Сказка быль, да в ней намек...

- Ты великолепен, - похвалила Марока Савета, наблюдая, как Ферн, появившись в заранее подготовленном для него зале, рухнул как подкошенный, вдохнув воздух с примесью запаха цветка лаванады. Цветок был настолько редким, что встречался лишь на одном из дальних незаселенных островов их мира. Постоянное цветение и источаемый сильный, густой запах, вводящий любое живое существо в глубочайший сон, напрочь отбивали кому-либо желание поселиться на острове. Хотя попытки были. Саламандры - духи огня - как-то решили, что им подходит этот остров для их города. Огненные провели очистку острова, выжигая все до камня. Заселение ожидалось очень скоро, но прошло совсем немного времени, и на казалось безжизненной каменной пустыне вновь появилось множество ростков этого цвета. В один момент остров вновь был укутан плотным туманом удушливого запаха, навсегда погрузив род саламандр в сон. Более никто не решился повторять попытку. А вот некоторые создания, пролетая и задерживая на довольно длительное время дыхания, могли сорвать один-два цветка. Это растение ценилось своими снотворными свойствами и у лекарей, и у магов. Марок прекрасно был осведомлен о свойствах лаванады. Запах не только погружал в сон, он успокаивал вдохнувшего его, убирал его тревожность, навевая видения, миражи того, что больше всего хотела бы видеть жертва. Потому саламандры и не смогли вырваться из плена сна. Они остались счастливы в нем. - И что далее? - стоя в другой комнате, огражденной безопасным пологом от запаха лаванады, змеелюдка резко обернулась к полукровке. Темно-зеленое шелковое платье недовольно прошелестело, выдавая нетерпение хозяйки. - Далее, моя повелительница, - коварная улыбка расползлась на тонких губах советника, - ты попросишь свою дочь заняться с ним воссоединением. - Ты в своем уме? - шарахнулась от него Савета так, словно Марок превратился в смертоноса. - Мою дочь? - А ты только подумай, - полукровка шагнул впритык к змеелюдке и, опаляя своим жаром, зашептал, - подумай, если она понесет от него, то Арту конец. Даже если он сможет простить измену своей паре, разлучать дитя с отцом не станет. А мы вырастим драконье отродье и воспитаем так, как нам нужно, а когда окончательно избавимся от этих ящериц, просто умертвим. Обдумав слова полукровки, Савета согласилась. Действительно, это будет замечательный вариант на случай, если план с изменой провалится. Ведь Арт может и простить Ферна. Молча кивнув головой, отправилась к дочери, размышляя, что именно она ей скажет. Посмотрев вслед удаляющейся змеелюдке, Марок перевел взгляд на лежащего на полу дракона. - Очень скоро я уничтожу и тебя, и твоего выродка, и твоего истинного. Очень скоро… Покинув помещение, Марок направился к ожидающим его в холле гномам. - Вот то, о чем мы договаривались, - каждому вручил по увесистому мешочку самоцветов. Сделать поддельные документы гномьего банка было не так и просто, но самое сложное - найти более-менее смышленых представителей коротышек, дабы они правдоподобно сыграли роль гномьей делегации. Быстро проверив качество камушков на зуб, бородачи развернулись к порталу, готовые покинуть зал. Марок же, слегка повернув голову в сторону боковой двери, коротко кивнул. Тень, заметив этот знак, скользнула вслед за гномами. Улыбнувшись, Марок поздравил себя за предусмотрительность. Все же нет никакой гарантии, что эти бородачи смогут удержать язык за зубами после пары кубков эля. А разговоры ему были совсем ни к чему. Тень - именно так он назвал такого же, как и он, полукровку, спасенного от завала и выращенного в полном подчинении. Он должен был позаботиться о гномах и возвращении Мароку весьма крупной суммы, уплаченной этим коротышкам. Хотя все расходы покрывались из казны змеелюдов, полукровка посчитал, что весьма справедливо будет оставить эти камешки у себя, в качестве оплаты за его превосходный план. Савета не слишком-то его вознаграждала. Так, изредка подкидывала мешочек-другой, но ведь этого было недостаточно. Вкусивший власть желает всегда большего. - Таяна, - Савета присела рядом на кровать с дочерью, - я хочу с тобой серьезно поговорить. Осмотрев свою единственную наследницу, она ласково провела рукой по ее длинным черным распущенным волосам: - Ты уже довольно взрослая. И должна понимать, что иной раз ситуации требуют от нас некоторых жертв ради достижения цели. - Мама, давай без всех этих предисловий, - фыркнула дочь, вставая с ложа и отойдя на небольшое расстояние. - Хорошо, - кивнула Савета, - мне нужно, чтобы ты понесла от младшего супруга драконов. Таяна резко повернулась к матери, смотря на нее расширенными глазами. - Ты хочешь, чтобы я легла под него? Чтобы в моей утробе росло это отродье? Мама! - Таяна, успокойся,- терпению змеелюдки подходил конец. Она не привыкла церемониться ни с кем, дочь также воспитывалась в жестких условиях. - Так надо! И ты это сделаешь! Конечно, Таяна уже давно выросла из роли тихой, во всем послушной маменькой доченьки и была в курсе всех правительственных интриг. Имея свою шпионскую сеть, она знала и о новом фаворите матери Мароке, и о яйце, зреющем в колыбели правителей драконов. Но далеко не все ей было известно и понятно. - Как скажешь, маменька, - с показушной покладистостью ответила она, дожидаясь ухода