели, — хорошо, что я не успела покушать, иначе содержимое моего желудка вышло бы наружу. — Зомби едят фамильяров? Я думала, что после укуса мертвеца живое существо превращается в аналогичного монстра, — слава богу, что я оставила своего мяуликса на попечение Мурфею. — Так и есть, но только не все успевают это сделать. Все зависит от настроения нзакомб. Когда они сильно голодны, то могут поедать себе подобных или едва укушенных, еще не до конца обращенных, — они практикуют каннибализм. — Будь осторожна, не дай им ни в коем случае себя укусить, — ближний бой тут точно не светит. Сокрушающие удары тоже нужно использовать на расстоянии. Придется в основном полагаться на магию и свое оружие. — Быстро сюда… — оборотень схватил меня за руку и затащил за угол. — Смотри… — мой слух уловил приближающиеся шаги и резкий запах гнили, которой по-видимому пахли все мертвецы. Они шли стайкой из несколько существ. Не сильно торопились и чувствовали себя хозяевами положения. Издавали странные звуки, которые были похожи на мычание. На их спинах, словно мешки с картошкой, висели обезображенные трупы местного населения. Они еще не превратились в зомби, а значит, это их обед на сегодня. За их процессией шлейфом лилась кровь убитых, орошая землю и без того пропитанную смертью. Я сжала руки в кулаки. Этим оборотням уже нельзя ничем помочь. Как бы мы не спешили сюда, смертей все равно не удалось избежать. Как нам найти выживших? Ведь все население попряталось по безопасным местам, забаррикадировав двери. Лишь крайняя нужда, такая как голод, вынуждает их выходить на поиски пропитания. И вот что происходит в итоге — я проводила взглядом мрачное шествие. — Не вини себя, — Хром дотронулся до моей руки, разгибая кулаки. На моих ладонях от крепкой хватки проступили бороздочки крови. — Тут мы уже бессильны. Укушенных невозможно обратить назад, — и таких в этом городе большинство. — Пойдем дальше. Поищем те места, которые жители могли использовать в качестве убежища, — я кивнула, последний раз взглянув на то место, где совсем недавно увидела впервые настоящих живых мертвецов. Теперь мы передвигались по подворотням. По главной улице туда-сюда сновали нзакомбы. Нас они не замечали, поскольку передвигались в основном, не смотря по сторонам. Это нам было на руку и вскоре мы добрались до резиденции мэра. Оборотень думал, что выжившие скрываются именно там. А я доверилась его чутью, ведь он знает этот город с малых лет. И если он говорит, что это самое безопасное место, то так оно и есть. — Это такой шифр? — Хром, выдерживая интервал, постучал по двери три раза. — Довольно хорошо продумано, — так они будут знать, что пришли не захватчики их города, а разумные существа. — Кто там? — дверь слегка приотворилась, и в ее створке показалось лицо седоволосой старушки с волчьими ушами. — Матерь божья, Хромушка, это ты?! — нас двоих быстренько затащили внутрь, а после захлопнули двери на несколько массивных щеколд, подперев до надежности столом. — Мы уже и не чаяли, что к нам придет помощь. Но мы и не думали, что ты вернешься в родную деревню спустя восемь лет. А эта девушка посланница Оракула? — она перевела свой взор на меня. — Меня зовут Гардин… — получается, что оборотню было всего семь, когда он ушел с Алсмера. Вероятней всего из-за смерти родителей. — Мы пришли вам помочь… — насколько это возможно в этой страшной ситуации. — Наша надежда на лучшее становиться все призрачней, — старушка утерла слезы. — Сегодня схватили наших последних мужчин, которые оставались в живых. Они пошли за провизией в деревенскую лавку и их там поймали. Из всего города в живых осталось только двое, — мы опоздали. Теперь этот город находиться под полным контролем нзакомб. — Я и моя внучка Мэзуми, — одна бабушка и юная девушка. Им не выжить самостоятельно в этой деревне. — Мы много раз пытались связаться с гвардией Эль, — я напряглась. На этом месте поподробней. — Удалось мне побеседовать с девушкой-лисицей. Она сказала, что придумает как нас спасти, но мы так и не получили должной помощи, — сбросить бомбу она на вас думала. — Ох, я ведь не представилась. Совсем уже старая стала, — хлопнула себя по голове. — Моя имя Изэнэми, я — старейшина Алсмера. Вы, наверное, очень устали с дороги. Пойдемте, я отведу вас в комнату, в которой мы отдыхаем, — мы пошли на второй этаж здания. Помещение, которое выделили нам под комнату отдыха, было похоже на личный кабинет мэра. Здесь стоял шикарный кожаный диван, который при необходимости, можно было разложить. Однако в комнате