Чёрным по белому

— Парселтанг не поможет тебе в этот раз, Поттер. Змей подчиняется только мне. Волан-де-Морт ухмыльнулся, глядя, как избранный попятился от статуи Салазара Слизерина. Через несколько секунд василиск выполз из своего логова. Том Реддл приказал на змеином языке убить мальчишку. Но дезориентированный после стольких лет спячки змей не спешил исполнять приказ. — Что происходит? — прошипел, мнящий себя властителем судеб, Реддл, в то время как юный герой, видя заминку со змеем, осторожно пятился к выходу. Василиск, мотая огромной головой из стороны в сторону, издал звук, похожий даже не на шипение, а, скорее, на задушенное бульканье, и на глазах изумлённых зрителей превратился в человека. Мозг Гарри Поттера отказывался верить увиденному, и мальчишка, повернувшись к Реддлу, спросил глухим голосом, не надеясь на ответ:  — Он… он, что — анимаг? — Глупое ты создание, Поттер. Волшебник не может превращаться в магическое существо. Том Марволо Реддл шевелил извилинами, в то время как бывший змей осторожно пошевелил конечностями. Руки слушались плохо, мужчине хотелось свернуться кольцом и зашипеть на глупых людей, которые его потревожили. Он попытался встать, но ноги слушались ещё хуже рук. С досады бывший василиск плюнул в сторону и совершенно не ожидал, что его плевок угодит в чёрную тетрадку, которая светилась мягким светом рядом с телом какого-то ребёнка. Он огляделся, встретившись взглядом с непонятным призраком, у которого на лице читалась невероятная гамма чувств — от ярости до брезгливости. «Ну да, похоже тетрадка принадлежит этому говнюку, точнее, принадлежала», — подумал маг, с лёгким интересом разглядывая, как артефакт, а то несомненно был какой-то ущербный артефакт, расплавился от его слюны, уничтожив при этом призрака. — Хах, как интересно получилось, — воскликнул он на парселтанге, не ожидая, что ещё один герой сегодняшнего дня владеет этим языком. — Спа-спасибо, сэр, — неуверенно прошипел лохматый мальчишка, но увидев, что рыжее недоразумение приходит в себя, кинулся к ней на помощь. — Джинни! Джинни, как ты себя чувствуешь? Надо выбираться отсюда! Василиск поморщился от перехода на английский, скорчив недовольную рожу, но решил, что разберётся со всем происходящим попозже. Сейчас он был жутко голоден, и даже согласен со своим, возможным родственником в виде тощего паренька, который помогал своей подружке встать, что надо валить отсюда и поскорее — урчание живота мягко намекало ему, что давно надо подкрепиться. А вместе с урчанием хлынули и воспоминания, о том, как он докатился до жизни такой.        933 г., Скун, деревня в округе Перт-энд-Кинросс в Шотландии. Раннее утро в помещении для слуг в замке рода Слизерин. Ещё в полудрёме великий чародей, а именно таковым он себя и считал, обнимал девку, прислуживающую в его замке. Конечно засыпать в постели со служкой — верх безрассудства, но маг вчера неплохо перебрал, и сам не заметил, как уснул на объёмной груди служанки. И тем более, он совсем не ожидал проснуться от неизвестного ему проклятия. — Ты ответишь за это, мерзкий змей, — черноволосая шикарная женщина подняла вверх руки, призывая стихию для свершения мести. Огромный сгусток энергии отправился в наглого изменщика, не оставляя шанса объясниться. Вспышка, и вот уже на месте привлекательного молодого человека появляется змей. Дезориентированный, шипящий, он даже сначала не понял, что произошло, но ведьма, превратившая его в василиска, охотно пояснила, кем он теперь является. — И тысячу лет будешь гнить в этом теле, отвратительная тварь, — крикнув напоследок своё пожелание, Иона Слизерин, в девичестве Певерелл, покинула жилище. А очумевший от такого поворота событий, Сеймур Слизерин отправился на болота размышлять, как вымолить прощение у ревнивой жены, которая уже как восемь месяцев