Саветы из комнаты. - Через две клепсидры будь готова, - приказала та, выходя. Таяна, дождавшись, когда дверь закроется, бросилась к маленькой, едва заметной щели в стене. Нажав нужный рычажок и быстро отворив потайной ход, проскользнула внутрь и поспешила через перекрестные лазы к местечку, откуда можно подсмотреть, что происходит в спальне матери. И не прогадала. Савета очень скоро зашла в свои апартаменты и за ней последовал улыбающийся фаворит. Таяну передернуло. Она ненавидела этого полукровку и не понимала, почему мать его так долго терпит? - Ну, как прошла встреча с наследницей? - Марок подошел к Владычице, помогая со шнуровкой ее платья. - Думаю, она все сделает, как нужно. Главное, чтобы одного раза хватило. Нам нужен этот плод. Да и как ты собираешься сделать так, чтобы они воссоединились? Держать дракона все время во сне не выйдет. - Успокойтесь, моя повелительница, я уже подготовил зелье. Стоит ей выпить его, Ферн вместо Таяны увидит Арта и, разумеется, потянется к нему. - Все из лаванады? - удивленно обернулась змеелюдка к полукровке. - Да, все из того же цветка. Как видишь, он бесценен. - Да-да, - досадливо отмахнулась Савета, припоминая, сколько Марок потребовал золота на покупку этого растения. Платье соскользнуло на пол, она небрежно перешагнула через него и, красуясь своей наготой, легла на кровать. - Ну же, иди ко мне. Марок с готовностью отозвался на приказ, буквально срывая с себя камзол. Судя по хорошему настроению Владычицы, сегодня больно не будет. Таяна отвернулась от щели, в которую заглядывала, и без сил прижалась спиной к стене лаза. Мысль о том, что ее подкладывают под дракона, просто выворачивала наследницу. Но, с другой стороны, змеелюдка быстро сообразила, как это можно повернуть в собственную выгоду. Мать еще неизвестно когда передаст ей бразды правления, а зная Савету лучше всех, Таяна понимала, что владычица будет до последнего вздоха цепляться за власть. "Но мое дитя не сможет претендовать на трон драконов… тогда зачем? - наследница замыслилась, забыв о беге времени. Когда шум в материнской спальне стих, она очнулась: - Скорее нужно вернуться назад". Зайти в комнату ей удалось буквально за пару вдохов до того, как открылись двери в ее апартаменты перед Саветой. Таяна облегченно прикрыла глаза. Успела. - Ты готова? - голос матери был суров и холоден. - Да, - ответила наследница, поправляя платье и направляясь к выходу. - Могла бы и переодеться, - недовольно покачала головой Владычица, осматривая темное платье дочери, почему-то выпачканное и в паутине. - Ради дракона? - подняла бровь Таяна, - думаю, не стоит. Марок стоял в коридоре и, прислонившись к каменной стене, сдержанно улыбался, дожидаясь прихода Владычицы и ее дочери. Плечо горело огнем от укуса Саветы, горло еще першило, а ребра болели. Все-таки хвост у змеелюдов - опасное оружие, как в схватке, так и в постели. Шорох тихих шагов насторожил его. Подняв голову, полукровка прищурился. Осветительный шар начал мигать, то и дело погружая коридор в зловещую тьму. - Что за… Свет ярко вспыхнул и потух окончательно. Постояв какое-то время, Марок вызвал огонек на ладони, раздвигая пологи темноты. Прямо перед ним стояла серая прозрачная фигура со склоненной вниз головой. Полукровка заорал от неожиданности и, отшатнувшись, больно ударился спиной о стену. - Кто ты? - его голос трепетал, как язычок огонька на сквозняке. - Я - душа этого острова. Взываю к тебе: не делай то, что задумал. Оправившись от первого испуга, Марок нагло улыбнулся, осматривая древнего на вид старика. Его старая, висящая трухлявыми лоскутами, одежда едва прикрывала худое тело, длинные, давно немытые волосы свисали так, что было сложно рассмотреть лицо. - Уходи. Тебе не остановить меня, - полукровка вспомнил изгоняющее всяческих духов заклятие, быстро произнося его. Дух словно вздрогнул, затем медленно поднял голову. Его глаза светились красным. Злость исказилась на морщинистом лице. - Ты пожалееш-ш-шь, - прошипел старик, медленно поднимая скрюченную ладонь в угрожающем жесте и… тут же исчез. Позади него стояла спокойная Савета, стряхивая с ладоней остатки заклинания. - Что-то в последнее время он слишком разгулялся. Надеюсь, ничего не изменилось? - она внимательно осмотрела чуть растерявшегося советника. Тот, нацепив на лицо привычную маску безразличия, улыбнулся в ответ. - Вот и хорошо, - кивнула змеелюдка. Открыв дверь, куда уже поместили спящего Ферна, она пропустила дочь и, обменявшись с ней взглядами, тут же ее закрыла. - Нам будет удобней понаблюдать отсюда, - по мановению руки Владычицы рядом появилась еще одна дверь, отворившись, стоило лишь Савете шагнуть к ней. Зайдя в небольшую комнатку, Марок осмотрелся. Пара удобных кресел, небольшой резной столик, на котором стояла блюдо с ягодами, и прозрачное стекло на всю стену. По ту сторону от стекла Таяна уже ослабляла шнуровки на платье, не сводя своих черных глаз с обнаженного дракона. Ферна несколько малых клепсидр назад напоили зельем, раздели и уложили в этой комнате на большой кровати, занимающей почти все свободное пространство. - А ты краше своей дочери, - польстил Марок Савете, беря ее ладонь в свою руку и легонько касаясь губами. Змеелюдка улыбнулась лести, но не оторвала взгляда от происходящего по ту сторону стекла.