было прохладно, что я почувствовала сразу. — Располагайтесь тут вдвоем. К сожалению, у нас не так много свободных комнат, — это не страшно. Я и не собиралась отпускать Хрома в другую опочивальню. Мне было бы жутко ночевать одной в этом месте. — Бабушка, у нас гости? — а вот и внучка старейшины — Мэзуми. Она была невероятно красива. Даже я — девушка, могла признать это со всей точностью. Такое симпатичное личико может снести голову любому мужчине. Изящные черты лица, словно у аристократки; длинные вьющиеся волосы цвета вороньего крыла; пухлые губки, которые выглядели очень привлекательно в нежной улыбке; и глаза цвета безоблачного неба. И тут я обратила внимание на еще одну не малую деталь. Она беременна. Скорее всего, на последнем месяце и у нее вот-вот появиться малыш. — Вероятно это та самая избранная Оракулом! — она подскочила ко мне, схватив за руки. — Я молилась о вашем приходе. Теперь нам с малышом ничего не угрожает, — она погладила свой живот. — Вы ведь заберете нас отсюда? — очень на это надеюсь. — Я просто хочу воспитывать своего ребенка вдали от этого ужасного места! Я потеряла здесь своего любимого мужа… и отца с матерью, — она разрыдалась. — Успокойся, тебе нельзя сейчас нервничать, — я покосилась на ее живот. Это явно девятый месяц беременности. — Придется мне у нее роды принимать. Я этого никогда не делала прежде. Вот и получу нужный опыт. — Да. Бабушка всегда говорит это мне, — Мэзуми достала носовой платок из кармана своей юбки и промокнула глаза. — Поэтому я стараюсь улыбаться и не нервничать, ведь это может навредить моему ребеночку, — пока девушка восторженно щебетала о том, как проходит ее беременность, я думала, где буду принимать роды на случай захвата этого здания. — Ой, а не Хром ли это? — она только сейчас его умудрилась заметить?! — Это я… — волчонок отвернулся, насупившись. — Ты так подрос, Хроми! — Мэзуми бросилась обнимать волчонка со всей присущей радостью. — Мне кажется, что я вечность тебя не видела! А ведь мы были друзьями детства! — последняя фраза меня заинтересовала. — У них пять лет разница, — улыбнулась доселе молчавшая старушка. — Мэзуми знает Хрома еще с пеленок. Как хорошо, что они встретились вновь, — умилилась Изэнэми. — Не возражаешь, если мы поговорим наедине? Пускай они наговорятся перед сном вдоволь. Я долго тебя не задержу, — мы спустились на первый этаж. — Скажи, избранная, есть ли у нас хоть малейший шанс на спасение? — этот вопрос обескуражил меня. — Ответь честно старой женщине… — Шанс есть всегда, — даже в такой безвыходной ситуации как эта. Нужно составить карту правильных путей отступления. Где нзакомбы ходят меньше всего. Таким образом, мы сможем вывести двух плененных. — Не нужно сдаваться… — в случае чего, я защищу их. Насколько мне позволят собственные силы. — Верьте в лучшее, вы еще сможете понянчить правнука, — такая милая старушка. На ее долю выпало немало мучений. Теперь она осталась совсем одна с беременной внучкой. — Ты очень похожа на Сузуму, — Изэнэми тепло улыбнулась. — Хром был еще совсем маленьким, когда она погибла от рук людей, — неужели это мать Хрома? — Я не знаю деталей ее смерти. Но после этого происшествия мальчик замкнулся в себе. Ему было где-то около пяти. Мы пытались разговорить его, но все было напрасно. Он никого не подпускал к себе. Кроме своего отца, — его родители погибли не в один день, как я думала. — Держался ото всех на расстоянии и смог сделать исключение лишь Мэзуми, — она пробила его скорлупу. Неудивительно, что волчонок так рвался сюда. — А его отец, что произошло с ним? — Его убила преступная организация — Триады. В один из дней они совершили вероломный набег на наше поселение. Тогда погибло много наших жителей. Это случилось спустя два года после трагической смерти Сузуму. После этого Хроми остался круглым сиротой, и я хотела взять его к себе на воспитание, — но оказался оборотень именно в Эль. — Все бы так и случилось, но волшебная гвардия направила своих солдат, чтобы помочь нам ликвидировать последствия нападения. Тогда и пришел этот красивый юноша, который и предложил Хрому вступить в их ряды, — только не говорите мне, что это был Лейфтан. — А как он выглядел? — кажется, картинка начинает проясняться. — Высокий зеленоглазый блондин. Такой мужественный и статный. Я еще тогда подумала, что нашему малышу очень повезло. Кого попало, в гвардию не возьмут, — это был точно демон. Он хорошо подходит под это описание. — Что-то заболтались мы. Вам нужно отдохнуть, — больше информации я так и не получила.