была в положении, нося под сердцем его ребёнка. Но шли годы, а Иона и не думала прощать его. Родившегося у неё мальчика назвали Салазар, как и хотел когда-то Сеймур. Родственники лишь насмехались над ним и косили глаз на кольцо лорда. Так было до того, как он обнаружил особенность своего нового тела. Змей мог убивать взглядом. Конечно, на толпу волшебников его магии не хватило бы, но уже что-то. После того, как особо ретивых, метивших на его место, нашли в окаменевшем состоянии, глупые стервятники зашевелились, пытаясь разгадать проклятье Ионы, но не особо в этом преуспели. Хотя Сеймур подозревал, что не сильно-то они и хотели. А ещё чуть позже, он обнаружил, что сын понимает его шипение, и даже сам может говорить на змеином языке. Они назвали этот язык парселтангом. Прошло ещё несколько лет, но пыл Ионы так и не остыл. Или же она и сама не подозревала, как расколдовать мужа. Сын рос, думая, что его отец в дальних путешествиях. Сеймур не говорил ему правду, а некогда любимая жена внезапно скончалась, унеся с собой в могилу тайну проклятья. Салазара забрали Певереллы, не доверив воспитание наследника оставшимся Слизеринам. Сеймур хотел отправиться с ним, но защита их замка не пропустила его внутрь. А родственники предпочли забыть великого чародея в теле огромной змеи. Он метался, изворачивался, пытаясь содрать неудобную шкуру василиска, в надежде превратиться обратно в человека, но всё было бесполезно. Оставалось только ждать. Салазар вырос и отправился покорять дальние страны. Сеймур присоединился к нему, делясь своим опытом. Где они только не побывал: и в тёплых странах, что радовали путешественников богатой флорой и фауной, и в откровенно страшных местах, где проходили сражения, в которые непременно нужно было сунуться его наследнику. Но всё же они вернулись в родные края относительно целыми и здоровыми. Сеймур научился управлять своим гибким змеиным телом, участвовать в боях, а также передал свои знания сыну. Иногда ему казалось, что Салазар знает, кто он на самом деле. Но тот ни разу ему в этом не признался. Сеймур по праву гордился своим наследником — умный, статный, горделивый, но умеющий ценить дружбу и семью. Сам змей уже привык к своему положению. Неудивительно, за столько лет-то! Но характер чародея, и без того ужасный, превратился в совершенно отвратительнейший. Правильно когда-то назвала его Иона — отвратительная тварь. Он вспоминал свою прошлую жизнь: великолепные зелья, что выходили из-под его руки, изящные чары, что он мог сотворить, когда был в человеческом теле. А что в итоге? Сколько там ему гнить в змеиной шкуре? Его сын вместе со своими друзьями основал школу. Достойное занятие наследника рода. Сеймур всё никак не мог понять, почему Салазар не примет главенство рода. Кольцо лорда было в их родовом поместье, и сын бывал там, хотя большую часть своего времени проводил в школе. А потом он понял. Его сын не может стать главой, пока жив он сам. И к чему это приведёт, если у рода не будет главы аж тысячу лет? Он старался не думать о будущем. Всё чаще к нему приходили мысли, что проще заснуть; не видеть, не слышать ничего — не знать, что станет с его родом. Салазар заметил хмурое настроение змея и предложил отправиться в замок, который они с друзьями назвали Хогвартс — Школа Чародейства и Волшебства. Сын построил для него тайную комнату, добавил в здание огромные переходы, чтобы змею было удобно перемещаться внутри замка, а также оснастил комнату несколькими выходами. Десятилетиями Сеймур наблюдал за обучением юных магов, но только его потомки могли с ним общаться. Со временем их становилось всё меньше и меньше. Змей больше не ползал по замку, предпочитая тихий уют своего логова. Наши дни, Хогвартс, Тайная комната Салазара Слизерина Маг встряхнул головой, прогоняя воспоминания. — Эй, малец, как