***

— Хром, я не позволю тебе спать на полу! — вот уже прошло несколько минут как мы бесцельно спорим. Узнав, что нам придется спать на одном диване, волчонок зарделся и категорически отказался это делать. Ему, видите ли, и на полу будет неплохо. — Ты посмотри как холодно в помещении. Отхватишь воспаление легких, и что мне потом делать с тобой?! И слушать ничего не хочу! Немедленно в постель! — я толкнула его на расстеленный диван, укрыв сверху одеялом. — Мы сейчас не в тех условиях, чтобы рисковать своим здоровьем. Кроме того, ты явно не выспишься на жестком паласе, — давая понять, что не приму дальнейших пререканий, я забралась под одеяло.

***

— Гарди, открой глаза… — полыхающий свет застелил мне глаза. Я проморгалась, оглядевшись по сторонам. Под моими ногами было мрачное озеро, окутанное тиной и прочей мерзостью. Туман, сгущающийся над моей головой, выглядел зловещим. — Вот мы и встретились снова, — мое седьмое чувство кричало о находящей опасности. — Оракул, помоги мне! — в отчаянии прокричала я, протягивая руку, в надежде ухватить неуловимого призрака. — Скажи, что делать в этой ситуации?! Я не уверена, что смогу защитить всех от смерти. Я не ожидала, что здесь будет столько мертвецов. В случае их коллективного нападения у меня не получиться дать отпор всем. Их слишком много, а я одна, — призрачная ладонь коснулась моей головы. — Ты куда сильнее, чем можешь себе вообразить. Твоя главная сила — это вера в себя. Без этого тебе ни за что не победить. Движимая энергия — защитить тех, кто тебе дорог. Не допустить их смерти и оберегать любой ценой. Не забывай и свою цель — стать сильнейшим аэнжэлом в истории. Оставить после себя след потомкам. Вера в будущие — быть прекрасным и уважаемым начальником гвардии Эль. Помнить свое прошлое — ведь ты стала сильнее благодаря закалившим тебя в детстве трудностям. Ты несешь их след в своем сердце и по сей день. Не забывать тех, кто был дорог — их смерти больно ударили по тебе. Но и они закалили твою выдержку. Воспоминания о них придают тебе стимул жить дальше. Вспомни и о спасенных тобой жизнях — они будут всегда благодарны тебе за спасение. Для них ты стала ангелом-хранителем. Осознание того, что теперь ты не одна — твои друзья станут тебе верной опорой и надежным плечом. Пускай и не все будет так гладко. Любовь — ты любишь и любима. Эти чувства окрыляют твое сознание, и ты веришь, что ваши эмоции настоящие и искренние. Ты сильна не только физически, но и морально. У тебя чистое сердце и добрые помыслы. Рискуя собой, ты приехала, чтобы помочь терпящим бедствие людям. Не это ли называется «героизмом»? — Я не уверена, что все настолько радужно как ты говоришь… — я не считаю себя настолько идеальной, как меня только что описали. Даже я совершаю ошибки, которые признаю со временем. Иногда я слишком поспешно принимаю решения под действием противоречивых чувств. — Ты про этот случай, — Оракул засияла белоснежным светом. — Мне известна истина и я позволю тебе увидеть ее, — мы стояли в помещении моего госпиталя в Баленвии. — Это случилось до того как ты застала ту картину, которая гложет тебя не переставая. Любит или не любит. Сказал правду или соврал. Хочет использовать или настроен серьезно. Ты имеешь право задавать себе такие вопросы. Смотри на нее. Это вся правда, — после ее последних слов картина ожила. — Эзарэль! — в помещение ворвалась запыхавшаяся Эвелейн. — Я так рада, что ты в порядке! — она повисла на шее у эльфа. — Я думала, что больше не увижу тебя. Эта ненормальная забрала тебя к себе силой, — это я-то ненормальная?! Не я же детей в отравленную пещеру одних отправляла. — Каким-то образом она умудрилась изобрести противоядие. Вероятно чудом. Учитывая, что у нее нет лицензии на лекарство, — мне автоматически ее присудить надо. Я стольких людей в Баленвии спасла. — А еще она несла полную ахинею о том, что у вас роман. Вот наивная, правда… — Эвелейн, может быть, ты дашь мне хоть слово вставить? — он отцепил ее от себя. — Гарди спасла мне жизнь дважды. Сначала в пещере, где я мог