твоё имя? — обратился он к пареньку. — Гарри, сэр. Гарри Поттер. Слизерин поморщился. Какой Поттер? Ещё и Гарри! Совершенно плебейское имя. — Послушай, Гарри, получается, что я твой дальний предок. Пра-пра-пра… Хм, не буду продолжать, надеюсь, ты понял? Поттер поправил круглые очки на носу, и постарался выглядеть более грозно в глазах новоиспечённого родственника, при этом аккуратно придерживая Джинни за локоть. Сеймур усмехнулся. Ну да, скажи ему кто-нибудь тысячу лет назад: «Здравствуй, Сей, я твой дальний родственник», — перед этим превратившись из громадной змеюки в человека, он бы тоже добра не ждал. Но надо было разобраться с делами и поесть. Самое главное, набить желудок до отвала, потому что во рту до сих пор чувствовался вкус костлявой крысы. Сколько же он проспал? — Сэр, там в коридоре мой друг, Рон Уизли, и наш учитель по Защите от тёмных искусств Гилдерой Локхарт. Они там немного застряли. — Как ты сказал, «Уэсли»? Защита от чего, Мордред и Моргана? — Тёмных сил, сэр, — осторожно пятясь к выходу со своей подружкой, пропищал мальчишка. — Уизли, сэр. Меня зовут Джиневра Уизли. А там мой брат Рональд, — девчонка осмелилась подать голос из-за плеча Поттера. — Мерлиновы кальсоны, они тут что, развели филиал светлых сил? Я займусь этим позже. Веди, Гарри. — Вы так и не представились, сэр. — Ах, да. Сеймур Сэмюэль Себастьян Сильвестр, ну и так далее, Слизерин. Поттер немного нервно повёл плечом. «Родство со Слизерином? Надо рассказать директору», — подумал мальчишка. Пока пробирались по коридору к месту заточения Рона и Локхарта, Джинни болтала со Слизерином. Сеймур понимал, о чём его спрашивают, но с каждым вопросом на его лице всё больше проступало недовольство. — А кем вам приходится Салазар Слизерин? А как вы стали человеком? Сколько вам лет? Ой, простите, наверное неудобный вопрос, — девчонка прикрыла рот ладошкой, но не дождавшись проклятий или криков, продолжила донимать мужчину, — Вы заберёте Гарри от родственников? Скажите, а у вас больше двадцати трёх имён? Последний вопрос он вообще не понял. Она собирается за него замуж и хочет убедиться в превосходной родословной? В животе снова заурчало, напомнив про голод. Сеймур решил не отвечать на вопросы, кроме предпоследнего. — Как только я разберусь со своими делами, я обязательно навещу Гарри и познакомлюсь с нашими родственниками. И прошу вас, мисс, помолчите, я плохо понимаю ваш английский. — Но вы же англичанин? — то ли спросил, то ли убедил его Гарри. — Да, но я редко общался с людьми в последнее время, больше спал, — Слизерин промолчал о том, что общался он на парселтанге, и кажется, не далее как пятнадцать минут назад грохнул своего тупого потомка. Реддл — юноша, что подавал надежды на возрождение великого рода из небытия. Этот сопляк испортил свою душу, и помочь ему Сеймур уже не мог. И не сильно об этом сожалел. Всё-таки «Том Реддл» — ещё более плебейское имечко, чем «Гарри Поттер». Они свернули в коридор, который был полностью завален камнями разной тяжести. В самом верху этой груды был небольшой просвет, к которому полез Поттер, оставив свою подружку рядом с бывшим змеем. Сеймур нахмурил брови, разглядывая рыжую девчонку. Судя по гримасе на её лице, Джиневра собиралась ещё чего-нибудь выпытать из старого голодного василиска. — Рон, ты как? Профессор Локхарт вспомнил что-нибудь? — пропищал Поттер в проём. Уизли что-то проорал ему в ответ, но, похоже, про сестру не спросил, больше жалуясь на беспамятного преподавателя. Гарри искренне переживал за друга. И даже Локхарта было немного жаль. — Малец, спускайся, потом обсудите свои приключения. Нужно расчистить проход. Сеймур решил взять всё в свои руки. Поттер, царапаясь об острые выступы камней, сползал к ним. И маг почувствовал в мальчишке что-то родственное. Определённо, этот малый — его