попросту погибнуть. А потом она подняла меня на ноги своим противоядием. Я безумно ей благодарен за это. Она станет прекрасным медицинским работником. Уже является им, — тут он покраснел до кончиков ушей. — Насчет того, что она сказала о нас… это правда. Я люблю ее. У нас все было. Она тебе не врала… — я увидела, как у Эвелейн на глазах появились слезы. — Прости меня за то, что причинил тебе боль. — Прощу, и мы даже сможем остаться друзьями, — эльфийка замялась. — Поцелуй меня на прощание, — он мне не врал. Это я усомнилась в его словах. Больше этого не повториться. — Я не могу… это неправильно… — это все было подстроено. Видела меня в окно и разыграла картину мнимой «измены». А я как дура на это повелась. — По сравнению с той болью, что ты причинил мне своими поступками, это малость, — на жалость давит. Хром раскусил это все гораздо раньше меня. Эвелейн пойдет на все, чтобы вернуть себе Эзарэля. Даже на такие крайности. Это был умный ход с ее стороны. Надавить на мое чувство ревности и собственничества. — Хорошо… но это наше прощание, — эльфы слились в поцелуе, и тут на пороге уже появилась я. Прекрасный план, Эвелейн. Можешь считать, что я его высоко оценила. Отвечу на него всей своей широкой душой. Кстати, нужно узнать как там самочувствие Силены. Я ее хорошенько об пол приложила. Эх, бедненький мой ремонт. Он пал жертвой лихих обстоятельств и был пробит этой бренной тушей. — Теперь ты все знаешь, — улыбнулась дух кристалла. — И я уже вижу, что ты готова к новым свершениям. Удачи тебе.

***

Проснулись мы от громкого крика, доносящегося с нижних этажей. Затем раздался оглушительный стук и тихое рычание. Хром уже метнулся к двери, как я схватила его за руку, убирая его к себе за спину. Вытащив свои траншейные ножи, я приготовилась отражать атаки. — Держись за мной, — серьезно зыркнула на оборотня. — Не рвись геройствовать и предоставь все мне, — я толкнула дверь и подождала пока она откроется. За ней вполне могут прятаться нежданные гости. Выждав минуту, мы тихонько вышли. Самое поганое, что магическую ауру зомби, невозможно прочувствовать. Они мертвы, поэтому не источают никакой энергии. Открывшаяся перед нами картина вырвала у меня крик ужаса. На полу первого этажа в луже крови, которая растеклась на половину паркета, лежало уже растерзанное тело старейшины Алсмера. Над ней кружилась стайка из трех нзакомб. Монстры отрывали ее конечности и с удовольствием пожирали их. Заметив нас, они оскалились, бросившись к верху по лестнице. Прямиком в нашу сторону. — Спирали огня! — из моих рук вырвалось бушующие пламя, которое подпалило лоскуты одежды зомби. Сгорая, они продолжали в агонии двигаться вперед. В моем арсенале пока имеются лишь огненные заклинания. Это не очень хорошо, поскольку огонь перекинулся на лестницу. — Хватайся за меня, Хром! — единственный выход на первом этаже. Придется прыгать вниз. Поудобнее прижав к себе оборотня, я сиганула вниз, приземлившись на ноги. И вовремя, лестница была охвачена пламенем. Останься мы там еще на минуту и нам бы отрезало выход. Я перевела взгляд на лежащие на полу тело. Совсем недавно я говорила с этой приветливой старушкой, а теперь ее нет. Но как эти твари смогли пробраться в дом?! — Они сделали подкоп и вылезли через погреб, — волчонок указал на углубление в полу. — Довольно хитрый ход для тех, кто не имеет никакого мышления, — я схватила Хрома за руку, притягивая его к себе вплотную. Не дай бог на него оттуда кто-то выскочит. — Помогите! — и крик полный боли. Осталась последняя выжившая, точнее их двое. В утробе Мэзуми находиться маленькое существо, которое также нуждается в защите. Господи, хоть бы успеть! Мы ворвались в столовую. Первым делом я метнула в зомби огненный шар. Девушка была еще жива, однако я заметила, что с ее плеча капала кровь. — Меня уже укусили, — она подняла на меня глаза полные отчаяния. Осознания, что ее жизнь подходит к концу. Я никогда не забуду этот взгляд. — У меня совсем недавно отошли воды. Я хотела идти за тобой, ведь знала, что ты медик, — она закашлялась