потомок. Сосредотачиваясь на силе внутри себя, волшебник понял, как сильно истощены его резервы. Изначально он хотел полностью расчистить завал, но насколько подсказывала его память, дальнейший путь возможен только наверх, нужно рассчитать свои силы так, чтобы потом он смог левитировать остальных магов. Несколько тяжёлых валунов медленно сдвигались с места под его взглядом. Дети тут же кинулись в образовавшийся просвет, с лёгкостью прыгая через каменные преграды. — Рон, как я рада. — заверещала Джинни, обнимая чумазого рыжего мальчишку. Похоже, цвет волос — это у них семейное. Сеймур подумал, что эти двое — явно ученики Гриффиндора. Тот тоже был рыжий и постоянно орал, хотя всем доказывал, что у него просто голос командный! — А это василиск, он дальний родственник нашего Гарри. — Василиск? И тут Сеймур подумал, что в теле огромного змея, он быстрее разберётся с восхождением к свету и долгожданной пище. Поэтому обращался к Гарри он уже на парселтанге. — С-с-скажи с-с-воим друзьям, пус-с-сть залезают на меня. Дос-ставлю с ветерком, — он махнул хвостом, как бы приглашая. Тот человек, что был без памяти, взвизгнул радостно: «Вау, змейка», — и поспешил забраться поближе к морде. Гарри посмотрел на своих друзей, предлагая свою помощь, чтобы подняться на необычное транспортное средство. — Васи-си-лиск, Джинни. — Ну да, Рон, я же тебе говорила. — А-а-а-а… Спасайся, кто может. Бежим быстрей! Рональд схватил сестру за руку и потащил через завалы камней. Сеймур ничего не понял из завываний рыжего, но пресёк его поползновения в сторону своей Тайной комнаты, несильно сжав его хвостом. Тело в его кольцах недолго трепыхалось, вскоре обмякнув и свесив конечности в разные стороны. Гарри с подругой тут же залезли на василиска. Хрустнув костями незадачливых магов и мелких животных, которые тут и там были разбросаны по полу, Слизерин медленно пополз к выходу. Чувствительный слух резал писк сидящих на нём детей и белобрысого Локхарта. Сеймур сделал себе заметку в памяти, поиздеваться над Гилдероем, уж больно забавным был этот индивид.        Две недели спустя, Скун, деревня в округе Перт-энд-Кинросс в Шотландии, Слизерин-мэнор — Басквельд, приготовь парадную мантию. Я собираюсь в гости к родственникам. — Зелёную с чёрной каймой или чёрную с зелёной каймой, хозяин? — пропищал важный домовик, подавая бутылку вина Сеймуру. — Думаю, что зелёная лучше подойдёт. Полюбовавшись на сияющий перстень, который сидел как влитой на правой руке, волшебник отставил в сторону серебряный кубок. — Ты купил сову, Басквельд? — Да, господин. — Отлично, свободен. А мне пора выполнить свои обязанности. Несмотря на то, что Сеймур по праву мог называться великим волшебником, почерк у него был отвратительный, наверное под стать характеру. Но известить о своём намерении посетить потомка, маг был обязан, поэтому сова отправилась в Литтл Уингинг, на Тисовую улицу, дом номер четыре. В привязанном на лапке письме, мелкими убористыми буквами было написано — «Дорогой Гарри Поттер, пишет тебе дядюшка по папиной линии, твой горячо любимый Сеймур Слизерин. Спешу поставить тебя в известность, что дела мои не так уж плохи, и я решил забрать тебя погостить в своём замке. Будь готов, я аппарирую завтра к десяти утра». Петунья Дурсль — тётушка Поттера, была совершенно не в восторге, когда на её милый заборчик приземлилась серая неясыть. Женщина посмотрела по сторонам и, пока никто из соседей не увидел этого безобразия, решительно схватила птицу, отвязывая послание. Письмо определённо её обрадовало. Если этот мерзкий волшебник заберёт её племянника, они с мужем и сыном сразу же переедут. И пусть потом маги попробуют ещё раз подкинуть им этого ненормального. Уже две недели как всему острову светило солнышко, радуя чудесной погодой магов и магглов. Интересно, надолго ли?