кровью. — Пожалуйста, спаси моего ребенка. Пускай он выживет, молю тебя. Со мной уже все кончено… — неужели она хочет, чтобы я вскрыла ей живот без анестезии? — Быстрее, где есть одна нзакомба, там появятся и другие. Я тоже превращусь в одну из них, если меня не съедят до полного превращения. Поторопитесь, вам нужно отсюда уходить… — я взяла себя в руки. Пускай мне удастся спасти хоть одну жизнь. Схватив ножик со стола, я сделала надрез. Мои руки тряслись. Кровь стекала по ним ручьями. Достав маленького младенца покрытого кровью и слизью, я мгновенно подсоединила его к кислородной подушке, продувая ему легкие. Пронзительный детский плач раздался в этом гиблом месте. Обработав пуповину и кое-как протерев малыша, я посмотрела на его мать, лежащую с прикрытыми глазами. Она была еще жива. — Покажи мне его лицо, — я поднесла маленькое тельце поближе к лицу девушки. — Мальчик или девочка? — как она может сейчас улыбаться? Она на грани смерти и видит своего ребенка в последний раз в жизни. — Мальчик… — на моих глазах появились слезы бессилия. Я бесполезна. Будучи избранницей Оракула, я так и не смогла помочь им. Спасти от смерти. — Позаботься о нем… — прохрипела на последнем издыхании Мэзуми. — Пожалуйста, это мое последнее желание. Не позволь ему расти сиротой. Стань ему настоящей мамой, — я не могу. Как я буду смотреть ему в глаза, зная, что могла спасти его родную мать. Появись, я чуть раньше или поставив треклятые барьеры. — Я вверяю тебе самое ценное, что у меня есть, — больше она ничего не сказала. Она умерла с улыбкой на устах, оставив мне на попечение своего грудного сына. Отогнав слезы от глаз, я решительно передала Хрому в руки младенца, применив пространственную магию. И вот перед нами лежат пеленки и одно большое теплое одеяльце. На большее у нас не было времени. Запеленав младенца, благо я знала, как это делается, я поднялась на ноги. — Нам нужно уносить отсюда ноги, — в подтверждении моих слов, мы услышали рев в холле. — Выберемся через это окно, — сколдовав фаербол, я пробила забитый досками путь наружу. Перекинув через него Хрома с малышом, я выскочила следом. — Не отходи от меня не на секунду, — вновь предупредила я оборотня, параллельно для безопасности, наколдовав вокруг нас барьер звуконепроницаемости. Мы бежали по пути, который указал нам волчонок. Это была окольная дорога в лес. Оборотень предположил, что нзакомбы сосредоточили все свои силы на резиденции. Так и случилось. Дорога была свободна и вскоре мы оказались в знакомом лесу. Я была морально обессилена и рухнула на колени. Все мое тело тряслось от осознания того, что с нами произошло. Но у меня не было времени на расслабление, со мной были дети, которые нуждались во мне. Первым делом нужно покормить младенца. Насколько я знаю, в мире людей существуют специальные смеси, которые могут заменить грудное молоко. — Как ты это делаешь? — полюбопытствовал Хром, когда в моих руках появилась бутылочка для кормления и коробка со смесью. Наколдовав все необходимое, я занялась приготовлением. — Пространственная магия и вуаля… — я взяла младенца у Хрома и приложила к его губам соску. Слегка поколебавшись, малыш все же взял ее в рот. Одной проблемой меньше от еды он не отказывается. Теперь я могла рассмотреть его поближе. Он явно пошел в мамочку только своими глазами, бездонными океанами. Легкий пушок на голове напоминал цвет серебра. Видать его папа был из племени северных волков, ведь ушки были тоже снежного цвета. Теперь мне придется взять его под опеку. Последнее желание умерших нельзя игнорировать. Я нежно провела рукой по тепленькой щечке малыша. Не могу поверить, вот так в один день, я стала мамой. — И как ты его назовешь? — Хром внимательно смотрел за моими действиями. Немного подумав, перебирая в мыслях несколько тысяч знакомых мне имен и их значение, я довольно улыбнулась, остановившись на подходящем. — Юки, что означает «снег и счастье», — такое имя ему определенно подойдет. А над небом постепенно начинало подниматься солнце, предзнаменуя начало нового дня.